Мисато, батя и хлеб

В любой точке Японии лето, как правило, сопровождается бешеной влажностью. Воздух липкий, дышать тяжело, ручки выскальзывают из рук (знак, что летом учиться категорически не положено). Но у каждого лета есть свои прикрасы. Мисато не имеет ввиду вот эти все ваши моря, мороженые (хотя куда без них?!), длинные дни и короткие ночи… У Мисато в душе с рождения кипит страсть к приключениям. Ну или как выражается подружка Рицуко – страсть найти себе проблем на пятую точку. Второе больше подходит, если честно. Прошлым летом Мисато с компанией детей из многоэтажки каталась на крыше лифтовой кабины – эмоций на всю жизнь. Позапрошлым – перепутала сок с белым сухим вином (упаковка с вином очень походила на упаковку от сока) – эмоций на всю жизнь. Три года назад вообще подожгла тополиный пух, а огонь взял и перебросился на деревянные гаражи. Минус два. Эмоции - навсегда. Мисато свято верит: каждое лето должно иметь такое событие, от которого ЭМОЦИЙ НА ВСЮ ЖИЗНЬ. И если событие не случается само, то мы что? Правильно, сделаем его сами, даже если мама потом будет грозиться сдать в монастырь и сокрушаться, что первым ребенком очень хотела сына. Дохотелась. *** В тот до ужаса жаркий день событие к Мисато пришло само. В буквальном смысле. В очках, гавайской рубашке и с хлебом. Мисато сидела на перевернутой коробке за гаражами с пятнадцатилетним Коскэ-сыном-соседей-с-первого-этажа. Тот, устроившись в подранном кресле и закинув ногу на ногу, курил с невозмутимым видом и наверняка вспоминал свою многолетнюю жизнь. -Будешь? -Не-а, курить вредно. Одна сигарета забирает пятнадцать минут жизни. -С пацанами общаться тоже вредно тогда. -Чо? -Через плечо. Мисато покорно молчала. -У тебя сигареты какие-то странные. -Тетка из России привезла. -Из России? Это же далеко очень. Коскэ посмотрел на Мисато так, будто она только что спросила, какой город является столицей Японии. -Между прочим, кратчайшее расстояние между Хоккайдо и Сахалином всего около 43 километров. Так что… -Ну сорян, в географии не сильна… Слушай, а правда, что в России медведи прям так по улицам ходят? Коскэ загоготал так, что Мисато стало страшно и на секундочку захотелось свалить куда подальше. -Тетка рассказывает, что в деревнях и могут, в городах – вряд ли. А хочешь, я тебе плакат с Путиным покажу? -С кем? -Вижу, ты и в истории не сильна. -Не сильна, признаю, - в сердцах бросила Мисато, спрыгнула с коробки и победно удалилась в сторону дома. Мисато шла и думала: Коскэ всего на два года старше, а выглядит как взрослый. Или почти. Хотя откуда ей знать - взрослых мужчин в её жизни и нет. Мисато увидела валяющуюся на асфальте банку из-под Фанты. Если напихать туда в больших количествах перетертый активированный уголь, марганцовку и серные головки от спичек, а потом всё это поджечь, то фиолетовые искры взлетят от земли на три метра. У Мисато так и чесались руки устроить фейерверк, но, видимо, этим летом у неё начал просыпаться инстинкт самосохранения, которой первые тринадцать лет жизни отсутствовал вообще, поэтому она просто допинала банку до мусорки. К её подъезду подходил какой-то мужчина. Знакомый мужчина. С пакетом в руках. У Мисато ёкнуло сердце, когда у мужчины потянулась рука к домофону, и она узнала в нём родного отца. -Па-а-ап?! -О, Мисато, ты здесь. Рад тебя видеть! «А я тебя не очень». -Привет… - Мисато совершенно не знала, как продолжить диалог, сохранив уважение и не нагрубив. – Ты…эээ…хотел к нам зайти? -Да, на пару минуток повидаться. «Опять на пару минуток. Всё у него на пару минуток…». -Мама дома? -На работе. -Но сегодня же воскресенье. -Да по чем я знаю, мне сказала – на работе, - врать Мисато совершенно не умела и знала, что попытки разбудить в отце хоть капельку ревности не увенчаются успехом. -Понятно… Домой не пустишь? -Там ремонт. Рухнули навесные шкафы на кухне, ремонтники сейчас новые устанавливают. -И без присмотра хозяев? Мисато стала лихорадочно соображать. -Мама договорилась со всеми, не переживай. У нас, если что, даже красть особо нечего. -Ну ладно, - удовлетворенно выдохнул отец. Он порасспрашивал дочь о школе, друзьях, каникулах. В конце вручил Мисато пакет с кунжутными булочками и ушел, сославшись на занятость. Мисато продолжала стоять около подъезда и пялиться в пакет. -Явился не запылился, - съязвила она. – И гляди-ка, с хлебом! Вот ведь!.. *** Зачем нужны подруги? Девочки, записываем: чтобы сообщать обо всей жести, происходящей в вашей жизни, и иметь кого-то, к кому можно прийти поплакаться. Мисато и Рицуко вальяжно расположились на дворовой лавочке и грызли фруктовый лёд. Кацураги вообще свободно лежала на спине - социофобия её боялась. -Не, ну ты прикинь. Припёрся! Домой захотел зайти! То до него не дозвонишься-не допишешься, а тут сам пришел! Да еще как символично – с хлебом! -Прям с буханкой? -Ну нет уж, с кунжутными булочками. -Так ты же их любила. Мисато сделала жест рука-лицо. -Господи, Риц, и ты туда же. У меня на кунжут аллергия уже два года как. -А… Ну а ты че? – спросила Рицуко, не вынимая мороженое изо рта. -А я ниче. Наврала ему всё, мол, маман на работе, дома ремонт, туда-сюда, - Мисато перевернулась на живот. – Просто я понимаю, что если они поговорят, то маман еще неделю бесноваться будет, а на кой оно мне надо? -Это да. Цикады разорались так, что начало болеть в ушах. Из открытого окна на первом этаже по радио играла какая-то иностранная песня. Откуда-то слышалось, как радостно визжали дети. -Эх… С виду вроде нормальный такой мужик, а на деле… -Забей. Он же всё равно пришёл. Нашёл время. Мисато обиженно насупилась. Знала: Рицуко своего отца вообще ни разу в жизни не видела. Спорить с ней было нечестно. Мимо них, спрятав руки в карманах джинс, проходил Коскэ. Он остановился и обвел девчонок взглядом. -Когда днюха? – спросил он у Мисато. -Ты забыл чтоле? -Когда днюха? – настойчиво спросил сосед. -Восьмого двенадцатого. -Когда днюха?- спросил он уже у Рицуко. -Двадцать первого ноября. Коскэ постоял, подумал. -Ты родилась в понедельник, а ты – в четверг. -Фига се-е, это ты как вычислил? Коскэ довольно хмыкнул. -Ы-ы, математика! Рицуко, конечно же, стала допытывать, как он это вычислил. Коскэ стал увлеченно рассказывать, будто пересказывал новую серию какого-то аниме. Мисато вздохнула, села, уронила голову на руки, взъерошила волосы. И впервые в жизни подумала, что летом далеко не всегда должны случаться только хорошие события, от которых эмоций-на-всю-жизнь. Для баланса, как и во всей Вселенной, естественно быть черным полосам. Но после них, обязательно – фруктовый лед, друзья, и крошечная надежда, что взрослые когда-нибудь таки научатся быть взрослыми.