Тени прошлого

Меж долгом, гневом и судьбой —

Решенье держит хрупкий мост.

Врагов пугает тишиной,

Но правду ищет каждый пост.

Комната, которую Нарцисса выделила младшей сестре, была небольшой, но уютной: старые стены с облупившейся краской, полки с книгами, стул у окна и узкая кровать, покрытая тёплым пледом. Тереза сидела на ней, поджав ноги, и перебирала фотографии на экране своего телефона. На всех снимках — он. Сэм Уилсон. Снимок, где он в форме Сокола — серьёзный, сосредоточенный. Снимок, где он улыбается широкой, искренней улыбкой в лучах заката. Один — явно сделанный украдкой, когда он, в простой тёмной футболке, разговаривает с кем-то по рации. Она вглядывалась в каждую линию его лица, будто надеясь понять, что за человек скрывается за этим спокойным взглядом и мужественным профилем. — Оу-оу... — раздался у двери знакомый голос, тёплый и насмешливый. Тереза вздрогнула, резко повернув голову. В дверном проёме стояла Нарцисса, прижав ладонь к губам, чтобы сдержать смех. — Смотрю, у кого-то тут кру-упное увлечение, — с мягкой издёвкой протянула старшая сестра. — А я думала, ты приехала спасать меня, а не строить мысленные свадьбы с Уилсоном. Тереза тут же покраснела, уставившись в телефон. — Уйди отсюда, пока я не зашвырнула в тебя подушкой! — буркнула она, но улыбка всё-таки вырвалась на губах. Нарцисса фыркнула и сделала шаг назад, театрально прикрываясь от воображаемого удара. — Ладно-ладно, купидон, я ухожу. Только скажи, тебе фату на какой день недели заказывать? В ответ в воздух с лёгким свистом полетела подушка, пролетев в сантиметре от её головы. Нарцисса хихикнула и скрылась за дверью.

***

Тем временем, далеко за пределами убежища, в скрытом зале переговоров, под охраной лучших систем безопасности, за столом напротив друг друга сидели Тони Старк и Т’Чалла. Атмосфера — напряжённая. — Он скрывается, — сказал Т’Чалла сдержанно, сложив руки перед собой. — И ты это покрываешь. — Я ничего не покрываю, — резко ответил Тони, устало потирая переносицу. — Я просто не пускаю своих людей под каток. Он не угроза. Не сейчас. — Слишком много "не сейчас", Старк. — Голос короля Ваканды был твёрдым, почти стальным. — Ты позволяешь своим чувствам затуманивать суждение. Тони усмехнулся. Горько. — Говорит человек, который когда-то охотился за ним с жаждой мести в глазах. И что? Простил. Дал шанс. А теперь сам лезешь в чужой выбор? Т’Чалла стиснул челюсть, но не ответил сразу. Затем откинулся на спинку кресла. — Если ты ошибаешься, это сто́ит жизней. Моего народа. Моей сестры. — А если ты ошибаешься, — Тони наклонился ближе, — это стоит ему жизни. Тебе решать, на какой стороне ты хочешь быть, Т’Чалла. На стороне охоты — или на стороне человечности. Молчание. Долгое. Глухое. Но в нём не было окончательной вражды. Только понимание, что игра становится всё сложнее. И каждый ход теперь — как на минном поле. Т’Чалла наконец заговорил, и в его голосе сквозила не злость — усталость. Глубокая, королевская, выстраданная. — Рейн. Нарцисса Рейн. Ты думаешь, я не вижу, как она замешана во всём этом? Тони вздохнул и сцепил пальцы, не отводя взгляда от собеседника. — Я не думаю. Я знаю. И? — Она опасна, Старк. Всегда была. Ещё со времён, когда её имя шептали в Красной комнате. Ты ведь знаешь, через что она прошла. И на что способна. — Именно поэтому я ей доверяю, — резко парировал Тони. — Ты хочешь судить её за прошлое? Судить того, кто, черт возьми, не выбирал, кем быть в пять лет?! Т’Чалла прищурился. В его глазах сверкнуло что-то между уважением и настороженностью. — Я не осуждаю. Но не доверяю. Таких людей слишком легко спровоцировать. А рядом с Баки... — Она единственная, кто его удерживает от того, чтобы всё снова пошло по чертовой спирали. — Голос Тони стал тихим, но твёрдым. — Ты не видел его в глаза. Я видел. Он не тот же. Благодаря ей. — А ты, — сказал Т’Чалла, склоняя голову, — ты сам. Ты... спал с ней, не так ли? На миг в лице Тони что-то дрогнуло. Едва заметно. Слишком тонко для обычного наблюдателя, но не для короля. — Это не твоё дело, — процедил он, голосом, который больше не шутил. — Наоборот. Это теперь именно моё дело, если ты позволил чувствам затуманить здравый смысл. У нас не любовный роман — у нас война. И каждое решение приближает нас к гибели... или спасению. — Не тебе меня учить. — Возможно. Но ты — слишком погружён в это, чтобы видеть дальше собственного эго. А у меня нет права ошибаться, Старк. Ни как у короля, ни как у человека, потерявшего отца в мире, полном таких, как Барнс. Тони встал. Медленно, резко, жёстко. Он больше не пытался скрывать раздражение. — Я не позволю тебе тронуть её. Ни её, ни Баки, ни чёртову Наташу, ни Стива. Ни одного из них. Потому что ты забываешь главное: эти люди, как бы ты их ни считал сломанными, — они мои. Моя команда. Моя семья. Т’Чалла не ответил сразу. Его лицо оставалось непроницаемым. — Тогда молись, чтобы ты оказался прав. — А ты... — Тони склонил голову набок, — молись, чтобы она не оказалась такой, какой ты её себе представляешь. Потому что, если она решит воевать — ты первый, кого она сожжёт. Король Ваканды слегка склонил голову, признавая силу в этих словах. Не как угрозу — как предупреждение. Потому что он знал: Нарцисса Рейн действительно способна сжечь всё. Особенно ради того, кого любит.