Крылья

      Она отправляла ему открытки из каждой новой для неё страны, из каждого нового для неё города, где ей удавалось добраться до почты в перерывах между рейсами. Порой присылала свои фотографии по имейлу; впрочем, не слишком часто – знала, что этот уровень современных технологий он толком не освоил. Примерно раз в пару месяцев она оказывалась в одном из международных аэропортов Ирландии (чаще всего в Дублине), и он приезжал, чтобы встретить её. Иногда времени хватало лишь на то, чтоб посидеть двадцать минут в кафе. Иногда ей удавалось полулегально провести его в свой номер в гостинице, в которой отдыхали члены экипажа. А иногда получалось выехать в город и полноценно снять номер в отеле. Если же у неё случались выходные в Ирландии, он отвозил её к себе домой, в Голуэй.       Прежде Ангел и представить не мог, что когда-нибудь захочет вернуться на малую родину и поселиться там. Но вот он стал человеком, и через какое-то время его потянуло в родные края. В конце концов, о том, что натворил, он помнил независимо от своего местонахождения, и хотя освежённая знакомыми деталями память добавила новую порцию боли, Ангел не мог сказать, что в Голуэе ему хуже, чем где-либо ещё. Вдобавок он понял, что вроде как скучал по этим местам. Как ни крути, они хранили память не только о зверствах Ангелуса, но и о детстве и юности Лиама.       Он поселился в городе Голуэй. Снял жильё в старом, но крепком каменном здании, переделанном под многоквартирный дом. Две комнаты, кухня, ванная, туалет и кладовка. Большего Ангелу не требовалось. Хотя Баффи, когда гостила у него, ворчала, что ему не помешала бы отдельная комната для книг, которые валяются по всей квартире.       - Наверное, если их собрать и взвесить, получится минимум тонна, - хихикнула она, когда они пили вино в гостиной.       - А ты уверена, что хочешь отдельную комнату под мои книги, а не под свои туфли и другие вещи? – весело поинтересовался Ангел.       Баффи удивлённо подняла брови.       - При чём здесь мои вещи? Я привожу и увожу их с собой в чемодане, тут у тебя только моя зубная щётка, халат, тапочки и пара комплектов нижнего белья. Лежат себе скромненько на дальней полке шкафа и отдельной комнаты точно не требует.       - Но… - Ангел понял, что их беседа повернула к теме, которую он давно хотел обсудить. - Ведь когда-нибудь их будет больше. Я имею в виду… Когда ты… Когда мы будем жить вместе.       Баффи продолжала смотреть на него так, словно он говорил на китайском.       - Мы же когда-нибудь будем жить вместе? – проговорил Ангел. Изначально это должно было быть утверждением, но как-то само собой превратилось в вопрос.       - Когда-нибудь, - бесцветно произнесла Баффи, не столько отвечая, сколько повторяя часть фразы. Она выглядела неуверенной и искренне озадаченной. – Возможно. Наверное. Я ещё не думала об этом.       Настала очередь Ангела удивлённо поднимать брови.       - Серьёзно?       - Да.       - Ты вообще не думаешь о будущем? – Он нахмурился.       - Думаю; просто пока не вижу в нём совместной жизни с кем-то. Пока меня всё устраивает. Я счастлива.       Не то чтобы Ангел не был за неё рад. Когда они снова сошлись, она уже работала стюардессой, и он видел, что эта работа ей нравится. Но нельзя же жить работой вечно! По крайней мере, если ты человек и срок твоей жизни однозначно ограничен.       Баффи посмотрела на стену, где висел сделанный Ангелом стенд. Туда прикреплялись все открытки, которые она ему присылала. Ангел в шутку называл это Стеной географических достижений Баффи Саммерс. Париж, Сидней, Каир, Барселона, Аддис-Абеба, Кейптаун, Бангкок, Джакарта, Токио, Киото, Москва, Сантьяго, Рио-де-Жанейро… И ещё много-много других городов. Она попробовала посчитать количество открыток, но сбилась на четвёртом десятке.       - И ты не хочешь ничего менять? – спросил Ангел.       - Пока нет.       - А когда захочешь?       - Я не знаю. – Она поставила бокал с вином, который до этого держала в левой руке, на столик, сцепила ладони и задумчиво уставилась на них. – О боже, ты же не скажешь сейчас что-то вроде: «Баффи, ты ведь не становишься моложе»?       - Не скажу… Но это правда.       - Мне всего двадцать восемь лет!       - И три из них ты летаешь по всему миру. Разве… Разве тебе не хочется чего-то ещё?       - Типа, семью, детей?       - Да!       - Нет. – Она вскинулась, переведя взгляд со своих ладоней на Ангела. – Это тебя почему-то всегда волновали мои несуществующие дети. Ты даже никогда не спрашивал, хочу ли я иметь детей, ты просто решил, что они мне обязательно нужны. Причём впервые заговорил об этом, когда мне было шестнадцать лет. Шестнадцать! И я была сначала единственной, а потом одной из двух Истребительниц на весь мир! Каждая ночь могла быть последней в моей жизни, я не знала, буду ли жива на следующий день. А ты мне говорил о детях. Ты не слушал меня, ты решил, что лучше меня знаешь, что мне нужно. Как обычно.       - Значит, ты не хочешь детей?       - Я не хочу их прямо сейчас. И вряд ли захочу в ближайшие несколько лет.       Ангел криво усмехнулся. Сколько раз он за свою долгую жизнь видел, как «потом», на которое люди что-то откладывают, превращается в «никогда». Будучи Ангелусом, он сам частенько способствовал таким превращениям; чем сейчас абсолютно не гордился. Люди думают, что у них есть время, что возможности, которые у них имеются сейчас, никогда не исчезнут. А потом всё меняется. Иногда резко и внезапно, иногда плавно и до последнего незаметно. Такие перемены происходят куда чаще, чем думает большинство людей. Чёрт, да большинство людей об этом не думает вовсе.       - А ты? – Баффи посмотрела на Ангела ещё пристальнее. – Хочешь этого? Семью, детей, всё такое?..       Даже странно. Они встречаются (какое подходящее слово; ведь они именно встречаются - в перерывах между её рейсами) уже два года, а о том, чего хотят - или не хотят - от будущего, заговорили только сейчас.       - Да. Семью, детей и всё такое. Я хочу быть с женщиной, которую люблю, постоянно, а не от случая к случаю. Я знал, на что шёл, когда мы снова стали встречаться, но я не думал, что так будет продолжаться вечно.       - Не вечно.       - Хорошо. Не вечно, но очень долго.       Баффи опять уставилась на свои руки.       - Помнишь, как ты оставил меня в Саннидейле? – Она вновь посмотрела на Ангела.       Ему захотелось закатить глаза, но он сдержался. Он-то надеялся, что они уже проработали это и навсегда оставили в прошлом.       - Я знаю, что сделал тебе больно тогда, но…       - Сейчас речь не о розовых соплях в стиле «Ты разбил моё сердце», - перебила Баффи. - Ты повернулся ко мне спиной и красиво ушёл не то в дым, не то в туман. И ты мог отправиться куда угодно. Пускай ты и выбрал Лос-Анджелес, который всего в двух часах езды от Саннидейла. Ты с тем же успехом мог выбрать любой другой город на Земле. А я была накрепко привязана к Саннидейлу. Я не могла оттуда уехать. Ну, - она усмехнулась, - теоретически могла бы, но мне не позволял долг, совесть и всё такое прочее. Когда Саннидейл провалился сквозь землю, я переехала. Вдобавок появились другие Истребительницы, и спасение мира от нечисти перестало быть моей единоличной обязанностью. Но я должна была заботиться о Дон. И только когда Дон стукнуло восемнадцать, я, наконец, стала свободной. Я смогла, наконец, жить для себя. – Она слегка покачала головой. – Ангел, у меня теперь есть крылья, в прямом и переносном смысле. У меня есть крылья, и я хочу летать.       - И как долго ты ещё собираешься летать? – Его голос был тихим. Ангел не ехидничал, не обвинял, он лишь хотел знать.       Баффи пожала плечами.       - Ты целый век путешествовал по миру, а я до двадцати двух лет ни разу не выезжала за пределы Штатов. Да и я из Калифорнии-то выбиралась всего пару раз. Неужели так трудно понять, что теперь мне не хочется сидеть на одном месте? Что мне хочется, чтобы в моей жизни было много ярких красок, новых интересных знакомств, необычных мест? Приключений, не напоминающих фильмы ужасов?       Нет, понять это нетрудно, вынужден был признать Ангел. Довод о том, что в один прекрасный момент вдруг может стать поздно, нисколько не потерял актуальности, но Баффи ведь сама в курсе. Уж ей ли не знать, что всё, включая жизнь, может оборваться в любой момент. Её жизнь обрывалась уже дважды. Баффи сделала свой выбор, и не Ангелу её разубеждать.       - Если тебе станет легче, - нарушила она затянувшееся молчание, - то почти каждый раз, когда самолёт попадает в турбулентность, у меня возникает мысль: «Может, найти другую работу, выйти замуж за Ангела и родить ему двух-трёх детей?»       - Правда? – Он невольно приободрился, хотя понимал, что особых надежд питать не стоит.       - Правда. Но эта мысль очень быстро исчезает. – Она поднялась с дивана, подошла к Ангелу и взяла его за руку. – Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть сейчас. Пока я ничего не хочу менять. И да, я понимаю, что когда-нибудь может случиться так, что от моего желания ничего не будет зависеть. Но пока-то зависит. Мне столько раз приходилось отказываться от своих желаний, наступать на горло своим мечтам. Неужели я не заслуживаю той жизни, которую сама для себя хочу?       - Конечно, заслуживаешь. – Он ласково погладил её по скуле большим пальцем. – Ты заслуживаешь всего, чего хочешь. – Ангел только надеялся, что ей никогда не придётся пожалеть о своих желаниях.       Улыбнувшись, Баффи приложила свободную ладонь в щеке Ангела и тоже погладила его большим пальцем по скуле.       - Спасибо. Но если ты хочешь другого… - Она запнулась на миг. – Если ты хочешь того, чего я не могу тебе дать, у меня нет права тебя держать. Я не хочу, чтобы ты жертвовал своими мечтами ради моих. Если ты хочешь семью прямо сейчас, нам лучше расстаться, спокойно и без обид. Я не хочу зря отнимать твоё время.       Ангел грустно подумал: и куда подевалась девочка, с робким воодушевлением намекавшая ему, что неплохо бы им начать жить вместе или хоть ей принести некоторые свои вещи к нему домой? Куда-куда. Да никуда она не подевалась, он сам от неё ушёл, и она научилась обходиться без него. Прекрасно, просто великолепно обходиться без него. И если сейчас он опять решит, что ей лучше без него – или ему лучше без неё, - она уйдёт, не моргнув глазом. И у неё всё будет отлично (а если и не будет, то не из-за его отсутствия в её жизни). А у него – нет. У него никогда не бывало всё отлично без неё; то есть и с ней далеко не всегда, но без неё – вообще никогда.       - Отнимать моё время? Баффи, как тебе в голову могло прийти такое? Ты – вот что я хочу сильнее всего. И я не стану давить на тебя. Не стану пытаться обломать твои крылья. Я хочу, чтоб ты была счастлива.       - Я счастлива.       - Тогда и я тоже.       Её губы тронула нежная, тёплая улыбка.       - Спасибо, - прошептала Баффи, прежде чем поцеловать Ангела.

Конец

(29 июня 2025 г.)