Потому что я люблю тебя

      Он сидит в ванне. В одежде. Она прилипла к телу, очерчивая хрупкий силуэт стройного тела. Вода, окрашенная в красный цвет не случайно, доходит примерно до рёбер, сидящего в ней человека. Окровавленный нож лежит рядом. На бортике. Так, чтобы в любой момент рука, что только-что неистово наносила этим же самым ножом глубокие порезы на другой руке, могла дотянуться до него и продолжить причинять себе же боль. Такую неприятную, но в то же время столь желанную. Это ощущалось, как наркотик. Попробовав однажды, не сможешь также легко, как начал, бросить.       Он давно потерял смысл жизни. Наверное, ещё в самом детстве. Когда отец отвернулся от него. Бросил одного, видя в невинном ребёнке свою умершую жену. Как же он его ненавидит. Эгоистичный ублюдок.       Внезапно, он почувствовал чьё-то присутствие. Оглянувшись вокруг, Кэйл никого не увидел. Чтож, должно быть, показалось.       И сколько он тут сидит уже? Кэйл и сам не знает. Вероятно, долго, раз вода уже остыла, хотя, когда он её набирал, та была буквально кипятком.       "Как же всё задолбало. Хорошо, что дети сейчас с Эрухабен-нимом. Им не нужно видеть, что на самом деле происходит с их отцом, пусть не родным, но таким любимым. Пусть лучше думают, что со мной всё хорошо. А уж длинные рукава блузок, рубашек и прочих элементов одежды скроют все следы моих страданий", – подумал Кэйл, вновь беря в руки нож, желая дополнить картину, написанную кровь на своей руке, как дверь в ванну внезапно распахивается и туда на всех порах влетает Наследный принц.

***

      – Принц-печенька! Принц-печенька! Беда! Скорее, пошли скорее, пожалуйста! Там.. Там.. – внезапно появившийся в кабинете Альберу дракон достаточно сильно его удивил. Никогда, наверное, он не видел того столь взволнованным.       А ещё было удивительно то, когда он вообще успел вернуться от древнего дракона. А где тогда Он и Хонг? Странно. Очень странно.       – Что случилось, Раон? Что за срочность? Куда надо идти? – он напрягся ещё сильнее, увидев взволнованное лицо дракончика.       – Там... Я... Скорее! – всё торопил принца Раон.       – Да что случилось то, в конце концов?       – Там, в комна.. В ванной, человек сидит с ножом и... Он...       – Что?! С каким ножом, Раон, про что ты вообще говоришь? – уже поднимаясь из-за стола и на всех порах несясь к двери, с сильным волнением в голосе проговорил Альберу.       – Я боюсь, принц-печенька... Он весь в... Весь в крови... Скорее! – уже чуть-ли не плакал Раон.       "Кровь?! Что, мать его, Кэйл делает в ванной, весь в крови и с ножом?.. Надеюсь это совсем не то, о чём я подумал...", – разговаривал сам с собой Альберу в своих мыслях.       "А хотя, с чего бы ему этим заниматься? Что такого могло произойти, что он решил отвлечься таким способом? Ещё и Раон видел... Надеюсь, что дракончик просто что-то не так понял. Или ему просто показалось. Вот, если он в действительности сейчас там режется, я ему... А что я могу сделать человеку, что и так причиняет себе боль?.. Нет, для начала стоит с ним серьезно поговорить. Чёртов ублюдок. Ещё и ребёнка напугал. Вообще мозгов нет у кое-кого", – всё это пронеслось у принца в голове буквально за секунду.       И вот, уже через несколько минут Альберу и Раон оказываются у дверей в комнату Кэйла. Распахнув их, принц в панике оглядывает комнату в поисках проблемного ублюдка, но, не увидев того, впадает в небольшой ступор. Затем вспоминает, что ребёнок говорил про ванну. В следующий момент он уже стоит на пороге в ванную комнату с ошалевшим выражением лица.       – Принц-печенька, ну сделай уже что-нибудь, пожалуйста! – из оцепенения его вывел до смерти испуганный голос дракона за спиной.       – Сейчас... – лишь смог промолвить Альберу, быстро собираясь с силами и направляясь прямо к Кэйлу.       "Какой же ты проблемный, мать твою!"

***

      "Альберу?! Что он тут делает?.. Твою ж... Почему я раньше не заметил его присутствия? И как долго этот придурок тут стоит? Только не говорите, что он всё это видел.. Блять! Там Раон...", – за считанные секунды подумал Кэйл. Его лицо с удивлённого переменилось на испуганное, как только он заметил ребёнка.       "Это конец...", – в следующий момент его рука соскальзывает с бортика и с громким всплеском воды падает в неё вместе с ножом, что случайно сделал продольный, но, слава Богу, не глубокий порез, при этом прорезав штанину его любимых брюк.       "А Бикрос в действительности хорошо точит ножи", – появилась весьма неуместная мысль в голове красноволосого.       Лицо Альберу к тому моменту уже стало ужасно испуганным, а с течением текущих обстоятельств, побледнело на пару тонов так, что он более стал походить на ожившего мертвеца. Глаза его были широко открыты и наполнены нескрываемым беспокойством и страхом. Он замер, не зная что ему делать. Оцепенение его прошло, только тогда, когда Кэйл приглушённо вскрикнул от случайного ранения.       – Кэйл! – испуг сквозил в этой фразе.       – Человек! – дракончик в тот момент чуть-ли из кожи не выпрыгнул.       – Раон, скорее принеси что-то, чем можно обработать! – скомандовал Наследный принц, уже подскакивая к ванной с несчастным ублюдком.       – Может, лекаря?       – Нет времени! Сам обработаю. Нельзя, чтобы кто-то это видел. Позаботься об этом, ладно? –.быстро сказал принц, вытаскивая Кэйла из воды, сначала сажая его на бортик, а затем подхватывая под спину и колени, беря на руки и неся его к кровати.       – Хорошо! Я мигом! Человек, пожалуйста, живи, – пролепетал дракон и поспешил за предметами скорой помощи его человека.       Альберу же, кивнув ребёнку, сажает до нитки мокрого парня на край кровати. Затем садится сам совсем близко. Сначала бесконечно долго смотрит внимательным взглядом в красно-коричневого оттенка глаза, затем опускает свой изучающий взгляд вниз. Он мягко хватает руку Кэйла, что тот неподвижно держал всё этот время порезами к себе, за запястье и подносит ближе к своему лицу, пытаясь всё внимательно изучить. Кэйл не сопротивлялся потому, что не мог. Просто замер, не зная, что делать. Он смотрит. Долго. Внимательно. Изучающе.       "Ну, вот и всё. Сейчас на его лице появится невероятное отвращение и он, сморщив своё прекрасное лицо и, сказав что-то в стиле "Фу, как же отвратительно", отстранится, поднимется и уйдёт. В этот раз навсегда. И снова я останусь один... Впервые я, наверное, не хочу упускать такого прекрасного человека...", – но, на удивление красноволосого, принц не отстраняется. Лишь продолжает внимательно рассматривать повреждения на бледной руке. Затем переводит свой не менее обеспокоенный взгляд на его бедро.       "Ему не противно?..", – рождается в проблемной головушке мысль, как только принц, смутив и обескуражив Кэйла одновременно, своей второй рукой аккуратно проводит около полосы на бедре, будто пытаясь стереть с мокрой штанины кровь, что уже успела в неё впитаться.       Хенитьюзу же, хочется уйти от второго такого же жеста со стороны принца, но как только он пытается приподнять и отвести в сторону свою ногу, понимает, что тело его не слушается.       "Какого?.. Почему моё тело не слушается меня? Я совершенно не могу пошевелиться... И почему Альберу сказал Раону, что об этом никто не должен знать?.. Он понимает меня? Он читает мысли? Да он чёртов телепат! Меня это пугает. И настораживает. Интересно, что же он сделает дальше?"       – Кэйл, ты... – не успевает принц продолжить, как дверь в покои приоткрывается и туда влетает Раон с двумя упаковками бинтов и какой-то скляночкой, по видимому, спиртом или ещё каким-то обеззараживающим средством.       – Я принёс, принц-печенька! Скорее! Если человек умрёт, то я разнесу этот мир в пух и прах!       – Хорошо, спасибо, Раон. Я сейчас всё обработаю. А ты проследи за тем, чтобы сюда никто не вошёл, хорошо? Даже Рон или Бикрос. Никто не должен знать, понял? – серьёзно проговорил Наследный принц.       – Хорошо! Я сделаю всё, чтобы человеку стало лучше. Кэйл, только посмей умереть! – со слезами и решимостью в глазах сказал дракон напоследок, покидая покои.       "Он впервые назвал меня по имени... Походу реально сильно испугался за меня, за этого недостойного отброса, раз сказал, даже не подумав перед этим..."       "Этот дракон умеет звать Кэйла по имени?! Вот это он выдал сейчас, конечно", – на лице Альберу было не сложно прочитать шок.       – Кхм... Так вот, Кэйл. Могли бы мы обсудить кое-что? – с серьёзным выражением лица проговорил блондин.       – Хорошо, Ваше Высочество.       – Возможно, будет больно, я не обещаю, что всё пройдёт безболезненно. Просто, постарайся расслабиться и не думать о боли, хорошо? Я обещаю сделать всё, как можно аккуратнее.       – Я понял... Спасибо вам, Ваше Высочество. Этот недостойный слуг... – не успел закончить Кэйл, как его самым наглым образом перебили.       – Я тебя умоляю, перестань уже так говорить, задолбал, – это определённо раздражало Альберу всё то время, что он так говорил. Просто, при других аристократах нужно было держать серьёзное лицо, либо дежурную деловую улыбку. Он не мог стукнуть со всей силы Кэйла по башке при всех присутствующих. Сейчас он, конечно, мог это сделать, но, почему-то, не стал. Посчитал лишним в данной ситуации.       На лице Хенитьюза на секунду мелькнула лукавая улыбка от услышанного. О, да, у него снова получилось вывести того. Но она сразу же исчезла, когда Альберу, приложив кусочек ваты, что также любезно принёс дракон, со спиртом, начал говорить.       – Я, конечно, не могу выразить через слова всё то, о чём я думаю сейчас. Но, первым делом всё же стоит у тебя спросить. Ты в действительности хочешь умереть так?.. – на лице принца проступает грусть. Испуг, наконец, начинает отступать.       – Что.. Оу, наверное, вы поняли что-то не правильно, Ваше Высочество, – притворяется дурачком красноволосый, перед этим немного сморщив лицо и тихо шикнув из-за боли от ватки со спиртом, что принц аккуратно прикладывал к его запястью.       – Я что-то неправильно понял?! Ты серьёзен сейчас вообще? И отбрось формальности. Мы тут одни. Называй меня просто по имени.       – Ну, нет, я с вами шутки шучу, Ва... Альберу, – быстро исправился Кэйл.       – Ну, если ты шуткой называешь то, что с тобой происходило минут пять назад, то у тебя весьма скудные понятия в сторону того, что в действительности называется юмором.       – Это был сарказм... – смятение появилось на лице Хенитьюза. Он приподнял одну бровь, что выглядело до ужаса смешно. Принц еле сдержал рвущийся наружу смех, сменив его на напускное раздражение.       – А я что, по-твоему тупой что-ли? Ты в той ванной только-что чуть не вскрылся. Ещё и ребёнка напугал.       – Я вообще-то не собирался этого делать! Пожить я ещё хочу, а Раон... – парень немного помолчал, думая, что сказать в своё оправдание, – Я вообще без понятия, откуда он там взялся. Он должен был быть с Эрухабеном.       – Хах... – усмехнулся блондин, – Пожить он хочет. А это тогда зачем? – кивнул он головой в сторону повреждённых рук, что сейчас пытался бережно обработать, – Кэйл, я всё понимаю. И я могу побыть рядом, помочь, выслушать, в конце то концов! Но такое-то зачем делать? Неужели ты не понимаешь, насколько это опасно?.. А дети? А семья? Если тебя не станет, мы же все с ума сойдём. А я?.. Это звучало ужасно, да? – грустная улыбка проскользнула на лице Альберу в конце.       – Просто не представляешь насколько, Альберу. Это тяжело объяснить, понимаешь?       – Понимаю, поэтому и хочу помочь тебе, – на тот момент принц уже перевязывал руку Кэйла бинтом, пытаясь сделать этот процесс максимально безболезненным, но, судя по тому, что второй парень постоянно вздрагивал и морщился, получалось у него, мягко говоря, хреново.       – Зачем, Альберу? Почему? Для чего ты мне помогаешь? Что хочешь получить взамен? Почему ты это делаешь...       – А вот теперь послушай меня внимательно. Я помогаю тебе потому что ты важен. Мне. Детям. Семье. Всем, понимаешь? И взамен мне совершенно ничего не нужно. - проговорил принц. Подумав с секунду, он решил продолжить.       – А хотя, нет. Нужно, всё-таки, кое-что. Знаешь, что именно?       – И что же? – безэмоционально ответил красноволосый. Всем что-то от него всегда нужно. Не удивительно, в принципе. Сейчас этот принц попросит денег, продаться ему в рабство или что-то ещё похуже. Только вот, ответ того сильно удивил Кэйла.       – Чтобы ты принял эту помощь. И понял насколько ты мне важен. А хочешь получить ответ на последний свой вопрос? – серьёзно сказал Наследный принц.       – Да... – уже смотрел расширенными от шока глазами Хенитьюз на собеседника. Такого же просто не могло быть!       – Я помогаю тебе потому что я чертовски люблю тебя. Когда мы встретились в первый раз, я понял, что любовь с первого взгляда существует, – принц поднял глаза от проделанной работы и посмотрел прямо Кэйла в лицо, пытаясь понять его эмоции. Тот был в шоке. Даже больше.       "И как мне на это реагировать, мать твою?! Всё-таки, мне не каждый день в любви признаются... От детей не считается", – подумал красноволосый, а затем ответил.       – А почему ты тогда так долго об этом молчал? Давно бы признался мне.       – А как ты себе это представляешь? "Блин, Кэйл, я короче это... Ну, люблю тебя. Ты только это... В шок сильно не впадай, а то я не хочу дополнительно сосвоими разбирать и твои завалы бумажной работы!" – попытался, изображая Кэйла, искаверкать свой же голос Наследный принц.       "Что ты сейчас сморозил вообще... Сейчас он вообще перестанет с тобой разговаривать, придурок", – подумал принц, заливаясь при этом румянцем. Но парень в ответ лишь засмеялся и робко сказал:       – Ладно, я понял. А знаешь, Альберу... Ты то тоже мне нравишься, – щёки парня тоже покраснели.       – Правда?! - несдержанно выкрикнул блондин, затем, смутившись от своего же поведения, прикрыл рот ладонью и произнёс, покраснев пуще прежнего, – Извини, не сдержался.       – Да.       В следующий момент их лица резко оказываются на очень коротком расстоянии друг от друга. Настолько близко, кто каждый ощущает горячее дыхание другого. В таком положении они находятся примерно секунда пять, прежде чем Альберу, ничего не смущаясь придвинулся ещё ближе и примкнул своими губами к губам красноволосого. Тот просто замер в шоке, не зная, что ему делать. Он не отстранялся и не сопротивлялся, наоборот, ничего не делал, ожидая, что принц предпримет дальше.       Тем временем Альберу продолжал пытаться сделать их первый поцелуй как можно более приятным и трепещущим. Как только он почувствовал, что Кэйл не сопротивляется ни одному его движению, понял, что может действовать беспрепятственно. Принц протолкнул свой язык в чужой рот, изучая там всё, что попадалось на пути. Провёл по нёбу, зубам, дотронулся чужого языка, а затем мягко прикусил чужую губу, немного оттянув. Затем отстранился и снова поцеловал Кэйла. На этот раз просто чмокнув в губы.       – Ты украл мой первый поцелуй! – возмущённо вскрикнул красноволосый.       – И что? Мне вернуть его обратно? – ехидно улыбаясь, проговорил принц. Но его уже потянувшееся лицо отстранили ладошкой подальше.       – Не надо! И я обиделся на тебя вообще-то! – возмущение вспыхнуло на лице Хенитьюза.       – Ладно, не дуйся, я люблю тебя, – прошептал Наследный принц уже куда-то в шею Кэйла, расцеловывая её. Через несколько секунд он отстранился, смотря на любимого.       – Я тоже, – тоже прошептал Хенитьюз, уже совсем позабыв о своей обиде.       Оба тяжело дышали. Воздуха не хватало, но это сейчас не было важно. Кэйл мягко улыбнулся. Альберу тоже. Они были рады тому, что чувства друг друга оказались взаимны.       Альберу, наконец, поверив в себя, переместил свои руки с плеч красноволосого. Правой теперь он держался за тонкую, как у худощавой девицы талию, а левую просунул под колени парня. Затем, легко приподняв Кэйла, словно тот ничего не весил, пересадил его на свои колени. Парень от неожиданности вскрикнул и схватился за плечи Альберу, в надежде крепко вцепиться и не упасть.       – Свихнулся? Ты чего так пугаешь?! А если бы я упал? – буквально проорал Кэйл.       – Но не упал же. А если бы попытался, я бы словил, – хитро улыбаясь, сказал Альберу.       – Ага, я бы посмотрел, как ты эту тушку волшебным образом словишь.       – Ну и не верь.       На этом их разговор закончился, так как блондин вновь вовлёк второго в поцелуй, при этом мягко проходясь левой рукой по его ну, уж слишком худым бёдрам. Правая всё также оставалась на талии. От его внимательных глаз не ушло то, как от таких нежных действий ноги парня сводились вместе всё сильнее и сильнее. Но он не подал вида, что что-то заметил. Да, ему стоило стать актёром с детства. Притворяться, будто ничего не знает он умеет слишком хорошо.       – Тебе стоит побольше есть, – сказал он, когда поцелуй прервался от нехватки воздуха.       – С чего такие выводы?       – Ты слишком худой.       – Отстань, мне нормально. Можешь... Продолжить то, что только-что делал? – смущение заиграло на его лице.       – Да? Продолжить? А что продолжить? Что я только-что делал? Ничего не помню! Не хочешь освежить мне память?       "Хах. Издеваться на до мной вздумал? Не позволю. Издеваться тут могу только я. Получай!" – подумал красноволосый, перед тем, как потереться бедром об место чуть выше бёдер Альберу. Тот резко выдохнул, посмотрев в глаза Кэйла с вызовом.       – Ну, как? Вспомнил?       – Вспомнил, – принц коварно улыбнулся. Кэйлу это не понравилось.       В следующий момент его вновь вовлекли в поцелуй, возобновляя поглаживания по бёдрам. Только в этот раз они были немного другими... Он не только гладил их, но и сжимал, иногда поднимаясь чуть выше, как-бы, поддразнивая, и опускаясь вновь вниз. Кэйла это ужасно бесило. Именно поэтому он иногда покусывал губы блондина.       В какой-то момент Хенитьюз резко вскрикнул от боли, поджимая к торсу ноги, складываясь пополам, чем сильно напугал Альберу.       – Что такое?! Я сделал тебе больно? Кэйл, не молчи, пожалуйста.       – Угх... Бедро...       – Ох, походу мы забыли обработать его вместе с рукой. Настолько больно? – с беспокойством в глазах спросил блондин.       – Нет, со мной всё хорошо. Готов прямо сейчас пробежать марафон, – снова съязвил парень.       – Уж я то вижу. Ничего, сейчас перевяжем. Как раз бинты ещё есть, – сказал Альберу, пересаживая парня со своих ног на кровать. Сам же, встав, наклонился к красноволосому и, приподняв рубашку, начал расстёгивать его брюки.       – Ты что делаешь?.. – тихо спросил тот.       – Снимаю с тебя штаны. Как я по-твоему по-другому обработать рану должен? Боишься, что я что-то сделаю? Не бойся, я так в первый день отношений не делаю, – проговорил принц, мягко улыбаясь. Затем добавил совсем тихо: – Не считая того, что это мои первые отношения... – но Кэйл всё отлично услышал, хоть и не подал вида.       – Ладно...

***

      – Раон-ним, почему вы не хотите впускать меня в покои Молодого Господина? И разве вы не должны быть у Эрухабен-нима? – спрашивал с жуткой улыбкой Рон бедного дракончика, что из последних сил пытался уговорить дворецкого придти попозже.       "Это всё ради человека. Великий и могучий Раон Миру должен помочь своему человеку скрыть его тайну! Я должен быть таким же отважным, как человек, когда защищает этого великого и могучего дракона!"       – Дедушка Голди отпустил меня к человеку!       "Не должен же он знать, что меня отпустили домой, потому что я почувствовал, что с человеком случилось что-то плохое".       – Хорошо, но почему вы не пускаете меня в его комнату? Чем он там таким секретным занимается, что попросил дракона себя охранять? – всё допытывался старый дворецкий.       – Он в комнате с принцем-печенькой! Они заняты важными делами. Я не могу вас туда впустить! Человек будет зол!       "Наверное... Скорее всего он просто будет в шоке и испуган. Я не хочу, чтобы человеку было страшно. Я должен защищать этого слабого человека!"       – Ох... Ну, если с принцем... Хорошо, пусть сидят там вдвоём. Я приду позже, позову на ужин. Передайте это принцу и Молодому Господину, Раон-ним, – проговорил Рон, не убирая той самой жуткой улыбки с лица. Он наконец ушёл. Дракон, наконец, смог выдохнуть нормально.       "Наконец-то он ушёл! Не волнуйся, человек! Никто больше не узнаешь про твою с принцем тайну! Я буду хранить её до самой смерти, если ты сам не пожелаешь, чтобы её ещё кто-то знал".       "Значит, щенок сидит с принцем в комнате и приказал ребёнку охранять дверь, чтобы никто не вошёл? А он вырос. Но не на столько, чтобы заниматься чем-то подобным, когда дракон под дверью сидит и охраняет их. Нужно будет потом переговорить с Кэйлом. А Альберу стоит пригласить на индивидуальную беседу со мной и Бикросом... Хорошая идея. Так и поступлю", – думал Рон, уходя всё дальше и дальше от комнаты "сына".

***

      – Так, чем вы и Молодой Господин занимались наедине в комнате? – с устрашающей улыбкой проговорил Рон, попивая свой отвратительный лимонный чай.       – Ничего. Просто обсуждали рабочие моменты, – сухо сказал Альберу, молясь на всех известных языках о спасении от этой семейки бывших убийц.       "Жуткий старик... Как Кэйл его терпит вообще?"       – А вот я думаю, что вы не просто разговаривали. Уж сильно румяное лицо было у Господина на ужине. Ничего более не хотите рассказать, Ваше Высочество? – добавил уже Бикрос.       "Да чтоб вас..."       – Да говорю же, мы просто разговаривали. Ничего более. Да, я и не позволю себе хотя-бы пальцем тронуть Кэйла. А лицо у него было красным, наверное, из-за того, что вина потом выпил. Мне об этом откуда знать? Я же не слежу за ним двадцать четыре на семь.       "Как вы, к примеру...", – добавил блондин мысленно.       – Хорошо, Ваше Высочество, мы поняли. Вы можете идти, – сказал старик, поднимаясь со своего места и уходя с сыном куда-то.       "Я спасён. Спасибо, Боже, за спасение! Какой бы не была моя истинная вера, я благодарен".       "Ну, мы же всё равно вытащим из тебя правду, принц. Не надейся на такое скорое спасение", – подумал Рон, когда уходил. Он не спускал взгляда с Альберу.       Видимо, Наследного принца в дальнейшем ожидают ещё несколько допросов от семейки Молан. А самое главное, никому не известно сколько именно. Остаётся лишь пожелать ему удачи выжить, после этих допросов. И всё-таки, встречаться с Кэйлом – верная смерть от его семейки. Но Альберу вытерпит. Ради себя... И Кэйла. Потому что он пообещал помочь. Пообещал защитить. Потому что любит его, кто бы что мне говорил.