Как приручить собаку. Начало нового (pt.2)

Дальнейшая часть вечера протекала более весело. Ванесса приняла вызов Блэка и, как только музыка вновь заиграла, начала с ним танцевать. Проблема была в том, что это был нещадный венский вальс, и Ванесса просто боялась, что действительно упадет и не стравиться с собственной координацией. Движения были быстрые, Сириус крепко держал и быстро перемещал ее, будто бы она ничего не весила, и Ванесса внутреннее изумилась его движениям. Казалось, он чувствовал себя естественно и нисколечки не прилагал усилий. Он перемещался пластично, так будто действительно является чертовым грациозным артистом балета. Вот только Ванессе приходилось себе напоминать, что это был все тот же Сириус Блэк, наглый задира из ее школы, которые не имел ничего общего с тем чтобы считаться порядочным джентльменом или элегантным аристократом. Ванесса вновь и вновь себе это напоминала. Сириус все это время поглядывал на ее ноги и руки, будто ожидая, что та так или иначе допустит ошибку. Но Ванесса постаралась не делать резких движений и поспевать за музыкой. В конце концов от нее не требовалась соло-партия, чтобы тут всех затмить — ее задача простая, ей просто нужно было не упасть на каблуках. Танец длился несколько минут, и за это время Ванесса успела осмотреть реакцию окружающих. Большинство по-прежнему были заняты собой и так же растворялись в танце. Однако были и те, кто считал более интересным наблюдать за новой сладкой парочкой. Видеть Ванессу и Сириуса вместе, да еще и танцующими, было в новинку. Все знали, что Ванесса всегда дружила и поддерживала Регулуса. Да и сам младший Блэк всегда приглашал в гости Ванессу. Чего уж греха таить, их родители в глубине души понимали, что те закончат вместе, потому что именно они были лучшими друзьями в школе — статистика не врет. Все подходило: их семьи общались, их идеалы совпадали, плюс они сами испытывали друг к другу симпатию. Да, Регулус учился на год младше Ванессы, но, во-первых, по возрасту они не сильно различались, да и сам Рег был слишком умным и смышленым ребенком, иногда ему даже приписывали возраст 14-15 лет, несмотря на его худобу и весьма мальчишеский вид. Регулус был высокий, был умным и собранным и разбирался почти во всех предметах — были ли это древние науки или домашние обязанности, с которыми он явно справлялся лучше, чем тот же Сириус. Короче говоря, Ванесса должна была танцевать этот танец с Регулусом, думали все присутствующие. Но видеть слизеринку с гриффиндорцем, с которым они частенько ссорились, было необычно. И вместе с тем смотрелись они достаточно органично. Как настоящая пара. Ванесса всегда была достаточно женственной для своих юных лет. У нее были выраженные мягкие плечи, феминные изгибы тела и изящная талия. Она отлично разбиралась в домовых делах и умела быть заботливой, ее способность к зельям делала ее терпеливой и способной к хозяйству. В общем, когда на семейных вечерах ей говорили, что она в будущем будет хорошей женой, они не лукавили и просто говорили, что видят. Сириус, в свою очередь, выглядел старше своих лет. Он был высокий, широкоплечий и худой, с длинными темными волосами, блестящими глазами и чертами лица. У него действительно были привлекательные гены, и даже в свои 14 лет он уже был красив и при этом мужественен. Они были как Инь и Янь, он веселый, свободолюбивый и чрезмерно энергичный, а она — спокойная, собранная, чувствительная и хитрая. Одно из объединяло — оба любили попадать в неприятности и испытать каждый раз свою судьбу. Оба любили эти бесконечные догонялки и соревнования. И этот танец — был тоже таким соревнованием, боем. Только теперь он был менее травматичным и безумным, чем их обычные выходки. Но выглядели они в своем танце (коим было их обоюдное преследование) органично, да и двигались неплохо, этого нельзя было не отметить. Когда танец закончился, Сириус манерно поджал губы, будто бы расстроившись, что Ванесса не опозорилась посреди всех родственников. Все еще придерживая ее за талию, он достал из кармана коробочку Барти и передал. — Ладно, Флай, ты заслужила, — сказал он, отдав ей подарок. — Открывай, давай посмотрим что там. Ванесса, забрав коробочку, чуть отстранилась от него и, фыркнув, возмущенно ответила. — Вот еще, я сама посмотрю, что там! — воскликнула девушка и, закрывшись от него, открыла подарок. В коробочке оказалось кольцо — серебряное с зеленым камешком. Глаза Ванессы нежно вспыхнули, и она улыбнулась, разглядывая украшение. — Мва, — равнодушно выдохнул Сириус, склонившись над ней. — Я то думал будет что-то интересное. Ванесса раздражительно посмотрела на него и отвернулась. Она решила примерить кольцо, а внизу под ним обнаружила записку. Договорившись с собой прочитать ее позже, девушка надела украшение на безымянный палец и оглядела его. Сириус по-прежнему показывал максимальное равнодушие. Возможно, для него это была простая дешевка. Ванесса не знала, сколько стоит это кольцо, но уверена, что состояния Блэков хватило бы на то, чтобы заполнить этими кольцами целый дом. Но Барти и сам был из весьма обеспеченной семьи, поэтому не было шанса, что он бы купил ей что-то за гроша. Показав кольцо родителям, Ванесса уже оставшийся вечер решила остаться с ними. Они рассказали ей о впечатлениях от вечера, мама обменялась с несколькими хозяйками рецептами пирогов, отец обсудил дела в министерстве с Малфоем и Краучем. Они уже собирались уйти, как вдруг Вальбурга вызвалась сама их проводить. — Приходите к нам обязательно еще, — сказала она на прощание, улыбнувшись Хелене, а затем повернулась к Ванессе. — И ждем тебя, конечно, Ванесса. Сегодня вы кажется очень хорошо провели время с Сириусом. Ванесса чуть удивленно посмотрела на нее и ощутила, как покраснели ее уши. Серьезно, Сириус? Кажется, ее собственная мама, которая видела ее только с Регулусом (в ее идеальной картине мира) тоже была в шоке. Но Ванесса не стала рассказывать Вальбурге, что все то время, что они провели вместе с Блэком, были погони и взаимные колкости. Но если она это считает хорошо проведенным временем, то отлично. — Да, миссис Блэк, было очень весело, — Ванесса попыталась натянуть улыбку, из-за чего ее зеленые глаза чуть не пропали в морщинках на веках. — Он сегодня вел себя намного спокойнее, твое присутствие благотворно на него влияет, — размеренно произнесла Вальбурга, многозначно посмотрев на нее своими чисто-голубыми глазами. Ванесса выдержала ее — тяжелый даже в такой «дружеский» момент — взгляд и нервно усмехнулась, пожав плечами. Что ж, у нее вероятно действительно получалось быть отвлекающим фактором для ненормального и неконтролируемого ребенка, коим был Блэк — она была этому рада. Наконец, Вальбурга помахала им всем рукой на прощание и закрыла за ними дверь. Хелена, радостная после теплого и активного вечера, обняла мужа и дочку. Они были очень дружной семьей, и, возможно, именно это была их суперсила и особенность, которая в конце концов, в конце дня, была единственно важным фактором. Поэтому любые тревожные или смущенные мысли недолго держались в голове Ванессы, и она окунулась в ответ в тепло своей семьи и особенно мамы.

***

Барти Крауч всегда был непростым человеком, поэтому вероятность, что он подарит простое кольцо, была минимальной. И так оно и произошло. Когда Ванесса пригляделась к нему поближе и примерила его, то почувствовала исходящую от него силу. Она была приятной и ненавязчивой — скорее всего легкие чары. Достав записку, она прочла, что это кольцо сделано для удачи и «для помощи в беде». Смутившись, Ванесса еще раз осмотрела кольцо — внутри него была выгравирована надпись «Если вы попали в беду, достаточно одного-двух поворотов кольца». Ванесса потерянно вздохнула и повертела кольцо на руке. Но ничего не произошло. Прошло две-три минуты, но все по-прежнему было так, как и было. «Возможно, оно не работает», — ухмыляясь, подумала Ванесса. Ее темные брови сомкнулись в неприятную линию. Кто бы мог подумать, что у Крауча что-то может не работать. Ванесса не знала, сделал ли он кольцо сам или это семейная реликвия, но, похоже, она была малополезна. Спрятав кольцо в свою темную сумку, Ванесса вышла из комнаты и поехала с чемоданом к выходу. Сегодня был последний день каникул — ее ждал Хогвартс. Попрощавшись с родителями, она сказала, что дойдет сама до вокзала, и, наложив «улегчающие» чары на сумки, повезла их по улице. Поездка в Хогвартс была как всегда быстрой, большую часть дня заняло раскладывание вещей в комнате. Благо, пока ее соседки Эйлин и Сирша не приехали, сделать это было быстрее. В коридорах она уже увидела неприятную взлохмаченную бошку Поттера и поняла, что ни одна она приезжает так рано. А она то думала, что мародеры всегда опаздывают — а они иногда бывают и чересчур пунктуальными. Поттер был настоящим недоразумением, впрочем как и Сириус. Но если Блэк донимал Ван «от скуки» и из-за своей природной, фамильной жестокости, то Поттер, кажется, реально имел что-то против нее, что-то личное. Нельзя было сказать, что Джеймс донимал всех — он так же, как и Сириус, охотился за слизеринцами из высокоморальных мотивов. Им повезло, что они были сильными, способными и умными наглецами чистокровками — иначе слизеринцы уже давно их съели бы. Большинство обычно давали сдачи. Правда иногда «благородные» гриффиндорцы перегибали палку и и чисто буллили кого-то, например, Снейпа. В эти моменты они становились хулиганами похлеще стереотипных слизеринцев. С такими Флай мало общалась. Она бы отнесла к этой категории Мальсибера и Лестренджа, те реально были ненормальными иногда — их даже однокурсники побаивались. Плюс к тому убежденные последователи чистоты крови — они даже полукровк за людей не считали. Ванессе оставалось только гадать, какими они станут в будущем — когда школа закончится. Ответ, кажется, был очевиден. Так вот, возвращаясь к Поттеру. Тот вроде был из благополучной семьи, рос в обеспеченном детстве. Его родители сильно его любили и не отказывали ему ни в чем. Плюс к тому Поттер и сам не имел ни малейшего повода, чтобы ненавидеть себя или свою жизнь — он был одним из лучших учеников Хогвартса (несмотря на постоянную недисциплинированность и безответственные поступки, хотя тот всегда выходил сухим из воды), имел кучу денег, которыми частенько сорил, был самым популярным парнем в школе из-за своих выдающихся успехов в квиддиче и еще имел симпатичную внешность. Единственное, в чем ему не везло, — это пожалуй Лили. Ванесса могла только гадать, была ли у него такая искренняя любовь к ней или он уже просто привык к тому, что постоянно ее добивается. Возможно, Лили была для него очередной целью, которых, как он привык, он постоянно добивается во что бы то ни стало — ради своего самолюбия. Но Поттер был к тому же очень жадным до внимания девушек в принципе. Этим он отличался от Блэка, который, казалось, восторженные и мечтательные взгляды в свою сторону вообще не замечал. А вот его друг Джеймс внимание к себе прекрасно замечал и поощрял. Он очень часто болтал с какими-то девушками, просто чтобы в очередной раз испытать приятное чувство своей значимости. Он вообще был любителем поболтать со всеми в принципе — прекрасно знал, что все к нему хорошо относятся, и старался со всеми вести дружбу. Хотя надо признать. у него это получалось вполне естественно. У Поттера были теплые коричневые глаза, мягкие густые, но взъерошенные волосы и круглые очки на переносице. Он был очень высоким, и по его телосложению было видно, что он постоянно играл в квиддич и был очень активным в принципе. Самая привлекательная его черта была точно карие теплые глаза, которые выглядели очень добрыми и спокойными, когда он общался с друзьями или однокурсниками. Но в один момент он становился нахальным безобразием, как только видел кого-то из своих неприятелей. Флай повезло оказаться среди них. И вот вечером, сидя спокойно в общем зале, который до сих пор был полупустым, и делая уроки на завтра, Флай случайно привлекла его внимание. Не то чтобы она очень сильно хотела — она даже надела красный теплый свитер, чтобы не выдавать себя (потому что обычно носила только зеленые и серебристые вещи), а лицо ее было спрятано за волосами, плавно свисавшими светло-коричневой волной с ее лица. Она сидела, согнувшись не очень грациозно, и писала в тетради рядом с камином, как вдруг появился Поттер. Бежать было поздно, поскольку тот уже ее заметил и шел к ней. Ванесса лучше под землю провалиться, чем покажет ему, что боится его. Она не позволит ему над собой насмехаться! Когда она уже подняла на него глаза, тот мгновенно оказался перед ней, будто бы переместился по воздуху. — Что ты тут делаешь, Флай? — спросил он слишком дружелюбно, подсаживаясь к ней. Ванесса переместила учебники поближе к себе и села в защитную позу. — Тебе что, поговорить не с кем? — ехидно спросила она, ухмыляясь. Ее черные глаза неприятно засверкали. — Да ладно тебе, — ответил он легкомысленно и маггловским мячом, который Ван только сейчас увидела, будто по воздуху ударил ее. Однако тот едва коснулся спины. — Чем занималась на каникулах? Ванесса, которая уже начала вновь писать конспекты, подняла взгляд еще раз и недоверчиво уставилась на него. — Поттер, шутка затягивается. Иди лучше к своим гриффиндорским, — с этими словами Ван кивнула головой в сторону бордового стола, где действительно сидела горстка учеников. Они были, правда, в большинстве своем первокурсники и второкурсники, но и одногодки Джейса там тоже сидели — в том числе Маккинон, Элис и даже Люпин. Но Джеймс почему-то ошивался здесь (!), из-за чего ее однокурсники уже начали криво на Ванессу поглядывать, да и однокурсники Поттера тоже. Взлохмаченный продолжал сидеть здесь, нисколько не смущаясь. Ванесса тяжело вздохнула, закатив глаза, отчего синяки под ее глазами показались еще больше и темнее, чем были. Потеряв всякий интерес, она вновь уткнулась в учебники. В момент, когда она записывала новые предложения своим синим пером своим угловатым почерком, Поттер подскочил и, схватив ее за руку, волшебной палочкой скинул с ее пальца кольцо Барти, левитируя его к себе и тут же сбегая. Ванесса кинулась за ним, бросив свои учебники, и попыталась остановить его заклинаниями прямо в спину. Послышались крики возмущенных и радостных учеников, пока двое бежали друг за другом. Ванесса кричала высокому и быстрому гриффиндорцу вслед, пытаясь догнать, но тот помчался и схватился в кольцо, как будто в снитч на игровом поле. Он нередко врезался в какие-то углы и стены, но не останавливался, срезая и убегая все дальше и дальше. Они оказались уже у входа в замок, где шли друг с другом Блэки. Такую картину было редко встретить: Сириус и Регулус вместе, тащат свои чемоданы прямиком из дома семьи благородного рода. Сириус нес большой бордовый чемодан, а Регги — две какие-то вместительные сумки. Оба о чем-то переговаривались, без своих привычных ссор, а потом старший заметил своего друга и замер. — Сириус, оно у меня! — заорал ему Поттер, продолжая бежать и уже минуя Блэков. Ванесса до сих пор значительно отставала, и появилась в дверях лишь сейчас. Блэк старший, увидев ее, тут же возмущенно ударил Поттера, останавливая его на месте. — Я же просил тебя сделать это незаметно, придурок! — сказал он, оглядываясь на девушку. Джеймс однако вообще никак не отреагировал на его неприветливое расположение духа и чуть ли не смеясь передал ему кольцо. Ванесса нагнала его только сейчас и тут же ткнула палочкой в обоих друзей. Регги стоял неуверенно и переминался с ноги на ногу, озираясь. Наверняка думал в этот момент, что его уже изрядно задолбали разборки этих троих четверокурсников, которые должны были быть старше его и умнее. — Ах это был ты, Блэк! — злобно воскликнула Ванесса. Ее светлые волосы некрасиво свисали со лба, обычно прямые — они теперь были чуть взъерошенные, отчего несколько прядей неестественно свисали спереди. — Я должна была догадаться, кто здесь автор очередной выходки! Она часто дышала, так же как и Поттер. Тот не утруждал себя даже поднять свою палочку в ответ, пока Ванесса до сих пор держала кверху свою. — Да ладно, Флай, всего лишь безобидный розыгрыш, — противно улыбался Сириус, всегда жестокий и бессердечный в любых своих шутках и словах. Отличное качество Блэков, кстати, которое он постоянно отрицает. — Ты помешался, Блэк! — проговорила брюнетка и потянулась за кольцом. Тот поднял его над головой и остановился, надменно поглядывая на девушку. Странно, но Флай до сих пор видела те же самые серые озорные глаза, которые осматривали ее вчера. Будто бы Блэк прекрасно все помнил, как и она, и то, что происходило сейчас, это было предложение их игры. Регулус, тем не менее, никак это за игру не считал, судя по его осуждающему взгляду. — Ты же потерял интерес к нему вчера! Их крики были слышны, наверное уже в замке. И парочка особо лучших их друзей уже оказались снаружи. Но ни Ванесса, ни Блэк, ни Поттер не видели, как рядом стояли Люпин, Макдональд и Маккинон. Последняя, кажется, заинтересованно, но немного мрачно рассматривала обоих драчунов, эту милую пару. — Мне слишком не нравится, как оно на тебе сидит, делает твои пальцы слишком толстыми, тебе нужно друг- Ай!!! — воскликнул Блэк, его красивые темные волосы упали назад из-за подергивания от удара, который пришелся ему по шее. — Какая же ты драчунья! — возмущенно прошипел он и силой отодвинул от себя, забирая себе кольцо. Не объяснив больше не слова, он помчался внутрь замка так, будто намеревался сделать что-то поистине страшное. Ванесса уже хотела побежать за ним, но ее решительным движением остановил Регулус, сказав, что сам потом заберет у него кольцо. Успокаивающим тоном он сказал ей, что в любом случае пора уже ложиться и завтра будет первый учебный день, настраивая на на том, чтобы они вместе снова, как обычно, зарабатывали баллы для своего любимого факультета и получали удовольствие от всех занятий, не отвлекаясь на усталость. Регулус всегда умел абстрагироваться от витающих в воздухе проблем, сосредоточившись на рутине и повседневных монотонных делах, которые позволяли сохранять спокойствие. Ванесса помогла Регги затащить его сумки в замок, пока оставшиеся гриффиндорцы до сих пор пытались поймать момент. Произошедшая перед ними сцена вызывала непонимание и при этом какое-то естественное раздражение и усталость. Слишком часто такое происходило, все успели привыкнуть к этой несносной троице и очередная их «забава» не была новой. Но сейчас все было по-другому, странно было слышать, что эти несносные ребята еще и имеют какую-то совместную жизнь за пределами Хогвартса и пересекаются там. И если про Джеймса и Сириуса все и так знали, что они не разлей вода, то вот факт, что Сириус и Ванесса виделись за пределами школы, был колющим, особенно для Марлин. Девушка была красивой блондинкой, с рваной стрижкой, ярко накрашенными глазами и вечно короткими юбками, которые она носила, несмотря на запрет учителей. Маккинон выглядела как типичная молодая потаскуха, она постоянно ходила с замутненными глазами и нервной походкой. Но вместе с тем Ванесса ни разу не поймала ее на том, что она пьет спиртные напитки во время учебы. Вероятно, у нее просто был такой драматик вайб. Маккинон, так же как и остальные гриффиндорки, бесила Ванессу. Такая пустышка, как она — не было понятно, что она делала на Гриффиндоре, у нее не было даже пресловутой храбрости и решительности, просто тупая бесстрашность и беспечность. А еще Ванесса считала ее стервой. Но сейчас Ванесса ушла и не могла видеть эту светловолосую девушку, которая подозрительно смотрела ей вслед, пока Ванесса шла позади темноволосого худого Регулуса. Мысли Марлин были неприятны. Она уже давно шаталась с Сириусом и явно имела на него виды, по мнению друзей по крайней мере. Перемену в ее лице заметила Лили, которая по-дружески боднула ее в плечо. — Перестань, Марлин! Неужели ты думаешь, что Блэку понравится эта седовласая ведьма? — удивленно проговорила Лили, коварно улыбаясь. В такие моменты ее рыжие волосы и розовые щеки загорались чем-то ехидным и демоническим даже. Со стороны она всегда была милой и тихой, но в глубине душе у нее всегда была ее shady-сторона, которую она активно использовала вместе с друзьями. Римус пригнулся, демонстративно прислушиваясь к ним, и заумно приподнял квадратные очки к своей челке. Его теплые волосы и спокойные глаза всегда дополнялись немногословностью, из-за чего он становился похож на милого великана из-за своего высокого роста. Римус был достаточно симпатичный, но из-за своей смущенности он никогда не был слишком активным на людях и оставался не особо заметным для людей, за исключением близкого круга и своего факультета (ну и круга старост, пожалуй — там на него многие девушки пускали слюни). Но Римус всегда был очень понимающий среди своих друзей, поэтому его сильно ценили. Вот и сейчас он весьма быстро разобрался, в чем дело, в отличие например, от Поттера, который возвращался к ним и снова громко кричал об очередном пранке; или, например, от Макдональд; и уж точно в отличие от Сириуса, который вокруг себя вообще ничего не замечал. Но Люпин не стал никак утешать Марлин — по простой причине: он не считал, что блондинке не о чем переживать. Он как никто другой видел здесь треугольник, он б даже сказал любовный — из Джеймса, Сириуса и Ванессы. То было бы смешно, если бы не было так разрушительно для окружающих и окружающего мира — эти их веселье и забавы всегда кончались плохо для школы/других учеников/их самих. Но вся троица продолжала жить в гармоничном мирке. И на самом деле, Римус не был уверен, что Джеймс ничего «не имеет за душой», тот тоже проявлял какой-то нездоровый интерес к Ванессе. Но все-таки у него была Лили, и Люпин верил, что та действительно ему сильно нравилась. Про Сириуса так сказать было нельзя. Он вообще не имел дела до каких-либо отношений пока, поэтому вполне мог окончить тем, что выберет именно Флай — просто потому что больше его никто не интересовал, из женского пола. Сириуса больше интересовали квиддич, пранки и Джеймс. Если бы последний был девушкой, было бы вообще для него идеально. Джеймс продолжал что-то кричать и громко смеяться, пытаясь безуспешно лезть к Лили, пока та читала учебник и прерывалась на то, чтобы ударить им кудрявую макушку Джеймса. Тот еще больше начинал смеяться и говорил что-то Римусу, который только сейчас обратил на него внимание. Сейчас Джеймс был более спокойным и адекватным. Сириуса пока было не видно — тот, наверное, раскладывал вещи. — Джеймс, что вы отобрали у Флай? — резко поинетресовалась Марлин. Ее худые бледные руки сложились у груди, напоминая белоснежные кости. Римус внимательно проследил взглядом за другом, который подошел к нему и по-дружески облокотился, садясь рядом. — Какая разница, фигню какую-то, это Сириус попросил, — ответил Джеймс, рыская по карманам и доставая сигареты. Он курил редко и в этот раз подготовил очередную не для себя, а для Марлин, отдавая ей. Возможно, у него была хоть какая-то капля эмпатии или интуиции и он решил таким образом поддержать ее. А возможно это было просто совпадение. Марлин, поправив свои крашеные волосы, забрала у него сигарету и пригубила. Затем она посмотрела внимательно на Джеймса, прищурив ярко-голубые глаза. — И все-таки что это было? — спросила она. — Да кольцо, — ответил Джеймс и махнул рукой, беззаботно улыбаясь. — От Крауча. Возможно, хочет забрать себе. Джеймс засмеялся, как недалекий первокурсник, и поправил свою каштановую челку. Он оглядел лицо Марлин, которое до сих пор было напряжено, и непонимающе нахмурился. В дверях показался сам виновник событий. Сириус как всегда выглядел на все сто баллов, даже после долгой и утомительной дороги. Его темные волосы по-прежнему элегантно спадали на плечи, темная мантия была повязана набок, а на ногах щелкали черные лакированные туфли. Сириус вышел совсем не возмутимый, будто бы, опять же, не таскал через полшколы огромный чемодан, как шкаф, и не затевал очередную ссору. Даже его волосы нисколько не попортились, лишь челка чуть больше спала на лоб, из-за чего он стал выглядеть еще красивее. — Ну что, победил? — чемодан, имел в виду Джеймс. Его темные глаза заинтересованно блеснули в сторону Сириуса. — Да задолбался, жалею, что Кричера нельзя было взять, — Сириус состроил страдающее лицо. Он потянулся к Марлин Маккинон, но не чтобы поцеловать, как она того хотела и как она подумала, а чтобы забрать почти докуренную сигарету и поместить ее между губ буквально на пару секунд. Сириус сделал лишь одну затяжку и вернул трубочку Марлин, кривовато ей улыбаясь. В такие моменты его неловкая улыбка — единственное, что напоминало, что этому высокому взрослому парню было всего 14 лет. Но Марлин, кажется, сегодня была слишком любопытной и возможно обозленной и ревнивой. Чуть откинув свои белые короткие волосы назад, она откашлялась и подвинулась к парню, чувствуя от него приятное тепло. — Сириус, — позвала она его, убирая локон за свое маленькое ушко. — Что за кольцо Флай ты взял? Блэк повернулся в ее сторону и нахмурился. — Если взял, то нужно, — неожиданно резко ответил он, закатывая глаза. Он сейчас выглядел как ребенок, с которым пытаются разобраться. Марлин испуганно прокашлялась, отвернувшись на него. С Сириусом так было нельзя — он всегда чувствовал все эти обвинительные интонации, даже скрытые — слишком много лет с миссис Вальбургой давали о себе знать. Марлин перевела дух и смущенно улыбнулась, пытаясь начать заново. — Не надо мне хамить, милый. Я просто интересуюсь. Имею право знать, что за интерес ты к ней питаешь, — сказала она неприветливо. На этих словах Поттер и Люпин подняли взгляд и одновременно посмотрели на пару — первый насмешливо, а второй — удивленно. Еще здесь был взгляд Лили — единственной, которая все знала и следила за развитием событий в жизни их друзей. Да, Марлин и Сириус имели периодические отношения, они пару раз были вместе — по месяцу или около того. Первый раз закончился ничем и недавно они вновь начали встречаться, по словам Марлин. Вместе с тем Сириус выглядел слишком индифферентно для определения «отношения». И проблема скорее была скрыта не в том, что ему не нравилась Марлин, а в том, что он не любил никакие обязательства, долги и обещания. Вся его жизнь и детство уже были ими полны — как и полны контроля и излишней опеки матери, отца и каждого третьего и второго родственника. Но вот Поттер и Люпин были удивлены развивающимся событиям и еще больше — вопросу Марлин. Стоящее в голове непонимание озвучил Джеймс. — Ты что, ревнуешь его к Флай? — сказал он, его голос прерывал начавшийся смех. Парочка обернулась на него, Сириус по-прежнему не понимал, к чему идет их разговор, и пожал плечами. — Что вам надо? — спросил он, ничуть не смущаясь тем не менее этой ситуации. Джеймс видел, что у Сириуса явно что-то было на уме — неспроста тот и его втянул в эту авантюру. Взяв с себя обещание вечером у него это спросить, Джеймс вновь облокотился на Римуса и начал кидать снитч, перехватывая его над своей головой вновь, вновь и вновь. Марлин выжидающе смотрела на черноволосого Блэка. Его волнистые локоны собрались у шеи, около белоснежного воротника рубашки. — Я просто пытаюсь выяснить кое-что важное, это кольцо показалось мне древним аффектором, я проверить его собирался, — будто бы пошел на большие уступки и сделал одолжение, произнес Сириус чуть ли не сквозь зубы, объясняя свое поведение. Джеймс и появившийся незаметно на другой стороне поля Питер одновременно усмехнулись. Римус по-прежнему выглядел озабоченно. Возможно, уже примерял на себя, какую роль он должен на себя взять после разговора двух голубков, когда придется утешать Маккинон. Но та, кажется, чуть успокоилась после объяснения Блэка, тот, похоже не врал. Если ему действительно было тяжело произносить эти слова — значит это действительно были его мотивы. Иногда Марлин задавала вопрос себе или небу, как Сириус вообще общается с семьей — если из него даже друзья еле вытянуть что-то могут. Марлин шла с ним, обнимая его за плечи, когда вся компания возвращалась в Хогвартс. Проследив их взглядом, стоя рядом со слизеринской гостиной, Ванесса мрачно насупилась. Все снова было как всегда, Блэк снова вел себя абсолютно по-ребячески, а она купилась на его улучшенную версию в поместье, думая, что он и в школе будет таким же… Ванесса очень не хотела сказать веселым или галантным или не дай Бог интересным. Ванессе нужно очнуться — это был Сириус! Среди отпрысков Блэков был только один нормальный человек, и это был Регулус! Повернувшись к нему, Ванесса чуть улыбнулась, видя, как Регулус, таща чемодан, все равно умудряется открыть перед ней все двери. Регулус всегда был таким — тихим и добрым. От него не приходилось ждать неприятности. Сириус сразу понял, что кольцо Ванессы какое-то не такое. Оно может не только положительно, но и негативно влиять на людей. Сириус просто не хотел оставлять его у Ванессы, которая точно будет носить его каждый день с утра до ночи, знал он ее. Но долго кольцо у него находится не будет — рано или поздно Флай заберет его. У Сириуса было всего ничего времени, чтобы попытаться с помощью трансфигурации превратить его во что-то безобидное. Сириус мог наколдовать такое же кольцо, только без разрушительных средств. Заглядывая в магию этого предмета, Сириус отчетливо увидел его свойства — оно точно превращает владельца в животное, но пока непонятно, как. Ванесса носила его, но так и не превратилась. Возможно, был мудреный механизм. Но кольцо явно источало и губительную энергетику. Сириус почувствовал что-то неприятное, сухое, разрушающее кости. Возможно, кольцо вызывало старение и разрушение костей и сухожилий. Вполне возможно, что старыми становились хозяева кольца, пользующиеся его преимуществами. Короче говоря, Блэк не любил черную магию и всегда считал, что от нее одни проблемы. Вот и теперь он мечтал только разрушить это кольцо. Почему? Ну это был уже другой вопрос… — Мистер Блэк, я конечно понимаю, что таким светлым головам, как вы, слушать лекцию необязательно, однако настаиваю на том, чтобы вы все-таки оставались с нами. Иначе зелье опять превратиться в несуразные помои, — говорил Слизнорт, чуть ли не шипя раздраженно над его ухом. Сириус отвлекся от своего кольца, которое крутил в руках. Он тут же спрятал его и показательно открыл учебник, ныряя в него с головой. Рядом сидел Поттер, который тоже непойми чем занимался, и Сириус понял, что они влипли. Пол-лекции прошло, а они даже не понимали, что им сегодня дадут готовить на второй паре… Поттер продолжал делать из резинок рогатки и пулять их в Мари и Марлин. Те в ответ кидались в него бумажками, из-за чего в волосах у Джеймса появились беленькие кусочки. Он отряхнул свои уютные, домашние кудряшки и, зевнув и потянувшись, тоже наконец решил полистать учебник. Слушать Слизнорта было бесполезно, однако тот как назло решил начать задавать им вопросы. — Так, мистер Поттер, мистер Блэк, скажите, какой эффект вызывает амортенция? — спросил Слизнорт, взмахнув своим странным зеленым колпаком. Сириус почесал голову, пытаясь вспомнить, но в голове было пусто, он точно не знал, впервые вообще про такое слышал. Поттер даже не стал пытаться — просто пожал плечами. Слизнорт издал недовольный звук, чуть раздраженно вздохнув. Однако их преподаватель по зельеварению всегда был отходчивым и никогда не умел быть злопамятным. — Ладно, друзья, кто же знает? — спросил он, обратившись к ученикам и обернувшись вокруг. Поднятых рук было мало: это были как всегда Снейп, Эванс и Крауч. Но в этот раз, медля, руку подняла и Ванесса. Поттер и Блэк заинтересованно выпрямились. — Можно, сэр? — спросила она, смотря на Слизнорта. Тот предоставил ей слово. — Амортенция — это зелье, которое делает человека помешанным. Это зелье часто путают с приворотным, однако отличается оно тем, что амортенция любовь не создает, а создает одержимость. Можно сказать, болезненную. Слизнорт кивнул головой, улыбаясь. — Замечательно, 5 очков Слизерину, — сказал он, поворачиваясь к ученикам. Поттер показательно закатил глаза, а Римус, который в начале семестра переживал из-за очков, недовольно цокнул. Но слизеринцы были рады. — А кто мне ответит, какие есть отличительные черты такого зелья? Снейп снова поднял руку, но Лили оказалась первой. Блэк, смотря на это, рассмеялся, будто бы весь их урок — только одна большая шутка, а не что-то ответственное. Только Блэк мог так себя вести. Он был абсолютно несерьезным, и его кажется даже не волновали баллы. Рыжеволосая приподнялась со своего места и подошла к большому котлу с амортенцией. — Это зелье отличается тем, что оно пахнет — как объект нашего влечения. например, я чувствую… — сказала Лили, нагнувшись к горячей жидкости и вдохнув. — Ромашки, трава и запах солнца, — сказав это, девушка смутилась, отойдя от зелья. — Даже не знаю. что это может быть, — добавила она нерешительно, пряча глаза. Ученики заинтересованно посмотрели на нее. Запахи, которые она назвала, — каждый увидел и услышал в них что-то свое. Тем не менее большинство однозначно посчитали это признанием в любви Поттеру. Конечно, они же сладкая парочка. Гриффиндорцы начали улюлюкать, а некоторые девочки, наоборот, ревниво посмотрели на Эванс. На Снейпе не было лица, и Сириус, увидев это, начал снова смеяться, будто бы нарочно хлопая Джеймса по плечам. У Поттера было озадаченное лицо. С одной стороны, прогноз был положительный, Эванс не назвала что-то из ряда вон выходящее или например запах глины, сажи и грязных волос, как могло было быть, думал Поттер, поглядывая на Снейпа. С другой стороны. Поттер не уверен, что пах именно так. Он же не собака, чтобы почувствовать свой запах. Собака!!! С надеждой взглянув на Сириуса, он уже собирался задать ему вопрос, однако тот отвлекся на разговоры учеников. — А я чувствую запах роз! — Запах шин и железа. — Запах лимонного пирога. — Это запах морской пены и бури! Каждый начал подходить к котлу, всем было интересно узнать про самих себя, кто им нравится. К котлу нерешительно, одной из последних подошла и Флай, принюхиваясь и тут же отходя от котла. Сириус, глядя на нее, тут же улыбнулся и встал с места. — Что, Флай, твой маленький нежный носик почувствовал что-то сильное и мужественное? — спросил он, подходя к ней. Девушка, придерживая учебник в руках, взглянула на него исподлобья. — Да. Запах пса, — сказала она резко, с вызовом глядя на него. Веселый настрой Сириуса тут же развеялся, и он серьезно посмотрел на нее. — Что? — спросил он, глядя неверящим взглядом. В момент повисла неловкая пауза, и Ванесса, нахмурив брови, даже удивилась его реакции. Она никогда не видела его таким растерянным. — Запах щеночка. Собака, пес, Блэк. Знаешь таких? В моем сердце есть место только собакам, — сказала она, снисходительно прикрыв глаза, говоря самые банальные слова, которые сказала бы любая другая нелюдимая ведьма, якобы не верящая мальчикам. Сириус выдохнул, почувствовав облегчение. Девушка отошла от него и села на свое место, она кажется говорила вовсе не про него, а про свою собаку. Какое ему дело? Вообще никакого. Главное, она не знает его секрет анимагии. Но напряжение ушло, и он обратил внимание, что эта малявка ему нагрубила и вообще вела с ним слишком высокомерно. Собираясь подойти к ней вновь, Сириус ощупал карман своей мантии и вдруг в ужасе обнаружил, что его кольцо пропало!