Желанная дикость

      Морти тяжко вздохнул, лениво наблюдая за звездами, мимо которых они стремительно пролетали. Было весьма непривычно летать в космосе на отцовской машине, но, к сожалению, тот настоял на этом, за что теперь молча ехал в багажнике, но это никого не смущало, даже Бет. Саммер листала очередные посты о клубах, тусовках и наркоте, Рик и Бет рассуждали о каком-то бреде, связанном с печеньками и политикой, Морти не понимал как они это связали, но, впрочем, он и не пытался. Джерри изредка пищал что-то из багажника, но голос его заглушался устройством Рика, собранным как раз для этого. Ничего нового. Впереди их ждала неделя отпуска на какой-то якобы безопасной планете с мудрёным названием. Морти успел вкусить этих " безопасных" планет по горло, поэтому ожидал не меньше, чем какую-то тварь людоеда. Но это его не волновало. Больше его беспокоил недосып, переходящий в хронический. Рик слишком часто выдергивал его по ночам, из-за чего Морти уже и позабыл, что такое здоровый и крепкий сон, поэтому, пользуясь моментом, а так же наушниками, он облокотился на стекло, мирно засопев. Но вскоре его сон был прерван резкой встряской. Громким голосом Рика, кричащим благим матом, выкриками Бет, обкладыающей всё мироздание хуями, и писком Саммер, ошарашенно смотрящей куда-то вдаль, но Морти не успел понять, что пошло не так. Его вновь вырубило, теперь уже против его воли.       Морти медленно открыл глаза, переворачиваясь со спины на бок, тут же сплёвывая сгусток крови. В ушах звенело, а перед глазами плясали разноцветные зайцы. Ничего хорошего это не обещало. Всё тело неистово болело, но, несмотря на это, он, к своему удивлению, смог сесть и сфокусировать взгляд, осматривая место, где он оказался. Это была небольшая опушка посреди каких-то джунглей. Рядом с ним валялся осколок двери, спасший ему жизнь. Когда-то Рик установил во все двери прочные щиты-сферы, что позволяло ухватиться за дверь, которая тут же бы покрывалась куполом, превращая тебя в хомяка в шарике. Тогда Морти лишь ворчал, что это бесполезная трата времени, но теперь был неистово благодарен Рику за его предусмотрительность.       За деревьями раздался шорох, и Морти застыл как олень в свете фар, вглядываясь в темноту джунглей. Вдруг на поляну выскочило около полусотни непонятных существ. Кожа у них была мерзкого болотного цвета, руки были покрыты черными рисунками, а на месте, где у них должно было быть лицо, красовалась большая деревянная маска. Местные жители тут же запрыгали подле него, а после застыли, падая ниц, утыкаясь маской в землю. На поляну зашло другое существо. Высокий, крепкий инопланетянин, с самов большой маской, смотрел прямо на Морти, а после, выкривнув что-то, принялся на него бежать. Недолго думая, мальчишка ухватился за первое, что попалось под рукой - железный осколок двери, а после поднялся на ноги, бросившись на соперника в ответ, и с силой, игнорируя удар копья в бочину, вонзил осколок инопланетянину в тело, проворачивая на триста шесдесят градусов. Дикари закричали, повскакивали на ноги, а потом снова пали ниц, дрожа в неистовом ужасе. Пользуясь моментом, Морти подхватил копье убитого, стукнув им о землю. Местные жители тут же завозились, принявшись лелеять и обхаживать нового сильнейшего, но мальчика это уже не волновало. Тяжко вздохнув, Морти направился вглубь леса, но к его удивлению дикари последовали следом.       Пусть Морти оказался один, но он не сомневался в том, что Рик его ищет, как иначе, ведь Бет не позволила бы ему бросить её сына одного на другой планете. Смерть семьи он решительно исключал, памятуя, что машина обладала защитой, превзойти которую было практически нереально. Рик делал все на совесть, или на своё эго.       Но вскоре начали закрадываться сомнения по поводу его надобности семье. Прошел первый день. Он успел осмотреть лес, а так же установить какой-никакой контакт с дикарями. Те даже привели его в свою общину, где указали ему на роскошное жилище, где, судя по всему, ранее проживал убитый.        За второй день он успел понаблюдать за местным контингентом, и понял, что всё здесь зависит от силы. Сильные живут и едят, а слабые умирают. Дряхлые старики, не способные отобрать кусок хлеба у выдавающего его, падали ниц и оставались в таком положении, пока смерть не забирала их. Исключением, пожалуй, являлись лишь дети. Они не носили масок, поэтому Морти сполна смог рассмотреть их уродливые лица, но и права драться они тоже не имели. Один ребенок, совсем кроха, пнул ногу старшего из дикарей, за что тут же получил пощёчину, а следом его утянули на окруженную забором поляну, в центре которой лежала маска. Против мальца поставили явно какого-то юношу, который был в два раза больше его. Тем днём Морти стал свидетелем жестокой расправы.       На третий день к нему явился здоровый воин, рычащий что-то невнятное. Морти не помнил, как его убил. Вот он на негнущихся ногах ступает на поляну, а вот он уже стоит над изуродованным телом дикаря. Больше никто к нему не подходил и не бросал вызов.       На четвертый день Морти начал сомневаться в своей семье. Да и кому он там был нужен? Нюне отцу, который закроет рот по приказу и даже не вспомнит, что у него есть сын? Может, он нужен матери? А не той ли самой, которая, несмотря на всё, любила лишь Саммер, а его считала самым худшим, что было в ее браке. Ну Рику он уж точно нужен? Это уже было совсем бредом. В цитадели Морти разводят, словно мышат. Рик всегда может взять запасного. Что насчет Саммер? Сука сестра никогда его за человека не считала, а потом лишь обрадуется его пропаже, кончине, или чтобы там с ним не случилось в дальнейшем.       На пятый день нервы сдали. Он принял одежду, которую ему выдали дикари, а после начал приглашать их на поляну толпами. Он шёл по общине, указывая пальцем на тех, кто вел себя словно скот. Бил женщин и детей, заставлял стариков драться за еду. Возможно, лезть со своими правилами не самая лучшая затея, но и оставлять их так нельзя. Морти решил сполна им показать, в чем заключаются минусы из примитивного общества.       На шестой день ему наскучило и он ушел в лес. Теперь с ним никто не сражался. Ему лишь падали в ноги, воя, словно раненное животное. В лесу он нашел какую-то громадную тварь на подобии динозавра, и судя по реакции трех увязавшихся за ним дикарей, твари они боялись. Боялись, а теперь она была мертва. Стоило притащить труп в общину, как дикари тут же затанцевали, падали ему в ноги, а потом вновь танцевали. Скучно.       В седьмой день он вернулся назад на поляну, старательно осматривая осколки двери. Ничего ценного, тем не менее он забрал всё с собой. Он не был таким умным как Рик или Саммер, или Бет. Он не умел ничего. Ему удавалось лишь не дохнуть, и то с переменным успехом. Но попытка - не пытка.       По происшествии восьми дней после крушения, Морти совсем отчаялся, но вдруг раздались до боли знакомые крики.       — Вы, блядь, знаете кто я, сука, такой?! — вопил Рик, брыкаясь и пытаясь выбраться.       Видок у семейства был не лучший. Рик, весь грязный, уставший и побитый, словно дворовая псина, пытался вырваться из чущих рук. Следом за ним покорно шла Бет, изредка бросая полные гнева взгляды на своих похитителей. Саммер шла рядом с матерью, явно перепуганная происходящим. Такая же грязная, в порванной одежде, а так же раной на лбу. Джерри шел самым последним, точнее, его волокли, пока он взахлеб рыдал, девствуя всем на расшатанные нервы. Дикари что-то сказали, и Рик вновь завопил.       — Да я вашего сильнейшего на хую вертеть буду! Ведите его сюда! Я его отправлю в ваш примитивный загробный мир! — сплюнув кровью, старик злобно оскалился, выискивая глазами противника, при этом напоминая загнанную в угол кошку, шипящую на всех и каждого.       К Морти в хижину зашел один из дикарей, что-то сообщая на их языке. Морти его не понимал, но это и не требовалось. С гордо поднятой головой мальчик вышел на улицу, надменно осматривая свою семью, заботливо оставившую его. Семейство ошарашенно ахнуло, в унисон воскликнув его имя.       — И Морти?! Какого хуя?! Ты все это время был тут?! Сраный ты г-говнюк, мы искали тебя! — вопил Рик, брыкаясь, после чего Морти подал жест и членов его нерадивой семейки тут же отпустили.       — Искали? Что-то не похоже, Рик. Я очнулся один на поляне, где меня нашли они. Теперь я их глава на правах сильнейшего, а вас они привели ко мне, дабы я обозначил вашу роль. Еда, слуги или же мертвецы. А где был ты? Где были вы все? — холодный и надменный голос заставил всю его семейку заткнуться, лишь смотря на него большими круглыми глазами.       — Обозначить мой статус?! Сейчас я тебе его обозначу! — Рик явно был в бешенстве, посему тут же кинулся на Морти, и тот, не долго думая, перевернул копье, с силой вмазав деду деревянным концом в пах, после чего тот сложился и упал на землю, скуля, как побитая собака.       — Вытаскивай нас отсюда, старый ублюдок. Если тебе интересно, то в хижине справа все детали, что были рядом со мной, когда я проснулся. А теперь иди и придумай как нас вытащить. Располагайтесь, — Морти развернулся и ушел, отдав два мимолётных приказа - принять его родню, и выдвинуться с ним в лес на охоту, ведь убийства прочищают голову лучше всего.       По возвращению Морти обнаружил всю свою семейку, сидящую в хижине с хламом от машины. Рик старательно корпел над каким-то устройством, Саммер сидела на полу, прижимаясь к Бет, а Джерри забился в угол, уткнувшись носом в колени.       — Как работа? — тихо спросил мальчик, на что получил лишь жестокий взгляд деда, после чего тот отвернулся.       — Я смотрю ты тут авторитет. Ну и где ты таких навыков понабрался? — плюнул Рик, затопотав ногой по земляному полу.       — В наших приключениях. К тому же, это не первый раз, когда ты бросаешь меня с дикарями. Когда мы застряли в акомуляторе, я тоже пробыл несколько месяцев среди дикарей, став их предводителем, — Морти пожал плечами, спокойно подходя к Рику, заглядывая ему за плечо.       — Ты с ними на одном уровне развития, немудрено, что они тебе как лучшие подружки, — едко бросил Рик, ухмыляясь, на что Морти лишь пожал плечами.       — Возможно, — по лицу деда было видно, что такой ответ его не удовлетворил, но сделать он ничего с этим не мог.       Через несколько часов устройство было готово, и оставалось лишь ждать, когда тарелка прилетит на нужные координаты, чтобы их забрать, поэтому, не придумав ничего лучше, чтобы скоротать вечер, Морти взял в руки копье, отправившись на поляну. Желающих сразиться с ним стало гораздо больше, когда он донёс, что необязательно убивать своего соперника. Парень не обращал внимание на то, как семейство увязалась за ним следом, дабы понаблюдать. Его, впрочем, это и не волновало. Его бросили одного в лесу, а при встрече накинулись на него, словно это он бросил их. Но чего еще он мог ожидать от своей нерадивой семейки? Взяв копьё в руки, Морти принялся сражаться. Соперники падали один за другим, вопя от боли. Морти и самому наносили раны, но он предпочитал их игнорировать, не считая нужным обращать на них внимание. Наконец, спустя три часа, больше не было желающих испытать себя, и потный и залитый кровью, Морти отправился к себе, но по дороге его догнала семья.       — Воу, малой, я беру назад все свои слова. Прости если вдруг обидел, ты прям, я смотрю, крутой чувак тут, — пытался отшутиться Рик, но получилось весьма вяло.       — Ничего особенного, я такое каждый день делаю, — Морти пожал плечами, заходя в свою хижину, скрываясь от взгляда семьи, в котором читался восторг, сочувствие и гордость.       На утро Морти проснулся разбитым. Солнце уже было высоко на небосводе. Тарелка должна была прибыть еще до восхода. Его бросили. Его бросили в этой дыре лишь за то, что он выжил. Чего еще он ожидал от своего семейства? Кому на него в нём не похуй? Они всегда могут взять другого Морти, послушного Морти, спокойного Морти, доброго Морти, прекрасного Морти...       — Наконец-то ты проснулся! Мы побоялись тебя будить, а то мало ли, после вчерашнего тебе и слово сказать страшно, а то уделаешь будь здоров! — хохотнул Рик, заходя в его хижину, на что Морти лишь ошарашенно уставился на деда. — Пошли быстрее, мы все заждались уже, спящая красавица. Ты знал, что ее изнасиловали пока она спала? — Рик положил руку ему на плечо, притягивая к себе, а Морти лишь покорно шел рядом, не ожидая такого.       Возможно, его семья не такая уж дрянная. Возможно, он и сам не такой уж и убогий.