не думаю

      Очередной проигрыш на недельной церемонии. Руми недовольно хмурила брови, искоса поглядывая на самодовольного демона, сверкающего своей улыбкой. Не удивительно, почему он так нравился всем. Руми не смогла бы и сама отказаться от его компании, но здраво включала свой светлый разум, раз за разом убеждая себя, что все кончится крайне плохо.       Сидя перед зеркалом своей гримёрной, Руми прикрывала лицо ладонями, пытаясь выкинуть из головы все, что завязывалось на этом демоне. Его улыбка, его сияющие глаза, ехидство и превосходство в силе. Боже… Руми тянется к бутылке с водой и с силой жмурит глаза, только чтобы его образ рассыпался. Только чтобы не думать о нем. Все их противостояние было крайне удручающим, хотелось как можно быстрее покончить со всем насущным и просто проживать свою юность, как обычный человек. Человек. Не полукровка. Руми откидывается на кресло, задрав голову в потолок. Все внутри кричало о том, чтобы наконец-то встретиться с ним и предложить мировую, попросить о помощи и вверить надежду на его существование на этой земле, как обычного человека. Руми могла бы сдаться и попросить его о помощи, но все еще стереглась его присутствия рядом с собой, боялась не сдержаться и высказать все что на самом деле думает о нем, о том чего хочет.       Дверь в небольшую комнатку приоткрылась с заметным шумом, и Руми раскрыла глаза, ощущая, как все внутри внезапно сжалось. Кроме девочек к ней никто не должен был прийти и не прикладывая сил, Руми махнула рукой, приглашая гостей к себе.       — Девчонки, ну вот как у них это получается? — Она с шумом выдохнула воздух и заставила себя отлипнуть от спинки кресла. Однако звук щелкнувшей замочной скважины насторожил её. Обернувшись назад, чтобы встретиться взглядом с подругами, Руми явно не ожидала увидеть его пару глаз, демонически переливающихся золотом. — Джину? Какого черта? — Ей хватило секунды, чтобы вскочить с кресла и в руке ощутился светящийся клинок, острием указывающий в сторону самовольно пришедшего гостя.       — Ты так и будешь встречать меня? — Джину самодовольно улыбается, убирая руки в карманы брюк и с интересом окидывает взглядом пространство. — Просто зашел поболтать, ты же не приходишь. — Руми злилась, её брови сползли к переносице и пальцы крепче сжимали рукоятку клинка. Она ощутила, как ей хочется напасть на него, прижать к чертовой стене и закончить начатое еще тогда в бане. — Воу-воу, полегче! Я с миром. — Джину оголяет клыки в ослепительной улыбке, склоняясь перед ней и глядя на неё снизу вверх. Руми смягчает хватку и выпрямляется. Внутри что-то щелкает и все её внимание сосредоточенно на его светящихся глазах. Что-то определенно было не так, но что конкретно она пока не могла понять.       — Зачем ты здесь? — Руми щурится, глядя как он выпрямляется и делает пару шагов навстречу, явно нарушая её личные границы. — Стой где стоишь, еще один шаг и я ударю тебя. — Руми обороняется, все внутри неё кипит и его хитрое лицо однозначно подстрекало начать потасовку.       — Скучал, — он мурлычет словно кот и все равно шагает ей навстречу, замечая, что она начинает пятиться назад, — ждал тебя каждый вечер, но ты так и не пришла. — Руми чувствует, как в бедра упирается стол и замирает на месте, тараня его взглядом широко раскрытых глаз. — Боишься? — Он усмехается, прижимаясь к ней в плотную. Его руки опираются на гладкую поверхность стола, ограничив её движение. — Ты не хочешь меня видеть? Не скучала? Я же вижу, как ты смотришь. — Его дыхание обжигает её шею и Руми отворачивает подбородок в сторону, чтобы не видеть его глаз. Все внутри горит огнем и вся её смелость рушится с грохотом. Он заставляет её подчиняться своему безумию, он затягивает её в это безумие. Опасный, непредсказуемый и сильный, он загнал её в угол.       — Джину, хватит! — Руми находит в себе силы и хочет оттолкнуть его от себя, но тот не сдвигается с места. С его губ слетает смешок.       — Ты правда думаешь, что сильнее меня? — Его пальцы касаются её шеи, и он медленно тянет их к замочку на топе, скрывающему все её нутро под высокой горловиной. Руми не сопротивляется, смотрит на его лицо с замиранием сердца и хочет что-то сказать, но в горле пересыхает. Его глаза рассматривают цацку и он тут же тянет её вниз, обнажая её тонкие ключицы. Руми толкает его еще раз и в этот раз с усилием, её отчаянный мозг включается и ищет пути спасения.       — Хватит, — Руми рывком отталкивается от него, больно ударяясь бедрами о близ стоящий стол и вновь достает клинок, — только тронь меня и я убью тебя тут же. — Джину смеется, он отступил от неё два шага назад и в его глазах читалось лишь восхищение. Восхищение её способностью заставить себя остановить его. Он знал, он чувствовал, как все её тело откликалось на его касания и был уверен, что сможет рассмотреть все её достоинства. Но Руми отчаянно пыталась держаться от него поодаль.       — Хочешь поиграть со мной? — Джину приближается к ней вновь и тянется рукой к рукоятке клинка, но Руми утыкается ладонью в его грудь, пытаясь задержать его на месте. — Хватит, я же знаю, что ты сама этого хочешь, просто признайся себе в этом. — Руми скалится, пытаясь сдержать весь спектр эмоций в себе и не показать ему свой страх. Все внутри обрывалось и куда-то падало. Она плавилась под его взглядом и желала, чтобы он просто взял её здесь и сейчас, но не могла себе этого позволить. Ей приходилось держать этот клинок в надежде, что он уйдет сам и после этого никогда не приблизится к ней. Но Джину оставался и продолжал стачивать все границы между ними, все те, что Руми так отчаянно отчерчивала. Он крепко сжимает её запястье и тянет её на себя, подхватывая её тело второй рукой и усаживая на поверхность стола. Руми хватается за него автоматически и не понимая, что это стало точкой невозврата. Его ладони тянутся к её бедрам, широко их раздвигая и ей кажется, что всё это происходит не с ней, ей хочется, чтобы это происходило не с ней.       — Джину, нам нельзя, — её голос дрожит, когда она встречается с ним взглядом, ей хочется увидеть в них хоть что-то нежное и понимающее, — пожалуйста. — Джину усмехается, глядя на её попытки внушить ему запретность её близости, запретность на её тело, запретность на нарушение её границ.       — Ты хочешь уйти? — Он смотрит на неё своими янтарными глазами, в надежде, что она примет это за нежность с его стороны. Руми молчит, вглядываясь в него. Он буквально мог отследить все цепочки её мыслей по тому, как она хмурила брови и щурила глаза. Он видел, как её мечет из стороны в сторону. Она пыталась противостоять самой себе, пыталась заставить себя уйти и не могла пошевелиться с места, только бегая глазами по его лицу. Джину не дожидается ответа и с грубостью тянет её затылок на себя, сжимая её мягкие губы своими. Руми упирается ладонями ему в грудь и пытается выбраться, но он не отступает, только вовлекая её в поцелуй. Он целует её грубо, жёстко и властно. Руми сдается и отвечает на поцелуй, пытаясь взять его ритм, но не успевает и тут же гулко стонет.       Его руки прижимают её хрупкое тело к себе, он чувствует, как её трясет и слышит её обрывистое дыхание, когда она пытается стать ведущим звеном. В голове астрал безумия, все его черти плясали на раскаленном стекле и подстрекали его взять её прямо сейчас, но ему хотелось удержать её как можно дольше, как можно дольше подвешивать в том состоянии, в котором она сейчас.       Руми ощущает, как её ноги предательски начинает трясти, а внизу живота завязывается колкий узел. Ей хочется его ближе, теснее, плотнее. Хочется не останавливаться, хочется задохнуться, вспыхнуть и сгореть в его тьме. Его язык проникает в её рот и борется там за место власти, его острые пальцы сжимают бедра и притягивают её ближе. Он кусает её губы, все его тело отзывается на неё напряжением. Руми охватывает его ногами и держится за его плечи, пытаясь чувствовать всего его, ей хочется залезть ему под ребра, вывернуть всю его сущность наружу.       Трясущимися пальцами она ищет пуговицы на его рубашке, пытается расстегнуть их, но не может. Он целует её еще грубее, буквально снося с места и упирая затылком в зеркало. Руми теряется, не может сделать полноценный вдох и тихо стонет. Не в силах терпеть преграды его одежды она с рывком тянет рубашку и слышит, как по полу рассыпаются так отчаянно не вынимающиеся из петель пуговицы. Джину улыбается ей прямо в поцелуй, отмечая её нетерпеливость. Она стягивает её с него и оглаживает горячими ладонями грудь и плечи. Его пальцы поднимаются по обнаженной коже, заставляя ту покрыться мурашками. Он упирается в ткань её шорт и хочет разорвать их к чертовой матери, но только отлипает и с недовольством опускает на них взгляд. Руми шумно дышит, пытаясь привести себя в реальность.       — Мешают, — хрипит он, упираясь пальцами в пуговицу на шортах и скользко вынимает её, тут же расстегивая ширинку, — иди сюда. — Он хватает её за талию, приподнимая и старательно стягивает мешающую ранее ткань, оставляя её в белье. Руми хочет прикрыться, но он не позволяет, хватая её за руку. — Даже не думай.       Руми слушается и медленно стягивает с себя укороченный пиджак, оголяя горящие фиолетовым пламенем тонкие плечи. Джину наблюдает за каждым её движением не в силах оторвать взгляд от светлой кожи, контрастирующей с демоническими знаками. Её пальцы касаются замочка на топе, и медленно тянут его вниз. Не в силах держаться от неё на расстоянии, он вновь сталкивается с ней. Он убирает её руки и тянется губами к шее, успевая пальцами закончить расстегивать ненужную вещь. Его губы прикасаются к коже, обжигают горячим дыханием и оставляют влажные дорожки. Ему хочется поцеловать каждый сантиметр её манящей кожи, осыпать её поцелуями с головы до ног. Её запах, сладкий запах и манящее свечение демонического огня.       Руми растворяется в нем с головой, не в силах сдерживать себя более. С её губ срываются тихие стоны, а тонкие пальцы крепко сжимают его плечи, вгоняя под кожу острые ногти. Ей хочется расцарапать его, хочется укусить, сделать ему больно. Смешанное чувство возбуждения, она была уверена, что никогда не позволит себе этого, не позволит себе опустить голову и уйти в этот омут. Но его присутствие, его дыхание на её разгоряченной коже сводили с ума и думать о последствиях она не могла. Не сейчас. Руми пьянеет, когда видит его лицо. Его глаза, прищуренные и переливающиеся золотом радужки, влажные губы и хриплое дыхание. Он смотрит на неё, прося разрешения и она без слов тянется к нему вновь, позволяя трогать себя, позволяя ему сегодня быть с ней.       Он опускает голову вниз, целуя острые ключицы и проводя влажную дорожку языком к её груди, выглядывающей из-под ткани раскрытого топа. Руми выгибается ему навстречу и жмурится, стараясь сдерживать себя, старясь вести себя тихо. Его ладони медленно поднимаются к груди и крепко сжимают её. Руми хрипло выдыхает, когда ощущает его язык и влажные губы на своем животе. Он становится на колени перед ней и притягивает её за бедра к себе. Руми трезвеет, ощутив его пальцы, медленно отодвигающие влажную ткань её нижнего белья. Она хватает его за волосы и тянет на себя, смущенная и застигнутая врасплох. Джину поднимает на нее лицо и его губы медленно растягиваются в улыбке. Руми смотрит на него умоляюще, тянет его за волосы наверх, но тот не поднимается и целует её в бедро, слишком близко. Его глаза переливаются, зрачки сменяются каждую секунду, и он совершенно не собирается ей подчиняться. Руми сжимает губы и втягивает живот, когда ощущает его горячий язык, медленно приближающийся к её лону. Она замирает, ощущая, как он осторожно касается её. Её ноги тут же желают сомкнуться, но Джину не позволяет ей, с силой раздвигая их вновь и устраиваясь между ними удобнее.       Руми затыкает себе рот, готовая кричать и жмурит глаза от удовольствия её захлестнувшего. Он медленно вылизывает её, то и дело проникая длинным языком внутрь. Её кидает в дрожь и тонкие пальцы в его волосах сжимаются от очередного импульса, прошедшего по ногам. Её трясет от перевозбуждения и влажные звуки добивают её. Он играет с ней, то ускоряясь и доводя до пика, то останавливаясь и медленно проникая внутрь кончиком языка. Руми чувствует, как он крепко сжимает её бедра, не позволяя ей даже шевельнуться, и кусает себя за губы, только бы не быть слишком громкой.       Изнеможденная и перевозбужденная, она молит его остановиться и вновь тянет на себя. Джину послушно поднимается с колен, вытирая рукой влажные губы и тянется к ней, чтобы вновь поцеловать её. Чтобы она ощутила свой вкус на его языке. Её тонкие пальцы тянутся к его брюкам и справляются с преградами куда быстрее, чем он мог ожидать. Руми целует его страстно, влажно и горячо, параллельно стягивая с него ненужную вещь. Её рука касается его твердого члена, и он не может сдержать гулкий стон, самовольно растаявший на её губах. Руми обхватывает его через ткань боксеров и медленно массирует, чувствуя, как Джину опирается уже двумя руками о стол и утыкается носом в её плечо. Она слышит его тихие, хриплые стоны и не может остановиться, впускает пальцы под раздражающую ткань. Её пальцы обжигаются об его плоть. Горячий, пульсирующий, жаждущий. Она переводит взгляд вниз, оценивающе рассматривая его достоинство, но толком не успевает, ощутив, как Джину хватает её за горло. Он подминает её под себя второй рукой и не желает ждать ни единой секунды больше.       Руми хрипит, когда он медленно проникает в неё. Он закрывает её рот ладонью, медленно и осторожно вводя свой член в её лоно, горячее, влажное и такое желанное. Руми задыхается, чувствуя, как тот упирается в неё. Она тянется к нему руками и обхватывает его за плечи, желая быть как можно ближе, теснее. Джину держит медленный темп, то вгоняя его полностью, то вынимая. Её тихие мурлыкающие стоны опаляют его уши. Не в силах более сдерживаться, он ускоряется.       Руми хрипит, ощущая недостаток воздуха в своих легких. Закрывая свой рот рукой, она не в силах держать стоны при себе. Когда он с силой проникает в неё, она выкрикивает и тут же испуганно смотрит на него.       — Тише, — он шепчет ей на ухо, специально продолжая ускорять темп и двигаться в ней куда грубее, — тише. — Руми молится, чтобы никто этого не слышал, молится чтобы никто не решил постучаться ей в дверь и молится чтобы он не останавливался. Она сжимается, обволакивает его член, ощущая как тот скользко проникает в неё. Её стоны становятся все громче и сдерживать их у неё совсем не получается, Джину хрипло дышит в ответ, усыпая её шею поцелуями и редкими укусами.       — Пожалуйста, — Руми кратко целует его в плечо, готовая вот-вот кончить, — пожалуйста, грубее. — Джину слушается, насаживая её на свой член куда жёстче. Руми закатывает глаза, чувствуя приближающуюся разрядку, она кусает губы и смотрит на него томно, выжидающе. — Пожалуйста, — вновь срывается шепот с её губ, когда её пальцы впиваются в его плечи, проводя полосы ногтями, — еще немного. — Руми срывается на крик, и он тут же затыкает её рот своей ладонью.       — Тише, тише… — Руми послушно кивает, жмурясь от удовольствия и наконец содрогаясь от достигнутого оргазма. Её сердце пропускает удар с силой толкаясь о ребра и ноги отчаянно бьет судорога. Джину хрипит, удерживая её обмякшее тело на себе. Руми глубоко дышит, чувствуя, как Джину все также глубоко и грубо толкается в ней, заставляя все внутри сжаться.       — Пожалуйста, я не могу, — она шепчет и целует его в шею, чувствуя, как его кожа покрылась соленой испариной, — Джину я правда, — она срывается на крик, когда он с силой вжимает её в стол и ускоряется с жестокостью проникая в неё. — Я снова, еще немного, — Руми отчаянно царапает его плечи, и громко стонет, не находя в себе сил даже сдерживаться. Все внутри снова держится в напряжении, все натянуто как струна и Руми жаждет только одного, чтобы она как можно быстрее порвалась. Его рука обвивает её горло, сжимая и ограничивая доступ к кислороду. Руми молится, чтобы не потерять сознание от того, как ей хорошо. Его жестокость, граничащая с мягкими и нежными поцелуями, которыми он осыпал её грудь и шею сводили её с ума, заставляя хрипеть и выгибаться на встречу.       Руми чувствует, как её ноги отчаянно обхватывают его торс и снова готова сорваться на крик. Её захлестывает второй оргазм и на глазах наворачиваются слезы, слишком много чувств, готовых разорвать её на кусочки. Руми прижимается к нему, утыкается лицом в грудь и нежно целует в ключицу. Джину слышит её всхлипы, но не останавливается, готовый добить и самого себя до разрядки. Вытащив член, он окропляет её живот семенем, хрипло выдыхая и утыкаясь лицом в её аккуратно заплетённые ранее волосы.       — Все в порядке? — Джину осторожно спрашивает её, чувствуя, как её частое и рваное дыхание обжигает его грудь. — Руми, ты в порядке? — Девушка кивает, прижимаясь к нему ближе и обхватывая его широкую спину обеими руками. Джину ухмыляется, отмечая, что она напоминает ему коалу, повисшую на ветке. — Руми, ты точно в порядке?       — Да, — её голос хриплый и тихий, — все в порядке. — Джину натягивает на себя штаны и медленно отстраняет её от себя, чтобы рассмотреть её лицо. Она раскрасневшаяся, на уголках её глаз виднелась размазанная тушь и влага. — Не обращай внимания. — Руми тут же оправдывается и отлипает от него, пытаясь подчинить ослабшее тело и усесться на столе. Но тут же ощущает влагу, медленно стекающую по животу, и переводит на него взгляд. — Мне нужны салфетки. Они там. — Руми указывает ему на сумку и недовольно цокает. Джину усмехается.       — Не делай вид, что ты недовольна, — он берет салфетки в руки и заботливо открывает их, доставая одну, — давай сюда. — Руми откидывается назад и наблюдает, как тот убирает свои следы с её тела. — Ты всхлипывала. — Джину поднимает на неё взгляд и заглядывает в глаза. — Я не сделал тебе больно?       — Нет. — Руми успокаивающе касается его руки и на её губах появляется легкая ухмылка. — Просто… просто во мне было столько эмоций и чувств, что я думала не выдержу. Извини. — Она стыдливо прячет взгляд, опуская подбородок и наблюдая как он убирает салфетки в сторону. — Так, зачем ты приходил? — Напоминает ему Руми, пытаясь перевести тему.       — Я просто хотел спросить, получала ли ты мои письма. — Джину встает напротив нее, обхватывая её бедра ладонями. — Ну и я действительно, скучал. А еще ты была такой агрессивной, что невольно завела меня, а я не каменный. — Джину рассмеялся, заметив недоумение в её глазах. Он тянется к её лицу ладонью и привлекает к себе, чтобы поцеловать, но Руми отстраняется.       — Ты серьезно? — Руми восклицает и тут же отталкивает его руку. — Ты не ошибся? — Она смеется, глядя как тот виновато пожимает плечами и спускается вниз, чтобы собрать разбросанные вещи. –Ты не думаешь, что трудно перепутать между «просто спросить» и «я пришел, чтобы доказать, что я не могу больше ждать и трахнуть тебя»? — Джину смеется в ответ подавая ей её одежду, брошенную на пол.       — Не думаю.