Путешествие в лето

— Вы сообщили об этом Хокаге? — уточняет Мицки у Хинаты. Та позвала его к ним домой, а потом огорошила сообщением, что Боруто пропал. Нет, Мицки и сам заметил, что друга давно не видно, и хотел зайти к нему, но думал, что тот занят дома — у них выдалось несколько свободных дней и друг упоминал, что есть дела по дому. А оказалось, что его и дома нет. Последнее время Боруто был периодически какой-то грустный… На вопросы говорил дежурное «всё нормально». И Мицки считал, что и правда нормально, у всех бывают эпизоды грусти без особого на то повода. — Нет. — женщина мотает головой, а тонкие бледные пальцы мнут лист с запиской от Боруто и просьбой его не искать. — Он пошлёт за ним отряд… Но если Боруто решился на такое, то отряд шиноби — последнее, что ему нужно. Даже не знаю, когда именно это случилось. Он вчера утром сказал, что нехорошо себя чувствует, чтобы его не беспокоили. Я и послушалась. — У Мицки щемит в душе от того, какая она добрая, понимающая, любящая и заботливая. Делает всё, что может, для своих детей… Старается помочь им пережить их подростковые закидоны, как может. — Я бы и сама пошла, правда не знаю куда… но Химавари плохо, чем-то отравилась… Я думала, может, у вас, ну например в команде, что-то случилось, что он так решил… сбежать… — Не переживайте. Я найду его. Но, если он не захочет возвращаться, я боюсь, не смогу его переубедить. Могу, конечно, притащить домой силой… — Нет, — слабо улыбается женщина. — Не стоит. Если он не захочет возвращаться, но остановится где-то в конкретном месте, то пусть хотя бы я буду знать — где это. Я не расскажу никому, но смогу быть хоть немного спокойнее, понимая, где он, что у него всё нормально, ну насколько это возможно. А если хочет странствовать, то пусть хотя бы пишет иногда. Ты думаешь — сможешь его найти? — У меня есть идеи. Только это может занять время… — Не беспокойся. Я скажу Наруто, что отправила вас по своему личному поручению. — А так можно было? — хитро прищуривается Мицки. — В экстренных ситуациях. — вздыхает женщина. — Ничего не обещаю. Но сделаю всё, что в моих силах. — Спасибо. — Пока не за что. Мицки идёт прочь к выходу из деревни, а сам прикидывает — куда мог сбежать Боруто. Была пара деревень за последнее время, где, как казалось Мицки, другу понравилось. Обычные деревни, но видимо, внутри Боруто копилось напряжение, которое хотело как раз той самой тихой размеренной жизни обычного человека. Дело за тем, чтобы прочесать эти деревни. И найти там Боруто. Или не найти, и тогда уже решать, что же делать. И Мицки взмывает вверх на ветки деревьев, чтобы бежать к первой своей цели. В первой же деревне он не чувствует чакру Боруто, но отправляет несколько десятков своих змей, чтобы поискали. И только когда убеждается, что Боруто тут нет — отправляется дальше. А вот ближе к вечеру во второй деревне слабо, но чувствует ту самую чакру. Вероятно, отряд, который послали бы за ним, и не ощутил его, но Мицки чувствует Боруто издалека. Да и змеи, которые вперёд Мицки кинулись прочёсывать деревню, почувствовали его запах, и сам Мицки уже шёл туда, куда надо. К дверям гостиничного номера, где был Боруто, Мицки проходит без каких-либо проблем — его никто не остановил, не спросил к кому и зачем он поднимается на второй этаж, мимо таблички «Свободных номеров нет». «Лучше места для каких-то преступлений или прелюбодеяний просто и не найти» — думается ему. Хотя он знает, что его видели, велика вероятность, что языки у здешних людей хорошо работают — не остановят, но разболтают потом. «Значит прелюбодеяния отменяются» — про себя усмехается Мицки, даже несмотря на то, что он это подумал, а не произнёс — звучало как будто он собирался заняться этим с Боруто. В любом случае, сейчас он довольно быстро взлетает по лестнице и стучит в дверь. — Кто там? — недовольно буркнули из-за двери, и Мицки понял, что не подумал даже, что отвечать и что вообще сказать другу. — Администратор. — к собственному удивлению, отвечает Мицки. — Какого хрена… — слышится недовольное бурчание из-за двери. — Мне ничего не надо, я же заплатил за номер… Мицки?! Ты что тут делаешь?! Мицки аккуратно заталкивает Боруто в номер и закрывает за собой дверь. — Не стоит всем всё знать. — Ты зачем здесь? — всё так же недовольно бурчит Боруто. — Очевидно, что пришёл за тобой. — Ты не должен был искать меня. — Возможно. Но Хината-сама волнуется. Да и я не могу быть спокоен, если ты пропал. Пусть и сообщил, что по своему желанию. — Не подумал… Но теперь ты можешь сообщить ей, что всё в порядке, но я не вернусь. И сам теперь знаешь. — Боруто делает вид, что уверен в своём решении. Может, он и на самом деле так чувствует. — Хорошо. Но… — Мицки понимает, что сейчас его заверения не помогут. Боруто не в том настроении. — Но есть еще Сарада, не просто сокомандница, но и капитан нашей команды. И если мне придётся с ней объясняться, то проблемы будут уже у меня. Ты же не можешь меня так подставить? — Ну… нет. Наверное… — Поэтому, пожалуйста, сам ей расскажи о том, что уходишь. Получи увольнительную. И сообщи родителям. Чтобы за тобой не послали отряд шиноби или не объявили беглецом, а после и преступником. Мы всё равно свободные люди и если хотим иной судьбы, чем быть шиноби, то имеем на это право. Просто надо это делать не импульсивно, а обдуманно и по-взрослому. И не создавать проблемы ни себе, ни другим. Боруто задумывается. — Ты прав… Просто… Я так устал… устал быть чьим-то сыном, чьим-то ниндзя, кем угодно, кроме самого себя. — То, что ты делаешь — никогда не затмит тебя настоящего. Но я понимаю. — Спасибо. Но ты прав… Надо вернуться. Я и правда поступил необдуманно, сбежав вот так… — Не необдуманно, а импульсивно — опять же, это твоя натура, и твоё настоящее поведение. — произносит Мицки. — И мы вернёмся, но есть предложение сделать это не быстро, как мы могли бы — за полдня. А устроить небольшое путешествие… Что-то типа отпуска. Ты устал, и тебе надо развеяться. Можем, например, пройти по границе страны Огня и, сделав крюк в обход Танзаку, вернуться в Коноху. — Мы? Ты пойдёшь со мной? — А почему нет? Я уже здесь. И не считаю правильным оставлять тебя. Если тебе хочется одиночества… Я могу быть поодаль, молча. Но хочу быть рядом… Просто, чтобы присмотреть, чтобы не произошло ничего плохого. — Ты считаешь меня несамостоятельным? — Я просто не считаю мир вокруг безопасным. А вдвоём шансов на безопасность больше. — А у тебя есть время? Тебе не надо срочно вернуться в деревню? — У меня есть время. — улыбается Мицки. Так беспечно, как раньше в двенадцать, как тогда, когда познакомились и эти улыбки были частыми. — Только я хотел побыть немного здесь, прежде чем двинуться в обратный путь, маршрутом, который ты предложил. — Очень хорошо. Ты не против, если я буду с тобой? — всё-таки уточняет Мицки. — Нет, конечно. — заверяет Боруто. — Спать пора уже… — Места тут нет, я тогда на улице заночую, на дереве посплю. — Дурак что ли. Иди сюда. Тут тесновато, но поместимся. Мы ж не толстые. — Я могу посидеть рядом, если ты не хочешь спать в одиночестве. Я ведь и без сна могу обойтись. — Просто прекрати и ложись со мной. Ночами прохладно к тому же. А если сидеть будешь, то не самое удачное решение — по полу сквозняк тянет, ноги замёрзнут. Ложись давай. Чо мы, первый раз что ли прижавшись друг к другу спать будем. — пытается разрядить обстановку Боруто. Мицки кивает и скидывает кимоно, чтобы остаться в футболке и лечь рядом, опасно зависая на краю. — Ты со вчерашнего дня тут? Что делал? — спрашивает Мицки, стараясь устроиться поудобнее. — Вчера вечером пришёл. Номер снял и поужинал. А сегодня по деревне гулял. Тут речка есть, порыбачить хочу, видел тут мужики этим занимаются. А то в Конохе вечно времени нет. — Боруто аккуратно обнимает Мицки за талию и притягивает ближе к себе. — Двигайся, тут место ещё есть. — Хорошо. Тогда утром пойдём на рыбалку. — кивает Мицки и прикрывает глаза. *** Они проводят в деревне ещё несколько дней — рыбалка, обеды и ужины у костра. Близость к деревне располагает, что в рационе у них не только рыба, которую Мицки не ест, но и свежий хлеб, овощи и консервированные бобы. Мицки с удивлением пробует новые вкусы и ему нравится, а Боруто лишь улыбается с того, как друг узнаёт что-то новое для себя. Так хорошо и спокойно проходит время, но в Боруто бурлит чакра, которая с возрастом стала чуть спокойнее, но всё равно толкает его куда-то двигаться в лёгком нетерпении, и они начинают своё небольшое путешествие. Выдвигаются утром, чтобы заночевать на границе скалистого ущелья, зная, что на следующий день их ждут умопомрачительные пейзажи. Давно не было такого, чтобы они ночевали под открытым небом — миссии последнее время были однодневными или чуть дольше, но требовалось возвращаться сразу и было не до сна. А сейчас они были немного уставшие от дороги, но не измотанные в битве, и это было так хорошо, за предыдущие дни в душах установилось некое спокойствие, которое и сейчас поддерживалось тем, что им было комфортно в обществе друг друга, а темп своего пути они задавали сами, никуда не торопясь. — Все в порядке? — спрашивает Мицки, глядя на Боруто сквозь пламя небольшого костра. — Да… Почему ты спрашиваешь? — Хочу быть уверенным, что тебя устраивает то, куда мы отправились, как ночуем, ещё что-то. Может, это было неудачное решение? — Всё очень хорошо. Мне нравится то, что есть сейчас. — Боруто задумывается. — Словно какое-то напряжение отпускает. Я не должен делать то, что мне говорят. И ты меня успокоил, я теперь не чувствую тревогу за то, что сделал. До этого как шкодливый подросток ощущал, что если вернусь — накажут, не вернусь — то отловят и ещё хуже накажут. А понимая, что вроде как меня прикроют, как-то спокойнее. — Я рад. — спокойно говорит Мицки и щурит глаза, словно от спокойного удовольствия. — А ты когда-нибудь хотел просто… идти куда глаза глядят? Без миссии, без деревни, без плана? — немного погодя, спрашивает Боруто, пересаживаясь ближе к Мицки, буквально под бок. — Если с тобой — то да. — после недолгой паузы, явно наслаждаясь теплом близко сидящего Боруто, отвечает Мицки. И Боруто чувствует какое-то волнение вперемешку с покоем — странное сочетание. Но от таких ответов, в которых он в очередной раз убеждается, что Мицки всегда с ним, на его стороне — он всегда начинает немного нервничать, хоть и ощущается это безумно приятно. Боруто опирается на руку, поставив её рядом с ладонью Мицки, отчего их пальцы соприкасаются. Но никто из них не убирает руку, словно всё так, как и должно быть. А когда рука затекает и Боруто с неохотой меняет положение, то просто приваливается к боку Мицки и, задрёмывая, сквозь сон ощущает, как тот приобнимает его. Дни пути проходят спокойно, они идут вдоль ущелья, где кроме них нет ни души, словно они одни на всём свете. Но это не страшно, от этого наоборот спокойно и хорошо. Последнюю ночь они проводят на краю холма, с которого видны маленькие, словно игрушечные, тлеющие огоньки деревни далеко внизу. Они сидят возле своего костра, обняв колени, глядя на пламя и спокойно разговаривая. Боруто наконец расслабился окончательно, из него словно ушла натянутая напряжённость, он снова стал привычным собой, с разговорами о том, чего бы хотелось в дальнейшем, и о том, что бывало. — … А потом с того самого дерева, я, конечно, упал в реку. Сарада так орала. Сначала на меня — а нам всего лишь по пять лет было, а потом родителей побежала звать. Но я сам выбрался уже. — Боруто усмехается. А Мицки с лёгкой улыбкой молча смотрит на него. — Что? — Мне так нравится, когда ты такой — настоящий, живой и светлый. Я просто рад, что ты есть. — Ты тоже. Ты… очень важен для меня. — голос Боруто становится тише. — Я иногда не знаю, как сказать правильно. Но ты — это не просто напарник. Даже, не просто друг. Мицки кивает, но смотрит серьёзно. И что-то в этом взгляде — в том, как он держит его, как не отворачивается — для Боруто сильнее любых слов. Ещё за пару дней они огибают Танзаку, зайдя в город лишь поесть и купить кое-чего из провизии с собой, а ночуют на лесных опушках, не так уж далеко от города, но тем не менее в уединении на природе. В одну из ночей, правда, чувствуя усталость решают заночевать в деревеньке, где было подобие гостиницы. Свободных номеров там было явно больше, чем посетителей, но им достался номер с двуспальной кроватью. Сил и желания удивляться, равно, как и идти менять номер, — у них не возникает, потому просто по очереди идут в душ, а после ложатся спать. Утром Боруто просыпается первым, чувствует, что они с Мицки лежат ближе, чем когда засыпали, А потом не отдавая себе отчёта, слегка приобнимает Мицки. — Хочешь знать правду? — тихо спрашивает Боруто. — Я рад, что случилось это небольшое путешествие, и мы с тобой в нём вдвоём. Без лишних глаз. Без Конохамару-сенсея, без Сарады… — Почему? — тихо спрашивает Мицки. — Потому что только так я могу сказать тебе всё, что хочу. И не бояться, что это прозвучит глупо. — он делает небольшую паузу. — Иногда мне кажется, что ты понимаешь меня лучше всех. Даже когда я не понимаю себя. Сердце Мицки колотится, и вероятно, своей рукой Боруто чувствует это. — Я всегда буду рядом, — шепчет Мицки. — Даже если ты не захочешь, я всё равно буду. Боруто улыбается, лишь медленно ведёт рукой по боку Мицки. — Это ведь значит что-то, да? — спрашивает Боруто. — Для меня — всё, — чуть громче отвечает Мицки. Но тут в их дверь стучат, и Боруто подскакивает, натягивает штаны и идёт открывать. Оказывается, всего лишь горничная ошиблась номером. Но сонное настроение пропадает, равно как и интимность момента, и они собираются, чтобы и дальше двинуться в путь, продолжить своё небольшое путешествие, которое уже скоро закончится. Погода была не сильно холодная, поэтому ночёвки на открытом воздухе были даже более желательны, чем где-то в помещениях. Только одну ночь подпортил дождь, но они удачно укрылись в развалинах какого-то здания, и даже смогли развести костёр, чтобы видеть друг друга и сырость не пробирала до внутренностей. — Знаешь, — произносит Боруто, кладя ладонь поверх руки Мицки, возле него, — ты всё время смотришь на меня, будто боишься, что я исчезну. А ведь я здесь. Рядом. Мицки не отдёргивает руки. Напротив — он немного сжимает пальцы, будто проверяя: не сон ли это, не иллюзия. — Потому что ты уже исчезал. Когда ты ушёл… тогда… — голос дрожит. — Я и не думал, что это может произойти так… — Я не знал, как сказать. Как объяснить. Всё это, деревня, мой отец, мой путь — я запутался. А сейчас понимаю, что сам не хочу идти туда, где нет тебя. Мицки смотрит на него, и глаза его слегка затуманиваются. Он кивает — едва, как будто внутри всё дрожит. — Я всё равно бы пошёл за тобой. Впрочем, и пошёл… — Я знаю. Но я хочу, чтобы теперь мы шли вместе. Рядом. И не потому, что один ведёт другого, а потому что… — он запинается, хмурится, подбирая слова, — потому что я чувствую себя собой, когда ты рядом. Когда ты рядом — мир кажется настоящим. На секунду между ними не было ни дыхания, ни времени. Только теплота рук и осторожные взгляды. Мицки чувствует, что Боруто ещё есть, что сказать, и эта недосказанность между ними повисает лёгкой паутинкой, которую ни один не решается нарушить. — Я рад, что наши чувства сходятся. — наконец нарушает тишину Мицки. — Ты что-то хотел добавить? — Я скажу… Но пообещай, если что — забыть это, как будто я не говорил. — мямлит Боруто, отводя глаза. — Пусть, между нами, ничего не изменится. — Как скажешь, — и добавляет, — Солнце. — Я не знаю, может, это совсем не уместно. Но я убедился, что… — он запинается, но потом всё-таки сдавленно, почти шёпотом произносит, — люблю тебя… Мицки не отвечает. Лишь придвигает лицо ближе, а потом почти касается своими губами его. — Можно? — тихо, почти не слышно выдыхает он. — Уже давно можно, — отвечает Боруто, не открывая глаз. *** Буквально к обеду до Конохи уже остаётся пара часов пути. — Ты готов вернуться? — спрашивает Мицки. — Думаю, да. Если только теперь ты будешь со мной. — кивает Боруто. — А ты больше не сбежишь, не сказав мне ничего. — Обещаешь тогда уйти со мной? — хитро щурится Боруто. — Обязательно. — Мицки шлёт ему ответную улыбку. — Жаль, что путь заканчивается. — через несколько минут всё-таки добавляет Боруто. — Некоторые дороги ведут не к пункту назначения, а к людям рядом. Или к принятию своих чувств. — философски замечает Мицки. — Я рад, куда меня привели. — с этими словами Боруто крепко целует Мицки, радуясь тому, как их сблизило и что открыло для них это небольшое путешествие.