Не тот автобус

Электричка плавно остановилась, и за окном замелькали высокие своды вокзала, наполненные шумом толпы и эхом объявлений. — Ну как тебе наше путешествие? — спросил Марк, собирая сумку. Алиса задумалась на секунду, глядя в окно, где уже суетились люди. — Было... неожиданно, — она повернулась к нему, и в её глазах светилось что-то тёплое. — Но очень комфортно. С тобой. Марк вдруг наклонился — быстрым, лёгким движением — и коснулся губами её щеки. Это было нежно, по-детски, словно он и правда был тем самым мальчишкой, который только что мечтал о песочнице. Алиса замерла, чувствуя, как щека вспыхивает там, где осталось прикосновение. — Что это было? — она рассмеялась, но голос дрогнул. — "Спасибо" за компанию, — он пожал плечами, но в его глазах читалось что-то большее. На перроне их встретил шумный поток людей — деловые мужчины с чемоданами, студенты с рюкзаками, туристы с картами. Алиса запрыгала на месте, разминая затекшие ноги. — Ох, сколько сидели-то! Марк тем временем звонил в театр, и по его лицу было видно — там уже началась паника. — Да, мы в Питере... Нет, не на том вокзале... Он вздохнул, ловя её вопросительный взгляд, и показал пальцем вверх — "Всё под контролем". Улица встретила их свежим ветром с Невы и шумом трамваев. — Такси? — предложила Алиса, оглядывая незнакомый район. Но Марк уже смотрел вдаль, где угадывались силуэты мостов. — А давай пешком? Он взял её за руку — крепко, уверенно, будто боялся, что её унесёт этот людской поток. — Чтобы не потеряться. И они шагнули вперёд, в этот новый день, в этот незнакомый город, где каждый поворот обещал что-то новое. Алиса остановилась посреди тротуара, оглядывая незнакомые фасады. — Мы вышли не там, да? — спросила она, поднимая брови. Марк улыбнулся — той самой ухмылкой, которая всегда появлялась, когда он что-то натворил. — Если "не там" — это в противоположном конце города от театра, то да. — Марк! — Алиса шлепнула его по плечу, но тут же рассмеялась. — И что теперь делать? Он сделал театральный жест рукой, указывая на расстилавшийся перед ними город: — Разве это проблема? Посмотри вокруг. И правда — Петербург разворачивался перед ними как подарок: Старинные дома с резными балконами, где вьётся дикий виноград ,узкие каналы, в которых дробилось утреннее солнце ,мостовые, выложенные брусчаткой, гладкой от миллионов ног Марк взял её за руку снова — уже без объяснений, просто потому что так было правильно. — Давай просто идти. И они пошли, забыв о спешке: У моста время будто замедлило свой бег. Они замерли у перил, наблюдая, как позолоченные солнцем волны Невы ласково обнимают борта прогулочной лодки. Туристы на палубе, щурясь от вспышек фотоаппаратов, казались персонажами старой открытки. Марк невольно сжал пальцы Алисы, когда ветер донес до них смех ребенка и звонкий голос экскурсовода: "Этот мост построен в 1850 году..." Его слова растворились в воздухе, но в памяти навсегда останется, как в этот момент Алиса повернулась к нему, и в её глазах отразилась вся водная гладь, вся бесконечная синева неба. У булочной их остановил аромат — тёплый, маслянистый, дразнящий. Алиса потянула Марка за рукав с такой непосредственностью, что он на миг увидел в ней ту самую девочку, которая когда-то боялась знакомиться в новой школе. "Мы же опаздываем", — пробормотал он автоматически, но ноги уже несли их к витрине, где румяные круассаны лежали пирамидкой. Продавщица, женщина с добрыми морщинками у глаз, протянула им два эклера со словами: "Для влюбленных — скидка". Они не стали поправлять её, только переглянулись, и это молчаливое понимание оказалось слаще любой глазури. На площади музыка настигла их внезапно. Первые ноты скрипки просочились сквозь городской шум, как солнечный луч сквозь листву. Алиса вздрогнула, когда холодный порыв ветра ворвался под её футболку и инстинктивно прижалась к Марку. Он прикрыл её своей спиной, создав укрытие от ветра, и в этот момент скрипач заиграл "Лунную сонату". Люди вокруг замедлили шаг, образовав стихийный круг, но для них двоих мир сузился до точки соприкосновения плеч, до дрожи струн, отзывающейся где-то глубоко внутри. Когда последняя нота растворилась в аплодисментах, Алиса не сразу отстранилась, и Марк почувствовал, как её дыхание смешалось с его дыханием — теплое, чуть неровное, пахнущее шоколадом от того самого эклера. — Мы же опаздываем... — вдруг вспомнила она, но без прежней тревоги. Марк посмотрел на часы, потом на неё, и улыбнулся. Такси плавно остановилось у знакомого фасада театра, и Алиса почувствовала, как сердце учащенно забилось. Они ехали молча, но это молчание было теплым, наполненным невысказанными мыслями. — Ну что, герои? — раздался знакомый голос, как только они вышли из машины. Тренер стоял на ступенях, скрестив руки на груди, но в его глазах светилась скорее облегчение, чем злость. Рядом с ним Катя буквально плясала от нетерпения, а друг Марка, Сергей, лениво опирался о колонну, ухмыляясь. — АЛИСА! — Катя бросилась вперед, обхватив подругу так крепко, что у той перехватило дыхание. — Ты представляешь, какой у нас был ужас?! Мы думали, вас похитили! Или вы... — Просто сели не в тот автобус, — улыбнулась Алиса, высвобождаясь из объятий. Тем временем Марк подошел к тренеру. — Мы успели, ничего ведь плохо не случилось — сказал он. Тренер вздохнул, но в уголках его губ дрогнула улыбка. — Да, страшного ничего. Но в следующий раз, — он пригрозил пальцем, — вас первыми буду впускать в автобус. Чтобы уж точно не перепутали. Марк рассмеялся и кивнул. Внутри театра царила привычная суета. Алиса шла по коридору рядом с Катей, которая без остановки сыпала вопросами, но ее внимание было приковано к Марку. Он удалялся в противоположную сторону вместе с Сергеем, что-то оживленно обсуждая. Марк уже скрылся за поворотом, и только его смех еще долетел до нее, теплый и знакомый. Алиса смотрела до последнего. В раздевалке Алиса механически переодевалась в тренировочный купальник, но вот только она думал не о тренировке. — Так что, ты влюблена в него? — Катя устроилась напротив, сверкая глазами. Алиса натянула трико, пряча улыбку. — Мы просто друзья. — Да-да, конечно, — закатила глаза Катя. — Ты столько за ним смотришь, кто же знает что было с вами когда вы были одни. Алиса ничего не ответила. Она подошла к зеркалу, поправила волосы и глубоко вдохнула. Где-то за этими стенами был он. И их путешествие закончилось. Зеркала в репетиционном зале отражали десятки движущихся силуэтов, но Алиса видела только один. Она выполняла плие, чувствуя, как мышцы бедер приятно натягиваются после долгой дороги. Вдруг в зеркале поймала чей-то взгляд — стойкий, теплый, знакомый. Марк стоял у станка в другом конце зала, но смотрел не на свое отражение, а на неё. И когда их глаза встретились, он улыбнулся — не той привычной ироничной ухмылкой, а как-то по-новому. Как будто между ними теперь существовал секрет, который никто больше не разгадает. Музыка смолкла. Тренер хлопнул в ладоши: — Перерыв пятнадцать минут! Алиса не заметила, как ноги сами понесли её через зал. Марк уже ждал, облокотившись о пианино. — Не устала после нашего марафона? — спросил он, протягивая ей бутылку воды. Она приняла её, пальцы на мгновение коснулись его ладони. — Теперь понимаю, почему ты так любишь драматические роли, — улыбнулась Алиса, делая глоток. — Настоящие приключения куда интереснее сценических. Он рассмеялся, потом неожиданно стал серьёзным. — Слушай... Если ты, конечно, не занята... — Марк провёл рукой по затылку, вдруг проявляя несвойственную ему неуверенность. — Может, прогуляемся сегодня вечером? Просто так. Сердце Алисы сделало сальто. — Просто так? — она подняла бровь, играя с ним. — Ну... Может, с мороженым. Или без. — Тогда с мороженым, — Алиса кивнула, стараясь сохранить серьёзность, но уголки губ предательски дрожали. — Я буду рада составить компанию. В этот момент зазвучал звонок на репетицию. Они разошлись к своим местам, но теперь между ними висела ниточка предвкушения. И когда Алиса встала к станку, делая подготовку к фуэте, она знала — сегодня у неё будет лучший вечер.