Неразрывная связь

Том замер посреди комнаты. Всего секунду назад он собирался сказать точную и выверенную речь. Весь путь к комнате прошел в думах о том, что следует произнести новоявленному соседу, что поможет быстрее получить его любовь и признание, а следом поклонение и привязанность. Только вот... Ему не дали сказать и слова. — Давай все разговоры оставим на завтра, хорошо? У меня честно нет сил на все это. Гарри Поттер задернул полог своей кровати. Тому оставалось лишь отрешенно стоять и медленно переваривать наглый способ закончить не начавшийся диалог. Пальцы рук слегка подрагивали от переполняющего гнева. Он быстро вышел из комнаты. Его шаги, тяжелые и решительные, передавали смесь разочарования и яркого негодования. Подходя к лестнице он замедлил шаг. Дыхание выравнилось. Внизу его ждали Рыцари Вальпургиевой ночи. Они, избранные им ученики: умные, амбициозные, с нужными связями и доступом к... ресурсам. Его родственную душу, этого странного парня с плебейскими манерами, нужно было хотя бы на время оставить позади. Пока Том не разберется с его положением и не решит стоит ли позволять такому человеку находиться рядом. Он снова перебирал в памяти своё поведение: импульсивность, которую Том не позволял себе уже много лет. Видимо, он недооценил силу эйфории от прикосновения к чему-то — кому-то — столь значимому. Удовольствие пережало доступ к рациональным мыслям. Желание получить больше на краткий миг одолело его. И этого хватило для того, чтобы дать повод слухам. Его следующие слова должны обернуть дело в его пользу. Появление Тома в гостиной ознаменовалось оглушительной тишиной, но за пару шагов он услышал обрывки разговоров. Сплетни, тонкой, но цепкой нитью обвивали группы сидящих слизеринцев. Молва о том, что между Томом Реддлом, знаменитым старостой, идеальным учеником и просто замечательным молодым человеком, и никому не известным Гарри Поттером есть связь, мягко расходилась по комнате. Том холодно осмотрел комнату. Оставшиеся кучки подростков быстро разбежались по комнатам, пока он направлялся к главному дивану. Его ближний круг уместился по сторонам от дивана. Реддл с прямой осанкой и цепким взглядом сел в центре. Огонь в камине тихо трещал. Рыцари смотрели на него с еле заметным ожиданием. Краем глаза Том заметил, как Лестрейндж накидывает чары конфиденциальности. — Поздравляю нас с началом шестого курса. Этот год обещает быть... интересным. Старые роли будут несколько изменены. Слова Тома заставили многих замереть. Раинер нервно накручивал пальцем волосы. Кто-то переглядывался с другими. — Абраксас, — названный мелко вздрогнул, — мне нужна вся информация, которые ты можешь найти про него, — произносить его имя не было нужды. Произошедшее в Большом зале все ещё гулом отдавало в чужих головах. С первого взгляда рыцари осознали положение дел. Родственная душа всегда стояла выше других людей, и особенно плохо это было именно для них. Если этот парень окажется более выдающимся, а «вторая половинка» Реддла не может быть другой, чем кто-то из них, то о продвижении в круге можно забыть. Не дождавшись ответа от Малфоя, Том обратился к Эйвери. Посмотрев в его глаза, он сказал: — Следи за каждым его шагом. С кем он станет разговаривать, чем будет заниматься вне уроков и на них. Я хочу знать всё, — нажим на последнее слово заставил многих опустить взгляд. Тихая дрожь прошла по их спинам, впервые за несколько лет он произнес эти слова с таким удовольствием. — Родственная душа... Каждому известно, насколько сильным может стать волшебник с ее помощью. Слизеринцы знали об этом не меньше других. Истории, что крутились вокруг найденной "второй половинки" впивались в головы детей с самого рождения. Говорят, что, найдя связь с соулмейтом, можно обрести благосклонность Магии. Она охотнее помогает в ритуалах и обрядах, делая людей увереннее в себе. Однако не всем это удается. Чистокровные волшебники с детства слышали не только романтические истории, но и страшные ужасы о потере второй половинки. Особенно пугали рассказы о самом тяжком грехе — убийстве родной души. Это настолько ужасное и жестокое преступление, что сама Магия не оставляет убийцу безнаказанным. Она не лишает его жизни, но отнимает все силы и обрекает на вечные страдания и тоску. Лишь безумцы совершают подобное. Том не был идиотом, дабы отказываться от дара, предоставленного Магией. И это знал каждый из рыцарей, в их же интересах было добиться расположения нового ученика и помочь Тому обрести его признание. Поттер стал новым испытанием и важнейшей наградой одновременно. Нотт с предвкушением посмотрел на Реддла. На лице того застыло расслабленное выражение. Словно все было давно решено. Не было ни какой борьбы и попыток. Словно новенький уже был в его руках. Следующий час прошел за обсуждением принятых Визенгамотом решений, в очередной раз отвергнутые законы о магглах, новостями о похождениях Грин-де-Вальда, кои пока не затрагивали Маг. Британию и многом другом. Уже лежа в кровати, в голове Тома возникло лицо Поттера. Зеленые глаза притягивали взор, слегка смуглая кожа подчеркивала черты лица и острые брови. Особенно прекрасно выглядел шрам в виде молнии. Он тянулся вниз и едва касался правой брови. Реддл в блаженстве прикрыл глаза. Его родственная душа без сомнения была красива. И, он был уверен, его магическая сила была столь же бесподобна. Завтрашний день даст Тому возможность полностью оценить предоставленный ему дар, и даже если Поттер в чем-то не соответствует ему, это можно будет исправить. Чтобы не говорил рыцарям Том, а бросать свою вторую половинку из-за нелепых ошибок он не собирается. Реддл, подобно голодному зверю, готов всеми когтями и клыками вцепиться в Гарри.

***

Было тепло. Оно проникало под кожу и наполняло тело приятной вязкостью. Тяжесть сверху давила, но было так хорошо. Краем уха Том услышал треск огня. Желание раствориться в этом моменте, застыть и забыть про всё, пришло мгновенно. Пока тело лежавшее на нем не начало двигаться. Глаза Реддла медленно открывались и первым, что он увидел было лицо. Свет смягчал острые линии скул, зелёные очи сверкали нежностью и доверием. Это был сон. Манящий и столь прекрасный сон. Рука Гарри огладила щеку Тома. Стеснительная улыбка расцвела на его губах. Лицо быстро оказалось прижато к его груди. Пальцы сжали плечи, а волосы щекотали подбородок. Том прикрыл глаза. Спокойствие. Долгожданный перерыв после стольких лет борьбы за власть, выживание и простое существование. Рядом горел камин, они, прижавшись и обняв друг друга, лежали на раскрытых одеялах. Было так хорошо. Им не нужны были слова. Одного присутствия было достаточно. Пока Том не услышал рванное дыхание. Он с неким беспокойством заглянул в глаза Гарри. Те были широко раскрыты, и в них безошибочно бился страх. Чужие руки с грохотом ударили по его груди. Дыхание защемило. Поттер быстро вскочил и замер. Шепот огня перешёл в крик. Громкий рёв раздался совсем рядом, но Том не мог перестать смотреть на Гарри. В теле родственной души отчётливо виделось напряжение. Он непрерывно смотрел на камин. В одно мгновение всё озарилось рыжим — и стало жарко, как в печи. Том попытался схватить Гарри за руку. Плевать на его неприязнь, плевать на зажатость, плевать на всё. Огонь нещадно поглощал пол и одеяла. Пока между ними не выросла стена. Руки обожгло. В уши ударил звук тяжёлых шагов. Он открыл глаза. Резко. Без вздоха, без крика. Тело медленно вернулось под контроль. Том невидящим взглядом смотрел в потолок. В тишине ночи дверь громко хлопнула. Он сел на кровать. Плавно, без звука. Сон оставил за собой неприятный привкус гари и недопонимания. Том посмотрел на свои ладони. Никакой дрожи. Ни единой. Он сжал зубы. 6 курс должен был стать новым этапом. Но первая ночь уже приносит неприятности. Сновидения попадались ему не часто. Тьма знакомо встречала его и провожала каждую ночь. Изредка приходящие кошмары вызывали лишь раздражение и забывались к концу дня. Но этот. Он вызывал неизвестную тревогу. Ему не удастся заснуть. Не после такого уж точно. Комната была погружена во мрак. Каждая кровать закрыта. Ни единого звука. Из-за чего резкий поток воды заставил оглянуться. Стоявшая рядом кровать была в беспорядке. Одеяло сбилось в кучу и наполовину свисало вниз. Балдахин непристойно раскрыт. В ванной был Гарри. Том тихо хмыкнул. Не ему одному приснился кошмар. В этом не было ничего удивительного. Сны родственных душ чаще всего связаны. Возможно Гарри испытывал те же чувства, что и он. И ему с этим справиться труднее. Именно. Реддл все решил. Успокоить Поттера будет не трудно, а это послужит мостом для их отношений. В состояние резкого пробуждения тот будет более уязвим. Без спешки и суматохи Том наколдовал темпус и принялся ждать. Руки заняла привычная рутина. За сбором вещей прошел по меньшей мере час. Ни разу за это время Том не слышал шагов за дверью. Терпение медленно таяло. Пальцы в раздражение сжимались. Отставив ожидание, Реддл сделал пару шагов к ванной. Тихий стук. Шаг назад. Дверь резко открылась, чуть не задев Тома. Его взору предстал растрёпанный и мокрый Гарри. Глаза быстро сфокусировались на лице Тома. Чёрные волосы завитками спадали на лоб. Реддл успел лишь улыбнуться, когда Поттер проскочил мимо и хлюпающими шагами подбежал к сундуку. Бровь Тома еле дернулась, рука сделала движение, губы прошептали заклинание. Вода быстро высохла, а Реддл уже закрывал за своей спиной дверь. Негодование вязким комом засело в груди. Выпрямившись, Том точно решил. Сегодня он добьётся разговора с Гарри. Даже если придётся заставить его говорить с ним.

***

Голова Гарри трещала по швам. Кошмары, мучавшие его на протяжении всей ночи, с каждым часом становились всё хуже и хуже. Дошло до того, что близкие люди превратились в трупы, а среди них стоял Реддл. Всё начиналось приятно и даже мило. Казалось, вот он — долгожданный исход его непосильных трудов. Вечер у камина, тело под боком, руки, сжимавшие талию. Гарри лежал на груди Тома, а глаза непрерывно смотрели в огонь. На полу лежали одеяла и подушки. Словно у них была самая обычная ночёвка, наполненная смехом и радостью. И Гарри правда был готов окунуться в этот созданный прекрасный миг. Пока не увидел книгу. Дневник. Черный переплет. Имя. Том Марволо Реддл. Из пожелтевших страниц сочилась черная кровь. Холод замер в груди. Его щеку огладила чужая ладонь. Пальцы легко коснулись век. На среднем было кольцо. Черный камень грубо был впихнут в серебряную основу. В мыслях царил гул. Гарри резко перевел взгляд на камин. Рука спустилась к подбородку. Мягкая хватка в миг стала стальной. Его насильно поворачивали лицом к нему. Поттер сильнее прижался к груди, в тепле комнаты она казалось ледяной, кожей он чувствовал неприятную ткань и расцветающие раны от ногтей. Давление заставило его посмотреть в глаза Тому... Гарри лежал на Волдеморте. В голову пробрались чужие крики. Кричали дети, матери и отцы. Кричала земля, впитавшая в себя кровь битв. Кричала... мама. К ней присоединился крик отца. А красные глаза не переставали смотреть на него. Пальцы стали длиннее, бледнее, суше. Ногти, ставшие когтями, оставляли красные полосы на щеках и скулах. Волдеморт, его враг, его смерть, его приговор, не прекращал смешивать нежностью и еле заметной болью. Пронизывающую тишину сменил хриплый зловещий голос. — Моя родственная душа. Гарри пробила дрожь. Он говорил голосом, наполненным любовью, на грани с обожанием. Словно не было пророчества, не было ежегодных покушений и вечных ужасов. Дым пробрался в лёгкие. Руки Гарри вцепились в чужие плечи. Напряжение было настолько сильным, что он был уверен, Волдеморту должно быть больно, он ведь прикладывал все силы, лишь бы сбежать из этого плена. Но лицо его не дрогнуло. Ни намека на боль. Губы его изогнулись вниз, словно дитя, не понимающее причину молчания родителя. Лик его стал выражать отчаяние. Жар становился сильнее. — Почему ты отверг меня? — с яростью на грани шипения произнес Волдеморт. Треск огня давал малый шанс услышать эти слова. Гарри затошнило. Он, приложив последние силы окаменевшего тела, вскочил с его груди. Тело Темного Лорда, бледное и окутанное в черный балахон, загорелось. Поттер сделал несколько быстрых шагов назад. Все нутро гудело о чем-то ещё. Пот стекал по лбу. Он снова посмотрел на камин. Огонь завладел им, пол трескался, и Волдеморт безвольной куклой горел внизу. Дневник лежал среди трупов. Они бесформенной кучей образовали круг. Гарри заметил прижавшиеся друг к другу головы. Каштановые, свирепые и непослушные кудри и рыжие, свободные и мягкие, сливавшиеся с пламенем волосы. Ноги Гарри сами понесли его к ним. Пока в внутри него не возник человек. Из дневника появился Том Реддл. Такой каким Гарри видел его всего пару часов назад. Выглаженная мантия и уложенные волосы так не подходили этому месту. Гарри задыхался. Кажется, Реддл собирался что-то сказать, но слова были перебиты неистовым криком огня. Руки прижались к ушам, колени подогнулись, было больно. Глаза в страхе раскрылись. Холодный пот стекал по лицу. Одежда неприятно прилипала к нему, и Гарри в подступающем раздражение сел. Руки схватились за балдахин. Они, как и всё его тело, тряслись. Первая попытка встать с кровати чуть не привела к громкому падению. Ноги подкосило. Очки были нелепо надеты на нос. Сердце безудержно стучало. Казалось, он все ещё был в огне. Душ. Ему срочно нужен был душ. Почувствовав пол, Гарри широким шагом направился к ванной. Плевать на шум, плевать на соседей, плевать на время. Его тело, тощее, угловатое, еле залезло внутрь. Рука потянула за кран. Холодная, если не ледяная, вода смыла пот и оставшийся страх. Всего на секунду Гарри почувствовал себя нормальным человеком. Пока кожа не начала краснеть и ныть от непрекращающегося холода. Рваными движениями одежда была скинута на пол, словно она была причиной нескончаемой агонии и лишь избавление от неё могло принести долгожданное облегчение. Мантия, галстук, рубашка и штаны кучей валялись на полу. Немного напоминало трупы. Гарри дёрнул головой. Ладони начали тереть кожу. Ногти прошлись по груди. Один раз, другой. Гарри прекратил когда заметил нарастающие линии и подступающие капли крови. Руки обессилено опустились к бёдрам. Время потеряло счёт. Может, прошёл час, а может, и два. Пока он не услышал шаги и тихий стук. Гарри вырвало из транса. В голове стояла оглушающая тишина. Вода остыла, кожа вернулась к обычному цвету, а мышцы начали ныть. Он поспешно собрал вещи с пола и облачился в белый халат, висящий на крючке у стены. Дверь открылась, а за ней стоял Реддл. Он критично осмотрел вид Гарри и мило улыбнулся. Тошнота поднялась к горлу. Гарри быстро проскочил мимо него и подошёл к своему сундуку. Не всматриваясь, он схватил одежду и нужные учебники, сумка оказалась на плече. Уже через пару минут он стоял полностью одетый и готовый. ***** День начался неудачно. Всю ночь мучили кошмары. Резкое пробуждение сковало мышцы, а мысли в голове стали тяжелыми. Встреча с Реддлом, похоже, подстегнула его решимость поговорить с Гарри. Ему не удалось даже погрузиться в школьную рутину. Слизеринцы постоянно следили за ним, и Гарри, правда, привык к постоянным взглядам и шепоту за спиной, но то, как они всегда старались держать его в своем кругу, было невыносимо. Где бы Гарри ни оказался, рядом всегда был кто-то из змей. На курс младше или старше — не имело значения. Они не разговаривали с ним, лишь называли свои имена и вставали рядом. Каждый урок, перемена и обед — они были поблизости. И хотя их присутствие было более терпимо, то навязчивые разговоры Реддла или кого-то из его компании были ужасны. Тихими допросами они, казалось, рисовали его портрет. И Гарри был уверен, он заставит их скривить морды. Свободная минутка выдалась после утренних занятий. Время подходило к обеду, и ученики направлялись в Большой зал. Ухватившись за возможность, Гарри избежал внимания Реддла и скрылся за поворотом. Знакомые коридоры почти безошибочно привели его к гостиной. Случайно брошенный взгляд на статую пустил мурашки по спине. В тишине гостиной он добрался до комнаты. Прикрыв глаза и ощущая долгожданный покой, он вспомнил о сундуке. Ни вчера вечером, ни сегодня утром у Гарри не было возможности осмотреть сундук и содержимое внутри. Может, там есть что-то, что даст подсказку? Иначе Гарри не справится со шквалом вопросов от змей. Они уже начинали давить количеством и влиянием. Там внутри нашлись запасные вещи, полный комплект учебной формы, совершенно новые книги и школьные принадлежности. Но всё это было не то. Что-то не давало Гарри покоя. Пока рука не коснулась какой-то книжки. Блокнот. Невзрачный и слегка потрёпанный вид. Но что-то в нем не давало Гарри успокоиться. Он спешно открыл его и замер. "Здравствуйте, Гарри Поттер. Вы, вероятно, находитесь в сильном шоковом состояние, но не стоит паниковать. Мы сделали все, что было в наших силах ради вас. Ваше прибывания в 1944 году было заранее спланировано. И так как мы доставили вам сплошные неудобства, мы взяли на себя обеспечение вашей финансовой независимости и конфиденциальной безопасности. Для начала, вам не нужно беспокоиться о деньгах, вещах и доме. На вашем счету (открытом нами) имеется нужное количество галлеонов для мирного существования на протяжении нескольких лет. Все необходимые вещи были положены в ваш сундук, а также по наследству вам достался дом в Лондоне. Он несколько даже похож на особняк. А также разберемся с легендой. После смерти матери, Араминды Поттер, при атаке врагов семьи, ваш отец, Уильям Поттер, отправил вас учиться за границей, где было безопаснее. Но теперь школа закрылась, и вас перевели в Хогвартс. Также всего месяц назад вы потеряли отца. Вы не знаете, что произошло, и это состояние шока требует времени для адаптации. Мы знаем, что у вас есть множество вопросов. Но сейчас они не имеют значения. Наш информационный диапазон крайне ограничен, а потому мы не можем помочь вам во всем. Но помимо выше перечисленных вещей, мы смогли добиться безопасности вашего разума. Золотой снитч, перенесший вас в прошлое, также работает как сильный окклюменционный артефакт.Всегда держите его при себе! Защита вашего разума — это один из ваших приоритетов. Просим вас постараться уберечь утечки инффомации о событиях будущего. Даже если вы уже изменили его. Что ж, кажется, на этом всё. Надеемся, что наша помощь немного облегчит вашу сложную и долгую миссию. Удачи вам, мистер Поттер. P.S. после перемещения вы можете испытывать усталость, в сундуке есть шоколад. Отдохните, пожалуйста." Гарри прикрыл глаза. Попав в кабинет директора, он мог думать лишь о том, что это всё тщательно спланированный план Дамблдора. Но теперь это больше походило на какой-то заговор. Нащупав мешочек, Гарри увидел галлеоны, сикли и кнаты. Одежда была в стиле этого времени, выбиваться он не будет. Нашел даже черную парадную мантию. В самом низу лежали документы на дом и связка ключей. А из одежды и правда выпал шоколад. Раздался стук. Головой Гарри приложился об ножку кровати, и он издал удрученный стон. Снова его кто-то толкает к неизвестному выбору. А отчего же неизвестному? Полюбить Темного Лорда да влюбить в себя. Гарри горько усмехнулся. Блокнот оказался на самом дне, погребенный под остальными вещами. Он поправил лямку сумки и, прокручивая в голове свою историю, вышел за дверь. Об этих странностях он подумает потом. Сейчас важно выдержать нападение змей и противостоять королю. Хотя стоило бы завоевать его доверие, что ли... Гарри затошнило.