Сборник летних записок

      Я резко вскочила с кровати от кошмара. Мне не доставало воздуха, поэтому пришлось побежать в сторону окна и распахнуть его. Только спустя время, когда я пришла в себя, осознала, что находилась в очень странном месте. Медленно развернулась и обрисовала взглядом комнату. Все такое старинное, но при этом безумно красивое… Огромная кровать, с которой я со свистом вылетела, картины на стенах, скинутое платье на пушистом ковре…       Я потерла руками лицо, не понимая, где я. Отчетливо помнила, что засыпала в родной комнате вместе с Александром, а проснулась неизвестно где и без него. Снова обернулась на окно и застыла: моему взору открылся потрясающий ночной сад с огромным цветущим деревом, который был чужим. Определенно чужим. Я словно перенеслась в прошлое, потому что здесь буквально все кричало об этом.       Ноги были ватными, но все же я оторвалась от подоконника и побрела к зеркалу. На мне была надета кружевная сорочка, которую я в жизни никогда бы не нацепила — слишком старомодная, слишком… незнакомая. Волосы, обычно собранные в небрежный хвост, ниспадали локонами на плечи, будто их укладывала горничная.       Что за чертовщина?       Я сжала виски, пытаясь собрать мысли в кучу. Последнее, что помнила — теплые руки Александра, его смех, шепот перед сном… А теперь — это.       Здесь даже воздух был абсолютно другим. Я могла четко услышать цветочный шлейф, доносящийся из открытого окна, легкую нотку пыли и чего-то такого, что я не могла описать… Что-то старое, непонятное.       Стояла непривычная тишина. Словно время замерло.       Я, наплевав на надетую сорочку, выбежала из комнаты и тут же задержала дыхание. Меня встретил длинный коридор с царскими коврами и огромными картинами на стенах.       — Какой сейчас… век? — прошептала я, глупо хлопая глазами.       Если это розыгрыш, который любезно мог устроить Александр, то ему пришлось раскошелиться на декорации — уж слишком реалистичными они были.       Я куда-то быстро шла, резко завернув направо. Передо мной оказалась широкая лестница, ведущая вниз, и я, не теряя секунды, побежала по ступеням. Мне нужно было кого-нибудь встретить на пути, чтобы понять, сошла ли я с ума или это просто дурацкий сон. Но ни единой живой души не было, хотя во мне присутствовала уверенность, что в этом дворце кто-то был.       Спустившись в холл, я снова задержала дыхание от масштаба роскоши: все те же огромные картины на всю стену, на которых были изображены люди и… мой Александр?! Он расположился на троне, рядом с ним стояла Рэйчел, переодетая в роскошное платье, и две незнакомые женщины — старушка и дама в возрасте. На следующей картине были уже мы с Алексом: я в свадебном платье, и он в очень красивом костюме, который обычно надевали в королевской семье.       Я ничего не понимала. Просто смотрела на нас и не могла поверить, что это не гребаный розыгрыш.       Перестав выжигать взглядом дыру в этих картинах, я побрела дальше. Вокруг стояла чертова атмосфера девятнадцатого века, и это мне не нравилось! Я словно попала в какую-то временную петлю, из которой не было выхода. Отчаянно верила, что это просто сон.       Я невольно забрела в библиотеку и резко замерла, когда увидела отвернутого Александра. Он читал книгу. Мои ноги автоматически понесли к нему, а в голове были мысли только лишь о том, чтобы понять, что произошло.       — Александр? — Мой голос дрогнул, словно я боялась, что он рассыплется в пыль, если я заговорю громче.       Он повернул голову в мою сторону и тепло улыбнулся. Но, заметив мой растерянный вид, его улыбка тотчас померкла, а взгляд стал беспокойным.       — Агата, что-то стряслось? Тебе нехорошо?       Его обращение на «ты» резануло слух — не из-за фамильярности, а потому что звучало… привычно. Словно мы и правда были близки.       — Нет, я… — Я чувствовала в горле ком. — Ты… ты не узнаешь меня?       Его пальцы слегка сжали корешок книги.       — Ты говоришь так, будто я должен забыть тебя. Агата, ты перебрала с портвейном? Я говорил тебе, он крепкий… — Александр сделал несколько шагов ко мне.       — Какой сейчас век?       — Ты меня пугаешь, каттен…       Каттен. Привычное ласковое слово заставило побороть желание расплакаться от отчаяния. Но я держалась из последних сил. Мне нельзя было ронять слезы, пока ситуация не даст плоды.       — Ответь, пожалуйста, на вопрос, Александр… — хрипло проговорила я.       — Девятнадцатый.       — Это шутка, да? Ты разыгрываешь меня? — Я постаралась улыбнуться, чувствуя, как сердце отбивало бешеный ритм. — Здесь повсюду скрытые камеры? И сейчас должен выбежать аниматор с представлением?       Алекс смотрел на меня так, будто я сбежала с психиатрической больницы.       — Я половину твоих слов не понял, — сказав, он свел брови к переносице. — Что за… скрытые камеры? Я знаю только про кинокамеру. Что такое аниматор? Агата, если тебе плохо, я позову лекаря.       — Подожди! — Я резко схватила его за руку, чувствуя, как дорогая ткань сюртука морщится под моими пальцами. — Ты… ты ведь Александр Нильсен, да?       Он непонимающе уставился на меня.       — Нильсен? — Алекс произнес эту фамилию медленно, будто пробовал ее на вкус. Его брови сильнее сдвинулись к переносице. — Это… норвежская фамилия? Почему ты спрашиваешь об этом?       Я ощутила, как подкашивались колени. Он действительно не знал. Совсем.       — Просто… — судорожно вздохнув, я тщательно старалась подобрать слова. В горле продолжал стоять ком, который не желал исчезать. — Мне приснилось, что это твоя фамилия. Глупо, да?       Его лицо смягчилось. Александр сократил между нами дистанцию, взяв мои руки в свои.       — Каттен, ты вся дрожишь. — Пальцы были теплыми, но чужими. Совсем не такими, как в моих воспоминаниях.       Неожиданно в библиотеку вошла горничная с серебряным подносом.       — Ваше сиятельство, ваш чай… — Девушка замялась, увидев нас слишком близко расположенными друг к другу. — Леди Кларенс, вам что-нибудь требуется?       — Оставь там, — кивнул Александр на ближайший стол. — Леди Кларенс нужен доктор, она плохо себя чувствует.       — Сию минуту, ваше сиятельство.       — Мне не нужен доктор, Александр… — прошептала я. — Все в порядке. Я… я просто эмоционально отреагировала на этот сон.       — Расскажи мне про него. — Алекс оставил легкий поцелуй на моих костяшках и добавил: — Пожалуйста. Если тебе приснилось, что я какой-то норвежец… то, боюсь, я разочарую тебя. Мои предки веками жили в этом поместье.       Я облизнула пересохшие губы.       — Там… там было все по-другому. Люди летали на металлических птицах, у всех в руках были маленькие зеркальца, показывающие весь мир…       Александр рассмеялся — теплый, искренний звук.       — Вот это сон. Видимо, вчерашний глинтвейн был куда крепче, чем я думал.       Я закрыла глаза. Он не понимал. Совсем не понимал.       — А как… — начала я осторожно, — как мы познакомились?       — Ты танцевала с мужчиной, который упал замертво. Я подошел к тебе, представившись врачом.       Я закусила губу. Это какой-то бред. Резко втянув воздух, я постаралась улыбнуться, но выходило очень плохо.       — Я… я, кажется, устала. Мне нужно прилечь.       Александр кивнул, оставив легкий поцелуй на моей макушке. Меня будто током прошибло.       — Конечно. Я провожу тебя.       Когда его рука легла на мою талию, я ощутила, как меня передернуло. Этот человек выглядел как мой Александр, пах как он, но… был совершенно чужим.       И самое страшное — он, казалось, искренне любил ту Агату, которая должна была быть здесь вместо меня.       А я… я была здесь совершенно одна.