Мы не лошади. Мы люди

Глаза Ки Хуна медленно открываються, яркий свет ослепляет, а слабость в теле, головная боль заставляют его поморщиться. Его не окружают мысли как раньше, нет тревоги, нет чувства вины и боли на душе. Есть лишь ровное дыхание, слабость и.. Голос? Чей-то голос совсем рядом. Он поднимается, смотря вокруг. Лёгкий ветер аккуратно касался его волос, перебирая его локоны, сдувая с них капельки холодного пота, трава под ногами была такой мягкой, а облака в небе такими редкими, что казалось, он действительно в раю. Голос, напоминал ему радостный смех Чон Бэ, неужели.. - Ки Хун, просыпайся, - раздражённо но с нотками веселья будил его друг, - Клянусь могилой твоей матери, сейчас уйду. Ки Хун не верит и смеётся, крепко обнимая своего друга. - Чон Бэ, - жалостно произносит он и плачет, но от этого ещё смешнее. Они смеються, громко и беззаботно, братские объятия по которым так скучал Ки Хун заставили его плакать ещё сильнее, но почувствовав как Члн Бэ отстранился, он тоже отпустил друга и они наконец успокоились. Ки Хун сидит рядом с другом, сам не знает где, но главное, что рядом есть тот, кто ему хорошо знаком. Чон Бэ вовсе не изменился, такое чувство, что и не было тех игр, восстания и выстрела.. - Чон Бэ.. Ты даже не представляешь, как мне стыдно перед тобой, - Ки Хун снова заплакал, не в силах успокоиться, его слёзы текли по его щекам, а руки дрожали, - Прости меня Чон Бэ! Прости! - Посмотри на себя, разрыдался как ребёнок, - фыркнул тот, вытерая слёзы своего друга, - Ну всё хватит лить слёзы. - Как ребёнок? - спросил Ки Хун. Радость вдруг исчезла, а на её место страх и тьма. Ки Хун вдруг резко открыл глаза, он нечего не мог видеть, он попытался позвать своего друга, но не смог. Через мгновение, когда зрение стало возвращаться, он вдруг услышал звуки реанимации, дождь за окном и тихие шаги за дверью. - Ребёнок.. где ребёнок.. - повторял он как в бреду, - Где ребёнок?! Он говорил совсем шёпотом, пальцы перебирали простынь, дыхание сбилось, его сердце бешено колотилось, а на щеках высыхали дорожки слёз. Он пытался встать, но нечего не вышло, тело просто обмякло, ноги вовсе не сдвинулись с места, Ки Хун их даже не чувствовал, от чего стал ещё громче. Он не переставал звать своего друга Чон Бэ из-за чего спустя пару минут на его крики пришли врачи. Ки Хун их не видел, не видел врачей, что в спешке, но в точности делали свою работу, не видел как одна медсестра измеряла его давления, другая приложив два пальца к его шее громко сказала: - Он жив! Он даже не подозревал, что обещал Ин Хо каждому врачу этой больницы ради его спасения и как давил на персонал, если с ним что-то случится. Он лишь слышал, как врачи что-то говорят, а после снова провалился во тьму. Но он слышал тревожные голоса врачей, иногда чувствовал прикосновения к своему телу, боль от иглы. Но когда боль не беспокоила, он почувствовал как одна из медсестёр вытерала его слёзы, видимо, он действительно плакал, позже услышал как спустя пару минут всё стало медленным, спокойным, тихим. Но не было покоя в этой тишине, словно услышав звук щелчка двери, Ки Хун резко стал потеть. Холод сильно беспокоил, конечно от боли задражали руки, но после пришло легкое спокойствие. И так раз за разом. Ки Хун пытался не думать не о холоде, не о боли, даже не об облегчение, что длилось пару секунд. Нет. Он думал о том, как он смог выжить? Он ведь помнил, как держал на руках ребёнка, помнил как поцеловал в лоб и тихо положив на пол, сделал шаг назад. Ударился головой, он даже помнил теплую кровь, что растеклась по грязном и пыльному полу. Как ему удалось выжить и.. Что случилось с ребёнком? Смог ли Ин Хо сдержать обещание хотя бы частично и позаботиться о ребёнке? Не мог же он оставить судьбу ребёнка Випам, не мог же?.. В его палату постучали, он кое как открыл глаза. Стук явно прервал его от мыслей и не успел Ки Хун сказать хоть что-то, как вдруг дверь открылась. - Доброе утро, господин, - послышался знакомый голос над ухом. Ки Хун удивлённо поднял брови. Как утро, был же дождь? Но не звука дождя, не ночной тьмы. Лишь жалюзи скрывали от него солнечные лучи. - Господин, Вы проснулись? Зрение не желала возвращаться к Ки Хуну, как когда-то его жена и он нечего не видел, но прекрасно слышал. - Как Вы себя чувствуете? - заботливо спросил Ин Хо и наконец Ки Хун узнал его. Ки Хун попытался что-то сказать ему, но между ними повисла тишина, Ин Хо поправил букет цветов, что стоял в вазе на тумбе, неловко разглядывая цветы. - Вы не хотите разговаривать со мной? - он берёт один из стульев, что были в палате и садится рядом, - Я обещал спасти Вас и ребёнка, я Вас спас, и ребёнка тоже, - он сидел прямо, без маски на лице и одежды под номером 001 он кажется обычным человеком, - мы назвали её Кён Хи. - Мы? - со слабостью в голосе спрашивает Ки Хун, тяжело дыша. - Я подумал, Вам понравится это имя, - Ин Хо взял его за руку, аккуратно переплитая пальцы, - Я долго думал над вашей фразой. Думал, что не смогу простить себе, если они станет Вашими последними словами, - он сделал небольшую паузу, в глубине души веря, что Ки Хун не отпускает его руку по своему желанию, а не потому, что просто не может, - Знаете, у неё чудесные глаза, - вспоминая дочь, тихо продолжает Ин Хо, - Она часто плакала, но очень похожа на свою мать. Я сначала думал отдать её брату, ведь мне нужно было лечь на дно, для всех я должен был умереть, но как видите я передумал. Ин Хо продолжил рассказывать, пока Ки Хун внимательно слышал. Он даже не чувствовал тепла от руки Ин Хо, хоть и знал, что тот держал его руку. -...она так крепко спит, иногда кажется, что не дышит, - Ин Хо улыбнулся своим мыслям, - Напоминала Вас, когда вы были в коме. - Сколько.. - тихо произнёс Ки Хун. - Вы уже второй месяц в больнице, - Ин Хо взял со стола бутылку воды и открыл её, - Хотите пить? - Второй месяц, - выдохнул тот и едва заметно покачал головой в знак отказа, - Я не чувствую ног, я нечего не чувствую. Его голос дрожал, такое чувство, что он вот-вот заплачет, но глаза оставались сухими и пустыми. - Да, - коротко ответил Ин Хо пряча свою тревогу за спокойным тоном, - Вам придётся первое время передвигаться на коляске. Ки Хун чуть удивлённо взглянул на него, но словно за секунду принимая это, отвернулся. - Я хочу побыть один, - говорит он еле сдерживая собственные слёзы. Тоска по родным аоторых он потерял накрыло его именно в этот момент и он не хотел, чтобы Ин Хо видел его слёзы. Между ними повисла тишина. Ки Хун тяжело дышал, а Ин Хо понимающе кивнул и отпустил его руку. *** С того дня прошло несколько месяцев, сначала Ки Хун заново учился ходить, а после узнал, что Ин Хо записал его к психиатру. Такая заботы никак не волновало его, душевная боль останется с ним навсегда, последний живой взгляд друга будет ещё долгое время мучить его в кошмаров, а слова Дэ Хо будут звучать в его голове всё чаще.