О странствиях

Размеренный стук колёс не даёт уснуть. Его скрежет больше напоминает крики мандрагоры, вытянутой из своего привычного горшка — такой же въедливый и противный, бьющий по ушам. Кира откидывается на мягкую спинку сиденья, стараясь отвлечься от раздражающего шума, и не спускает взгляд с почти неменяющегося пейзажа за окном. Мелькают деревья, реки, бескрайние просторы лугов и полей, окрашенные в яркий и насыщенный зелёный цвет. Картинка сменяется медленно, несмотря на быстрое движение поезда, отчего девушке кажется, что они бессмысленно топчутся на месте. Невозможность даже задремать под бесконечный шум поезда уже начинала действовать на нервы. Когда в глазах начинает рябить от быстро сменяющихся картинок за окном, Глейн переводит взгляд на мужчину напротив. Неизменный чёрный цвет перебрался с мантии на костюм — в маггловском мире он будет вызывать меньше вопросов. Волосы собраны в небольшой хвостик и эта деталь невольно привлекает к себе намного больше внимания, чем следовало. Но как иначе? Бывший двойной агент, преподаватель и декан одного из факультетов в Хогвартсе сейчас спокойно почитывает книгу в купе обыкновенного маггловского поезда. Скажи кто-то ей об этом раньше вместе с тем фактом, что они будут относительно нормально общаться — Кира бы рассмеялась тому человеку в лицо. Однако, это — маленькая реальность, привыкнуть к которой оказалось довольно просто. Девушка в очередной раз осматривает мужчину. Спокойствие и невозмутимость, полное игнорирование внешнего мира, сосредоточенность на книге в руках — всё это вызывало если не уважение, то как минимум зависть. Абстрагироваться от всех окружающих звуков и лишней суеты у неё никогда не получалось, а шум поезда и вовсе не давал даже сосредоточиться на конкретной мысли. Не считая Хогвартс-экспресса, девушка никогда не каталась на подобном транспорте. Тем более маггловском. Поэтому всё, что делает Глейн сейчас — это буравит взглядом мужчину напротив, желая привнести в его чрезмерно спокойное путешествие хоть капельку раздражительности. — Вам настолько нечем заняться, что вы решили прожечь во мне дырку? — Холодный голос Северуса раздается среди стука колёс. И пусть выражение его лица остаётся нечитаемым, по интонации можно понять одно: он давно терпит её взгляд на себе. — Какое-нибудь Инсендио было бы эффективнее. Но я просто задумалась. Её губ касается лёгкая улыбка. Слишком невинная для человека, который последние двадцать минут думает, как вывести из себя Северуса Снейпа. И в ответ она получает лишь раздраженный хмык. Зачем она согласилась на эту поездку? Могла бы спокойно сидеть в стенах Хогвартса, отдыхать, тренироваться в заклинаниях, готовиться к предстоящему учебному году или же просто спать. Столько возможностей! А вместо этого трясется в маггловском поезде, с одним из самых противоречивых людей в магическом мире, потому что Макгонаггал попросила составить ему компанию. Судя по взгляду Снейпа, эта компания ему вообще не сдалась ни разу, но спорить с действующим директором он не стал. То ли по причине того, что Глейн раздражала его меньше всех, то ли потому что так действительно было спокойнее. Хотя бы Минерве. Спорить с тем фактом, что Глейн более осведомлена о том, что происходит сейчас за пределами магического мира было глупо. И Северусу ничего не оставалось, как согласиться с этим решением директора. Снейп отвлекается от чтения книги, сталкиваясь с её изучающим взглядом. Она пытается прожечь в нём дырку уже минут двадцать, пятнадцать из которых мужчине удавалось её игнорировать. Но всякому терпению приходит конец. Северус медленно закрывает книгу, оставляя закладку между страницами, не сводя с неё взгляда. Эта игра в гляделки может затянуться надолго — оба упрямые до невозможности, и даже в такой маленькой битве никто из них не уступит другому. Кира голову наклоняет, принимая правила безмолвной игры. Шум колёс, медленно сменяющийся пейзаж за окном, на который уже никто не обращает внимания, и он. Мужчина напротив, в чёрном костюме, без привычной мантии — чтобы не выделяться, не привлекать внимание — выглядит непривычно и странно, но точно не плохо. Тёмные пряди, так неаккуратно выбившиеся из забавного хвоста, обрамляют бледное лицо. И глаза. Тёмные, почти чёрные, бездонные. Упадёшь в них и не выберешься никогда, окажешься невольным пленником своих глупых надежд. Те глаза, что на протяжении всего обучения внушали страх и ужас в сердца студентов, сейчас представляют лишь тихий омут. Кира упускает тот момент, когда падает в него с головой, полностью и безоговорочно. Когда получается отвлечься от надоедливого шума поезда, от своих мыслей, сосредоточившись на их маленькой игре. На его глазах. — Так и будем играть в гляделки? — Северус первым нарушает тишину. Глейн пожимает плечами. — Это явно интереснее, чем пялиться в окно, — очередная лёгкая улыбка трогает её губы, — не так часто можно увидеть вас в костюме, да ещё с собранными волосами. Снейп бы глаза закатил, не означай это его поражение. У неё взгляд тяжёлый, серьёзный. Даже эту маленькую игру воспринимает как вызов на дуэль, словно проигрыш может лишить её жизни. Северус за год совместной работы успел изучить её хорошо: Глейн любит бросать себе вызов и очень не любит проигрывать. По нелепой случайности именно их игра в гляделки рискнула превратиться в соревнование, дуэль. Из которой ей жизненно необходимо выйти победителем. Упёртая, принципиальная, красивая девчонка. Стук в дверь резко прерывает затянувшуюся игру. Глейн от неожиданности оборачивается на звук, по привычке быстро тянется к волшебной палочке, но вовремя одёргивает руку. Она часто моргает, протирая глаза руками, прежде чем сказать: — Войдите, — Кира устраивается удобнее, ожидая незваного гостя или проводника, но дверь купе остаётся на месте. Долгие секунды тянутся в неловком молчании, и стук колёс о рельсы кажется приглушенным. Тихий смешок со стороны мужчины прерывает безумный поток всевозможных исходов сложившейся ситуации. Кира бросает на него непонимающе-удивлённый взгляд, замечая древко волшебной палочки в его руке. — Довольно подло, профессор. Нечестная победа. — Кира щурится, складывая руки на груди и откидываясь на спинку. Пальцы отстукивают бешенный ритм, пока она пытается прожечь в Снейпе дырку. На этот раз вполне серьёзно. — В бою все средства хороши. — Палочка исчезает во внутреннем кармане пиджака, словно её никогда и не было. — А мы почти приехали. Северус обращает внимание на окно, где вместо надоевших рек, зелёных деревьев и пустых лугов стали виднеться очертания города. Дорога подходила к концу, чему девушка была несказанно рада. Осадок от поражения, такого нелепого, как и сама игра, быстро отступает на второй план, стоит Кире вернуться к образу тёмных, чарующих глаз. На губах расползается полуулыбка, непроизвольно вырвавшись от осознания нелепости так называемой дуэли. И злиться на эту по-детски глупую выходку почему-то не хотелось.