Улыбки Челси

По тихой вечерней улице шел человек. Мужчина преклонного возраста ковылял вверх по узкому переулку, склонив голову и опираясь на трость. Остановившись в очередной раз чтобы перевести дух он посмотрел вниз и глаза его встретились с ним. С тем, кого он больше всего боялся увидеть именно сейчас, с тем, кто преследовал его и в ночных кошмарах и наяву уже несколько недель. Поодаль, у подножия холма стоял молодой парень. Сложно было сказать сколько ему лет, почти все его лицо было закрыто маской, длинные волосы до темно-каштанового цвета несильно развивались на ветру, давая еще меньше шансов как следует его разглядеть. В нем было еще кое-что, что сильно бросалось в глаза и не давало его спутать с кем-либо еще – его взгляд. Взгляд светлых, серо-голубых глаз, не выражающий никаких эмоций. Этим взглядом можно было пригвоздить человека к стене и выпытать всю информацию даже не трогая пальцем. Он не был похож на местного, но точно вел себя как таковой. Он просто стоял и смотрел, а затем несильно откинул голову назад, убирая волосы с лица и сложил руки на груди, демонстрируя нож, спрятанный в чехол на запястье. - Что тебе нужно!? – дрожащим голосом спросил мужчина. – Зачем тебе моя жена, мои дети? Что они сделали? - Ты знаешь, что мне нужно. – последовал ответ. Он говорил спокойно, четко проговаривая слова. – Ты знаешь, кому по документам принадлежит твой дом. Ты знаешь, что ты не докажешь обратного. Ты знаешь, что я не ограничусь тем, что я уже сделал. И ты знаешь, как это прекратить. - Хорошо…- мужчина глубоко вздохнул и опустил голову. – Ты получишь что хотел. Эти парни от меня отстанут? - Да. – взгляд парня немного смягчился. – Тебе был дан срок, проваливай. - Итак, Лукас, говоришь, они грозят тебе связями? В центре комнаты скрестив ноги сидел черноволосый бородатый мужчина, державший крепкую сигарету в уголке рта и вглядываясь в бумаги перед ним. – Держу пари они блефуют. Но проверить стоит. Напротив, прислонившись к стене сидели трое мужчин чуть моложе. Двое из них курили, третий же сидел в той же самой маске и иногда морщился и покашливал от сигаретного дыма. - Это бред. – ответил Лукас, разводя руками. - Я проверил всех родственников по линии и отца и матери, там одни фермеры. Вы же не могли кого-то упустить? - А хрен его знает. Я тоже не вижу. Держи пушку наготове на всякий случай. Мануэль, двое клиентов закрыты, твоя выручка. Он передал толстую пачку денег мужчине, сидящему посередине. Тот выдохнул сигаретный дым в очередной раз и оценивающе повертел пачку в руках. - Без наеба. – он рассмеялся низким голосом, обнажив золотой зуб, сверкнувший в тусклом свете одной единственной лампочки, свисающей с потолка. – Теперь Челси. Да сними ты уже эту хуйню! Челси поднял глаза и нехотя потянул за край балаклавы, стягивая ее с лица. Взору сидящим в комнате людей предстали глубокие неровные шрамы, протянувшиеся от уголка рта практически до уха. Участники группировки не обратили на него внимание – они к нему привыкли, привыкли, что Челси никогда не возражает, привыкли, что тот стерпит все. - Хорошая работа, малой. Это тебе. На пол перед ним упала пачка денег, почти в половину меньше, чем досталась Мануэлю. - Здесь меньше, чем мы договаривались. – тихо, но уверенно сказал Челси. - Ты ничего не попутал? Мы договаривались, что ты никого не прикончишь, и нам не придется отводить от тебя подозрения. Теперь вместо минимального ремонта нам придется разбирать все крыльцо из-за той лужи крови. Считай, что все остальное пошло на издержки. Лукас и Мануэль переглянулись между собой, а Челси поднял деньги, проглотив подступающую злость. Да, его снова использовали. Да, он ничего с этим не может поделать, ведь в глазах остальных он пустое место, даже несмотря на то, что в свои 20 делает ту же работу, что и остальные, старше него на добрых 15 лет. В общем и целом, он свыкся с положением дел – эта работа была единственным, что приносило доход, сегодняшний инцидент даже не был худшим в его практике. Но, кажется, он был финальным. Было уже далеко за полночь, когда дверь в квартиру Челси отворилась и тот на некрепких ногах вошел домой. Пошарив рукой по внутренней стене, он нашел выключатель – лампочка вспыхнула на миг и сразу же взорвалась, осыпав все вокруг мелкими стеклянными осколками. Челси даже не дернулся от взрыва, он спокойно расчистил себе путь ребром ботинка и прошел в комнату. Комнату освещал мерцающий синий экран телевизора. Челси переключал каналы, в поисках чего-то занятного, перебирая пальцами по стеклянной бутылке пива. Еще десяток бутылок были хаотично расставлены вокруг дивана и низкого журнального столика, часть пустые, часть целые, только что из холодильника. В эфире не было ничего интересного: спорт, политика, местные новости, ночные казино и викторины для лохов. Челси отпил пива и сменил язык вещания с испанского на английский, переключаясь на американские новости. Но американские новости не представляли интереса, вскоре Челси стал слушать их фоном, смотря мимо экрана и думая о чем-то своем. - Скорее бы сдохнуть. – произнес он, чувствуя, как опьянение и усталость начинают давать о себе знать. Он положил голову на подлокотник, сквозь дрему чувствуя, как пустая бутылка выскальзывает из его рук и катится по полу прочь. - Скажите, вы верите в Бога? Челси отогнал от себя мысли и огляделся по сторонам в поисках источника голоса. Чуть поодаль от автобусной остановки, на которой Челси ждал свой транспорт, стоял мужчина средних лет. Он был одет в длинные белые одежды, доходящие до пола и развивающиеся на ветру, на запястье его виднелся широкий золотой браслет с чем-то похожим на крест. Он широко улыбнулся, поправил седые волосы с сияющими залысинами и продолжил. - Вы, как я вижу, еще молоды, неопытны. Бог может направить вас на верный путь если вы впустите его в свою жизнь. «Ну вылитый сектант. Еще бы процитировал мне что-нибудь из своей гипнокнижечки, чтобы я отдал все свои деньги» - подумал Челси и отвернулся от него. - Мне ничего не нужно, до свидания. – бросил он. - Вы потеряны. – сектант подошел ближе и присел рядом с ним. - Понимаете, Бог – он везде. Вы просто его не замечаете. Каждый из нас проходит уникальный путь в понимании того, что для нас важно. Но всех нас объединяет одно – любовь к Всевышнему. Вот подумайте, что для вас Бог? Челси глубоко вздохнул и закрыл глаза. Иной раз он бы просто встал и ушел, послав странного мужичка к чертям собачьим, но эти слова были именно тем, о чем он думал последние дни. Он почувствовал, что это не просто шаблонная фраза, что это было обращено именно к НЕМУ. Челси повернулся обратно и встретился с нарочито добродушным взглядом сектанта. Он не выдержал. - Я сам себе Бог. Как может высшее всесильное существо допустить то, что стало со мной? Говорят, такой замысел…Каким жестоким нужно быть чтобы иметь такой замысел, чтобы сделать это со мной? Сектант продолжал внимательно на него смотреть, как бы ожидая от Челси дальнейших рассуждений. Но Челси и сам был не против высказать свои мысли, копившиеся у него долгие месяцы. - Как я могу испытывать к этому существу любовь? Бог меня предал, поэтому теперь я сам вершитель своей судьбы. Более того… - Челси осекся, но сразу же продолжил. – Я чувствую, что могу вершить не только свою судьбу. Понимаете? Я могу управлять, я МОГУ иметь воздействие, но все продолжают втаптывать меня в грязь! - Тише-тише, вас понимаю. Конечно, нечто божественное есть и в каждом из нас, гармония начинается в первую очередь с того, что у нас внутри. Мы можем вам помочь обрести себя и высвободиться от мыслей, терзающих вас, если вы нам доверитесь. Не хотите поделиться тем, что вас тревожит? Скажите, когда, на ваш взгляд, вы начали себя так чувствовать? - Достаточно. Я не хочу об этом говорить. - Как скажете. Если все же захотите – помощь есть. Держите. Сектант ловко выудил из длинных одежд небольшую тонкую книжку в бумажном переплете и протянул Челси. - Сколько? – спросил Челси, не веря, что собирается сделать. - Нисколько, оставьте себе. Помните, Бог с вами. Мужчина встал и неспешно удалился, а Челси, проводив его взглядом, покосился на брошюрку, оставленную на скамейке. Он медленно протянул к ней руку, взял двумя пальцами, будто боясь, что она ядовита и повертел в руках. «Молитва покаяния» гласила обратная сторона, на обложке же помимо названия были изображены ангелы в виде светлых кучерявых детей, прячущихся за облаками. «Обычный псевдорелигиозный бред» - подумал Челси, но спрятал брошюру во внутренний карман куртки. Вернувшись вечером домой Челси привычно шлепнул рукой по выключателю, но хрустнувшая стеклянная крошка под ногами напомнила ему о том, что произошло вчера. Достав новую лампочку и встав на стул чтобы ее заменить, Челси почувствовал, как та самая брошюрка уперлась через куртку ему под ребро. Челси достал ее и не глядя швырнул в комнату, попав точно на диван. Покончив с лампочкой и достав из холодильника традиционную бутылку пива Челси прошел в комнату, но вместо того, чтобы взяться за пульт открыл первую страницу. Вскрыв пиво и развалившись на диване, он начал читать с иронией, предвкушая дешевые трюки по манипуляции сознанием. Однако, вскоре он отставил пиво, расчистил место на столе, приподнялся и начал читать внимательнее. На его лице постепенно появилась недоверчивая улыбка, перетекшая в восторг. Ещё через несколько минут он отложил чтение и метнулся к покосившемуся шкафу, стоящему в самом углу комнаты. Открыв дверцу, повисшую на одной петле, он запустил руку внутрь шарясь в беспорядочной куче одежды и бумаг, подбираясь к самому дну. Он выудил простой карандаш и черную тетрадь на кольцах, в которой когда-то пытался распределить бюджет, но с ростом доходов забросил это дело. Открыв тетрадь на чистой странице и положив ее рядом с «молитвой покаяния», он начертил таблицу, написав в центре свое имя. Челси протер красные уставшие глаза и обернулся назад, где за окном уже забрезжил рассвет. По его ощущениям прошло не больше двух часов, но уже наступило утро. Вокруг него были разложены вырванные тетрадные листы со схемой, перетекающей с одного листа на другой, зачеркнутыми, исправленными словами и множественными ответвлениями. В центре всего этого лежала та самая брошюра, прочитанная за прошедшую ночь не один десяток раз. Челси было мало, ему нужно было еще. Он с трудом поднялся с колен и критически смерил глазами написанное. Довольно кивнув, он лег на пол прямо поверх схемы и закрыв глаза сразу же провалился в сон, впервые не желая не проснуться.