Я в Ниндзяго: Небесные границы

POV Кейси. После всего, что произошло… мой дом стал странным местом. Он был одновременно убежищем, штабом и тонкой передышкой между ударами судьбы. Здесь было тепло, светло, безопасно — и при этом слишком тихо. Тишина давила сильнее, чем любой шум. Усталые, потрёпанные, но всё ещё упрямо живые, мы собрались в гостиной. Никто не говорил вслух главного, но это висело в воздухе, как невыносимо тяжёлое облако: Кая больше нет с нами. По крайней мере — пока. Я наблюдала, как Ния, Зейн, Коул и Ллойд склонились над картой острова Тигровой Вдовы. Пальцы скользили по линиям побережья, маршрутам, пометкам. Они тихо спорили, перебрасывались теориями о возможном местоположении Надакана, его корабля и команды. Ллойд говорил спокойно, но его плечи были напряжены. Ния слишком сильно сжимала карандаш. Коул хмурился, будто каждую секунду готов был ударить кулаком по столу. Зейн анализировал данные с привычной точностью — и всё же в его взгляде было что-то… человеческое. Боль. Им всем было больно. Каждому по-своему. А Джей… Джей сидел чуть в стороне, почти в тени. Сгорбившись, он вертел в руках старый фонарик — без батареек, бесполезный, пустой. Его пальцы механически скользили по корпусу, будто он пытался зацепиться за что-то знакомое, чтобы не утонуть в собственных мыслях. Я заметила, как он несколько раз открывал рот, будто хотел что-то сказать, но каждый раз останавливался. Сжимал губы. Молчал. Это молчание было громче крика. Я подошла и тихо опустилась рядом с ним, положив ладонь ему на плечо. Он вздрогнул, но не отстранился. — Джей… — сказала я почти шёпотом. — Пойдём. Просто немного поговорим. Он моргнул, словно вынырнул из глубины, и коротко кивнул. Мы вышли на балкон. Солёный ветер всё ещё хранил следы недавнего шторма, цеплялся за волосы, за одежду. Я закрыла за нами дверь, оставив шум голосов внутри. — Ты весь день не в себе, — начала я мягко. — Я не буду давить. Правда. Просто… скажи, что происходит. Он опустил взгляд. Его плечи дёрнулись — как будто он сделал слишком резкий вдох и не смог сразу выдохнуть. Несколько секунд он молчал. А потом словно сломался. — Я… я загадал два желания, Кейси. Я ничего не ответила. Просто позволила тишине дать ему место. — Когда мы впервые столкнулись с Надаканом… — продолжил он хрипло. — Я не думал. Всё было слишком быстро. Он говорил красиво, уверенно. Сказал, что исполнит любое желание. И я… я попросил узнать правду. Просто понять, кто я. Он нервно усмехнулся, но в этом смехе не было ни капли веселья. — А потом… — Он сглотнул, — потом я попросил, чтобы это оказалось ложью. Но фонарь так не работает. Он не отменяет. Он ломает. У меня сжалось сердце. — Я не… я не Уолкер, Кейси, — выдохнул он. — Я приёмный. Всё детство я думал, что мои родители — просто мастера техники, странные, но родные. А правда в том, что я… — голос дрогнул, — я сын Клаффа Гордона. Я моргнула. Имя было знакомым. Легендарным. Человеком из старых фильмов, голосом прошлого мира, символом героизма. Я знала эту историю. Знала и то, что у него был сын. И сейчас многое вдруг встало на свои места. Но это было не главное. — Джей… — тихо сказала я, накрывая его руку своей. — Я понимаю. Правда. Узнать, что вся твоя жизнь — не совсем твоя. Что то, на чём ты стоял, вдруг рассыпается под ногами. Он кивнул, не поднимая глаз. — Я просто хотел знать, кто я. А теперь… — он наконец посмотрел на меня, — теперь я не знаю, кем быть. — Тем, кем ты уже стал, — ответила я твёрдо. — Джей, ты — ниндзя. Ты — герой. Ты — тот, кто не бросает друзей и идёт в бой, даже когда страшно. Приёмная семья не делает тебя менее настоящим. Кровь ничего не решает. Решает то, как ты живёшь и что выбираешь. Его глаза блеснули — влажные, но уже не такие потерянные. Я позволила себе лёгкую, почти тёплую улыбку. — И, кстати, — добавила я, — каждый может случайно загадать желание. Особенно когда больно. Но теперь нам нужно быть вдвойне осторожными. Надакан на свободе. И он будет искать слабые места. В нас. Джей глубоко выдохнул и кивнул. — Спасибо, Кейси… — сказал он искренне. — Правда. — А теперь. — Он легко толкнула его плечом, — возвращайся к команде. Нам нужен твой мозг, твои шутки и твоя молния. Мы Кая не бросим. Ни за что. Он выпрямился, словно с его плеч наконец упал тяжёлый груз. И впервые за долгое время я увидела в его улыбке не боль — а решимость. *** Я сидела на подоконнике, подтянув колени к груди, и не отрываясь смотрела в экран телевизора. Свет от него холодными вспышками отражался на стекле, будто город за окном тоже хотел увидеть, что о нём сейчас говорят. Ведущая с напряжённым, почти застывшим лицом произнесла: — Пропал ещё один квартал Восточного Ниндзяго-Сити. Местные жители в панике. Учёные не могут объяснить, как целые улицы просто исчезают, словно их никогда не существовало… Картинка дёрнулась, и камера резко сменила план. Там, где ещё вчера находился городской парк, теперь зияла туманная пустота. Пространство мерцало, искривлялось, будто кто-то вырвал кусок реальности грубой рукой. Не взрыв. Не разрушение. А отсутствие. — Это уже третий участок за сутки… — тихо произнёс Зейн. Его брови сошлись, голос стал ниже обычного. — Пространственная дестабилизация. Масштаб растёт экспоненциально. — Надакан, — угрюмо сказал Ллойд. Его пальцы медленно, но с силой сжали спинку стула. — Он собирает силы. И кристалл миров работает. Что бы он ни делал, он уже начал переписывать саму ткань этой реальности. Мы переглянулись. Воздух в комнате будто стал плотнее, тяжелее. Мне показалось, что даже стены прислушиваются. Паника зашевелилась в груди, холодная и липкая. — Мы должны действовать, — резко сказал Коул, поднимаясь. — Прямо сейчас. Пока ещё есть что спасать. — Согласна, — кивнула Ния, сжав кулаки. — Если мы не остановим Надакана, Ниндзяго просто… исчезнет. Целиком. Они начали двигаться почти одновременно: схватили оружие, проверили снаряжение, обменялись короткими взглядами. Всё было привычно. Слишком привычно. Но я осталась сидеть. — Я не пойду, — сказала я спокойно. Слова прозвучали тише, чем я ожидала. Но эффект был мгновенным. Все разом обернулись. Разговоры оборвались. Тишина в комнате стала почти осязаемой. — Что?.. — Джей моргнул, явно не веря услышанному. — Кейси, ты сейчас серьёзно? Я медленно подняла взгляд на Ллойда. Он уже знал. Всегда знал. В его глазах не было удивления — только боль, принятие и тяжёлая ответственность. — Я уже помогла вам, — произнесла я ровно. — Я сделала всё, что могла для команды. А теперь… мне пора выполнить свой собственный план. — Кейси… — начал Коул, но Ллойд поднял руку, останавливая его. — Она права, — сказал он тихо, но твёрдо. — У неё есть миссия. Та, которую никто из нас выполнить не сможет. Ребята растерянно смотрели то на меня, то на него. Никто не спорил. Они знали: если Ллойд говорит это таким тоном, значит, решение уже принято. Значит, это часть чего-то большего, чем они могут понять прямо сейчас. Я спрыгнула с подоконника. — Берегите себя, — сказала я. — Идите. Защитите этот мир. Я чуть помедлила. — А я… попробую спасти всё остальное. Один за другим ниндзя покинули дом. Джей задержался, неловко, но крепко обнял меня, словно боялся не успеть. Коул хлопнул по плечу — коротко, по-дружески. Ния посмотрела прямо в глаза и кивнула с уважением. Зейн молча положил на стол маленький кристалл связи. — На всякий случай, — сказал он. Последним вышел Ллойд. Он остановился в дверях. — У тебя получится, — тихо сказал он. — Я верю. — Спасибо, — улыбнулась я. — Только… пожалуйста. Вернись живым. Он кивнул — и дверь закрылась. Дом снова погрузился в тишину. Я осталась одна. Только я и Каори. *** Мы с Каори шли по тёмным улочкам, скрытые плащами, стараясь не привлекать внимания. Ниндзяго медленно разрушался — не только внешне, но и изнутри. Небо казалось выцветшим, воздух — тяжёлым, словно пропитанным тревогой. Люди говорили шёпотом, избегали встречных взглядов, а улицы пустели всё быстрее. Это было только начало. Я чувствовала это каждой клеткой. Дом Мистаке показался впереди — старый, увитый плющом, словно укрытый самой памятью. Фонарь над дверью мигнул, когда мы подошли ближе. — Она знает, что мы идём, — тихо сказала Каори в человеческом облике. — Конечно знает, — ответила я. — Она всегда знает. Мистаке встретила нас на пороге. Её взгляд, полный вековой мудрости, скользнул по нам — внимательный, пронизывающий. — Проходите, — произнесла она спокойно. — У нас осталось слишком мало времени. Внутри дом был наполнен тёплым, густым воздухом, запахом благовоний и старых книг. Странно, но именно здесь я впервые за долгое время почувствовала что-то похожее на дом. Когда Мистаке уселась напротив нас, я глубоко вдохнула. — Мы пришли не просто так, — сказала я. — Мы готовы. Я хочу вернуть своё королевство. Мой народ. Моих родителей. Старая женщина кивнула, словно услышала давно ожидаемые слова. — Ритуал можно провести скоро. Очень скоро, — сказала она. — Когда солнце скроется, а Луна достигнет зенита. Тогда завеса между мирами станет тонкой, как паутина. И ты, Кейси, сможешь разорвать её. Она сделала паузу. — Но цена будет высокой. — Какая цена? — спросила Каори. Мистаке посмотрела прямо мне в глаза. — Жертва. Одна часть тебя должна остаться здесь, чтобы другая смогла пройти. Ты не останешься прежней. Ни в этом мире. Ни в своём. Я сжала пальцы на коленях, чувствуя, как внутри поднимается холодная решимость. — Я готова. Что бы ни потребовалось. Я не позволю Катастрасу забрать всё, что ещё можно спасти. — Тогда тебе нужно подготовиться к Лунному Восхождению. Через три ночи, — сказала Мистаке. — И будь осторожна. Джин уже чувствует твои шаги. Я кивнула. Путь был ясен, даже если он тонул во тьме. — Мы вернём королевство, — тихо сказала Каори. — Я рядом. Как всегда. — Я знаю, — прошептала я. — Мы это сделаем. Ради семьи. Ради Дэна. Ради Сони. Ради всего, что я когда-либо любила. И когда я вышла из дома Мистаке, я уже знала — назад пути нет. Остались только три ночи. И целая вселенная — на кону. Продолжение следует…