Страх всегда сильнее

Арсению никогда не было так страшно. Казалось бы банальщина, простая до тошноты, вот только ком в горле мешал не только говорить, но и дышать. Сквозь лёгкие прорастал борщевик, а выдавить из себя хотя бы звук было невозможно. [ в рот клей залили ] Непосильная ноша отпечаталась на усталых опущенных плечах. Словно Атлант, который держит небо, Арсений Попов сквозь года держал на своих могучих любовь. Отравляющую, убивающую и пожирающую изнутри, но такую привычную и уже кажется родную. Спустя время привык к тому, что бабочки в животе превратились в москитов, а сердце каждый раз стучало как ненормальное, грозясь выпрыгнуть из груди поломав несколько ребер. [ Что б не расслаблялся ] Знакомое всем, такое крылатое и прекрасное чувство, как любовь, начинает обвиваться как петля вокруг шеи, ядовитой змеёй яд пускает по венам и сильнее верёвку затягивает. Яд течет по венам поднимается к кадыку, хочется побольнее укусить, облегчить мучения, поделится ядом, но страх сильнее. Приходится прятать зубы и молчать, чтобы никто не пострадал, кроме самого змия. Прекрасный в его глазах Антон Шастун начал гаснуть. По правде говоря не только в его глазах. Он начал тускнеть ещё давно, просто для большинства это было незаметно. Когда каждый день съемки, времени на отдых почти не остаётся, ты постоянно под прицелом камер и сотен взглядов, слабину давать нельзя. Любая попытка разговорить Антона, на тему о его здоровье, заканчивалась провалом. Маска клоуна веселого парня, у которого всё прекрасно, натягивалась так же быстро, как лопается порванная струна на гитаре. Карточный домик, который с трудом строился, развалился казалось, за считанные мгновения. Отчего же Арсению было так страшно? В сложившейся ситуации он боялся всего, любой мелочи, но себя не выдавал. [ Он же сильный ] Слова застряли где -то в зубах, а тепло, что должно разливаться водопадом в груди, морозит сердце северным океаном, доводя до обморока. На языке вертелись слова, коряво собранные в предложения, которым возможно не суждено сорваться с губ. Стайки мыслей сбивались в кучки щебетали, где то на поверхности, пытаясь достучаться до [ пока ещё ] здравого рассудка. Стоит ли им сказать, что было поздно? Десятью минутами ранее: — Арс, ты долго ещё сидеть собираешься? Только тебя ждём. — Взявшийся из ниоткуда Сережа махал рукой перед лицом друга — Мы уже удочки сматываем, давай быстрее. — Да, сейчас, только зарядку найду. — окинув быстрым взглядом гримёрку, Попов хватает потерянный предмет со стола и выходит последним. Хорошо хоть додумался сразу все убрать в сумку, что бы не копошится, как лох. На улице хорошо, дневная жара сошла на нет, теплый ветер трепал волосы, а звезды освещали, казалось всю планету. Съемки всегда выдаются долгими и выматывающими, но при этом всегда весёлыми Попрощавшись друг с другом, все медленно поползли, кто к своим машинам, кто поближе к дороге, по пути вызывая такси, а кто на метро. Антон стоял на крыльце опираясь на перила, как будто знал, что нужно ждать. Стоял, курил, мысленно проклиная весь этот мир, ведь чувствовал, что эта ночь была решающей. — О, Антох, а ты чего не едешь домой? - Арсений встал рядом, нервно теребя кольцо на пальце. — Говори - парень делает глубокую затяжку, выдыхая дым в сторону, зная, что друг не особо любит вонь сигарет. [ Заботится ] — Что говорить? - шестерёнки крутились в голове с бешеной скоростью, сотни вопросов мелькали перед глазами, но ни на один вопрос пока что не было ответа. — Я всё знаю, можешь выкладывать, но мой ответ вряд ли изменится, после всего тобою сказанного. Сказать что Брюнет был в замешательстве, как вы понимаете значит ничего не сказать. [ Ахуел ] Собраться с мыслями оказалось непосильной задачей, но все же это был последний шанс на нормальный разговор. — В общем, как ты уже догадываешься, я испытываю к тебе некие чувства и они далеко не платонические... - Из головы вылетели все заранее приготовленные речи, репетиции перед зеркалом и советы из интернета. Страшно не так выразиться, не правильно сформулировать, не так сказать. — Я правда хочу, что бы ты понял, как я тобой дорожу, каждым твоим сообщением, каждой встречей, каждой секундой проведенной вместе, я правда хочу, что бы мы были более близкими друг другу, и даже не вздумай делать вид, якобы не понимаешь меня. Пожалуйста, дай мне хотя бы малейший шанс, самую маленькую надежду, умоляю. - Теперь должен прозвучать приговор. Антон в свою очередь медленно потушил сигарету о перила и повернулся к нему. — Арсюх, я понимаю, что ты чувствуешь и понимаю, то, что ты пытаешься до меня донести, но решение, как уже говорил не изменю. - Внутри все сжимается страх, заполняет все внутри, как будто в ледяную воду окунули, сейчас все и решится. — И я честно, не могу тебе дать ни шанс, ни надежду. - Внутри все обрывается последние слова Арсений Попов слышит будто сквозь вату, стук сердца заглушает все вокруг, приговор вынесен. — Я блин, ну честно, ты же должен меня понять, правда я не умею рассыпаться в красивых речах, как ты и просто говорю, как есть. Ты главное близко к сердцу не принимай, я не отказываюсь от нашей и дружбы, и если хочешь мы можем сделать, что этого вечера не было, мне правда очень неловко... — Да, давай так и сделаем - Мужчина перебивает, не собираясь больше слушать оправдания. — Так будет более правильно. Ты прости, что я вообще решил поднять эту тему, что то в голову стукнуло , ну давай, тогда, прощаться. — Арс протягивает руку для пожатия, в надежде быстрее слинять отсюда с позором поджав хвост. — Да - да, хорошо, понял, забыли, давай, удачи. - Антон протягивает руку в ответ несильно сжимая. Как же хочется провалится сквозь землю, идиот, какой же идиот, почему нельзя было промолчать, с чего бы вдруг стал таким сентиментальным. Машина набирала скорость везя по ночной Москве, из колонок играла песня МакSим - знаешь ли ты, а водитель за рулём сорока двух летний актер, комик и просто известный человек обливался слезами, как будто ему снова 17, казалось бы из-за пустяка, ну отшили и отшили, с кем не бывает... — Да иди нахуй блять - разговоры с самим собой в голове явно до хорошего не доведут. Надо немного встряхнуться, опомниться. Автомобиль сворачивает в сторону какого то малоизвестного [ сомнительного ] бара, да какая разница где пить, главное, что деньги на это есть. — Мда, вот это я гандон... - Пока Арсений был на пол пути в бар, Антон до сих пор стоял на крыльце в смятении. — Пиздабол конечно высшей гильдии, это без вариантов. - Парень затушил очередную сигарету и направился к автомобилю, ночь обещала быть мучительной для обоих.