Корица и Лавандовый чай.

Стояла середина октября, но воздух в Камакуре был по-летнему мягок. Осень здесь всегда задерживалась, словно не желая уступать свои права, и Ами довольствовалась лишь легким кардиганом поверх рубашки или накидывала темно-синий пиджак. На третий раз, когда безжалостный будильник едва не отправился в полет из окна, дверь в комнату тихо отворилась. Вошла Цубаки-сан, бабушка Ами – строгая с виду, но с сердцем, полным любви и заботы. Ами жила с ней с тех пор, как пошла в начальную школу. Смерть мамы, уход отца к другой женщине в Токио – все это оставило ее на попечении бабушки, от которой лишь изредка приходили денежные переводы. Ами потерла заспанные глаза и зевнула. Цубаки-сан лишь покачала головой с легкой укоризной. — Внученька, доброе утро! Неужели ты еще в кровати? Завтрак ждет, остынет, если не поторопишься. — Доброе… Сейчас встану, бабуль. – Девочка с трудом приподнялась, и дразнящий аромат омлета и кофе потянул ее вниз, окончательно прогоняя сон. – Сейчас спущусь, только приведу себя в порядок. Удовлетворившись тем, что Ами наконец-то проснулась, Цубаки-сан улыбнулась и, кивнув, вышла из комнаты. Ами, вскочив с футона, быстро привела себя в порядок: волосы аккуратно собраны, школьная форма безупречна, легкий лосьон коснулся лица. Готова. Она сбежала вниз по лестнице, села за стол и, взяв в руки палочки, с аппетитом принялась за еду. Бабушкин омлет – ее первая и неизменная любовь. Когда-нибудь она обязательно научится готовить его так же. Кухня была залита утренним солнцем, и сквозь легкие помехи старенького радио, стоявшего на тумбочке, пробивалась тихая мелодия. Цубаки-сан насыпала корм в маленькую миску, и словно по волшебству из-под стола тут же появилась черная мордочка, безошибочно учуявшая лакомство. Цубаки-сан поставила миску на пол, и к ней, переваливаясь с боку на бок, подбежал упитанный черный кот, тут же приступив к своему первому приему пищи. — Чи совсем раздобрел. А ведь когда мы только начали его подкармливать, он был тонким, как тростинка. Бабушка, он с самого утра здесь? – спросила Ами, не отрываясь от омлета и глядя на кота. Чи в ответ лишь лениво повел ухом, не отрываясь от корма. — Да он и не уходил со вчерашнего вечера. Всю ночь проспал на веранде, а под утро я пустила его в дом. Ах, Ами-тян, ещё купи сегодня корм для Чи, пожалуйста. — Не уходил? Ух ты, прогресс! Раньше боялся, а теперь приходит как к себе домой. А в магазин я зайду, хорошо. Заодно возьму черничный пудинг. Поболтав еще немного с бабушкой, Ами быстрым шагом отправилась на станцию, не желая снова выслушивать нотации от учительницы. День пролетел в обычной суете, и после школы девочка зашла в магазин, как и просила бабушка. Купив все необходимое, Ами присела за столик в круглосуточном магазине, увлеченно поедая пудинг и углубившись в чтение недавно купленной книги. Так, за чтением, она и не заметила, как за окном сгустились сумерки. Здесь темнеет обычно немного раньше семи, и Ами решила, что пора возвращаться домой. Кленовые листья, обагренные багрянцем и золотом, устилали землю щедрым ковром, когда Ами шла по ним, устремляя взгляд то в серое небо, то на стальные рельсы, тронутые дыханием осени. День прошел в привычной череде событий, но был так же хорош, как и все предыдущие. Совсем скоро она вернется домой, углубится в учебники, согреется чашкой лавандового чая и поможет бабушке заварить новый сорт. Чайная госпожи Цубаки располагалась прямо в их доме. Второй этаж занимали комнаты Ами и бабушки с ванной, а первый – кухня, прилавок и несколько столиков для посетителей. Их дом, выдержанный в традиционном стиле, имел небольшой сад, где в пруду осенью кружились листья, а весной распускались нежные цветы вишни. В любое время года там царили умиротворение и красота. В раздумьях Ами не заметила, как оказалась на краю платформы. Нога словно сама сделала роковой шаг – шаг, который мог стать последним. Она споткнулась, и леденящий душу гул приближающегося поезда ворвался в тишину. Мгновение – и все могло закончиться… Но внезапно чья-то рука схватила ее за плечо, и поезд пронесся мимо в замедленной съемке. Дыхание с трудом возвращалось, когда Ами осознала случившееся. Она едва не превратилась в бесформенное месиво. От этой картины ее пробрала дрожь. А что бы было с машинистом? Как бы он пережил это? А бабушка? Ее сердце не выдержало бы потери. Как она могла оставить ее одну? А Чи, ее любимый кот? Кто бы тогда баловал его лакомствами со стола, играл с ним? Что бы произошло, если бы она умерла? Какая ужасная трагедия…Если бы.. – Вы в порядке? – теплый, бархатный голос вернул ее в реальность. Ами обернулась. Перед ней стоял юноша с мягкими чертами лица, усыпанного веснушками. Его черные волосы блестели, как вороново крыло, очки добавляли облику интеллигентности, а бежевое пальто и шарф согревали в осенней прохладе. Во взгляде читалось искреннее беспокойство. Он казался чуть старше Ами. Девушка едва удержалась, чтобы снова не упасть на платформу. – Я… Да, я в порядке. Огромное, огромное спасибо вам, вы… Вы спасли мне жизнь! – Ами поклонилась в знак благодарности, чувствуя, как ком подступает к горлу, а глаза наполняются слезами. Она могла умереть. Вот так просто. Юноша покачал головой и вздохнул. Взгляд его смягчился, но голос оставался строгим: – Хорошо, что вы в порядке. Но… О чем вы только думали? Решили попрощаться с жизнью? – Нет, что вы! Я просто задумалась и не заметила, как начала падать. Я часто витаю в облаках… Но я совсем не хотела… Нет, нет!Юноша внимательно посмотрел на Ами, словно пытаясь разглядеть в её глазах правду. Он явно сомневался в её словах, но решил не давить. – В следующий раз будьте осторожнее, пожалуйста. Жизнь – это бесценный дар. Не стоит рисковать им по пустякам. Ами кивнула, чувствуя, как краска стыда заливает её щеки. Она действительно поступила глупо и безответственно. Благодарность юноше переполняла её, но в то же время ей было неловко за свою рассеянность. – Простите, я… Я буду внимательнее, – пробормотала она, опуская глаза. – Еще раз спасибо вам огромное. Не знаю, как бы я… – Не стоит благодарности, – юноша улыбнулся. – Рад, что смог помочь. Мне пора. Берегите себя. Девушка хотела что-то ещё сказать, но вдруг подул прохладный ветер. Юноша, который несколько мгновений назад развернулся чтобы уйти, бесследно исчез, будто бы здесь с Ами сейчас и вовсе никого не было. — Что? Куда он делся?

***

— До свидания, хорошей вам дороги. Приходите к нам ещё. Цубаки-сан, стояла за прилавком чайной, провожая посетителя взглядом, полным тихой теплоты. У её ног, блаженно растянувшись, нежился Чи. Он вновь провел весь день в чайной, и теперь, умиротворенный после еды, лениво помахивал кончиком хвоста, словно дирижируя тишиной. В этот самый момент Ами, вернувшись домой, поклоном приветствовала уходящего гостя и, наконец, переступила порог родного дома. — Бабушка, я дома! Прости, что задержалась. Принесла корм для Чи, как ты просила. Цубаки-сан, оставив прилавок, с нежностью заключила внучку в объятия. Ами ответила на объятие, и вскоре они обе сидели за столом, готовясь разделить скромный ужин и рассказать друг другу о том, как прошёл день. О происшествии на станции Ами решила умолчать. — Ами-тян, как прошел твой день? — спросила Цубаки-сан, с любовью разливая по чашкам ароматный лавандовый чай, любимый напиток Ами. — Что-нибудь интересное случилось? Учительница не сделала тебе замечание? — Нет, бабушка. День прошел как обычно. Замечаний не было, — ответила Ами, бережно обхватив чашку обеими руками и сделав осторожный глоток. — А у тебя как день прошел? Много сегодня было посетителей? И как Чи себя вёл? — Девочка бросила взгляд на кота, который уже дремал в теплом углу комнаты, свернувшись в пушистый клубок. — Посетители всё те же. В основном старики да наши знакомые. Никого нового, — задумалась Цубаки-сан, — Ах, да, сегодня заходил иностранец. Совсем забыла. Я угостила его травяным чаем. — Иностранец? Не припомню, чтобы к нам заглядывали туристы. Хотя, сейчас осень, а в Камакуре в это время года особенно красиво, так что их вполне может быть немало. Я сегодня видела нескольких туристов. Почему-то мне кажется, что они из Америки. Не знаю, просто такое ощущение. Цубаки-сан задумалась, почесывая подбородок. — Да, возможно ты и права. Он говорил на ломаном японском, но старался. Сказал, что приехал посмотреть на наши храмы и сады. Купил еще коробочку моти на дорогу. Хороший молодой человек. А Чи, как всегда, очаровал всех. Все его гладили и угощали. Он у нас настоящая звезда. Ами улыбнулась, представляя, как Чи, довольный вниманием, мурлычет и трется о ноги посетителей. Она любила этого кота, он был частью их семьи. После ужина Ами помогла убрать бабушке со стола. Вечер вновь прошёл обычно, как проходил каждый. Ами сделала уроки, поиграла немного с Чи, и, поговорив с одноклассницей, а по совместительству с подругой, легла спать. Про случай на станции, она на удивление пока забыла.