Молодой и беременный

Свежий аромат чебушника резко ударил в нос. Тело мгновенно охватила дрожь, по напряжённой спине пробежали холодные мурашки, а с лица схлынули все краски. Тэхен почувствовал “его”. “Его” запах, который холодил душу и жёг кровь одновременно. Альфа резко развернулся, глаза суетливо скользили по случайным прохожим в парке. Все не то. Он лавировал между людьми, словно ищейка, вынюхивая до боли знакомый аромат. Аромат победы и поражения. Идя на запах, он почти не видел дороги. Ему хотелось только чувствовать, вспоминать… Вспоминать их первую встречу в детском магазине. Тогда Тэхен пришёл за заказом по просьбе сестры, но в итоге простоял там лишние полчаса, наблюдая, как между стеллажами, словно хмурая туча, бродил омега. Высокий, подтянутый. Он медленно двигался вдоль полок, критически оглядывая ассортимент и что-то недовольно бормоча себе под нос. Разглядывал детские костюмчики, чепчики, носочки, но ничего не брал. Только смотрел. Его чёрные кудри спадали до плеч, и время от времени он небрежным движением откидывал непослушные пряди с круглого личика. Тэхен был уверен: если бы не медлительный кассир, он мог бы вечно наблюдать за загадочным омегой. Сотрудник с громким стуком поставил товар на стойку, резко вырвав альфу из оцепенения. Тэхен обернулся, растерянно уставившись на кассира, а тот лишь недовольно ткнул пальцем в сторону платежного терминала. Когда альфа расплатился, он уже собирался подойти к очаровательному омеге, но того и след простыл. Упустил. Да, тогда Тэхен потерял его в первый раз. И сейчас, следуя за запахом, он поклялся самому себе: в этот раз не отпустит. Пройдя ещё десяток метров, он резко остановился. Там, на скамейке среди кустов жасмина, сидел “он". Расслабленный, измученный июльской жарой, он развалился на старой лавке, подложив под голову сумку. Руки покоились на слегка округлившемся животе, который не скрывала обтягивающая майка. Лёгкий ветер играл с его кудрями. Внезапно, будто почувствовав чужое присутствие, омега открыл глаза и медленно поднялся. Лениво потянулся и взглянул на незваного гостя. В его глазах мелькнуло узнавание, а губы растянулись в довольной улыбке. Глаза сузились до узких щёлочек, нос забавно сморщился. Да, Тэхен помнил этот взгляд. Почти так же омега смотрел на него впервые в клубе, спустя неделю после встречи в магазине. Если спросить Чонгука, он скажет, что их первая встреча состоялась именно там. В тот день он нервничал. Боялся ошибиться, выбрать не того. Полгода назад в его наивную голову закралась мысль: «Хочу ребёночка». Маленькая, юркая идея, которая перевернула всё. Чонгук тогда не состоял в отношениях и, честно говоря, не хотел. Ни один альфа не дотягивал до его уровня. Сыновья маминых коллег вели себя предсказуемо, а Чонгуку это давно надоело. Да и было с ними просто скучно. За 27 лет жизни в среде корейских “чеболей” он точно знал, чего хочет от партнера. Родители дали ему прекрасное образование и полную свободу. Отец-омега поддерживал все его начинания — от ресторанного бизнеса за границей до мимолётной мечты стать художником. Мать-альфа щедро финансировала его прихоти. Да, Чонгук брал от жизни всё. И пробовал многое. Тогда он решил удовлетворить свою жажду приключений самым «очевидным» способом. Он хотел залететь. Искусственное оплодотворение казалось ему скучным, а вот секс со случайным красивым альфой — куда интереснее. Решившись, он начал готовиться. Рассчитал фертильные дни, продумал образ для соблазнения, забронировал номер в дорогом отеле. А между визитами в бутики и салоны заглянул в детский магазин, где быстро разочаровался. Вещицы были милыми, но — где роскошь? Где изящество? Он ещё не понимал, что младенцев нельзя одевать в дорогие наряды без риска испачкать их за пять минут. Но он не был отцом и мог позволить себе наивность. И вот настал день Х. Чонгук уверен в успехе. Всё готово: отель, безупречное тело, соблазнительная улыбка. Осталось найти подходящего альфу. Но клуб его разочаровал. Два часа он рассматривал «ассортимент», пока взгляд не упал на альфу, лежащего лбом на столе. Тот пьяно подпевал музыке, постукивая ногой. Вдруг альфа поднялся — и Чонгук понял: он нашёл. Прекрасное лицо с красным следом от стола, растрёпанные каштановые волосы, пьяный взгляд. Широкие плечи, которые могли бы поспорить со шкафом. Альфа шатаясь пробирался к туалету — и Чонгук устремился за ним. Воспоминания Тэхена о том вечере обрывочны, но он помнит, как остолбенел, увидев в мужском туалете того самого омегу. Помнит свежий запах чебушника, перебивающий дурман кальяна. Как нежные пальцы коснулись его предплечья, а мягкий голос попросил о помощи. Он пошёл за ним, как пёс за хозяином, не соображая, что делает. Тэхен бросил друзьям сообщение, что уходит первым. Без объяснений. Он видел только чёрные кудри и плавные движения бёдер. Омега почти летел вперёд, но его рука крепко сжимала ладонь альфы. Потом было такси, пьяные ласки, долгий подъём в лифте и стремительный рывок в номер. Чонгуку не терпелось. Он набросился на Тэхена с поцелуями, стаскивал с него одежду, сжимал шею. Альфа не поспевал за таким напором. Его впервые “так” хотели — и он отвечал тем же. Член болезненно тёрся о джинсы, волны возбуждения накатывали одна за другой. Омега сам направлял его руки, целовал ключицы, шептал, какой он молодец. Тэхен наконец осмелел — сжал попку Чонгука, услышав в ответ стон. Омега улыбнулся, прижался к нему, тёрся о бедро, а руки альфы скользили под одеждой, исследуя каждый изгиб. Тэхен до сих пор вспоминает ту ночь. Как Чонгук вёл его в спальню, как оседлал, как стонал на нём часами. Как хвалил за каждый оргазм, называл "хорошим мальчиком", умолял об узле и горячей сперме внутри. Перед тем как уснуть, омега подарил ему нежную улыбку и благодарный взгляд прищуренных глаз. “-Спасибо, мой хороший мальчик.” Утром Чонгук проснулся в неописуемом восторге. Он был наполнен до краёв. Сперма так и норовила вытечь из растянутого отверстия, поэтому он быстро заткнул себя заранее приготовленной пробкой. Он любовно взглянул на спящего рядом альфу. Тот постарался на славу — такие гены его будущему малышу очень пригодятся. Быстро одевшись, омега наспех написал на бумажке благодарность за проведённую ночь, снова похвалил альфу и нарисовал несколько звёздочек и сердечек — для поднятия настроения. И ушёл. Ни номера телефона, ни имени не оставил. Ничего. А сейчас, спустя четыре месяца, альфа снова мог видеть это лицо, смотреть в эти невероятные глаза и вдыхать манящий запах. Тэхен замер. Ветра не было, жара словно приглушила звуки парка, и даже листья на кустах перестали шелестеть. Только их двое — он и Чонгук, сидящий на скамейке с округлившимся животом и той самой улыбкой, которая сводила Тэхена с ума. — Это… мой? — голос альфы срывался, будто он вот-вот задохнётся. Чонгук усмехнулся, терпеливо наблюдая, как альфа буквально разваливается на части от переполняющих эмоций. — А чей ещё? — он слегка наклонил голову, наслаждаясь моментом. — Ты же не думаешь, что я ходил по клубам, собирая сперму, как покемонов? Хотя отчасти ты прав, в тот день я встретил не тебя, а твои сперматозоиды. Тэхен шагнул вперед, руки его сжались в кулаки, словно он пытался удержать себя от того, чтобы просто не упасть перед Чонгуком на колени. — Ну же, подойди, мы не кусаемся, — омега улыбнулся, лениво поглаживая себя по животу, но в его глазах мелькнуло что-то мягкое, почти нежное. Тэхен не ответил. Вместо этого он резко опустился на колени перед лавочкой, обхватил чонгука за талию и прижался лицом к его животу. Его плечи затряслись, а по щекам потекли горячие слёзы. — “Я… Я не знал… Я не знал, что ты… что он…” — слова застревали в горле. Чонгук не ожидал такой реакции. Он ожидал злости, недоумения, даже недоверия, но не этого — не искреннего, почти детского раскаяния и восторга. — Ты… плачешь? — Чонгук приподнял бровь, но в его голосе не было насмешки. — Я… Я хочу быть его отцом! — Тэхен поднял на него мокрое от слёз и соплей лицо. — Пожалуйста! Разреши мне… Я буду хорошим отцом, я клянусь! Я сделаю всё, что нужно! Чонгук задумался на секунду, затем медленно провёл пальцами по волосам альфы. — А если я скажу «нет»?— спросил он просто так, из вредности. Тэхен побледнел. — Я… Я буду преследовать тебя. Я не уйду. Я буду каждый день приходить и умолять. Чонгук фыркнул. — Какой настырный. Но внутренне он уже решил. Если честно, он и сам не хотел растить ребёнка в одиночку — просто был слишком гордым, чтобы признать это. А тут альфа сам валяется в ногах, умоляя… — Ладно, — Чонгук вздохнул с преувеличенной драматичностью. — Раз уж ты так просишь… Но запомни: я главный в этом доме. Я старше, у меня доход стабильнее, и пока ты не выучишься и не начнёшь нормально зарабатывать, все решения — за мной. Тэхен кивнул так быстро, что мог бы шею себе свернуть. — Да! Да, конечно! Я согласен на всё! — И ещё… Чонгук приподнял подбородок, глядя на него свысока. — Ты женишься на мне. Не терплю гражданских браков. Тэхен замер. Затем его лицо озарилось такой сияющей улыбкой, что Чонгук едва не ослеп. — Я… Я тебя обручаю! — с этими словами он сорвался с места и побежал к выходу из парка. — Куда ты?! — Чонгук крикнул ему вслед. — Звоню сестре! У нее есть бабушкино кольцо! Чонгук покачал головой и погладил живот. — Ну вот, малыш… Теперь у тебя будет папа-идиот. Но в душе он был чертовски доволен. «А через несколько лет…» Тэхен уже закончил учёбу, он двигался вверх по карьерной лестнице как иллюстратор, и теперь он зарабатывал в разы больше, чем его некогда всесильный муж. Чонгук, который в своё время так гордо заявил, что «будет главным», теперь с лёгкой иронией наблюдал, как их роли плавно поменялись. — Так… кто сейчас в доме хозяин? — Тэхен как-то вечером обнял его сзади, целуя в шею. Чонгук фальшиво вздохнул. — Ладно, ладно… Ты. Но он не особо расстроился. В конце концов, он добился своего — у него была любящая семья. А это дороже любых денег.