Иней на золе

      Это невозможно…       Боль, пронизывающая сердце, почему-то отступала, оставляя за собой лишь странное ощущение покоя и умиротворения. Будто какая-то ужасная шутка всего мира — стало легче только так, только сейчас.       Перед глазами то и дело мелькали ужасающие картинки, которые довелось ему увидеть сегодня. Они не покидали голову, вспыхивая все новыми красками, где-то ярче, где-то менее сильно. И эта боль, она сжимала грудь в тиски, не позволяя дышать. Она будто была двухсторонней, приносящей успокоение и невыносимое желание уйти следом.       Сгореть.       Дэрил тяжело рухнул на землю, едва сдерживая вой от невыносимой тоски, прижимая руки к пеплу от костра. Утро застало его рядом с еще теплыми углями, на которых уже проступал первый иней. Дэрил будто все еще видел ее рядом с собой, ощущал ее прикосновение, дыхание на щеке, слышал ее мягкие слова, которые предназначались лишь ему.       Только это никогда не было правдой, точнее, не совсем. Не той правдой, которой хотелось — он мечтал, чтобы эта женщина принадлежала ему. Странное желание? Наверное, и Кэрол бы никогда его не поняла. Она всегда относилась так хорошо, только потому что понимала, что именно Дэрил никогда не станет претендовать на что-то большее. И это было правдой, он любил ее молча, тихо, как-то совсем по-своему.       Он терпел ее мужчин, а она лишь прибегала каждый раз к нему в объятия, называла другом, обнимала и так мягко прижималась своим телом. К другу, ни к чему-то большему. Ни к кому-то большему. Дэрил всегда оставался лишь другом.       Или?..       Перед глазами вспыхнула картинка с ее молящими голубыми глазами, которые всегда напоминали ему лишь две отстраненные льдинки, в которых всегда был такой пронзающий холод. Для всех… Кроме него. Осознание этого почему-то вновь кольнуло где-то в районе груди. Дэрил достал помятую сигарету из наполовину разорванного кармана, медленно подкурил, выпуская дым вверх.       Он продолжил неотрывно смотреть на дотлевающие угли перед собой — что он теперь мог еще сделать? Кэрол больше нет, а ее останки остывают вместе с пеплом в этом костре. Он внезапно отбросил сигарету, прижимая пальцы к вискам, потому что услышал ее вой, ужасающий крик боли и отчаяния… Она звала его: кричала, пытаясь вырваться, сгорая заживо. Она звала его по имени, моля о помощи.       Дэрил был именно тем, кого она всегда звала в первую очередь.       Он знал: никто не пришёл бы слишком быстро. Да и не должен был.       Дэрил был готов сжечь весь мир ради нее, готов был ей подать его на блюде, лишь бы эта женщина дала ему немного больше внимания, чем он заслужил. Лишь на мгновение дольше задержала взгляд, продлила прикосновение. Подарила поцелуй…       Но теперь это все стало невозможным — запустив руку в теплый пепел, он лишь ощутил утекающее тепло и новую волну боли. Возможно, от ожога, ведь угли еще в нескольких местах продолжали удерживать тепло.       Это было тепло ее тела.       Дэрил больше не чувствовал жара — только иней, притаившийся на золе, словно холодная тень ее имени…       Он почти не ощущал слез, которые потекли по щекам. Как теперь Дэрил сможет жить без нее? Он уже не представлял никакой жизни без Кэрол. Она просто была рядом. Всегда. Все эти годы.       Ее образ вновь вспыхнул в памяти, где Дэрил приносил ей цветы, доверительно заглядывая в глаза, где держал ее над пропастью, дарил свои объятия, где позволял… Позволял другим смотреть на нее и прикасаться. Где позволял другим мужчинам делить ее постель.       А сам не мог.       Кэрол была привязана к некому подобию столба, облитая чем-то горючим, ее мокрая куртка вспыхнула, словно сухая трава в поле, словно тот лес от падения спутника. Ткань горела завораживающе ужасно, а Кэрол… Она кричала так сильно, до мурашек по коже, до отупляющего и леденящего ужаса, что ничего нельзя было изменить, но она так быстро замолчала, словно мучения закончились мгновенно…       И лишь кожа продолжала стекать с ее лица, словно воск по горящей свече…       Дэрил дернулся, словно от пощечины, доставая раскрасневшуюся руку из углей. Он не знал, сколько уже сидел здесь, не знал, как много времени прошло с того момента, когда Кэрол замолчала навсегда. Он не понимал, сколько потребуется времени ходячим или другим людям, чтобы найти его.       Подкурив еще одну самокрутку, он тяжело вздохнул, поднимая тяжелый взгляд в небо, словно обращаясь к Кэрол, точно зная, что она в раю, если тот и существовал. Дэрил не верил, но даже если это и было правдой, он бы никогда не попал туда, никогда бы ее больше не увидел.       Дым выходил из легких медленно, почти болезненно, но это все не имело значения — мокрая одежда почти прилипла к телу, неприятно натирая. Дэрил лишь горько усмехнулся своим мыслям, едва дрогнул уголок его губ, а затем медленно поднес еще тлеющий окурок к мокрому рукаву куртки.       Он повторял, он сотню раз себе повторял, что ради нее сжег бы весь мир, что для нее он был самым главным ангелом-хранителем, что она…       Она была его всем. Так всегда должно было закончиться…       Кэрол была его миром...       ...И он его сжёг.