Часть 1
30 июня 2025 г., 20:18
Почему...
Почему это должно было закончиться сейчас?
—Я не принимал поспешных решений. — ещё одна попытка оправдания была предпринята Пьюр Ваниллой.
—Ты делаешь это сейчас. — мужчина средних лет сидит напротив, скрестив руки и ноги.
Из окна еле слышимо доносился детский голос, правда, Ваниль уже не помнит, когда последний раз выходил посмотреть чей именно это был голос.
В последнее время было тяжело выходить из дома и вообще что-либо делать. Отчаяние пришло слишком внезапно, без культурно, даже не постучав в дверь.
—Я хочу спасти тебя! —внезапный крик, казалось, оглушил только кричащего.
Мужчина в кресле даже не моргнул.
—Я.. думал, что есть что то, что поможет тебе. — уже тише произнёс Ванилла.
—Бесполезно, — кресло затрещало от движений человека на нём. Мужчина взял бокал со стола. — Ты можешь вылечить любого, но уже не меня.
—Ты отчаялся.
Молчание.
—Возможно и так, — отпив из бокала достаточно содержимого, мужчина продолжил. — Но знаешь, сын, я никогда в этой жизни не был так рад как сейчас.
У Пьюра намокли глаза и тот поспешно стёр слёзы ладонями.
Они с отцом всегда были близки, в каждую минуту, проведённую с ним тот ощущал тепло поддержки и любви от родителя.
Ваниль помнил, как тот учил его кататься на велосипеде. Банально, но было весело и грустно от каждой неудачной попытки. Однако отец всегда помогал ему встать или обработать рану, полученную после падения.
Когда в школе у него не было друзей и над ним многие шутили, отец был первым и единственным кто мог успокоить и помочь с самооценкой.
Или в одну из ночей, когда Ваниллу силой споили одноклассники, отец поверил сыну что он не виноват и помогал дойти до комнаты. На утро все, кто был причастен оказались на домашнем аресте.
Кто бы мог подумать, что смерть была для отца гораздо привлекательней всех тех совместно проведённых моментов с сыном.
Ваниль был разочарован.
—Ты даже не пытался бороться. —сказав это, Пьюр был на гране истерики.
—Я пытался.
Ложь.
—Нет, ты никогда не старался ради себя, всю жизнь ты посвятил мне, забыв о себе, отец! — это был настоящий крик души, который Ванилла контролировать уже не мог.
Мужчина хмыкнул.
—Ты изменился, сынок.
—Ты тоже, отец.
Встав с соседнего кресла, Ваниль ещё раз взглянул на лицо своего родителя, своего отца. На нём была только скорбь и радость. Эта улыбка...пугала.
Уже дома Ваниль раскладывал все свои старые вещи, привезённые из дома отца.
Нужно было немного прибраться, его парень был на работе и никогда, ну то есть вообще никогда не помогал тому убираться, только захламлял их общую комнату объясняя это: "творческим беспорядком". Это немного бесило, но зато тот всегда готовил вкусный завтрак и действительно зарабатывал им много денег на жизнь.
Благодаря ему, Ваниль всё ещё продолжал оплачивать лечение больного отца и ни в чём себе не отказывать.
Они с Шедоу работали на одной работе — оба были офисными сотрудниками. Ничего необычного, всего лишь их первый поцелуй прямо у кабинета босса. Затем они начали встречаться и за пределами работы, проводили время вместе. Уединялись в кабинке туалета каждый перерыв, а за рабочим местом переглядывались и кидали друг другу записки с пошлостями. Всё было как у обычных влюблённых.
Отец Пьюр Ваниллы был тяжело болен.
Рак — та болезнь, которую боишься произнести, не то, что услышать. Гораздо страшнее увидеть в мед карте самого близкого человека статус "четвертая степень". Каждый раз, когда Ванилла видел эти два слова и последующие за ними, он был напуган, ему было страшно, он волновался и всё же верил.
Он верил, что отец будет сильным, его папа со всем справится, прямо как в детстве. Его отец не позволит ему остаться сиротой, ни тогда, когда в жизни всё шло хорошо, ни тогда, когда Шедоу Милк активно планировал свадьбу и переезд на другой край света.
Они надеялись, что лечение, стоившее им не мало денег, поможет, что отец выздоровет. Они поставили на его жизнь слишком высокую ставку чтобы всё потерять.
Но они потерпели крах.
Отца выписали из больницы чтобы тот смог ещё неделю насладиться беззаботной жизнью, чтобы вскоре умереть.
Нет!
Ваниль уронил тряпку на пол. Все эти мысли просто сводили его с ума, ему не давало покоя его сердце, то бешено тряслось, как будто он что-то употреблял.
Он сполз по стене на пол и прижал колени к себе, зарываясь руками в свои длинные волосы. Как давно он не мыл их? Как давно Шедоу не расчесывал их, рассказывая о том о сëм?
Не помнил.
В дверь постучали. Три раза, три раза чтобы ключ прокрутился в замочной скважине около двух раз, и та с характерным звуком впустила хозяина в дом.
Шедоу выглядел уставшим. Вот чёрт, а он и не приготовил ничего, совсем забыл.
—Куколка, я дома. — игривый голос доносился прямиком с коридора, пока тот разувался, Ваниль нашёл в себе силы подняться на ноги и выйти на встречу.
Шедоу всё знал. Он прекрасно понимал чувства своего парня. Он знал какого это — терять.
С самого начала их уже более серьезных отношений, Шедоу рассказал Пьюру про его родителей, которые трагично погибли в авиакатастрофе и оставили своего маленького ребенка сиротой.
Именно по этой причине, став спустя долгие годы единственным кто действительно любит Шедоу, Ванилле пришлось уволиться с работы и сидеть дома под надзором своего парня.
Но всё это было по обоюдному согласию обеих сторон. Шедоу знал, что это неправильно, но он всегда боялся, что Ваниль уйдёт от него к другому или просто уйдет или покончит жизнь...
Это было ради их безопасности.
Он - работал и зарабатывал отнюдь не маленькие деньги для их совместной жизни, а Ваниль следил за домом, ходил по магазинам, готовил ужин и выбирал фильм на вечер. Но обычно фильм всегда прерывался их близостью, так что это был всего лишь предлог, который всех устраивал.
Именно сегодня Ваниль ходил к отцу забрать вещи, ибо знал, что после его смерти навряд ли осмелится даже приблизится к его дому.
Это не стало оправданием за невыполненную работу.
—Да ничего страшного, щас что нить закажем в инете, — как всегда, Шедоу лишь посмеялся, он никогда бы не стал ругать Ваниль за не сделанную работу. Он любит его. — Любовь моя, что-то случилось пока ты ходил к своему папе?
Как всегда мил, Ваниль почувствовал себя уязвимым перед ним.
—На днях его не станет, а он сам даже не волнуется! —слёзы непроизвольно скопились в уголке глаз и через секунду полились градом по его чистому, милому лицу.
Шедоу приблизился достаточно близко чтобы обнять Ваниллу за талию и наклониться, чтобы слизать каждую слезинку с лица своего парня.
Тот слабо посапывал носом и пытался сказать ещё что-то. Пока его губы тряслись от небольшой истерики, в желании высказаться, Шедоу прижал его к стене и напористо поцеловал. Этот поцелуй заглушил потребность Ванили сказать хоть что то, это всегда было для него нежнейшим проявлением поддержки.
Шедоу, кажется, сегодня был слишком игрив.
После очередного долгого поцелуя, после которого у Пьюра пошла кровь из губы, тот перешёл на ключицы. Схватив бедро Ванили в левую руку и подняв его ногу, тот оставлял метки слишком яркие, такие, от которых так просто не скрыться.
Шедоу Милк его помечал.
Вскоре, обе фигуры плавно переместились на кровать и продолжили уже там.
—А как же ужин? — задыхаясь и проглатывая некоторые буквы, тихо произнёс Ванилла.
Шедоу продолжал сидеть на нем, полностью прижав свой торс к другому, более оголенному телу. Он запоминал каждую родинку, каждую тень, которая падала на Пьюра, его еле открытые гетерохромные глаза, которые были настолько невинными и чистыми, словно несмотря на это каждый из них говорил: " Пожалуйста, продолжай, я сделаю всё что угодно ради твоего удовольствия".
Шедоу Милк ужасно завёлся. Его парень говорил про какой-то ужин, но сам не осознавал, что ужин он всё же приготовил, и Милк уже наслаждался трапезой.
Их близость всегда была относительно разнообразной. Иногда, Шедоу Милк желал Ваниллу на столе, прямо за завтраком, иногда в магазине, были случаи, когда они уединялись в машине, оставленной на трассе под проливным дождём. Душ, кровать и коридор были почаще, но дух авантюризма Шедоу был непобедим, поэтому если он хотел, он брал.
В любой момент. В любой день. В любое время суток. При всех или в полном одиночестве. Он всегда делал что хотел.
Но неизменным оставалось одно - после каждого момента их с Ваниллой близости, он аккуратно клал его спать. И неважно что это было за место, главной особенностью его парня была быстрая потеря выносливости, в следствие чего тот сразу чувствовал усталость и желание отключиться.
Шедоу заботился о нём, по-своему, но заботился.
На утро Ваниллу разбудил запах вкуснейших блинчиков. Этот запах он не спутает ни с чем. Суббота.
В свой выходной Шедоу готовит блинчики для своего парня.
Зайдя на кухню, Ваниль увидел на столе две тарелки и одну главную, на которой была гора блинов, политых кленовым сиропом. Стоял так же его любимый мятный чай с малиной, самое то, чтобы взбодриться.
—Доброе утро, любовь моя, — с улыбкой и нежным выражением лица, Шедоу повернулся к парню и погладил того по голове. — Садись.
Ваниль послушно сел. Только сейчас он понял, что его волосы были как солома, а концы запутались настолько, что только отрезать.
Как Шедоу Милк вообще терпел его?
Поев, тот ясно выразил свою позицию сходить в душ. Под пристальным глазом Шедоу тот пошёл мыться.
Шедоу Милк боялся за его безопасность каждый раз как тот уходил от него, поэтому даже душ они принимали вместе.
Волосы Ванили действительно давно не видели расчески. Из-за его депрессии, из которой он постепенно выходил в ремиссию, тот не мог самостоятельно их мыть, а Шедоу был бы и рад, но вот самому Пьюру было плохо и того хватало лишь на обычные процедуры мытья.
Сейчас же Шедоу принял радикальные меры чтобы помочь Пьюру в такой ноше. Он срезал все его волосы, оставив лишь карешку.
Ваниль не был огорчён, но и не был счастлив. Его волосы всегда хвалили, всегда поражались какими методами тот мыл их, что они такие блестящие.
А сейчас они были короткими. Просто обычными, как у всех.
—Не как у всех, —Шедоу прошёл пальцами по волосам, вызвав приятный стон у своего парня. — У тебя всегда были длинные волосы, а сейчас короткие, ты изменил себя с привычной картинки для всех в другую. Это делает тебя особенным.
Ваниль слабо улыбнулся. Умел же Шедоу его подбадривать.
Сегодня они ездили за покупками. Дело было даже не в их с Шедоу переезде, а в том, что тот ненавидел везти старые вещи на новое место. Как бы решаясь начать новую жизнь без старого "хлама". Ваниль полностью разделял его мнение, он всегда его разделял.
Молодая девушка консультант подсказывала им самые наилучшие наборы кухонного гарнитура, пока Шедоу отчаянно держал Пьюра за руку.
Он ревновал.
Да, так просто. Да, он всегда ревновал.
Эта милая девушка должна быть осторожна в своих словах и действиях, ведь Шедоу действительно был непредсказуем.
В прошлом году он отравил парня-курьера за то, что тот общался с Пьюр Ваниллой несмотря на его возражения. Курьер выжил, это было обычное пищевое отравление, не более, но какой же резонанс оно вызвало.
Шедоу чудом отделался.
После этих случаев, кроме своего больного отца Пьюр Ванилла старался ни с кем не общаться.
Ещё в начале их с Шедоу отношений он дружил с Белой Лилией. На самом деле друзей у него было много благодаря колледжу, как и знакомых, но после одного неудачного разговора, где Лилия умоляла прекратить их с Шедоу общение, Милк настрого запретил Пьюру даже подходить к ней, а позже и ко всем друзьям.
Пьюр Ванилла, конечно, был возмущён. Но как он мог ответить нет?
Теперь он привык и даже почти не жалуется.
—Как тебе этот милый свитер? — Ах, точно, они уже были в отделе с одеждой. — Такой же сладкий, как и ты.
—Я думаю, что он больше подойдет тебе, любимый. — Лесть. Но Ванилла хотел порадовать парня даже такой мелочью как приятным словом.
У Шедоу загорелись глаза.
—Ты... Действительно молчал всё это время чтобы сказать самую привлекательную, милую, льстивую, красивую и приятную мне фразу? — он рассмеялся.
—Да.
Шедоу облизнул губы.
—Пошли, голубок.
Они вышли из ТЦ и сели на его мотоцикл. Арендованный конечно, но зато очень мощный и вообще то очень дорогой мотоцикл!
Ваниль сел сзади и обхватил руками торс парня спереди.
Внезапно транспорт тронулся и Милк загозавал, встав на одно заднее колесо.
В эти моменты Ваниль всегда боялся упасть и разбиться насмерть.
Но, похоже, Шедоу это мало волновало.
Иначе как объяснить, что тот сразу же на полной скорости пронесся мимо обычных граждан, нарушая все правила как дорожного движения, так и людей?
Вслед до сих пор кричали различные гадости, но Ваниль их уже не слышал. С Шедоу он стал противником общественного мнения и норм общества в том числе. Ему было плевать на них на всех. Он был верен только Шедоу Милку.
Дома, разобрав все пакеты, Ваниль почувствовал в кармане вибрацию телефона.
Достав, он обнаружил что ему звонит неизвестный номер. Странно, обычно ему могут звонить только по деловым вопросам.
—Алоо? — неуверенность задавила Ваниллу.
Из трубки послышался шорох, некачественный звук.
—Здравствуйте, — наконец он расслышал, связь была. — Вас беспокоит лечащий врач вашего отца.
Сердце замерло.
Удар, удар, удар, удар, удар, удар.
Жизнь.
—Что-то...произошло? — стараясь не выдать панику в голосе, Ваниль сел на стул.
Врач замолчал. В мгновение слух прорезало не самое приятное, то, чего он боялся услышать.
—Ваш отец почувствовал себя не хорошо и был доставлен в срочном порядке обратно в клинику, сейчас он в очень плохом состоянии, боюсь, у вас есть менее одного дня чтобы попрощаться с ним.
Трубка была сброшена. Сброшена была так же последняя крупица надежды.
Ваниль сидел с открытыми глазами и смотрел в пустоту. С глаз стекали слёзы, но он их уже не чувствовал.
Из душа вышел Шедоу.
—Ты вообще представляешь?!Эти гады снова выключили горячую воду! Ванил-
Шедоу увидел своего парня в том самом состоянии, из которого он так долго его выводил. Полного опустошения, потери веры. Какая драма. Кулисы не успели открыться как снова закрыли героя за собой.
Он подсел к нему и вытянул телефон из рук. Последний звонок был с неизвестного номера, но Шедоу знал номера наизусть. Лечащий врач отца Ваниллы.
—Всё будет хорошо, я обещаю. — слова поддержки лились с его уст, но это мало помогало.
Ваниль ещё долго смотрел в никуда. До тех пор, пока Шедоу не унёс его в комнату и не уложил спать.
Но он не спал.
Казалось, Пьюр даже не моргал.
Шедоу тоже не спал и внимательно следил за Ваниллой. Он чувствовал, что его парень разрушается, крошится как печенье.
Хоть лично поболтав с доктором он и узнал, что отец ещё не успел умереть, Шедоу уже знал, что будет если он умрет.
Ванилла не выдержит.
—Ты ляжешь спать уже или будешь устраивать драму дальше? Твой отец хотел бы видеть тебя завтра, Ванилла. — Шедоу тоже ломался, чувства его парня словно связью передавались и ему.
Но Пьюр молчал. Он не знал, что сказать прямо сейчас. Ему было больно. Очень, очень больно.
Они продолжали играть в гляделки, пока Ванилла не уснул.
На утро они быстро собрались и поехали в больницу.
Отец выглядел неважно, если так вообще можно было сказать о человеке с последней стадией рака.
—Отец. — Ваниль тоже выглядел неважно.
Мужчина слабо улыбнулся и посмотрел на двоих в его палате.
—Я так рад за тебя, сынок. —слабым, хриплым голосом произнёс мужчина.
Слабый звук пикающей кардиограммы доносится по всей палате. Пока что он был в норме.
—Вы думаете, что у вас ещё много времени, но, дорогие, — отец посмотрел на телевизор, висящий на стене. — Все мы с вами смертны.
—Не говорите так. — вмешался Шедоу загораживая Ваниллу, спасая того от пристального взгляда.
Мужчина слабо посмеялся.
—Мой сын изменился, ранее он готов был слушать правду из любых уст, но благодаря тебе, —мужчина прекратил улыбаться и стал серьёзнее. — Он больше не верит в правду, он поглощён гадкой ложью из твоих уст, он не доверяет никому из людей и даже мне.
Шедоу напрягся. Он знал про что говорит этот щенок.
—Мой сын полностью под твоим контролем, Шедоу Милк.
Ваниль положил ладонь на плечо своего парня.
—Он готов на всё ради тебя, как и ты ради него. Вы ребята, славно заврались сами себе в своих чувствах.
Шедоу больше не мог этого слушать. Всё его тело требовало напасть, избить, убить.
Но эта теплая рука на его плече...
—Может быть я и не верю правде, может я и предпочитаю ложь, но я НИКОГДА не устраивал такую настоящую драму перед своим же ребенком, акт окончен, актерам разойтись! — Шедоу был действительно зол, очень зол.
Он выбежал из палаты, захлопнув дверь.
Ваниль ещё раз посмотрел на отца, прежде чем уйти навсегда.
—Я тебя люблю.
—Знаешь, как трудно было достать этот чай? —Шедоу с самого приезда домой был невыносим. Каждый раз, когда Ванилла на секунду прекращал говорить, это давало ему стимул жужжать над его ушами целый день. — Пьюр Ванилла, ты меня вообще слушаешь?!
Парень встал напротив, поставив руки на пояс и принял боевую стойку.
Ванилла даже не знал, как реагировать, он действительно не слушал, его мысли были не там. Не на той ноте они разошлись с отцом, не так он хотел сказать, всё в его жизни было не так.
—Шедоу, прости я сегодня устал, можно я пойду спать? — сделав усталый вид, Пьюр сначала по привычке направился в душ.
Шедоу неспеша пошёл за ним. Как будто бы у Ваниллы был выбор...
—Тебе помочь помыть голову? — вопрос, заданный для приличия. Конечно, он поможет, он сделает всё за него сам.
—Ладно...
Ванилла долго рассматривал кожу на руках. Казалось, недавно там были веснушки, она не была настолько бледной как сейчас. Настолько мраморной и хрупкой.
Пока его парень мыл ему голову, Ваниль видел, как опадают его волосы, видел, хотя зрение было ужасное. Когда оно стало таким? В какой момент в его жизни начался кошмар?
—Шедоу. — раздалось эхом по всей душевой.
—Дааа? — промурчал парень.
—Обними меня.
Шедоу невольно открыл глаза, когда после их с Нилли близости тот внезапно попросил его обнять.
—Ты, мой маленький главный герой, сын сюжета и королева драмы, — он сократил расстояние и взял парня за подбородок. — Конечно я тебя обниму! Смотри не умри в моих объятиях, или это будет слишком стремно...
Шедоу Милк скорее обвил Ваниллу, чем обнял, перекрыв большую часть доступа к кислороду, но дышать Ваниль всё еще мог. Тяжело. Больно. Плохо. Не так.
Но мог.
Ночь сменилась днём и как обычно, утро Воскресения началось не с той ноги.
С самого утра Шедоу вызвали на работу, сославшись на великие отчёты и либо он ночует в офисе в понедельник, либо приезжает сегодня. Он уже хотел положить трубку как услышал сумму доплаты за выходной.
—Ванилла, еда в холодильнике, кушай хорошо, если что случиться звони с любого телефона в доме я знаю твой номер наизусть, из дома не выходи. — порой Шедоу вёл себя как мамочка и кудахтал над своим "блудным сыночком под домашний арестом". Но пока Ваниль не жаловался.
—Я понял тебя, дорогой, — Пьюр встал на носочки чтобы поцеловать парня в щёку. Тот моментально покраснел.
—Нилли...ты такой лапочка! — глаза Шадоу светились от счастья. — Теперь я не хочу уходить, молодец.
—Иди уже, лишние деньги не лишние.
Закрыв дверь за парнем, Ванилла направился в спальню смотреть фильм.
В тот вечер они не досмотрели, Ваниль очень хотел узнать, чем закончится сюжет, но Шедоу захотел узнать его самого.
Поставив колу на прикроватную тумбу и включив ноутбук, Ваниль открыл недавнюю вкладку с фильмом.
Во время просмотра на его компьютер пришло сообщение. Это был их с Милком ноутбук, у них не было друг от друга секретов, поэтому Ваниль тут же нажал на чат.
Всплыл чат с девушкой. Он её не знал.
e.sugarkawai
«Ты сегодня приедешь?»
ненавидел ненавидел ненавидел ненавидел ненавидел ненавидел ненавидел ненавидел себя.
Руки. Его запястья были не до конца уродливыми. Он хотел сделать их похожими на нового себя. Как там говорил Шедоу? "Ты изменил себя с привычной картинки для всех в другую. Это делает тебя особенным."? Тогда он изменит себя как полагается.
Достав лезвие от бритвы, он провел несколько раз по руке, всё ещё слегка сомневаясь в своей затее. Но вскоре он не выдержал и начал хлестать по всему периметру своего запястья лезвием.
Кровь хлестала ото всюду, его вены были напряжены и готовы вот-вот раскрыться. Но Пьюру было плевать. Пусть это было больно, он потерпит, он заслужил.
Он должен был стать мусором полностью.
Резкая боль. Не такая как до этого.
—Черт, промазал. — шикнул Ванилла откинув лезвие в другой конец ванной.
Он упал на пол, ударившись головой об пол и чуть не потерял сознание. Но каким-то усилием он смог сохранить небольшую крупицу сознания и дотянуться до телефона.
Да, Шедоу ему изменяет. Да, он знает, что не факт. Да, он понял, что тупо поступил и нужно звонить в скорую.
Но он звонит не туда.
—Да, Нилли, слушаю. — усталым голосом говорит Шедоу.
—Приезжай пожалуйста домой...— Ванили ничего не остаётся кроме как еле слышимым голосом сказать это парню.
—Что случилось? Пьюр Ванилла? Нилли? Я сейчас же еду. — в трубке послышалась спешка. И уже не такой измотанный голос что-то кричал, но этого, к сожалению, Ванилла уже не слышал.
Он уже ничего не слышал.
Шедоу даже не разулся. Он бегло осмотрел квартиру и не найдя в ней любимого хотел уже бежать на улицу, как вдруг его взгляд зацепился за свет в ванной комнате.
Шок.Страх.Огорчение.Паника. Всё это вскружило разум Шедоу Милка пока тот судорожно пытался остановить кровь.
Скорая приехала вовремя и Пьюра увезли, оставив Шедоу Милка одного, наедине с кровавыми следами на кафельной плитке ванной комнаты.
Одно простое движение. Одно.Простое.Движение.
Он боялся. Наверное, всё-таки стоило делать это не в трезвом виде.
Ванилла аккуратно повертел лезвие, оно легко ранило, оно легко проникало под ткань кожи. Оно легко резало даже плотные вены.
Одним.Простым.Движением.
Голоса в голове кричали: «Сделай это! Сделай это! Сделай это! Сделай это!»
Всё это душило Ваниллу, всё это помогало ему отвлекаться и забыть о страхе.
Он поднес лезвие к вене, когда услышал шорох совсем близко к себе.
Обернувшись, Пьюр увидел своего отца. Тот был в больничной одежде, с трупными пятнами по всей коже и с недовольным выражением лица.
—Папа...? — Ваниль замер с лезвием в руке.
Отец подошёл, хотя скорее подплыл ближе. Его руки обхватили плечи сына и плотно прижались к нему мёртвой хваткой.
—Папа...— впервые он понял, что плачет. — Я так давно тебя не видел, где ты был?
Отец покачал головой.
—Папа...
Ваниль склонился к отцовской фигуре и почувствовал лёгкие поглаживания по голове.
—Он скоро придёт. — слова, разрезавшие всё. С этими словами его отец исчез, оставив за собой аромат спелых абрикосов и чего-то трупного...
—Шедоу?
Ваниль понял на что намекал отец. Он хотел видеть сына рядом с собой, а не с Шедоу.
Ваниль вновь покрутил лезвие в руке.
Он зажмурился. Кровь хлынула из его вены ровно, как и в прошлых раз, но именно на этот раз казалось её было куда больше.
Ванилла лег в ванну. Да, ему было больно, но ледяная вода заглушала боль.
Почти погрузившись в свой последний сон, краем уха он услышал, как открывается дверь.
Шедоу дома.
Хоть Ванилла и любил своего парня, но в последние дни тот был довольно груб с ним, так что ни о какой прощальной сентиментальной записки речи и не шло.
Да и Шедоу ненавидел бы его за это.
—Милый я дома! Почему ты опять не встречаешь? Мы же это обсуждали. — звуки шагов.
Ванилла был рад, на его лице впервые за столько времени играла улыбка, как и в те давние времена, он улыбался по-настоящему.
Он отомстил Шедоу Милку. Он отомстил своему парню. Он отомстил наглому лжецу и манипулятору, в которого влюбился.
Он закрыл глаза и напоследок специально хлопнул здоровой рукой по воде. Пусть попробует вскрыть замок и спасти свою принцессу вовремя.
Но, конечно же Шедоу не успел. Наверное, на это Ванилла и рассчитывал, он не хотел остаться в живых дважды. Он знал и понимал во что бы превратилась его без того гиперопекаемая жизнь.
shadowxz
«Не смогу, вызвали на работу с доплатой.»
e.sugarkawai «Очень жаль. Я надеюсь, завтра деньги будут на моей карточке, иначе мне придётся слегка отменить нашу сделку~» Всплыло ещё одно сообщение, оно было написано прямо сейчас.shadowxz
«Хорошо, только подожди как я освобожусь, я скину тебе, обещаю.»
Ванилла не стал дожидаться ответа. В его голове было множество догадок, но ни одна из них не подходила под разговор. «Может быть это его коллега? Или любовница? Но он говорил любит меня!» Как назло, в ушах зашумело. Кровь на ладони была прямиком из носа. Пьюр побежал в ванную чтобы смыть. Смотря на отражение в зеркале, он не узнавал себя. С синяками под глазами, с тонкими, когда-то густыми блондинистыми волосами, теперь же они были слегка зеленоватые и короткие. Потресканные губы, со следами укусов Шедоу...Укусы Шедоу были везде. Открыв ключицу, Ваниль не удивился что засосы были повсюду, как комариные укусы. Да и сам он очень сильно похудел. Вроде бы ел как обычно, или как вообще он ел обычно? Ванилла не помнил этого. Он ненавидел себя за слабость, ненавидел себя за то, что прогнулся, ненавидел свою любовь к Шедоу, ненавидел и презирал отца за его слабость, но в то же время боялся, что с ним что-то случиться. В данный момент хотелось закутаться в объятия Шедоу и поплакать в его плечо, но Шедоу не было. Он был с той бабой, а, она его совратила. Шедоу больше не был с Ваниллой, он не был на работе, он прямо сейчас изменяет ему. Самое обидное что у него нет доказательств против него. Ванилла рассмеялся. Вот так просто его жизнь пошла ко дну. Он сам отказался от своих друзей, его единственный родитель— отец на днях умрёт, парень ради которого он отказался от всех своих мечт, образа жизни и близких людей ему изменяет, а сам Ваниль больше похож на урода, чем некогда на красивого молодого человека. Ему было всего лишь двадцать три, а его тело выглядело на пятьдесят с лишним. Он***
Пьюр Ванилла долго убеждал себя, что всё что делал его парень — было на благо. Раньше, когда он был маленьким, он любил животных, очень сильно. Его отец возил того на ферму с овцами и маленький Ванилла мог любоваться ими весь день. Каждые выходные они ездили проведывать бабушку, у которой было двое собак. Арчи и Кустик были очень добры к Ванилле и каждый раз, когда он приезжал в деревню он играл с собаками, кормил их и фотографировал на старый фотоаппарат. Но, как и говорил его отец – все умирают. Его любимые собаки не стали исключением. Однажды услышав от дальних родственников что, их бабушка скончалась ещё неделю назад, Ванилла и его папа поехали к ней и застали двух мёртвых привязанных собачек худыми и обезвоженными. После этого Ванилла поклялся не заводить животных никогда. Даже когда Шедоу предлагал котёнка, Пьюр всегда отказывал, ну а тому было бы лень убирать за животным, поэтому они не стали брать. Вспоминая это, хотелось рыдать, хотелось, как всегда, залиться слезами или ударить что-то. Шедоу был единственной причиной, по которой он сейчас вообще существует. Или же.... Свет. Мягкий тёплый луч летнего солнца. Над его головой был очень непривычный белый потолок. Повернув голову, он обнаружил спящего парня, который положил голову на его плечо и мирно спал. —Ш.. шедоу? — слова давались трудно, только сейчас Пьюр заметил, как сильно болит запястье левой руки. На этот слабый зов, спящий в миг, очнулся и накинулся на Ваниллу с бешенными глазами. —Ты очнулся! —его слова звучали как камень с души, было очень приятно. Ванилла попытался отодвинуть от себя Милка, но случайным движением прикоснулся своей больной рукой к его спине. —Ай, —Ваниль прошипел сквозь зубы. — Мне больно. Шедоу Милк чуть отодвинулся, но продолжал гладить его волосы и смотреть нежным взглядом в его глаза. —Зачем ты себя порезал, моя любовь? — с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, произнёс парень. Шедоу Милк знал, что его парень часто пренебрегал собой ради других. Иной раз застал его в магазине, когда он помогал маленькой девочке найти родителя. Самому Пьюру тогда нужно было срочно найти уборную, ведь его тошнило. Или, когда этот маленький, глупенький Нилли отказался ради НЕГО от всех своих друзей, знакомых, близких ему людей. Единственный кто остался был его отец, но Шедоу разрешил им общаться ведь отец был на гране смерти. Ванилла думает, что Шедоу Милк хороший, он оплатил лечение его больного, бедного отца...Но нет! Шедоу действительно потратил не малые деньги, но он никогда не лечил его. Шедоу улыбнулся. —Я.…—парень на койке прижал больную руку к груди. — Думал, что ты изменяешь мне. —Там...были некоторые переписки, в которых ты обещал перевести деньги за услугу. — Ваниль замолк и на его глазах образовались слёзы. Шугар? Это она то его напугала? В ту же секунду к его губам страстно прижались чужие и впутали в животный поцелуй. Волосы Ванили тянули на себя, из-за чего Пьюру казалось, что вскоре он так облысеет. Пару томительных секунд, и они отцепились друг от друга как ошпаренные. Оба глотали воздух так, словно это были вовсе не секунды. —Глупенький, глупенький маленький неокрепший разум, — Шедоу повёл по его волосам достаточно нежно, чтобы Ваниль перестал переживать за них. —Ну разве я брошу своего любимого ради какой-то врачихи? Ваниль выгнул бровь. —Врачихи? Подожди... Отец. Ваниль разволновался. —Шедоу, как там мой папа? — как на духу выпалил из себя Пьюр находясь на грани. Шедоу резко опустил взгляд, стараясь не выдать своей...радости. Вчера он отправил последнюю сумму денег Шугар, чтобы та провела эвтаназию отцу Ваниллы и тот трагически погиб прямо в больнице! Сейчас его главной задачей было играть несчастного и скорбящего молодого человека. —Нилли, —он взял чужую руку в свою и крепко обхватил. — Мне жаль, но твой отец умер сегодня ночью. Пьюр Ванилла не смотрел на парня, который пытался его утешить. Он его даже не слушал. Всё чем он жил, всё ради чего он жил пропало. Нет смысла быть сейчас здесь, нет смысла бороться. Шедоу изначально был прав— ложь спасенье. Никто не хочет слышать правду, никто не хочет слышать то, что ему не нравиться. Всю его жизнь отец внушал о лечебной правде, которая так необходима людям в наши дни. Якобы правда на вес золота и не каждый ребенок сможет признаться родителю в разбитой вазе, не свалив всю вину на младшего. Не каждый человек был готов признать правду, все они только врали. Но ложь во благо, ложь тогда, когда она нужна, разве это плохо? Его отец был лжецом. Он никогда не говорил ложь, но увиливал от ответа. Он был демагогом. Ванилла просто попросил поскорее поехать домой. Он слишком устал от всех этих чувств, которые внезапно начал чувствовать. Для него отец умер еще пару дней назад, не в силах что-либо изменить он просто полностью отчаялся. Шедоу Милк забрал того с больницы в тот же день. Его последний луч надежды угас. Единственный ради кого он может существовать прямо сейчас ласкал его в своих объятиях и помогал справиться с утратой...своими методами. —Нилли, ты хорошо себя чувствуешь? — Милк старался не выдать беспокойства, но сегодня его парень потерял отца, так что... было бы неправильно заставлять того брать во всю длину его член. Но Ванилла сам это делал! —Прекрасно. — отдышавшись, он продолжил. Шедоу обожал Ваниллу за то, что тот ведёт себя словно герой драматического сериала - гаремника, где его главная цель - страдать. Он был готов на всё ради своего возлюбленного. Пригрозить его друзьям, отправить его отца в клинику знакомых и подкупить врачей чтобы вводили один препарат вместо другого, подбадривать любимого и ограничивать его передвижение ради безопасности. Все это было таким легким! Шедоу чувствовал себя главным героем детективной драмы с ноткой комедии и абсурдных режиссеров, которые явно перегружали весь сериал своей никчемной плаксивой мелодрамой. У этого замеса никогда не будет хеппи энда. По крайней мере так думал Шедоу. Со следующего дня начиналась рабочая неделя. У Ваниллы добавилась парочка забот по дому, но саморефлексия была по расписанию. Шедоу уехал рано утром, он решил, что в этот раз не станет будить возлюбленного рано и уйдет, написав смс сообщение планов Ваниллы на день. Пьюр целый день провёл в кровати в размышлениях. Иногда он отвлекался на сон, иной раз выходил подымить ашку на балконе. Эта дурная привычка тоже передалась ему от Шедоу. Раньше, когда их отношения только зарождались, Милк постоянно таскал с собой ароматизированную голубикой парилку и дымил ею прямо в лицо Ваниллы, тихо хихикая с этого злого выражения лица. Но вскоре, под этим влиянием он и сам был не прочь попробовать то что всегда презирал. Так началась его зависимость от курения. Теперь, Пьюр курил постоянно, жижи хватало не на долго и Шедоу делился своей, от чего у Ваниллы были довольно ностальгирующие воспоминания. Сегодня весь балкон, а впрочем, и вся их комната была пропитана запахом жженой голубики. Убираться не было сил, готовить поесть он заказал. Как бы ему не было тошно, кормить Шедоу было нужно. А так ли было нужно? В последнее время Пьюр замечал за собой странные мысли. Он больше не так сильно хотел быть с Шедоу, он начал осознавать, что именно делал его парень всё это время. Раньше он всегда глушил эту мысль, но либо с уходом отца, либо от дотошных мыслей тот стал приходить к истине. Шедоу Милк был обычным манипулятором. Та девушка, с которой тот недавно переписывался. На счёт неё были некоторые подозрения. Не став терять времени, Ванилла открыл ноутбук. Он никогда не проверял личные чаты парня, хотя они всегда были в свободном доступе. Они доверяли друг другу. Полистав чаты, ничего полезного тот не нашёл. Девушка писала ему и до этого, но это были обычные рабочие вопросы касаемые его отца. «Сколько стоит капельница?» «Возможна ли сиделка?». Однако, Пьюр вспомнил что у Шедоу была рабочая почта, от которой у него не было пароля. Ему стало интересно туда зайти. Поскольку Шедоу был максимально тупым в выборе пароля, каждый его пароль не отличался от другого ничем. Набор букв и цифр. Наоборот. Каждая буква была повёрнута в иную сторону. И Пьюр Ванилла знал, что делает. Этот лживый обманщик иллюзионист всегда обожал моменты в фильмах, когда речь шла про сейфы и пароли. Каждый раз раскрывая как бы поступил если бы ему нужно было что-то скрыть. И Ванилла всё запоминал. Тогда, конечно, он не строил козни своему парню, он был просто поглощён им. Но сейчас эта информация стала полезной. Пароль подошёл, уведомление о принятии пользовательского соглашения вылезло на половину экрана. Ванилла нажал на согласие и в тот же момент он увидел много, очень много личных чатов. Все они были засекречены, но, если сверить ник той девушки, именно в верхнем чате таилась вся информация. Руки тряслись, когда он нажимал мышкой по строчке сверху. Ему было страшно. Страшно узнать правду, истинное лицо человека которого любит. Которого любил. Нажав, он задержал дыхание и принялся читать. e.sugarkawai «Спасибо за покупку услуги, если понадобится помощь с другим пареньком, будем только рады! (´ω｀。)»shadowxz
«Думаю, что в ближайшее время не понадобится, но ещё раз благодарю вас, любимая публика!!!»
Так так так, о какой же услуге шла речь? Ванилла пролистал роликом самое первое сообщение. Он уронил мышку на пол. От того что он увидел ему словно открыли глаза. Он больше не хотел находится в этом доме и секунды. Больше не хотел.shadowxz
«Здравствуйте, мне передали что вы можете подпольно провести кое какому больному человечку особенное лечение? Мне потребуется ваша помощь в устранении ****»
Имя и фамилия его отца. Это был несомненно он. Посмотрев на дату, он понял, что в тот день отец признался в первой стадии рака. Это было полтора года назад. То есть всё это время его можно было спасти? Всё это время он действительно боролся и пытался лечится? Ему просто не давали выздороветь. И никто не оплачивал ему лечение, ему оплачивали смерть. —... С самого начала Шедоу показал права на себя. Как же Пьюр мог это пропустить? Он поверил ему, он принял его как самого близкого, бросил друзей только из-за того, что Шедоу заплатил за лечение и идти ему наперекор было попросту страшно. Он был благодарен ему и любил его. Во что превратилась его любовь сейчас? В зависимость? Началось ли это тогда, когда Шедоу умолял на коленях бросить ради него работу чтобы тот сидел дома и не высовывался? Как после этого Ванилла мог ему доверять? Он слепо шёл за ним, думая, что всё ещё любит. Но нет, эта любовь прошла давно, она превратилась в зависимость от человека. Возможно, его чувства к Шедоу до сих пор были где-то глубоко внутри, но он надеялся их похоронить. Возможно, вместе с собой. Смерть для него перестала быть чем-то страшным. Она не желала ему зла. В отличие от этого гнилого мира, где правда и ложь были больны для Пьюра, смерть была бы наилучшим исходом для него. Но несмотря на всё это, впервые он захотел помочь себе и Шедоу стать нормальнее. Стать теми, кто не стал бы запирать партера дома. Стать теми, кто был бы как герой романа Ромео и Джульетта. Быть теми, кто встречал бы закаты и рассветы вместе, не просто потому что покурить или заняться "любовью", а тихо, вдвоём. Это была его мечта. У него чуть ли не появился стимул жить. Закрыв ноутбук, он встал и направился в ванную. Спустя столько времени он мог помыться сам, один. Хотя Шедоу запрещал ему это делать, Ванилла понял, что не только ему одному нужен психолог. Теперь, как он надеялся, они смогут преодолеть это вместе. —Что ты сказал? — Шедоу. Некогда такой клоун, король актёрского мастерства. Даже если он был зол на Ваниллу он никогда не показывал этого так... Ванилла отошёл назад. Видеть лицо своего парня он не хотел. Он знал, что увидит. —Солнышко, повтори, ты зашёл на мою почту? — Шедоу пытался строить доброту. —Но кто же тебе давал право капаться там? М? —Я думал мы друг другу доверяем... —Я доверил тебе целую почту. Чего тебе было недостаточно? Ты так хотел зайти на мою рабочую чтобы увидеть всё это, зачем? Ванилла подбирал слова. Пока что он молчал. —Ты ничего не понимаешь, ты вообще ничего не знаешь. — он был очень зол. Пожалуй, таким Ванилла его ещё не видел никогда. — Я всего лишь хотел помочь, хотел, чтобы ты не жил ложной надеждой обернутую в красивую обёртку "правды". Это была ложь во благо! Твой отец мог умереть, мог выжить, но он всегда был против меня, ты же знаешь. Я всего лишь хотел устранить его, ты понимаешь? Устранить. Ванилла не знал радоваться ему или плакать. Шедоу был на грани, он нёс какой-то бессмысленный бред, он оправдывался. Перед ним. Прямо сейчас. —Ты убил моего отца в тайне от меня. Ты избавился от моих друзей и ограничил меня от общества. Ты запретил мне ходить на работу, даже когда я хотел. Всё дошло до абсурда, Шедоу, и мы должны выяснить всё пока не стало поздно. — он сделал паузу. — Давай пойдем к психологу. Шедоу медленно, словно переваривая информацию отошёл назад. От чего-то тот был напуган до предела. Ванилла уже хотел подойти ближе, как вдруг тот налетел на него сбив с ног и оба приземлились прямо на пол. Шедоу сидел сверху и обе его руки крепко держали Пьюра за шею. Его дыхание сбилось, он протестовал. Воздуха было катастрофически мало. Но Шедоу Милк не отпустил. —ПРОКЛЯТЬЕ! — он смотрел на него полными ненависти глазами и сжимал зубы до скрежета. Его голос был полон ненависти. Он был пропитан обидой. — Кто тебе давал право капаться в моей почте? Кто разрешил тебе пресекаться со мной? Почему ты несёшь такую чушь как психолог? Мой милый-ванильный, никакой психолог, никакой врач нам уже не поможет! Руки ненадолго отпустили Ваниллу и игриво дергали за щёки. Это было больно. —Возможно ты думаешь, что ты нормальный, в тебе опять проснулся синдром спасателя и ты обязан спасти меня и себя в этих отношениях. Но вот что я тебе скажу: Меня. Всë. Устраивает. — он хищно улыбнулся. Его клыки были опасно близко от шеи Ваниллы. Та продолжала ныть из-за неудачного удушья и болела. В неё вцепились острые как нож зубы и словно хотели разорвать плоть. Ванилла кричал, он стонал от невыносимой, адской боли. Шедоу не давал крови литься и каждый раз как это случалось он зализывал рану и продолжал вгрызаться дальше. Это было гораздо сильнее чем обычно. Кажется, впервые за все года Ванилла разозлил парня по-настоящему. Шедоу ясно дал понять, что не собирается терпеть выходки Ваниллы, когда неожиданно для всех уволился с работы и перешёл на удаленку. Теперь он каждый день сидел дома и не позволял своему парню отойти от себя ни на шаг. Даже в уборную он ходил с сопровождением. Любовь ли это? Зависимость? Может быть, это было удержание возле себя? Ванилла с каждым новым днём чувствовал себя собакой. Да даже собак так сильно не привязывали к хозяину как Шедоу это делал с Пьюром. На похороны никто, конечно, не поехал. Шедоу заплатил крупную сумму за гроб и место на кладбище, но оповестил что по семейным обстоятельствам они не смогут проститься с умершим. Тогда Шедоу Милк сказал, что это было наказанием за плохое поведение Ваниллы. Пьюр плохо соображал. С каждым разом его состояние ухудшалось. Иной раз возникали мысли о том, что Шедоу подсовывал ему вместо витаминок наркоту и делал Пьюра некогда разговорчивым молчаливым и отстранённым. Его догадки подтвердились, когда ночью Шедоу сказал: —А таким молчаливым ты действительно нравишься мне больше. Не подумай, я люблю тебя и любил всегда, но ты просто прелесть под этим диссоциативным препаратом! — он широко улыбнулся и поцеловал Ваниллу в щёчку. Как мило. Они стали реже выходить на улицу. Кажется, что Шедоу сам увлекался употреблением наркотиков. Но либо на него они не вызывали эффекта, либо он юзал лёгкие. Ванилла видел галлюцинации. Достаточно повернуть голову в сторону и увидеть человека в черном который улыбается ему и машет длинной чёрной конечностью. Либо в ванной, смотря на себя в зеркало он видел не себя, а размытую версию себя. Как будто он давно уже был мёртв. С каждым разом погружаясь в сон его биение сердца мешало ему уснуть, и он всё чаще просил Шедоу увеличить дозировку "витаминок". Знал же, что всё к этому ведёт. Спустя неделю такого образа жизни у него стали сильнее выпадать волосы. Он спотыкался на ровном месте. Шедоу, кажется, тоже. И зачем он вообще позволил всему этому случиться? В один из дней, Шедоу ушёл. Он не сказал куда и зачем. Ванилла прекрасно знал за чем он направился и к кому, ведь в вазочке с таблетками не было ничего. В этот самый момент его постелило чувство тревожности. Именно такое, словно чувствуешь свою смерть. Чувствуешь её приближение. И ты не откроешь ей дверь, она не будет стучать или звонить в звонок. Она просто войдёт в дом и заберёт тебя. Ванилла поклялся, что чувство его не отпускало. Он не мог противиться этому ощущению. Он шёл как в замедленной сьемке. Сначала он подошёл к шкафу, он достал оттуда огромный пакет его старых вещей с той самой квартиры отца. Его дипломы, его игрушки, его детская и подростковая одежда казались такими большими, или это он внушил себе? Уже не важно. В глубине он увидел старую фоторамку. Они с отцом в зоопарке. Прямо перед кончиной бабушки и собак. На фото он выглядел счастливым, обычным ребёнком. Его румяные щёчки, обычное не худое тело и искрящаяся улыбка отражались на его лице ярким следом. Рядом - его отец. Тогда он тоже выглядел хорошо. Он был бодр и молод, так же ярко улыбался и выглядел наравне с сыном счастливо. Возможно, это была последняя их добрая совместная фотография. Но Ванилла не помнил ничего до Шедоу. Он не помнил, что носил, что любил. Кажется, эти наркотики сломили его память, иначе как объяснить, что он не помнил самого банального. Как выглядел отец до болезни. Его затошнило, голова раскалывалась от невыносимой мучительной боли. Его вырвало прямо на фотографию. Он не успел отойти. Все его воспоминания были размыты, а единственную находку он испортил. Пьюр возненавидел себя. Причин догнивать в наркотиках с Шедоу, когда-то любимым молодым человеком больше не было. Теперь, как он думал было незачем. Он встал, попытался скоординировать движение. Он оперся рукой о стену и стал идти, прихрамывая и стоня на каждом пройдённом метре. Дойдя наконец то ванной комнаты, тот запер её изнутри, снял с себя одежду и залез в ванную. Душ для этого не подойдет. Набирая холодную воду, он постепенно приходил в сознание. Это на самом деле радовало его, теперь ему не придется жалеть о том, что он собирается сделать. Это всё будет на трезвую голову. Ванилла знал, что после смерти до него, кроме, разумеется, Шедоу не будет дела. Обычный нарик, таких никогда не было жаль. Все думают мол, наркоманы, вступая на этот путь сами выбирают себе смерть. Но разве Ванилла хотел умереть? Хотел отправиться вслед за отцом? Да что уж говорить, он не помнил. Когда он долил воду до краёв, он дотянулся к близлежащей бритве. Одно простое движение.***
Шедоу видел труп перед собой. Ванна была в крови, Ванилла лежал с полу-ухмылкой на губах закрыв глаза. Полностью голый. Наверное, в этот момент его сердце бы остановилось прими он очень сильную дозу, но пока что он был трезв. Шедоу подошёл и сел на край ванны напевая какую-то странную песенку из детства. —А говорил не уйдёшь от меня, чьи же это были слова, а, Ванильный? — голос звучал разбито. Шедоу зарылся в волосы партнера и принялся гладить его голову. Не было смысла вызывать скорую, этот сученок подох слишком давно. Но, как и всегда, Шедоу всё продумал даже на такой случай. Возможно, он догадывался, возможно, он и сам этого хотел. Но он всегда хотел быть с Ваниллой ни смотря ни на что. Даже после смерти. Расставив перед собой "таблетки", он с небольшим усилием протолкнул их внутрь себя, запивая бокалом белого вина. Он тихо скользнул в ванную, где лежал его любимый. Он залез в неё и лёг рядом с Пьюром, с его телом. Обняв его, Шедоу невольно лизнул его ухмыляющиеся губы. Этот чертенок заставил его понервничать, но ничего страшного. Шедоу скоро отправится к нему снова. В вечность. Гореть ли ему в аду или плавать в роскоши райских вод — всё было не важно, самое главное условие - быть с его любимым Пьюр Ваниллой. Шедоу закрыл глаза, он чувствовал, как его таблетки приходят в действие. Его подташнивало и слегка крутило живот, но ничего, ничего... Ванилла вновь окажется в его объятиях. Очень скоро. В это верил Шедоу.
