Tactile hunger

— Танос, чёртов ублюдок.. – проговаривал парень, кладя на язык очередную таблетку, он вглядывался в потрескавшиеся подобие рисунка на кресту. Пальцы водили по железному основанию, останавливаясь на прямых углах. Нелепое содержимое давало определенное состояние – ты больше не чувствуешь ничего, будто вокруг тебя не происходят ожесточенные игры на выживание. Твоя душа вылетела из тела, словно твоими чувствами обладал кто-то другой, совсем не связанный с человеком и его личностью. – Всё никак не мог запомнить мое имя, мразь. — Гю отпустил крест, и он с еле слышным звуком упал на грудь парня. – Можем продолжать – проговорил темноволосый, наконец закончив свою "трапезу". В руках у обоих были маленькие ножички, напоминающие кинжалы. Нам Гю ловко крутил своё оружие меж пальцев, но, увидев очередного игрока, бросился в слежку. Его ноги громко стучали по каменному полу, давая "зайцу" понять, что "волк" уже близко. Вскоре, красные окружили игрока и безжалостно прикончили. Ладонь Гюши притронулись к щеке умершего, убирая с места кровь. Он посмотрел на нее и улыбнулся: – Ну же, tell for me – громко воскликнул темноглазый и еще сильнее ухмыльнулся – oh, no, похоже он умер –, сделав наивно-плаксивое лицо, парень приложил руки к лицу, от образуя типичный облик клоуна, которого он придерживается. Он внимательно глядел на союзника, который делал отдышку после быстрой погони. 124-ый видел, как по лицу 333-его стекали мелкие капельки крови, смешанные с потом. Что-то в этом было, заманчивая картина. Гю присел рядом с Мён Ги, протягивая ему руку: – Мы молодцы, my friend. – говорит он, оглядев соучастника с ног до головы. В его голове неслись мысли о том, как сильно ему не хватает внимания и прикосновений. Парень упал на пол, компактно сложившись калачиком. Он привычно положил руку между ног, и стал томно дышать. От данной картины на лице Мён Ги появилось вопросительное выражение лица. Он приподнял одну бровь, не понимая, что происходит с знакомым. – Всё в порядке? — Всё нормально – "На отвали" ответил тот, мурча об свои-же прикосновения. — Точно всё хорошо? — Да отвали ты, все прекрасно. – Оторвавшись от ласканий, парень снова взглянул на игрока, понимая, как глупо сейчас выглядит. Но ничего не поделаешь — пока Танос был жив, темноволосый справлялся короткими прижиманиями, но сейчас?.. – Танос, безумный идиот, ненавижу это придурка, слава, черт-подери, он умер. – В темных глазах засветились искорки. – бросил меня в такой неподходящий момент. – жаловался кареглазый, обратив внимание на то, что сейчас рука напарника была на его плече. — Нам Гю, я понимаю, вы.. вы чувствуете тактильный голод, так ведь? Эти движения.. они.. – томно вздыхает игрок, напоминая о себе. — Ничего ты не поймёшь. Замолчи и иди занимайся своими делами, идиот. – пробормотал он, обнимая себя двумя руками. Поглаживая ладошками спину, он что-то шептал, но из-за криков снаружи ничего не было слышно. Мён Ги с грустью смотрел на союзника, не понимая, что в такой ситуации стоит сделать. — Ублюдок.. Тварь.. Подонок.. Говорил, что сыграем еще одну игру и выйдем, а потом сдох.. – он теребил свои черный локоны, быстро дыша. – хотя бы раз назвал меня правильно.. — Точно все в порядке? — Отъебись! – воскликнул Гю, откатываясь от Ги. — Может тебе стоит выговориться? — Я сам разберусь — В таком состоянии ты не уйдешь дальше.. — А тебе-то какое дело? А действительно, какое ему дело до чувств и состояния этого наркомана? В какой момент он начал заботиться и волноваться? Он долго молчал, не зная, что на это ответить. Вместо этого он положил голову Гюши на колени, став гладить его чёрные, как смоль, волосы.