Драббл-дуэт

      — Старик рыбачил на своей лодке в Гольфстриме… — прошептала Гермиона и отложила книгу, когда тень упала на страницы. Она знала, кто это, даже не поворачивая головы.       — Опять твой старик? — Драко плюхнулся рядом, брызги от его мокрых шорт попали ей на бёдра. — Брось, я куда интереснее.       Она скосила глаза на его загоревшие плечи, по которым стекали капли морской воды.       — Он хотя бы не капает на моё покрывало, — проворчала она, но беззлобно.       Драко вдруг замер, его взгляд скользнул по её белому купальнику, обтягивающему изгибы тела, к серебристой заколке, поймавшей в плен все её кудри.       — Что? — она автоматически потянулась к пучку.       — Ничего. Просто… — он провёл пальцем по обнажённой спине в вырезе, оставляя мурашки. — Ты похожа на ту самую морскую нимфу, о которой мне читала мать. Только…       — Только что?       — Только настоящая.       Гермиона закатила глаза, но щёки предательски вспыхнули.       — Ты что, успел заглянуть в бар?       — Нет, — он вдруг стал серьёзен. — Просто когда ты так сидишь, с этой книгой, с этой дурацкой заколкой… — его пальцы коснулись краба, удерживающего её волосы, — я понимаю, что готов читать с тобой хоть тысячу книг. Даже про этого нудного старика.       Внизу волна разбилась о скалы с грохотом.       — Драко Малфой добровольно читает магловскую классику? — она приподняла бровь. — Мир определённо катится в тартарары.       — Только если с тобой, — он наклонился, и его губы почти коснулись её уха. — Но сначала…       Быстрым движением он выдернул заколку. Каштановые кудряшки рассыпались по её плечам.       — Эй!       — Теперь ты свободна, — прошептал он, бросая заколку на покрывало. — Как и я. От всех своих глупых стереотипов.       И прежде чем она успела возмутиться, Драко схватил её на руки и бросился к воде.       — Малфой! Я же не умею…       — Не бойся, нимфа, — он смеялся, крепко прижимая её к себе. — Я твой маяк, помнишь?       И когда прохладные волны накрыли их с головой, Гермиона поняла, что никакие книги не сравнятся с этим ощущением. С этим летом. С этим мужчиной, который украл не только её заколку, но и сердце.       А книга так и осталась лежать на берегу, открытая на той самой фразе…       «Старик рыбачил на своей лодке в Гольфстриме…»       Но разве могла сравниться любая литература с их собственной историей?