Воздушный шар

С их первого эксперимента прошло уже два дня, и его результаты вылились в приличное количество жира, отложившегося в нижней части живота Джона, что всё ещё была скрыта под свитером. Не говоря уже о том, что он стал увеличивать порции своих обычных приемов пищи, в чём очень помогал Лука, способный приготовить всё, что угодно за не очень большой промежуток времени.

***

Парни возвращались с очередного дела, жутко уставшие и ужасно голодные. Особенно Джон, который всю дорогу мог думать только о том, как бы наесться до отвала и завалиться спать. — Блин, Линч, а чё у нас пожрать-то?.. - поинтересовался он, смотря в окно машины, прислонившись лбом к стеклу. Егор сегодня был за рулём. — Не знаю, я попросил Луку приготовить нам что-нибудь, чтоб было, что поесть, когда вернёмся. - ответил он, пожимая плечами. — Надеюсь, что-нибудь сытное... А то я теперь вечно голодный, как чёрт. Мне кажется, после того... раза мой желудок увеличил свою вместимость раза в два. - признался Джон. — Хм, правда? - задумчиво произнёс журналист. Через минуту он вдруг усмехнулся. — Так давай проверим. — Чего?

***

Еды и правда оказалось много. Действительно много. — Вас долго не было, и я посмел предположить, что вернётесь вы очень голодными. - галантно пояснил Лука. — Да, спасибо большое, Лука. - поблагодарил его Линч, переглядываясь с Джоном. Тот многозначительно обвел взглядом стол. — Я вас оставлю. - то ли из вежливости, то ли догадавшись, чем собираются заниматься хозяева, проговорил фамильяр и исчез в паркете. — Знаешь, Джон... Сегодня я, пожалуй, поголодаю. - вдруг сказал Егор. — В смысле? Линч, ты уверен? — Абсолютно. - выдохнул он. — Ты ведь не оставишь мои порции пропадать, а, Джон? - и тут всё встало на свои места. Сегодня он точно наестся. — Конечно нет. - ответил он, чуть ли не облизываясь. Они синхронно сели на диван. — Приятного аппетита. - улыбнулся Егор, потянувшись за первым блюдом для возлюбленного. — Позволишь? - он поднёс к его рту всё ещё теплое крылышко. Начинать они, видимо, всегда будут с них. — Да. - почти прорычал Джон, сглатывая слюну. Первое ведёрко закончилось практически молниеносно. Тихая отрыжка вырвалась в кулак писателя. Он кинул взгляд на Егора, щеки которого уже налились заводным румянцем. — Экскузэ муа... - саркастично произнёс он, тут же хватая ещё ёмкость красно-белого цвета, которое, судя по всему, изначально предполагалось для Линча. Тот уже выливал в большущий стакан две банки газировки. Однако, покончив со второй порцией крылышек, Джон отказался её пить, тут же занимая рот первым попавшимся бургером. Одну руку он положил на живот, чуть поглаживая его, словно пытаясь нащупать изменения. Он совсем не чувствовал сытости, словно эти ведёрки вообще ничего для него не значили. — Как-то не сытно совсем. Чего-нибудь пожирнее бы... - Линч тут же всунул ему в рот ложку какой-то тайской лапши. Она выглядела безумно калорийной, учитывая количество масла, которое так и блестело в объемной тарелке. И он угадал. Уже спустя лишь половину блюда, Джон почувствовал небольшую тяжесть. Он даже сделал небольшую паузу. — Ну как? - поняв, что что-то изменилось, спросил Егор. — Очень... уф... наполняет. - кратко подметил писатель, тут же возвращаясь к еде. — Хорошо. Тут как раз ещё одна тарелка есть. - слова партнера замотивировали Джона жевать быстрее, некрасиво чавкая. Когда порция закончилась, он вновь положил руку на свой растущий живот. Он действительно увеличился от этой лапши. И это всего лишь одна тарелка. В ход тут же пошла вторая. Она заканчивалась уже медленнее. — Неужели, уже всё? - почти разочарованно спросил Линч, явно недовльный такой сбавкой темпа. Джон нахмурился, стараясь есть поживее, но, к своему огромному удивлению, он уже начал чувствовать сытость. Живот вырос, начиная выпирать из-под свитера. Егор сразу же потянулся к нему обоими руками, безучастно бросив: — Запей. Он стал массировать пузико, чувствуя, как оно наполняется газировкой, которую Джон вливал в себя с завидной скоростью. Свитер под пальцами становился более натянутым с каждым глотком, животик вздувался. Спустя пару минут, писатель вдруг остановился. Линч поднял на него взгляд, и не смог отвести. Тот, краснея от натиска газов, прикрыл глаза и медленно выдохнул, чтобы продолжить с новой силой. Егор наблюдал, как жидкость спускается по его горлу, раздувая желудок. Вскоре пустой литровый стакан с резким стуком опустился на стол, Джон откинул голову назад. С глубоким, рокочущим звуком, он продолжительно отрыгнул, похлопав себя по вздымающемуся пузу. Ладно, может, не стоило залпом выпивать литр самого газированного напитка на свете. Тем временем Линч боролся с желанием поднять этот чертов свитер и увидеть настоящие размеры Джона. Видимо, угадав его мысли, тот сказал сквозь отрыжки: — А-та-таАААаааЭэрп, Линч! Пусть сааАааААм... поднимется... - от такой фразы Егор тут же замер, как по команде, медленно поднимая взгляд на партнёра. — Как скажешь. - ответил он, встретившись с властным и довольным взглядом Джона, который, по всей видимости, с каждым съеденным блюдом чувствовал себя всё больше и величественнее. Он ухмылялся так, словно это не его здесь раздувает, как воздушный шар. Линч стал думать, чем бы следующим откормить писателя. Но тот сам потянулся к куче сочных бургеров, которые красивой пирамидкой лежали на металлическом подносе. Егор стал помогать ему, придерживая пищу и проталкивая её ему в глотку. После трёх чизбургеров с самыми масленными котлетами, которые журналист когда-либо видел, Джон сделал небольшую паузу. Как же вкусно, как же жирно. Нетерпеливый Линч заставил его продолжать есть, параллельно сжимая мягкие бока. Писатель чувствовал, как тяжесть внутри становится всё больше, как тугой пояс брюк начинает сдавливать живот. Из-под свитера наконец начинала виднеться натянутая кожа. Все девять бургеров съедены. Джон вновь тихо рыгает в кулак. Теперь хотелось бы чего-нибудь по-жиже. Его взгляд пал на две тарелки солянки, стоящие посередине стола. Он потянулся было к ним, но пузо тянуло вниз, и приподняться не получилось. Егор проследил за его взором и взял ложку. Он стал резво откармливать его жирненьким супом, ложка за ложкой. От него животик начинал расти быстрее, а свитер - приподниматься. Линч приметил банку бобов на столешнице и, оставив Джона допивать бульон, положил их во вторую порцию. — Твою мать, Линч... Ты знаешь, как... меня раздует... от них?... - возмутился писатель, хотя недовольным он не выглядел. Он тяжело дышал, пока его организм справлялся с таким огромным количеством еды. — На это и расчёт. - ответил тот, уже пихая ложку ему в рот. Джон представил себя через пару минут, раздутого до предела, не в силах сдержать воздух внутри. Чёрт возьми, это слишком заводит. Возможно, Линч подумал о том же, потому что на секунду остановился, чтобы поцеловать его в пухлые губы. Тарелка супа быстро закончилась, а вместе с ней и банка бобов. Внутри всё забурлило, животик заурчал, заставляя Джона поморщиться. — А теперь, десерт. - вдруг сказал Егор, невесть откуда доставая огромную чашку с пудингом. По виду в ней было около двух литров. Он был жидким, растекающимся и безумно аппетитным. Писатель облизнулся. К его губам прислонилась ёмкость, и он жадно запил. Приятная консистенция легко лилась по горлу, не нужно было даже прилагать никаких усилий. Он лишь немного наклонил голову и просто принимал десерт в себя. В то же время бобы начали действовать, и Джон почувствовал, как его пузо буквально надувается. Наравне с ними, пудинг заметно увеличивал его размеры, поднимая свитер всё больше и больше. В конце концов, он задрался полностью, оголяя огромный шар плоти, в который превратился живот. Пуговица брюк впилась в нижнюю часть, неприятно давя. Почувствовав это, Джон положил обе ладони на свое пузо, поглаживая его. Как же он полон. И сколько же в нём газов. Он продолжал расти, даже когда десерт закончился. Линч отложил чашу и замер, смотря на своего партнёра. — Твою мать... Как же ты огромен... - протянул он, припадая к животу писателя. Такое резкое давление не понравилось организму Джона, и он громко рыгнул, вздрогнув. Егор поводил руками по необъятному объему возлюбленного, но увидел, как писатель вновь готовится извергнуть воздух, и приставил указательный палец к его губам. — Не-а. Держись. Джон резко вздохнул. — Тебе же... не нравилось. - выдохнул он. — Сегодня я сам хочу... тебя «сдуть». - писатель чуть не поперхнулся воздухом. — Как скАааААажешь. - газы выходили из него абсолютно неожиданно, и он никак не мог это предугадать. — Джон! - Егор шлёпнул его по пузу, и он едва сдержал ещё одну отрыжку. — За это будет наказание. - Линч достал полторашку колы с другого конца стола, открыл её и стал нещадно заливать в Джона. Чувствуя, как газы всё сильнее и сильнее накапливаются внутри, принося боль, он застонал прямо в горлышко бутылки. Спустя почти половину от всего объема, журналист сжалился и убрал её. Но легче от этого не стало, и писатель продолжил болезненно мычать, сдерживаясь изо всех сил и гладя теплый раздутый до максимума живот. Он тяжело дышал, пузо поднималось и опускалось, продолжая увеличиваться от воздуха. — Сделай... что-нибудь... - еле еле произнёс он. И вдруг опять. — БУАААА!! - Линч снова нахмурился. Снова поднёс бутылку к его губам. На этот раз она полностью опустела. А Джон полностью наполнился. Вдруг что-то отлетело в стол, и стало чуть легче. Это была пуговица с его штанов. Ширинка расстегнулась сама собой, давая животу больше места, чтобы расшириться. Писатель задрал голову, выпячивая пузо настолько, насколько это возможно. Оно растеклось по дивану, занимая теперь в два раза больше места. Слишком большой. Егор потерял дар речи. Он схватил его за подбородок, жадно впиваясь в губы. Вдруг послышалось урчание и бульканье. Линч навалился на него слишком сильно, Джон замычал в протесте. Но тот не оторвался от него, и глубокое извержение воздуха пришлось прямо в губы журналиста. Глаза обоих расширились. Линч на секунду отстранился, чтобы восстановить дыхание, а затем снова надавил всем своим весом, заставляя Джона отрыгнуть ему в рот. — Господи, Джон... Как же ты прекрасен. - уже не отдавая отчёта в своих действиях, он вновь схватился за банку газировки и полил её в писателя. Тот уже перестал сопротивляться, лишь возбуждаясь сильнее с каждым собственным глотком. Жидкость закончилась, и Егор отошёл, чтобы вновь полюбоваться божественным видом перед ним. Живот Джона продолжал надуваться на глазах, пока тот краснел всё сильнее. Вдруг он потянулся к своим боксерам, стягивая их, но через собственное пузо это сделать было практически невозможно. Он был прижат к спинке дивана своим же весом. Линч сразу всё понял и полез помогать. Он чуть приподнял огромную часть тела и приспустил белье, обнажая твёрдо-стоящий член. Из-за смещения живота Джон снова безконтрольно выпустил газы. Но дыхание перехватило, как только он почувствовал горячий язык на своем половом органе. Руками Егор упирался в его бока, сжимая их и делая какой-никакой массаж животику, от которого Джон выпускал воздух громкими, звонкими отрыжками. Линч мягко проходился языком по каждой венке, прежде чем полностью взять в рот. Он начал медленно двигаться, испытывая терпение партнёра. Тот попытался взять его за волосы, но любое движение так или иначе затрагивало живот, провоцируя очередное извержение газов. Егор ускорился, наслаждаясь звуками, которые издавал писатель. Стоны наслаждения переходили в глубокие испускания воздуха. Чувствуя, что конец уже близко, он попытался выкрикнуть имя возлюбленного. — ЕгОООооОр! - рыгнул он, и тот отстранился. Джон кончил себе на живот, растекаясь по дивану огромной лужицей. Линч вытер его и присел рядом, начиная мять до ужаса натянутую кожу пуза. Воздух медленно выходил с обоих сторон, и писатель улыбнулся бы, если бы вообще мог закрыть рот от безудержного количества газов, извергающихся из него фонтаном. — Ты такой огромный, такой прекрасный... И весь для меня... - приговаривал Егор, надавливая на самые чувствительные точки. — Так люблю тебя... - он начал расцеловывать мягкую кожу огромного живота. Через полчаса таких нежных прикосновений, Джон уснул, измученный всем произошедшим за этот день. Он чуть-чуть подсдулся, продолжая рыгать и пускать газы даже во сне, но Линча это ничуть не смутило. Он продолжил массировать пузико, с наслаждением чувствуя бурление внутри.