я остыл

Всё-таки подростковая любовь делает чудеса, так было и в этой любви двух подростков. Но самое странное началось после первой большой ссоры в их отношениях. Эмир стал как будто отдаляться от Айзы. Она думала — может, навязывает себя? Или нет?.. И вот начался май — тот самый долгожданный месяц всех школьников и не только их. Все гуляют, наслаждаются тёплой погодой, солнце светит в лицо, а холодный ветер охлаждает и даёт такое странное, но приятное тепло. В первый день мая Эмир, как обычно, ждал Айзу на большой перемене. Айза, подходя с подругами, поздоровалась и обняла его, но он как-то странно её обнял — то ли слабо, то ли неохотно. Айзе это показалось странным, и она сказала: — Э, ты чё, офигел? Нормально обнимай. Эмир действительно обнял по-нормальному после её слов. Они вместе ходили по школе нового корпуса, прозвенел звонок. Надо было идти на урок — последний, и никто не хотел оставаться на нём. Девочки — Айза,аида,лена,амина — решили прогулять последний урок. Они сидели в туалете и обсуждали всех, кого можно. И тут, мимо туалета послышались чьи-то голоса. Айза резко встала, потому что один из голосов показался ей похожим на Эмира. Она открыла дверь и увидела его там с его друзьями. Айза подошла и спросила: — Ты тоже прогуливаешь? Говоря это, она улыбалась так по-доброму. На что Эмир ответил грубо: — Да, не видно, что ли? Айза опешила: — А ты чё так разговариваешь?.. Эмир тронул лоб и сказал: — Потому что ты же не видишь. Айза замолчала, как будто её резко выключили. Она просто смотрела на него, не узнавая. Это был не тот эмир, которого она знала. Не тот, кто писал ей длинные сообщения по ночам, не тот, кто ревновал даже к однокласснику, просто потому что тот улыбнулся ей на перемене. — Ладно… — тихо ответила она, — ясно… Она развернулась и ушла обратно в туалет. Девочки замолчали, увидев её лицо. Ни слёз, ни злости — просто опустошение. аида первая нарушила тишину: — Че он вообще себе позволяет? Ты видела, как он с тобой? Айза только кивнула. Потом села на подоконник и долго молчала, уставившись в окно, где солнце всё так же светило, а ветер всё так же дул. Только теперь — казалось — стало холоднее. Прошёл день. Второй. эмир писал, но коротко. Айза отвечала так же. Сухо. Между ними будто выросла стена. И никто не знал, как её сломать. Или… нужно ли? На третью перемену, когда все шли в столовку, айза заметила его взгляд. Он смотрел. Но не подходил. Она прошла мимо, почувствовав этот взгляд, как ток по спине. Прошёл день. Второй. Эмир писал, но коротко. Айза отвечала ещё короче. Между ними будто не воздух — а лёд. На третий вечер, около десяти, ей пришло сообщение от него: «Я остыл. Уже дня три назад… Просто не знал, как тебе это сказать» Айза долго не отвечала. Просто смотрела на экран. Лицо было спокойным, но внутри — клубок. Спустя минут пятнадцать она всё же написала: «А как так… просто взять и остыть? Вот так?» Точка. Долгое молчание с его стороны. А у Айзы в груди всё тише-тише. Как будто сердце тоже остывало.