Университетские будни

Жаркая Бразилия. Амазонка, тропические леса, попугаи. Райское местечко, не правда ли? А вот нихрена. Мошкара, ядовитые насекомые, лягушки, растения. Всё! Всё ядовитое, всё хочет тебя убить. Какие попугаи? Ни одного не видно, лишь пауки, жуки да жабы разноцветные. А самое главное — грязь. Её было так адски много, что хотелось прыгнуть в реку, и пофиг, что там плавают рыбы, которые не прочь тобой поживиться. Леви думал, что сойдёт с ума. В следующий раз, как он заговорит с этой конченной четырёхглазой идиоткой, кто-нибудь должен треснуть его по голове чем-нибудь тяжёлым, чтобы образумить. Чтобы не вёлся на те щенячьи глазки, что она строила. А Ханджи, дура легкомысленная такая, с искренней, такой глупой улыбкой шла по этим дремучим джунглям, время от времени заплетаясь в своих длинных неуклюжих ногах и открывая рот всякий раз, как только видела какой-то редкий цветок или какую-нибудь членистоногую тварь. Леви смотрел на это в чистом отвращении, и, возможно, маленькой долей страха, что какая-нибудь нечисть запрыгнет в её открытый рот. Каждый раз от таких мыслей его желудок сжимался в маленький конвертик. А всё началось с того, что Аккерман, как обычно по пятницам, сидел в университетской библиотеке, в самом дальнем, не видимом сразу углу. Он повторял пройденные за неделю темы по своим профильным предметам — военное право и стратегия. Леви всегда не очень хорошо схватывал теорию, больше предпочитая практику. Но, чтобы не слететь со стипендии, приходилось трудиться. Четвёртый курс был очень сложным. Он уже собирался заканчивать, так как уже задерживался дольше обычного из-за скорой сессии. Но его перехватило растрёпанное очкастое нечто в поношенной жёлтой рубашке. — Приветик, Леви! Есть планы на каникулы? — Ханджи подлетела к столу Аккермана и облокотилась всем весом на его рабочее место. — Если нет, то у меня есть предложение! Чувствуя надвигающийся пиздец, Леви попытался оборонится: — Не мешай, очкастая, — грубо сказал, любой бы послушался. — Отвали. Но это Ханджи Зоэ, четвекурсница по направлению химической безопасности, участвующая в любых активностях и мероприятиях, отличница, воплощение четырёхглазого любопытства: — Так что насчёт планов? — как ни в чём не бывало спросила она. Ещё улыбается так широко. — Грандиозные, — с сарказмом ответил Леви, — планирую провести генеральную уборку и попить чая. А ещё убираться и чай пить. Как видишь, график плотный, времени вообще нет. Зоэ решила поддержать его спектакль: — Да как ты всё успеешь? Ты вообще человек? — а затем с притворной грустью добавила. — А у меня вот по мелочёвке — съездить в Бразилию, попутно заехав в Египет и несколько стран Европы. Одна, представляешь? — Под конец её голос стал жалостливым, почти упрашивающим. А затем, будто добивая его, произнесла: — Не хочешь составить мне компанию? — печальное лицо и щенячьи глазки. Вот теперь Леви напрягся по-настоящему. Если бы на месте Ханджи был кто-то другой, Аккерман бы просто послал его, встал и ушёл. Но это была Ханджи, человек, с которым он общался целых четыре года, которого он успокаивал и которому доверял. Его... подруга. А ещё у Зоэ была суперспособность. Она могла смягчить вечно грубый характер Леви и растопить его сердце. Аккерман понятия не имел, почему это происходит. Поэтому, смотря в эти янтарные глаза, которые так жалобно глядели на него, он не мог ничего с собой поделать: — Ладно. — Ура, Леви! Ты просто лучший! — Ханджи заголосила и затанцевала по библиотеке. Благо, что библиотекарша отошла в уборную. Пренебрежительно фыркнув, Аккерман в мыслях уже рассуждал, на что же он подписался, пытаясь предвидеть степень кошмара, что ему предстоял. Леви правда жалел, что не подумал получше и подольше. Что не подумал вовсе. Потому что то, насколько плохо звучит поездка в Бразилию, не идёт ни в какое сравнение с самой поездкой в Бразилию. Поначалу их путешествие началось очень даже неплохо, Леви даже понравилось. Но всё пошло по одному месту с Египта, когда одна ненормальная учёная решила зайти в запрещённые к посещению залы пирамиды. Она сама там чуть не подохла, так ещё и Аккермана с собой потащила. Благо, его рефлексы и чутьё спасло их и от падающих обломков, и от потери выхода, и от полицейских. После таких приключений Леви хотел просто взять очкастую за шкирку и повезти домой, но Ханджи каким-то образом отговорила его от этого. И вот Бразилия. Аккерман понял сразу, как они заселились в гостиницу — пирамиды были ещё цветочками. Везде тараканы, комары и другие сволочи. Маленькие душные комнатки, общий душ. А рядом тропический лес. И ещё одно открытие. Они собирались пройтись там. Леви как услышал, так чуть в обморок не грохнулся. Побывать с Ханджи в нескольких странах, пофоткаться на фоне Эйфелевой башни, Лувра, поотдыхать на пляже Турции, посетить различные музеи, памятники в известных места — это одно. Бродить по диким джунглям—другое. Но, так как он уже был в этой идиотской гостинице, рядом с безумным учёным, которого интересовало всё на свете, сбежать не представлялось возможным, да и, по правде говоря, ему было немного страшно отпускать её одну. Самую малость. И вот, с рюкзаками за спинами, отмечая свой путь, студенты военного университета шагали по извилистым, еле заметным тропинкам. Ханджи шла с дневником и ручкой в руках, под мышкой энциклопедии — растения и животные Бразилии. Она часто останавливалась у странных деревьев, цветов, насекомых и лягушках. Смотрела, фотографировала, записывала, сверялась с книгами. Леви же почти без остановки прыскал всё вокруг себя аэрозолем от насекомых. Но это какие-то насекомые-мутанты. Зоэ постоянно цыкала на него, когда некоторые её подопытные всё же сбегали от запаха. В один момент, когда Ханджи наткнулась на кукую-то и правда необычную и удивительную, даже по меркам Леви, яркую лягушку, она грустно сказала: — Жаль, что Моблита с собой не захватили, он бы сейчас мне таких шедевров нарисовал... — У тебя есть рисунки в энциклопедии и фотоаппарат, — раздражённо ответил на реплику Леви, про себя думая, как повезло второкурснику, что про него забыли. Немного завидуя. — Ну, Леви-и-и-и, это же не то-о-о! — Нечего людей в свои больные фантазии затягивать, — отрезал Аккерман. Ханджи немного надулась, но, когда лягушка прыгнула, переключилась также быстро, как котёнок во время игры, возобновив свои наблюдения. Они ходили так пару часов. Леви отбивался от комаров, одновременно пытаясь собрать на себя как можно меньше грязи. Ханджи же развлекалась по полной и, помимо исследований, пару раз пыталась залезть на дерево и побегать. После нескольких таких ситуаций, Леви плюнул и потащил четырёхглазую обратно в гостиницу, вдобавок используя несколько неприличных слов. Возвращались они ещё два часа из-за упрямства очкастой, так бы добрались за час. После они переночевали, съездили в большой город, погуляв и побродив по достопримечательностям. Затем полетели домой. Ханджи, счастливая и полная энергии, и Леви, измотанный морально и физически. Он восстанавливался после этого путешествия примерно полгода.