Университетские будни

Как всем известно, студенты народ занятой. Учёба, экзамены, личная жизнь, оценки. Короче говоря, всякая параша. Но, как известно всем, людям, в их числе и студенты, нужны деньги. На еду, общагу или съёмную квартиру, одежду и другие необходимые вещи. Заочникам в этом смысле везёт больше. Они днём работают, а вечером учатся. А вот у тех, кто каждый день ходит на пары ситуация посложнее. Есть стипендия, но она обычно маленькая и её на всё не хватает. Для таких студентов всё, что остаётся это жить за счёт родителей или подрабатывать. Но даже с подработкой всё плохо. Работодатели редко берут студентов-очников и, чтобы найти себе такой, даже минимальный, заработок, нужно очень хорошо попотеть. Другое дело летом. Устроиться в макдональс или кфс — раз плюнуть. Леви поступает точно так. Он имеет небольшую подработку в таких забегаловках на протяжении года, а когда наступают каникулы, работает на полную, даже больше. За доплату, конечно. Так было с самого первого курса, да что там, со школы. Поэтому очень редко бывает, когда Леви свободен более чем на пару часов летом. Ханджи тоже работала. Лаборантом на полставки при университете. Когда во время летних каникул эта работа становилась неактуальной, она устраивалась курьером или в какие-нибудь точки быстрого питания. Ей нравится работать с людьми. Взаимодействовать с ними, поэтому вы часто можете её увидить за стойкой принятия заказов, улыбчивую и добродушную. Леви же предпочитал работать подальше от шумных, надоедливых людей, на готовке, например. Он не водил чувственной дружбы с коллегами, но старался всё же не быть отталкивающим. Хотя часто это не помогало и люди сторонились его. В любом случае, не сказать, что ему от этого было очень плохо. Наступило ещё одно лето. Все сессии закрыты, но работа продолжается и удваивается. Леви весь учебный год работал в этом общепите на углу улицы и уже привык к нему. Правда у этого заведения есть один существенный минус. Принципиальные руководители. Принципиальные и правильные, которым было просто обязательно, чтобы он взял хотя бы неделю отпуска. За всю свою рабочую деятельность он в сумме не брал себе больше двух недель выходных. Хорошо, что ему хотя бы дадут хорошие отпускные. Но, пока третья неделя полного графика не пришла (она как раз и является отпускной), Леви собирался упорно и много работать. На кухню поступает заказ, он его собирает и отправляет официанту. Всё просто и легко, немного надоедает, правда, но за хорошую зарплату это не страшно. Посмотрел, собрал, отдал. Посмотрел, собрал, отдал. Посмотрел, собрал, отдал. Восемь часов с небольшим перерывом на обед. Выходной лишь в воскресенье, но Леви больше и не нужно. В течение времени, свободного от работы, он убирался дома, пил чай да иногда встречался с Эрвином или Ханджи, когда они тоже были свободны. Ханджи этим летом устроилась в кфс и работала пять дней в неделю. Ей отпуск был не положен. "Везунчик" думал Аккерман про себя, сетуя на свой отпуск. Две недели пролетели слишком быстро. Леви получил свои деньги и это всё, что его радовало. В субботу вечером, когда он уже лежал в кровати, ему написала Ханджи с предложением встретиться завтра у него. Аккерман согласился. Договорились на двенадцать часов. Проснулся он около семи часов, заварил чай и позавтрокал. Затем, решив, что мыть квартиру перед приходом Ханджи бессмысленно, включил сериал, который ещё два месяца назад посоветовал ему Смит. После просмотра девяти серий всё-таки протёр от пыли подоконники и стол. Хотя пыли там с точки зрения обычного человека и не было. Зоэ появилась в восемь минут первого, запыхавшаяся и уставшая. — Привет, Леви, фух, я просто быстро шла, ха-ха, и по лестнице поднималась, — она выдавила из себя задыхающуюся улыбку. Аккерман с пренебрежением ответил: — Хватит мне фигню всякую нести. Разувайся и иди руки мыть, сейчас чайник поставлю. Через несколько минут они уже сидели за столом, перед ними стояли фарфоровые чашки, полные горячего чая. Перед Ханджи ещё стояла сахарница. Вообще, Леви не признавал сахар в чае ни в каком виде, все его немногочисленные друзья также пили чай без сахара. Все кроме Ханджи. Поэтому в сахарнице у Аккермана никогда не было пусто. — Прости ещё раз за опоздание, Леви, я правда не хотела, — грустно сказала Ханджи, насыпая в чашку три ложки. Парень поморщился, не представляя, как можно пить этот сироп, которым стал хороший чёрный чай, и безразлично ответил: — Ничего, я уже привык. — Пф, это плохой способ принять извинения. — Извинения принимают, когда обижаются, а я уже привык. Ханджи прыснула, но сдержалась от громкого смеха. Некоторое время длилась тишина, они молча пили чай, но девушка не могла выдерживать её так долго: — Я слышала, у тебя отпуск. Поздравляю. Леви перевёл взгляд от своей чашки на неё и скиптично выгнул бровь: — Зачем? Лично я не считаю отпуск хорошей штукой. Безделье. Только и всего. Вот, что такое отпуск. — Ты чего? Ты же столько всего можешь сделать! Сходить куда-нибудь, почитать, посмотреть фильмы. Отдохнуть, в конце-то концов! — А я и не устал, — невозвутимо ответил он. Ханджи выпучила глаза так, что казалось они сейчас вылезут из орбит и около десяти секунд не могла сказать не слова, просто открывая и закрывая рот, а после шумно выпалила: — Как не устал?! Ты же весь год учился и подрабатывал, только что сессия закончилась, а теперь ещё работал две недели шесть на один! — её запал немного утих, но настойчивость из голоса не пропала. — Ты же всё равно не можешь без отдыха, ты не машина, а человек всё-таки. Леви отпил чая: — У меня есть выходной, и мне более чем достаточно его. — И как ты его проводишь? Убираешься двадцать часов в сутки или что? — Вообще-то я провожу генеральную уборку раз в неделю, в остальные дни я трачу на уборку всего около двух часов, — сказал Леви таким тоном, будто Ханджи должно это было что-то объяснить. — А вообще я обычно смотрю какие-нибудь сериалы или фильмы. — Хм? Да ладно? Я уже представляю, как ты сидишь за столом с чашкой чая и смотришь романтический, американский сериал про школьников, — Ханджи немного нахмурилась и сделала то выражение, которое называла " Леви презирает тебя", взяв чашку за бортики. Леви стало по-настоящему забавно от этой картины, но он скрыл это, презрительно фыркнув: — Ни капельки не похоже на меня. И я, к твоему сведению не смотрю всякую хрень. Обычно лишь то, что советует Эрвин. — Да? А если я тебе фильм посоветую? Посмотришь его? — весело спросила Ханджи, не ожидая какого-то серьёзного ответа. Атмосфера резко изменилась, стала напряжённей, острей. Зоэ, повинуясь какому-то чувству внутри себя, затихла, даже её дыхание перешло в тихий режим. Выжидающий. Леви задумчиво перевёл взгляд на стену, сосредоточив его на потёртом участке обоев. Тишина продолжалась около минуты, раскаливая градус напряжения и загадочности. А затем, чуть погодя, он серьёзно ответил: — Да, — помолчал, быстро добавил. — Если не какая-нибудь фигня несусветная. Его голос был таким стойким и непоколебимым на "Да" , но в тоже время мягким, тёплым. Это тепло было только для неё. У Ханджи перехватило дыхание. Такая глупость, такой короткий ответ на такой нелепый вопрос, но он попал ей прямо в сердце, разворошивая в ней что-то, что было погребено в самом низу. Она взглотнула липкую слюну и немного с придыханием спросила: — А если бы всё-таки фигнёй несусветной оказался? Леви тоже передалось это странное чувство. Или желание? Что это на самом деле? Но сейчас его волновала лишь Ханджи, что сидела напротив него с тем же выражением, что и он на неё. Глубокие серые глаза, словно тучи, встретились с глазами, переливающимися на солнце янтарями. Они смотрели друг на друга, не отрываясь, с каждой секундой лишь приближаясь друг к другу, пока буквально не столкнулись носами. — Посмотрел, — хрипло сказал Аккерман. Через секунду они, как по команде, подались вперёд. Их губы соприкаснулись, начиная танец. Это не было остервенело или пошло, это был аккуратный лёгкий вальс под медленную музыку. Вскоре к ритму подключились языки. Они осторожно знакомились, постепенно привыкай друг к другу и придавая танцу дополнительную изюминку. Леви начал аккуратно вести за собой, как если бы они и правда были на танцевальной площадке. Тепло. В душе, которая разрывалась от нежности и чувств, доверия. Они расцеплялись всего на пару мгновений, хрипло дыша, и вновь продолжая свой изящный танец. Когда коротких вздохов стало не хватать, пара разорвала поцелуй, завершая танцевать. Они тяжело задышали, не в силах выдавить и слова. — Тогда обязательно посоветую, — с отдышкой произнесла Ханджи. Леви лишь кивнул головой. Они продолжили пить чай.