Я всегда к тебе иду

      Стоит отметить, что поездка в Шанхай была крайне важной для Маринетт по многим причинам.       Во-первых, этот город являлся родиной её матери, и дяди, который был всемирно известным поваром, и которого Мари видела лишь раз, когда тот проездом был в Париже на одном из кулинарных конкурсов. Что уж говорить о множестве дальних родственников, о которых девушка лишь слышала разномастные рассказы и видела стопку с фото.       Во-вторых, стоит отметить, что Шанхай сам по себе был весьма интересным туристическим городом. Смотря в путеводитель, Маринетт решила, что ей непременно стоит посетить сад Юйюань, являющийся, судя по описанию, райским уголком тишины среди шумного мегаполиса. По словам мамы, этот сад был настоящим оплотом традиций, созданный ещё во времена династии Мин. Разглядывая же карты вместе с лучшей подругой Альей, Маринетт привлекало и то, что в этом саду на сравнительно небольшой территории умудрились разместить массу коридоров, прудов с лотосами, деревьев, дорожек, скальных камней. Ах, как же, наверное, чудесно было бы гулять в этом саду вместе с Адрианом!       Разумеется, третьей и самой главной причиной данной незапланированной поездки являлся именно он — её одноклассник, лучший друг, модель мирового бренда и парень, глядя на которого Маринетт начисто забывала обо всём на свете. Если Адриан с отцом внезапно отправились в Шанхай на открытие магазина бренда Габриеля Агреста, то и Маринетт просто обязана непременно, всеми правдами и неправдами, попасть туда же. Наспех собранные в чемодан вещи — наверняка, она прихватила с собой уйму ненужного и забыла действительно важное — проверка онлайн-билетов на самолёт и торопливые объятия с родителями, дающими последние наставления перед столь длительной дорогой. Маринетт должна была побеспокоиться о том, как Леди Баг может оставить Париж на длительный срок, но все мысли девушки уже были полностью поглощены возможными приключениями с Адрианом в Шанхае, а учитывая, что Бражник уже давно не совершал акуматизаций, девушка решила расслабиться. К тому же, как успокаивала себя Маринетт, с супер силами космо-Баг не стоит переживать о расстоянии. — Что ты собираешься делать? — тихо спросила Тикки, когда самолёт уже оторвался от земли, а Маринетт направилась в туалет. — Встретиться в Шанхае с Адрианом, конечно! Он ведь будет так рад меня видеть, только представь. Я его найду. Мы встретимся взглядами. И я скажу: «Сюрприз!» — протараторила Маринетт, уже машинально вырисовывая сердечки на зеркале. — На самом деле, это путешествие было довольно рисковым, и тебе стоило бы подумать о нём хотя бы на пару минут дольше, чем о возможной встрече в Шанхае с Адрианом, — спокойно произнесла Тикки, возвращая свою подопечную с небес на землю. — Конечно, неожиданная встреча на другом конце света представляется тебе, девочке-подростку, весьма романтичной, но если подумать, то какова вероятность, что Адриан сможет уделить тебе время? Он ведь поехал с отцом по делам, как я понимаю. Критическое мышление, логичность и правильность сказанного нервировали Маринетт больше, чем турбулентность. Действительно, все её грёзы были весьма туманны, разбиваясь о скалы суровой реальности: Адриан наверняка будет занят делами отца, и едва ли сможет быть предоставлен сам себе. Вне зависимости от страны, Адриан оставался собой, и едва ли стал бы идти против воли отца по столь мелкому поводу, как встреча с одноклассницей на другом конце мира. Маринетт почти слышала суровое и надменное: «Встретитесь с одноклассницей в школе во время уроков, сын.» Конечно, к чему усложнять… — Да, Тикки, ты права, — немного подумав, всё же согласилась Маринетт. — Я не стану навязываться. Но ведь я всё равно могу провести время с семьей, думаю, дядя был бы очень рад общению. Легкий кивок маленькой квами в ответ выразил согласие. Что ж, как бы то ни было, длительный перелёт был только началом новой страницы её собственной истории. Спускаясь через почти двенадцать часов по трапу самолёта, Маринетт смотрела на аэропорт, не веря, что действительно смогла оказаться на другом конце мира. И этот город определенно стоит того, чтоб рассмотреть его получше.

***

Разговор обо всём и ни о чем в машине дяди Вана, по пути в его ресторан, оказался для Маринетт настоящим спасением от тревоги. По пути она рассматривала всё, что только можно было увидеть, а дядя с удовольствием комментировал проплывающие за окном достопримечательности. — Мы поедем в центр Шанхая, где ты сможешь выучить все китайские народные песни, — говорил дядя Ван, уверено ведя машину по идеально ровной дороге. — Я так рад, что ты решила узнать побольше о своей семье. Надеюсь, я правильно говорю по-французски? Тренировался с прошлой нашей встречи. — У тебя отлично получается! — похвалила Маринетт, понимая, что она сама по-китайски и двух слов связать не сможет. А вот Адриан… Может, стоит ему позвонить? Хотя, нет, лучше написать смс, вдруг он занят. Так, незаметно за беседой, они приехали в тот самый очень живописный и популярный район, о котором Мари неоднократно читала на форумах. Теперь прямо перед ней величественно стоял храм Чэнхуанмяо. — Эти места созданы для тишины, гармонии и спокойствия, — пояснил дядя Ван, указывая, что даже не смотря на огромное количество людей вокруг, все ведут себя смиренно и тихо: сторонники даосизма посещают храм для молитв и богослужений. — Здесь можно ощутить единение человека с природой. Словно завороженная, Маринетт смотрела, как верующие поклоняются Чэнхуану, который, по словам дяди, считается хранителем Шанхая. — Улицы и десятки зданий здесь показывают, каким был Шанхай примерно сто лет назад. Другое его название — город храма Бога. Его построили очень давно, но с тех пор его много раз разрушали и отстраивали заново. Нынешней его версии чуть менее ста лет. Заинтересованно разглядывая стены храма, Маринетт, не рассчитав расстояние, сделала слишком широкий шаг, и, будучи самой неуклюжей девчонкой из всех, кого только можно представить. чуть было не упала на впереди стоящего светловолосого парня. — Ой, простите, пожалуйста, я совсем не хотела на Вас падать! Я такая неуклюжая… — начала сбивчиво извиняться Маринетт на французском. — То есть, дядя Ван, как будет: «простите, пожалуйста, я не специально»? Потирая ушибленное плечо, парень, одетый в джинсы и светлую рубашку, обернулся. Ему, гуляющему здесь с телохранителем и уже изучившем все местные достопримечательности данного культурного наследия, было немного скучно. Он уже отыскал на улице старинную мемориальную арку, где иероглифами написано «Shanghai Old Street», и вдоволь под насмешки Плагга изучил классические китайские красные фонари, у которых здесь нет дурной европейской коннотации, и наверняка они были просто красивым декором. — Можешь говорить по-французски, Маринетт, — мягко произнес Адриан Агрест, так же решивший выбраться на экскурсию по новому для себя городу. — Его я отлично понимаю, в отличии от того, что ты здесь делаешь…