Хорошо у бабушки в деревне

Как же всё-таки хорошо у бабушки в деревне! Это незабываемое чувство свободы, когда ты гуляешь в чистом поле, а вокруг только бабочки и птички летают. Этот очаровательный аромат цветов и лесной листвы, вкусные и сладкие ягоды, теплые вечера с чашкой свежего молока или чая с листами мяты или мелиссы. Эта горячая баня по вечерам и то, когда ты выходишь после неё на свежий воздух. Эти прекрасные и интересные разговоры с бабушкой, совместная лепка пельменей и даже работа в огороде — всё было таким родным и хорошим, что невозможно было от этого отказаться. Коля любил на лето оставаться в деревне. И вот, когда последний экзамен наконец сдан, он смог приехать к любимой бабушке! — Бабуль, я приехал! — прикрикнул Коля, прикрывая за собой калитку. Он прошел в сторону дома, заглядывая за угол. В огороде никого. Разве что Мурка — старая кошка серого цвета — лежала на тёплом июньском солнышке. Гоголь погладил её, а после поспешил в дом. В доме его ждал пленительный аромат пекущихся пирожков. А ещё громкое шипение масла в сковородке, которое было слышно даже из сеней (или, по-другому, из «холодного» коридора) — наверняка бабушка жарила начинку для новой партии пирогов. Судя по запаху, это было мясо. Коля поспешно разулся, убрав свои кроссовки с порога, и прошел в дом. — Ба, я приехал! — воскликнул он, когда подошел к кухне-гостиной. Его бабушка отвернулась от сковороды, в которой мешала фарш. — Бог ты мой, Коленька! Родненький мой, как подрос-то! — она поспешила на встречу внуку, крепко обнимая, а Гоголь наклонился, чтобы чмокнуть бабушку в щеку. — Давай, садись скорее за стол, рассказывай как дела у тебя. Ты руки мыл? Сейчас пирожки готовы будут. Коля улыбнулся и сел, принимаясь рассказывать про прошедший учебный год, с радостью делясь всеми новостями. Бабушка поставила чайник и села напротив него, внимательно слушая. Они общались, общались, общались. Обо всём на свете. Об учебе, экзаменах, дружбе, новостях. Пили чай, ели пироги и сидели так до самого вечера, а потом сыграли в лото (их небольшая традиция — по приезде Коли они всегда играли партейку-другую). — Устал ты наверное с дороги, милый мой. Давай уж спать собираться. Сейчас тебе постельное приготовлю, иди пока в баньку сходи — я вчера затопила, сегодня водичка там хорошая, поди-ка и холодную добавлять не надо. — Хорошо, бабуль. Кстати о воде. Пруд ещё не заболотился? Сходить хотел туда завтра. — С прудом твоим любимым всё в порядке. Говорят, там даже уровень воды поднялся. Уж не знаю, правда, нет. Сходи завтра, проверишь заодно.

***

Уже на следующий день, когда Коля проснулся (на удивление рано, аж в семь утра!), бабушка уже была на ногах. Они вместе позавтракали (у бабушки была дурная привычка не завтракать до того, как её внук проснется, это всегда немного огорчало Гоголя), а после Коля собрался на пруд, а бабушка — к соседке. Гоголь шёл по тропинке через небольшую поляну. Там росли ромашки, лютики и множество желтых и белоснежно-пушистых одуванчиков. «На обратном пути соберу бабуле букетик!» — подумал Гоголь, поворачивая в сторону леса. Чтобы дойти до небольшого пруда, который Коля любил ещё с детства, нужно было пройти через небольшую берёзовую рощицу, а после свернуть в сторону поля. Через несколько метров там находился тот самый водоём, к которому и направлялся Гоголь. Вообще, в самом пруду не было ничего необычного, и его Коля не так уж и любил. Но возле него росла большая ива, раскинувшая свои ветви в разные стороны. Гоголь обожал сидеть в её тени, слушая пение птиц и наблюдая за водой. Обычно там безлюдно, ведь местные зачастую ходили на речку, которая была чуть дальше, чем он. А приезжих тут не так уж и много, а уж тем более — молодежи. На самом деле, Коля видел своих ровесников разве что пару-тройку раз. В детстве это было чем-то грустным, ведь ему хотелось как можно больше играть со своими сверстниками. Однако сегодня кто-то сидел на берегу в тени старой ивы. Незнакомец читал книгу, не замечая Колиного присутствия. Гоголь притормозил. Парень сидел на полотенце, чуть жмурясь от солнца, но не отрываясь от книжки в бордовом переплёте. Его чёрные волосы спадали на лицо, прикрывая его и, видимо, мешая, потому что незнакомец часто заправлял передние пряди за ухо. Судя по его виду, он был одного возраста с Колей (!), и это очень удивило Гоголя. Он продолжил свой путь, подойдя ближе. Парень вскинул голову, направив взгляд на Колю, а тот… а что тот? Встретившись с глазами напротив, он замер, как завороженный наблюдая за ними. Очень интересный цвет глаз — будто красное вино, спелый гранат или яркий рубин. — Привет, — неуверенно улыбнулся Гоголь. — Здравствуй? — полу-вопросительно произнес парень, приподняв бровь и отложив книгу. — Не думал, что кто-то сюда приходит. — О! — сказал Коля, чуть смутившись — Да, я тоже так думал. Но, как видишь, мы оба тут, — он усмехнулся и протянул руку, — отличный повод познакомиться, не так ли? Я Коля. — Фёдор, — насмешливо протянул он и ответил на рукопожатие. — Приятно познакомиться! А ты не местный, да? Не видел тебя тут. — Приехал на лето. Здоровье поправляю, — ответил тот. — А ты? — А я тоже на лето приехал! После учёбы. — Вот как? — Фёдор тихо хмыкнул и снова осмотрел Гоголя. Тому стало неловко. Его будто под микроскопом рассматривали, брр… — Ага. — тихо ответил Коля, отведя взгляд. Фёдор слегка улыбнулся. — А ты учишься на кого-то? — Второй курс филфака, — ответил Достоевский, пожав плечами. — Ого, круто! А я на актёрском, первый курс закончил. — Интересная профессия, думаю, она тебе подходит. — Коля смущенно улыбнулся. Как странно… впервые незнакомый (хотя вообще-то уже не совсем и незнакомый!) человек так смущал его. При том, что ничего особенного и не делает… очень странно. Но Гоголь решил не заострять на этом внимание, предпочитая диалог с этим загадочным Фёдором, который вызывал в нем непривычные чувства. Они проговорили несколько часов и, как оказалось, у них было много общих интересов. Фёдор жил через несколько домов от бабушки Коли, что обрадовало Гоголя. Он бы хотел ещё разок-другой встретить этого парня. Они общались, настолько увлекшись, что не заметили, как солнце начало садиться за горизонт. Вскоре парни уже разошлись по домам, договорившись встретиться на том же месте через два дня. Только по приходе домой Гоголь вспомнил про цветы, которые так и не собрал для бабушки, но не огорчился по этому поводу, решив сходить завтра с утра. — Бабуль, ты не представляешь какого интересного парня я встретил на пруду! Мы так заговорились, что потеряли счет времени! Он такой интересный, начитанный человек! — Гоголь радостно рассказывал бабушке о новоиспеченном друге, а та была только рада его знакомству. У Коленьки, как это понятно из его вчерашних рассказов, было крайне мало друзей. Вот уж удивительно, в самом-то деле! Такой энергичный и весёлый мальчик всегда, а друзей почти нет. Бабушка искренне радовалась за своего любимого внука, раз тот так счастлив от знакомства с Фёдором, и что-то ей подсказывало, что дело вовсе не только в дружеских чувствах со стороны Коли…

Так прошло около месяца, наступил жаркий июль. Тёплые и звездные ночи, купание, наливные яблоки и яркое горячее солнце — лучшее, что бывает летом. Гоголь любил июль. И полюбил его даже больше, чем раньше. Коля проводил время с бабушкой, помогал ей по дому, ходил на встречи с Фёдором, каждый раз возвращаясь светящимся от счастья. Они с Достоевским стали, кажется, почти что лучшими друзьями. Хоть Фёдор и казался сначала закрытым человеком, но в итоге они с Колей нашли общий язык, практически каждый день встречаясь у пруда (а один раз Коля даже зашёл к нему в дом!). Коля чувствовал безграничную радость от каждой встречи, от каждого диалога со своим новым другом. Даже молчать с ним было приятно, тишина была уютной и тёплой, прямо как погода в начале июля. Коля часто смотрел на Фёдора, восхищаясь его внешностью (поверьте, там было чему восхищаться!). Его черные волосы часто лезли ему в глаза, поэтому однажды Коля взял с собой заколки. — Держи, Федь, это тебе, — улыбнулся Гоголь, протягивая две блестящие заколки — одна голубого, а вторая розового цвета. Они ярко сверкали на солнце. — Зачем? — Фёдор недоуменно смотрел на Гоголя, действительно не понимая. Коля закатил глаза и с усмешкой придвинулся к Достоевскому. — В каком смысле зачем? Тебе же так часто мешают твои прядки… можно? — поняв намерение Гоголя, Фёдор кивнул. Коля взял одну заколку, он заколол одну прядь Достоевского. От нежного и почти невесомого прикосновения обоим стало неловко, но парни проигнорировали смущение. Коля приподнял уголки губ, потянувшись к другой стороне. Заколка выскользнула из руки. — О… да, спасибо. — Коля по-быстрому (но всё ещё аккуратно) заколол Феде прядь и отстранился. К щекам прилил жар, наверное, он всё-таки перегрелся на солнце. А ведь бабушка говорила надеть кепку! — Я пожалуй пойду ноги намочу. Достоевский кивнул, в смущении отвернувшись. «Черт» — промелькнуло в его мыслях. Гоголь же в это время снял свои сланцы, заходя в воду по почти по колено. Благо, шорты позволяли это сделать без каких-либо проблем. Остудиться было весьма хорошим решением, ведь Коля стал себя чувствовать намного лучше. — Федь, — позвал он друга, тот обратил на него внимание. — а пойдем ко мне потом? Мы с бабушкой вчера варенье из свежей клубники сварили, с чаем — самое то. Ты как на это смотришь? Ох, кажется, Коля попал точно в слабое место Федора, когда заикнулся про клубничное варенье. Да еще и с чаем. Ну вот как тут можно было отказать? А уж тем более после умоляющего взгляда Гоголя… — Какое заманчивое предложение, невозможно устоять, — усмехнулся Федор, мягко посмотрев на Колю.

***

Через полчаса они ужа подходили к дому. Коля открыл калитку, пропуская друга вперед. На часах было около восьми вечера, но на улице еще было светло, хотя солнце медленно, но верно опускалось за горизонт. Они прошли во двор, Коля быстренько объяснил что где находится. Когда они зашли в дом, Коля познакомил бабушку с Федей. — Ба, это Федя! Я тебе о нем рассказывал. — Добрый вечер, — поздоровался тот, поправляя заколки на волосах (ему стало немного неловко, но, кажется, бабушка Гоголя привыкла и к более необычным вещам). — Здравствуй-здравствуй! Очень приятно видеть тебя, Федор, можешь звать меня Аллой Ивановной. Вы чайку выпить собрались, да? Вот уж как знала — чайник всего пару минут назад поставила! Коля, куда это ты? Ну что же ты с гостем то так, он же не был у нас еще! — Я? А чего я? Я ничего. Пойдем, Федь, руки мыть. После мытья рук и небольшого румтура от Коли, они пришли на кухню. На столе уже стояло варенье.

***

Коля увлечённо рассказывал своему гостю одну очень интересную историю о том, каким образом их кошка воспитывала щенка. Тоже хотите знать? Мурка — старая кошка, у неё своих котят не было никогда (может, болеет чем?), но, кажется, она очень хотела воспитать хотя бы одного котёнка. И вот тогда, когда к бабушкиному дому прибился щенок (как оказалось позже он был соседским), Мурка начала ухаживать за ним как за своим ребёнком. Это было немного странно, учитывая, что щенок по размерам едва ли не больше кошки. После этой истории Федя улыбнулся, а Коля отчего-то захотел прикоснуться к нему. Но вместо этого подал ему кружку с чаем и налил себе. Бабушка пошла в комнату, она хотела довязать следки. Они сидели так, наверное, часа два. За окном уже совсем стемнело, на улице был слышен лай собак и стрекот сверчков. Федор уже собирался домой, а Коля — проводить его. — Спасибо за чай. Варенье было очень вкусным! До свидания, — попрощался с бабушкой Гоголя Федя. — Приходи к нам почаще, а то Коленька мне все уши прожужжал о тебе! Теперь я понимаю почему ты ему так нравишься, хороший ты парень, Федор. — Ба!!! — возмущённо (и крайне смутившись) воскликнул Коля. — Мы уходим. — Он потащил Достоевского за руку. От греха подальше. А то наговорит ему бабушка ещё чего-нибудь… — У тебя хорошая бабушка, — прервал молчание Федор, когда они вышли за калитку. — Да, она очень добрая! — согласился Коля. Он осознал, что всё ещё держит друга за руку и, покраснев от одолевшего его стыда, молился всем богам, чтобы Федя не заметил его смущения. Как же хорошо, что в деревне фонарей можно было по пальцам перечитать! На улице их был всего лишь два, — в начале и в конце — и это было невероятно хорошо сейчас, когда Гоголь чувствовал себя помидором! Единственным источником света была Луна в небе и свет в окнах домов. — Пришли, — тихо оповестил Достоевский, а Коля вынырнул из своих мыслей. — Спасибо за… сегодня. Хорошо было. — Да, мне тоже! Надо будет повторить… — Коля замялся, почесав затылок. — Ну. пока что ли? До завтра? — Пока, — тепло улыбнулся Федя и перед тем, как зайти во двор, быстро поцеловал Колю в щеку в неясном порыве. А после шмыгнул за калитку, избегая любой реакции Гоголя. А Гоголь же… он шокировано открыл рот и, прижав ладонь к щеке, ярко улыбнулся. В голове роились мысли, а в животе порхали те самые бабочки. Окрылённый, он не заметил, как дошел до дома.

Следующее утро было очень ранним для Гоголя. Он встал даже раньше бабушки! В четыре, черт возьми, утра! И сна ни в одном глазу, как будто от вчерашнего волнения он не заснул ближе к часу ночи. Вспомнив тот невинный поцелуй, Коля закусил губу. «Похоже, он мне нравится…» — промелькнуло в мыслях. Абсурд? Возможно. Но эта мысль не могла отвязаться от Коли аж до часу дня. Весь день он был рассеянным, молчаливым и, кажется, выглядел больным, потому что бабушка начала волноваться. — Эх, Коленька. ну что ж с тобой? Ты какой-то совсем поникший. Что-то случилось, я же вижу. Ты с Федей поссорился? — Ба, вот… ты вчера сказала, что он мне нравится, и… — Коля замолчал, подбирая слова. А вот как она отреагирует? Всё-таки она — человек советского воспитания и старой закалки. И вот как ей сказать о том, что Коля, видимо, гей? –Ты в него влюблен? — мягко подсказала бабушка. Гоголь шокировано взглянул на неё, едва не подавившись воздухом. — Я. д-да… вроде. Кажется… — Ну не волнуйся ты так, милый мой, всё в порядке, иди сюда, — она притянула внука к себе, обнимая. Облегчение огромным камнем упало вниз, заставив слёзы подступить к глазам. Почему он плакал? Коля и сам не смог бы ответить. Понимание бабушки для него было, наверное, самым главным. А уж тем более в этом. Она гладила его по голове, успокаивая. — Спасибо, бабуль. я тебя люблю! — успокоившись, сказал Гоголь. — И я тебя, Коленька. Может сходишь к Феде? Мне кажется, вам стоит поговорить.

Коля действительно пошёл. Пошёл на их место, ведь встретить там Федора он мог с вероятностью в девяносто процентов. По пути, проходя поляну с цветами, он решил нарвать Достоевскому букет. Внезапный порыв, от которого Коля не мог отказаться. Он нарвал множество белоснежных ромашек и, сняв с волос свою резинку, перевязал ей букет. Сердце волнительно билось в груди, когда он подходил к иве. Он уже видел, что в тени Федя снова читает что-то. «Прямо как в нашу первую встречу…» Коля кашлянул, обозначив свое присутствие. Не оглядываясь (видимо, книга была очень уж интересной), Федя сказал: — Привет, Коль. — Привет, — немного нервно улыбнувшись, ответил Коля. Он разглядывал Федора (как будто не делал этого почти каждый день) и заметил заколки в волосах. Это предало Гоголю уверенности и он протянул букет Феде. — Это тебе! Достоевский поднял голову, удивленно посмотрев на ромашки. К щекам подступил едва заметный румянец, он кашлянул и улыбнулся. — Ого. спасибо? — он взял букет и, заметив резинку, усмехнулся. — Слушай, Федь… я пришёл тебе кое-что сказать. Не знаю как ты отнесёшься к этому, но… ты мне нравишься. Не как друг. — Коля боялся взглянуть на Федю, отведя глаза в сторону воды. — Я знаю, — шире улыбнулся Федор. — Ты мне тоже нравишься. Почти сразу понравился. Ты очень. очень интересный человек, мне приятно находиться с тобой. Достоевский взял его за руку, заставив Гоголя посмотреть ему в глаза. Сердце сделало кульбит и едва не остановилось, когда Коля встретился взглядом с такими притягательными и красивыми глазами Федора. Он облизнул пересохшие от волнения губы и неосознанно посмотрел на губы Достоевского. Федя притянул Колю, почти невесомо коснувшись пальцами его щеки, и наклонился, чтобы поцеловать. Тихий выдох опалил губы. Коля затаил дыхание, не в силах двигаться. Федор коснулся его губ своими, невинно целуя. Простое прикосновение вызвало табун мурашек и разряды тока по всему телу. Коля растворялся в поцелуе, стараясь отвечать. Он боялся сделать что-то не то, ведь это был его первый поцелуй, но позже мысли об этом ушли прочь. Он просто наслаждался моментом, полностью отдаваясь ему.

Тёплое солнце грело сердца парней не так сильно, как-то чувство, что зародилось с их первой встрече и разгоралось с каждым днём всё сильнее. Оно было куда приятнее ультрафиолетовых лучей и намного полезнее их. Это чувство — неповторимо и абсолютно уникально. Это чувство — первая любовь.