Я научу тебя опять ждать от любимого цветы!

У Нам Гю тяжёлые времена. Каждый день он работает с утра до ночи в баре. Под конец рабочего дня, его ноги ноют от усталости. Конечно, столько ходить за стойкой и наливать алкоголь разным тусовщикам, как тут не устать? Один раз он чуть не грохнулся с гравированными бакалами налитыми алкоголем. Один упал и разбился, менеджер очень сильно ругал Гю. Пришлось платить за это разбитый бакал и потраченные алкоголь. Нам Гю работал целых 15 часов в день. Выходных у него совсем не было: Одно сраное воскресенье. В котором он убирается дома и готовит еду. Добило его то, что он расстался со своим парнем. Каким-то утрыком, который об него вытирал ноги. А тот любил его. Боязнь остаться одним его убивала. Поэтому, он терпел и как верная собачка просил не уходить. Но тот все же ушёл, и Нам Гю совсем потерял голову. Он был таким чистюлей, а после расставания он не убирался дома совсем. Приходил и просыпал весь выходной, попивая алкоголь и смотря сериалы. Единственный кто его вытаскивал гулять это, был – Су Бонг. Он так радовался, когда виделся с Гю. Отпрашивал его с работы, чтобы тот выспался немного. Помогал мыть квартиру или проводил время с ним, чтобы тому не было одиного. Танос– его лучший и преданный друг. Самый лучший человек который дружил с ним. Нам Гю совсем изменился, огонь в глазах потух, огромные синяки под ними. Кожа сухая и неухоженная, совсем потеряла здоровый цвет. Он сильно похудел, руки стали как спички... как только он носит подносы, бедняга. А самое главное, у него развился тактильный голод. Он не мог без прикосновений, у него была сильнейшая ломка. Прикоснувшись плечом к плечу с каким-то человеком в метро, его день становился хоть чуточку лучше. Ведь он почувствовал тепло другого человека и ему было все равно, кто это. С момента расставания прошло уже полгода и состояние Нама уже улучшилось, но все равно, что-то с ним было не так. Пустота в душе давила на тело. Била изнутри, не давая жить спокойно. Он сильно тревожился из-за того, что он не мог полюбить. Возможно, его сердце захолодело после тяжкой разлуки. Но он не знал как это исправить. Он завидовал коллегам за которыми приходят их парни и девушки во время конца рабочей смены. Они вместе идут в обнимку домой, а Гю шел один до дома. Через кущари и гаражи. Приходя в пустую тёмную квартиру, он садился пить чай и смотреть телевизор. Грустно. Он настолько заработался, что просто не мог жить без работы. Уже вставал раньше будильника, хотя спать очень хотелось. Спать по 4 часа, кайф... Протирая столик, Гю думал о чем-то. Осталось 20 минут до конца смены, придвкушая, как пойдет с Таносом к себе домой, смотреть фильм. Из мыслей его заставил выйти какой-то мужчина, скорее всего он хотел заказать выпивку. Гю начал внимательно слушать, что ему скажет отдыхающий. –вы мне понравились, давай знакомиться.– еле стоя на ногах промямлил мужик. Нам очень сильно запаниковал, натянуто улыбнувшись, он ответил: –извините, если вам одиноко, можете заказать вот этот напиток. Он очень вкусный и поднимает настроение. – Гю указал пальцем на яркий бокал в буклете бара. Мужик недовольно хмыкнул, а потом схватил за кисть руки черноволосого и потянул на себя. Гю уперся животом о барную стойку и так сильно испугался. –мне всегда нравились такие, как ты. Ну пойдем присядем за диванчиком, милый– расслабленно вякнул дядька. Он выглядел очень взросло, лет 55 точно. Не раздумывая, Нам Гю начал вырываться, но мужик был сильнее. Выкинув из руки тряпку, младший как ударил в лицо своим кулаком. Тот сразу же отпустил и схватился за ушибленное место. –Сукин Сын! – заорал дядька. –Позовите менеджера, я поставлю этого урода на место! – продолжал орать мужчина. Вырвавшись, Гю сразу же отпрыгнул на некоторое расстояние от этого извращенца. Этот дед, поднял такую шумиху, конечно, все ему поверили, не стали проверять камеры. Ему налили бесплатный бокал чего-то спиртного. А Нам Гю отвели в сторону и вычитали недовольства и дали выговор. Двадцати четырёх летний Гю, совсем раскис, выйдя на улицу его встретил Танос. –Ты чего на звонки не отвечаешь? Everything is fine?– обеспокоенный видом Гю, спросил фиолетовый. На улице было холодно, пальто Таноса развивалось на ветру, а кожаные широкие штаны немного шуршали. Подойдя к Наму, он приобнял его за плечо, и прижал к себе, чтобы было теплее. Тот немного повеселел. И начал рассказывать. –Сука, ненавижу их. Я на деньги влип опять. Ко мне подошёл какой-то пидорас и начал до меня домогаться, Урод! – захлебываясь в ярости почти крича на всю улицу тараторил младший. Танос молча слушал, иногда кивая и удивляясь. –А потом, этот менеджер, хорёк драный, влепил мне штраф за эту обоссаную рюмку водяры, заебали! Ты не представляешь, как я испугался, когда этот долбаеб меня схватил! – чуть ли не плача говорил тот. – Я и так ебашу по 15 часов, у меня один выходной, сука, чем я заслужил, Су?! – Слезы обиды и ярсти сами потекли по его щекам. Закрыв лицо руками, тот прижался к Су Бонгу. Танос удивленно, обнял его. –Вот суки. Нам, милый, пойдем скорее домой, давай сегодня ничего смотреть не будем? Я за тобой поухаживаю немного.. (В смысле приготовить кушать и т.д)– Гю закивал головой. Гладя его по волосам, сердце Таноса так нервно стучало. Любил он обниматься с Гю, он такой хрупкий, что страшно его сломать. Руки Нама дрожали от злости, сил просто не было. Насколько это обидно, когда вкалываешь столько усилий и в итоге принимают сторону того, кто тебя обидел. Мерзость. Ноги подкашивались, он безумно устал, он так голоден и так несчастлив. Единственный кто его успокаивал– это Танос. Он не умел сильно поддерживать, но рассказав ему свои переживания, сразу становилось легче и веселее. Нам Гю не хотел ныть, просто тяжело настолько сильно, что не хотелось жить. Дойдя до дома, Танос снял с Гю его куртку и повесил на вешалку. Сняв обувь, Гю прошёл в зал и сел на кровать. –Я устал. – Без эмоционально сказал тот. Он повалился назад и смотрел молча в потолок. –Может ляжешь спать? Ой, ты же кушать хочешь.. Я наверное пойду приготовлю тебе поесть. Где у тебя лежит колбаса? – замялся Фиолетовый в проёме двери. –В холодильнике на третьей полке. – безразлично сказал тот, закрывая глаза. Минут 10 Танос пыхтел на кухне. Готовка очень тяжело давалась ему. Су Бонг– бытовой инвалид. Ему очень тяжело испечь банальные блины или сварить суп. Но он старался ради Гю. Принёс он в тарелке два небольших бутерброда с колбасой и сыром. Но самок милое было то– что он нарисовал кетчупом улыбающийся смайлик на колбасе. Поставив на прикроватный столик тарелку, Гю распахнул глаза. Поднявшись, он посмотрел на еду, и так смущающе улыбнулся. Мурча поблагодарив, тот принялся кушать это. Танос тоже сделал себе бутерброд из остатков продуктов и поел на кухне один. Танос остался с ночевкой. Завтра входной, и поэтому решат, какой фильм будут смотреть. Су Бонг постелил постель. Маленькими шагами, черноволосый вышел из ванны и направился прямиком к кровати. Он лег и сразу закрыл глаза. Танос что-то чувствовал к Гю, но это чувство было такое странное нежное и невинное. Ни к одному человеку Танос не испытывал нечто подобное. Выключив свет в зале, он пробрался на кухню. Достав из кармана браслетик из детских бусинок с набранными буквами "Любимому Гюше". Он положил его на стол. Достав из того же кармана маленькую бумажку с текстом, который специально для своего признания в чувствах написал. Закрыв дверь , он пошел спать в другую комнату. На утро, Нам Гю встал раньше Тана, укутавшись в одеяло, он побрел на кухню добыть себе поесть. Увидев что-то на столе, тот принялся это изучать. Сев на стул, он взял в руки бумажку и начал читать. "Я спущу огонь с небес в твои потухшие глаза Я за тебя хоть в пиздорез, хоть в рай, хоть в ад — я тоже за Поверну время вспять, отстроив все сожжённые мосты Я научу тебя опять ждать от любимого цветы" Улыбающийся как дурак, он впервые почувствовал как сердце трепешет и быстро бьется. Приятный жар который растекается по всему телу. Щеки закраснели, а в груди приятно кольнуло. Он понял, что человек который его любит – спит в соседней комнате. Взяв в руки ещё и браслет, тот совсем умилился. Услышав, что кто-то шуршит у входа. Он поднял голову и взгляд прямиком на дверь. Сонный Танос, с растрепанными волосами, в большой смешной футболке и шортах, стоял и жмурился от солнечного света. –Я тебя люблю, Гюш– буркнул тот. –Я тоже, так тебя люблю– ответил черноволосый.