Влюбленность и цветы

Одним из хобби Гена - на первый взгляд полностью отличным от его основной деятельности - были цветы. Он самостоятельно выращивал их и заботился о каждом цветке, как о своем ребенке, не иначе. Во время их цветения любил собирать их в маленькие букеты-композиции, исходя из своих блестящих знаний ханакотоба. Каждый такой букет рассказывал свою историю и хранил трепетную любовь автора, пока не завянет. Цветы стали для Гена чем-то личным, важным конкретно для него, тем, чем люди обычно делятся только с самыми важными людьми в их жизни. Но, к сожалению, у него таких людей никогда не было. В новом мире для старого хобби не было ни времени, ни сил. Сложно, будучи двойным агентом, готовиться к войне, в которой не должно было пролиться ни капли крови, и отводить время на заботу о цветах да собирание букетиков. В прочем, сейчас, когда война уже в прошлом, а главной целью царства науки стало строительство корабля - дело небыстрое и нетребующее участия в нем Гена - он мог спокойно выдохнуть и заняться любимым делом.  Он знал, что неподалеку от деревни Ишигами есть поляна с цветами, о ней ему рассказала Суйка, когда в очередной раз он показывал детям фокусы. Асагири и правда проводил с ними много времени: детям нравилась «магия» современного волшебника, а разве мог Ген отказать их просьбам показать очередное «заклинание». Из всех детей Суйка была ближе всего к царству науки, ведомая своей невероятной любопытностью, она всегда оказывалась в гуще событий, сначала наблюдая со стороны, а потом, когда её замечали, слушая все тонкости научных изобретений от Сенку и их создания от Касеки и впитывая информацию, как губка. Ген же мог рассказать о другой науке, не о той, которую можно потрогать, почувствовать её запах или услышать, как она работает, а другой, которая раскрывает внутренности вещей, невидимых глазом. Поэтому она и рассказала ему о поляне с цветами, слушать о том, что означает тот или иной цветок, и смотреть за созданием маленького мира только с их помощью, было ничуть не менее интересно, чем за работой Сенку с Хромом или Касеки. Тем более, что Суйка понимала насколько Гену это нравилось, и сама становилась счастливее, смотря на редко расслабленного менталиста.  Единственное, что её гложило, факт того, что шедевры Асагири видят только сам их создатель и она, ей хотелось, чтобы другие тоже насладились этой красотой, но тот всегда отнекивался и уходил от темы. Но кроме своей любознательности, Суйка славилась непоколебимой решимостью и упрямством: — Ген, смотри, — Суйка встала с травы, чтобы надеть на Асагири венок из колокольчиков, — я сплела его для тебя, нравится? — Конечно, спасибо тебе, ты большая молодец!  — Я рада, — Суйка замялась, Ген видел, что она хочет сказать что-то ещё, но почему-то медлит, — помнишь, ты говорил, что никогда не дарил никому свои букеты, почему?  — Я надеюсь, ты подарила мне венок ни для того, чтобы раздобрить меня, — за шлемом Суйки не было видно её лица, но менталист готов был поклясться, что она покраснела, это был не первый раз, когда она пыталась получить ответ на вопрос: «почему же Ген никому не рассказывает о своем увлечении», и, конечно, она сделала венок не для того, чтобы все таки получить на него ответ, но, не зря говорят, что с кем поведешься, от того и наберешься, — у меня никогда не было достаточно близкого человека для этого. Суйка от удивления распахнула свои и так большие глаза, она была уверена, что Асагири в очередной раз уйдет от темы, и точно не ожидала, что получит столь долгожданный ответ. — Но, ведь теперь они есть! — не давая Гену и шанса опровергнуть сказанное, продолжила Суйка, — разве Сенку не важен для тебя? — Суйка-тян, о чём ты говоришь? — Всегда, когда ты рядом с ним, ты становишься другим, будто… — девочка пыталась подобрать правильное сравнение, не зная, как донести свою мысль по-другому, — будто с другими ты играешь какую-то роль, как когда Рури рассказывает сказки, а с ним обратно становишься собой. Оба на несколько секунд замолчали, пока Ген не начал улыбаться и тихо посмеиваться и отнюдь невесело. Суйка была очень проницательна, и менталист знал это, в конце концов, знать всё обо всех это его профессия, потому и рассказал ей, рано или поздно она бы все равно догадалась сама, как и о том, что Сенку стал для него нечто большим, тем самым близким человеком, только вот: — Ты права, но всё сложнее, чем ты думаешь. — Почему? Разве ты не важен для Сенку? — Важен, но не так, как он для меня, — Асагири решил упустить, что для Ишигами он важен как друг, а для него - как любовь, но Суйка всё поняла без слов. Ей хватило вспомнить тот взгляд, каким Ген смотрел на Сенку, такой же, как у Хрома и Рури, когда они смотрят друг на друга. — Потому что ты его любишь? — менталист лишь грустно вздохнул, — почему ты не хочешь признаться ему?  — Слишком много почему, не думаешь? — Суйка только хотела начать жаловаться, что Асагири опять уходит от темы, как тот продолжил, — сейчас мои чувства для него лишь бремя, пока я могу помогать и поддерживать его в меру моих сил, мне этого достаточно. — Бремя, даже если он тоже тебя любит?  — Да. — Раз так, я думаю, что он будет рад, получив от тебя в подарок букет, сделанный специально для него, — Ген понимал, что Суйка буквально говорила ему рассказать о своих чувствах через цветы, даже если Сенку не поймёт значение подарка сам, то спросит у Юдзурихи, которая точно знает ханакотобу. Такое признание ни к чему не обяжет, а лишь обнажит чувства, показав, что Асагири готов ждать столько, сколько потребуется и всегда будет на его стороне. Уже в этот вечер на столе в лаборатории стоял букет из красных цветов гвоздики, примулы и камелии, а на голове Сенку красовался венок из колокольчиков.