Сердце Героя: Два Мира

***

Изуку Мидория чувствовал, как его кости вот-вот разлетятся на молекулы. Лаборатория поддержки UA гудела и трещала вокруг него, заполненная дымом и искрами от последнего эксперимента Хацуме Мэй. Она тестировала прототип портативного устройства для мгновенной телепортации на короткие дистанции – "Прыгунок-3000". Деку, как всегда, вызвался быть испытателем. В теории, он должен был переместиться из одного конца лаборатории в другой. На практике что-то пошло не так. Совсем не так. Вместо знакомого вида другого конца цеха, перед его глазами замелькали ослепительные вспышки цвета, не поддающиеся описанию. Его закрутило в водовороте ощущений – жарко, холодно, его растягивало и сжимало одновременно. Он вскрикнул, но звук потерялся в хаосе. Его тело, его костюм, его верная перчатка "Аир Форс" – все это слилось в кашу невыносимых ощущений. Последней мыслью перед тем, как сознание начало уплывать, было: "Всемогущий... Мама... Простите..." Очнулся он от сильного толчка и ощущения мокрой травы под щекой. Воздух пах не маслом, металлом и озоном лаборатории, а сыростью, землей, дымком и... чем-то животным? Он с трудом открыл глаза. Над ним простиралось небо странного, глубокого синего цвета, усыпанное яркими звездами, которых он никогда не видел в Мусутафу. Он лежал на огромной лужайке перед... замком? Огромным, древним, с бесчисленными башнями и светящимися окнами. Это было похоже на декорации к историческому фильму, но ощущалось невероятно реально. - "Где я? Что это за место?" – паника начала сжимать горло. Он попытался встать, но тело отказывалось слушаться, дрожа от остаточной энергии телепортации и страха. - Эй, малой! Ты в порядке? Голос был громким, глубоким и... очень близким. Изуку замер. Медленно, очень медленно он поднял голову. Перед ним, заслонив часть вида на замок, стоял великан. Самый настоящий великан, в огромном потрепанном пальто, с густой, косматой черной бородой и добрыми, но очень встревоженными глазами, сверкающими, как черные жуки из-под густых бровей. В одной его руке был розовый зонтик, выглядевший смехотворно маленьким, в другой – он держал поводок, к которому был привязан... огромный черный пес? Нет, это было что-то другое... с тремя головами? Изуку почувствовал, как кровь отливает от лица. - "Мутант? Опасная причуда?!" - П-приветствую! – выдавил он, инстинктивно скатываясь в низкий поклон, несмотря на протест мышц. - Простите за беспокойство! Я... я не знаю, как сюда попал! Великан наклонился, внимательно его разглядывая. - Выглядишь, будто тебя через мясорубку прокрутили, парень. И костюм у тебя диковинный. Не из наших, да? Как тебя звать? - М-Мидория Изуку, сэр! Ученик старшей школы UA! - UA? – Хагрид почесал бороду. - Не слыхал о такой. Ты магл, что ли? Но как же ты сюда попал? Замок Хогвартс защищен заклятиями... - Магл? Хогвартс? Заклятия? – Изуку растерянно моргал. Ни одно из этих слов не было ему знакомо. Его мир был миром причуд и героев. Здесь же пахло магией? В прямом смысле? - Ладно, парень, вижу, ты сам ничего не понимаешь, – вздохнул Хагрид, осторожно помогая Изуку встать. Трехголовый пес дружелюбно обнюхал его ботинок одной из голов. - Пойдем к директору. Альбус Дамблдор разберется. Он мудрейший волшебник, что есть. Держись крепче. Путь через огромные дубовые двери, по мраморным лестницам, мимо говорящих портретов, которые шептались и показывали на него пальцами, стал для Изуку сплошным кошмаром сюрреализма. - "Говорящие картины? Парящие свечи? Лестницы, которые двигаются сами?! Это не причуды... это что-то другое! Совсем другое!" - Его аналитический ум, обычно работающий на сверхзвуковой скорости, завис в попытках осознать происходящее. Кабинет директора был таким же невероятным: хитроумные серебряные приборы тикали и дымили, феникс величественно сидел на вешалке, а старый волшебник в расшитых звездами одеждах смотрел на него через полумесяцы очков с проницательным, но добрым взглядом. Его глаза, ярко-голубые, казалось, видели Изуку насквозь. Хагрид пересказал, как нашел парня на лужайке. Изуку, дрожа, добавил детали о эксперименте Хатсуме и мире, где у 80% населения есть "причуды" – уникальные сверхспособности. - Любопытно... весьма любопытно, – проговорил Дамблдор, его пальцы сложены шпилем. - Мистер Мидория, вы, судя по всему, совершили межпространственное путешествие. Попали из мира... причуд, как вы их называете, в наш мир магии. Весьма редкое и опасное явление. - М-магия? – прошептал Изуку. - Значит... вы все волшебники? - И волшебницы, – улыбнулся Дамблдор. - А Хогвартс – школа чародейства и волшебства. Но вот в чем загвоздка, мистер Мидория. Вы, как я понимаю, в вашем мире обладаете способностью? Ваша причуда? Изуку опустил взгляд. Старый стыд и боль вернулись. - Я... я Беспричудный, сэр. У меня нет способности. - Он машинально сжал кулак в своей перчатке "Аир Форс" – единственном напоминании о его мечте и мире, который, казалось, потерян навсегда. Дамблдор внимательно посмотрел на перчатку, потом снова на Изуку. - Беспричудный... В нашем мире есть схожее понятие – Сквиб. Так называют рожденных в волшебных семьях, но лишенных магических способностей. Их жизнь часто бывает непростой в нашем обществе. Изуку почувствовал, как земля уходит из-под ног. - "Снова... Снова я бесполезный? И здесь?" - Отчаянье сдавило грудь. - Однако, – продолжил Дамблдор, и в его голосе зазвучала теплая, обнадеживающая нотка, – вы оказались здесь не по своей воле, и оставить вас без помощи мы не можем. Хогвартс – это дом. Дом для всех, кто в нем нуждается, пусть даже необычным образом. - Он поднялся. - Хагрид, будь добр, проводи мистера Мидорию в гостиную преподавателей. Ему нужны еда, отдых и чистая одежда. А я тем временем подумаю... Изуку с благодарностью кивнул, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - "Он не отверг меня сразу." Несколько часов спустя, отмытый, накормленный невероятно вкусным бутербродом (спасибо домовым эльфам) и переодетый в простые, но удобные штаны и рубашку, которые нашел для него Хагрид, он снова сидел перед Дамблдором. - Решение принято, мистер Мидория, – объявил директор. - Вы останетесь в Хогвартсе. Пока мы не найдем способа вернуть вас домой, вы будете здесь учиться. Жить. - Учиться? Но я же не маг! Я сквиб! – вырвалось у Изуку. - Формально – да, – согласился Дамблдор, и в его глазах мелькнула хитрая искорка. - Именно поэтому мы представим вас именно как Сквиба. Мистера Изуку Мидория, дальнего родственника... скажем, семьи Уизли, из очень отдаленной ветви, воспитанного в мире маглов и неожиданно проявившего свою нулевую магическую природу. Это объяснит ваше незнание нашего мира и отсутствие магии. Вы будете учиться вместе с первокурсниками, посещать теоретические занятия – Историю Магии, Теорию Магии, Уход за Магическими Существами, Травологию. Практическую магию вы, конечно, не сможете изучать, но наблюдая, вы многое узнаете о нашем мире. А главное – вы будете в безопасности. Изуку был потрясен. - "Он нашел выход... Он дает мне шанс!" - С-спасибо, профессор Дамблдор! Я... я постараюсь не подвести! Я буду учиться изо всех сил! – Он снова поклонился, на этот раз от всей души. - Отлично. Завтра начнется учебный год. Вы будете приписаны к факультету Гриффиндор – там учатся мистер Поттер и его друзья, они помогут вам освоиться. А пока... отдохните. Ваше путешествие было изматывающим. На следующее утро, в Большом Зале, во время распределения новых учеников, Изуку стоял в стороне, нервно теребя рукав слишком большой рубашки. Его представили как "Изуку Мидория, сквиба, родственника Уизли, который будет посещать теоретические занятия". Шепот прошел по залу. Сострадательные взгляды, любопытные, а кое-где – и презрительные. Особенно острый, холодный взгляд поймал Изуку со стола Слизерина. Стройный блондин с острыми чертами лица и высокомерной осанкой смотрел на него, как на что-то, прилипшее к ботинку. - Сквиб? В Хогвартсе? Какой позор, – громко процедил блондин, чтобы слышали все вокруг. Его друзья тупо захихикали. Изуку сжал кулаки под столом. - "Знакомое чувство... Но я не сдамся. Я пережил Кац-чана. Переживу и это." - Он вспомнил слова Дамблдора о Гриффиндоре и храбрости. После пира к нему подошла троица: мальчик с растрепанными черными волосами и шрамом-молнией на лбу, девочка с пушистыми каштановыми волосами и умными, но сейчас очень сочувствующими глазами, и рыжеволосый парень с веснушками, доедающий куриную ножку. - Привет, – сказал Гарри, улыбаясь немного неуверенно. - Я Гарри. Это Рон и Гермиона. Профессор Макгонагалл сказала, ты будешь с нами на теоретических предметах. Ты... сквиб? - Да, – кивнул Изуку, стараясь звучать спокойно. - Изуку Мидория. Очень приятно познакомиться! – Он снова чуть не поклонился, но сдержался. - И... спасибо. За то, что подошли. - Не обращай внимания на Малфоя, – фыркнул Рон, кивая в сторону стола Слизерина. - Он всем недоволен. Особенно тем, кто не помешан на чистоте крови. - Это ужасно несправедливо, что тебя дразнят из-за того, что ты не можешь использовать магию! – возмущенно сказала Гермиона. - Но ты же можешь изучать теорию! И я уверена, здесь найдется много интересного и без практических заклинаний. Я помогу тебе с конспектами! Изуку почувствовал неожиданное тепло в груди. - "Они... добрые. Как Урарака, Иида..." - С-спасибо вам большое! Я очень ценю это! Пока они шли по коридорам к гриффиндорской башне, Гермиона забросала его вопросами о его мире. Изуку, оживляясь, рассказывал о героях, причудах, UA. Гарри и Рон слушали, раскрыв рты. - Значит, у вас почти у всех есть суперсилы? И вы учитесь ими пользоваться, чтобы спасать людей? Как круто! – воскликнул Рон. - А ты действительно без силы? – осторожно спросил Гарри, глядя на Изуку с новым интересом. - Да, – ответил Изуку, и в его голосе не было прежней горечи, только решимость. - Но я все равно хочу стать героем. Помогать людям. Даже без причуды. - Его рука инстинктивно сжала запястье, где под рукавом рубашки скрывалась металлическая пластина его перчатки "Аир Форс". - "Хатсуме, я надеюсь, ты в порядке..." Позже, сидя на своей кровати в гриффиндорском общежитии, Изуку смотрел в окно на темнеющие окрестности Хогвартса. Он был в другом мире. В мире магии, где он снова был "бездарностью". Но... Он достал из кармана смятый листок. К нему в тарелку с пудингом незаметно подкинул домовой эльф. На нем корявым почерком было написано: «Малыш-испытатель! Огромное извинение! Прыгунок-3000 бахнул не туда из-за скачка квази-эфирного резонанса (проклятый дешевый кристалл из 14-й лавки!). Ищу способ вернуть! Не волнуйся сильно! Ты жив – уже победа! Крепись! Хацуме Мэй. P.S. Не трогай красные кнопки на перчатке там, где всё хрупкое!» Изуку улыбнулся сквозь навернувшиеся слезы. - "Она ищет способ! Значит, есть надежда!"* Он посмотрел на свою перчатку, аккуратно лежащую на тумбочке. Да, он был в чужом мире. Да, он снова был "тем, у кого ничего нет". Но у него были новые друзья, пусть пока только трое. У него была цель – учиться, понять этот мир, выжить и вернуться. И у него была его воля. Его "искра", как говорил Всемогущий. - Я не сдамся, – прошептал он темноте. - Я буду учиться. Я буду наблюдать. Я буду анализировать эту "магию". И когда-нибудь... я найду способ быть полезным. Здесь и сейчас. Потому что герой – это не просто причуда. Это выбор. Где-то в глубине его души, в самой сердцевине ОЗВ, тихо отозвался знакомый, едва уловимый трепет. Как будто Искра Всемогущего, сквозь бездну между мирами, услышала его клятву. Завтра начинался его первый день в Хогвартсе. День Сквиба, который мечтал стать Героем в мире Волшебников.

***

Первое утро в Хогвартсе началось для Изуку с хаоса. Говорящие зеркала, портреты, дававшие советы по выбору галстука, который все равно болтался на нем как мешок, и лестницы, решившие в самый ответственный момент развернуться на 180 градусов, едва не отправив его в объятия сердитого рыцаря на картине. Он опоздал на завтрак, запыхавшийся и красный от смущения, вызвав смешки у слизеринцев и сочувственные взгляды со стола Гриффиндора. - Ничего страшного, Изуку, – успокоила Гермиона, подвинувшись, чтобы он сел рядом. Лестницы всех путают поначалу. Вот, держи тост. - С-спасибо, Грейнджер-сан! – выпалил Изуку, автоматически склонившись над тарелкой. - Просто Гермиона, – поправила она, улыбаясь. - Или Герми. А то «сан» звучит так... официально. - Изуку, ты вчера рассказывал про этих... ному? – с набитым ртом спросил Рон. - Тех, кто прыгает и электричеством бьется? - Ному, да! Это опасные мутанты низкого уровня, но герои... - Мистер Мидория, – мягкий, но четкий голос профессора Макгонагалл прозвучал рядом. Изуку вскочил так резко, что чуть не опрокинул кувшин с апельсиновым соком. - Ваше расписание. Вы будете посещать теоретические занятия с первым курсом Гриффиндора. Сегодня у вас История Магии с профессором Бинсом в десять, затем Травология с профессором Стебль в теплице номер три. - П-понял! Благодарю, профессор! – Изуку принял пергамент дрожащими руками, снова чуть не кланяясь. Макгонагалл едва заметно подняла бровь, но кивнула. История Магии оказалась... испытанием. Не столько из-за сухого монотонного голоса профессора Бинса, плывущего сквозь доску и парты, сколько из-за невероятного объема информации. Гоблинские восстания, Статут о Секретности, основания Хогвартса – Изуку записывал все, что слышал, со скоростью, за которой Гермиона могла только наблюдать с растущим изумлением. Его ручка, обычная, шариковая, привезенная из его мира – волшебные перья отказывались с ним сотрудничать, скрипела по пергаменту, заполняя страницу за страницей аккуратными иероглифами и схемами. Он не просто записывал даты и имена – он выстраивал причинно-следственные связи, отмечал параллели с историей героев в его мире (попытки регулирования причуд, формирование геройских агенств). - Изуку, ты... записываешь всё? – прошептала Гермиона на перемене, заглядывая в его исписанную тетрадь. - И эти схемы... Это же гениально! Как ты успеваешь думать и анализировать одновременно? - А-а, это привычка! – смущенно пробормотал Изуку, пряча тетрадь. - Я всегда так делал, анализируя причуды героев. Здесь тоже много интересных механизмов истории. Магия как социальный феномен, её влияние на формирование правовых норм... Гермиона смотрела на него с новым уважением. - Ты прав. Я обычно просто заучиваю факты, но твой подход... он глубже. Можно будет потом обменяться конспектами? - Конечно! – Изуку засиял. Было приятно, что его старания оценили. Травология стала глотком свежего воздуха. Теплая, влажная атмосфера теплицы, терпкий запах земли и растений – все это напомнило Изуку о тренировках на свежем воздухе. Профессор Стебль, маленькая, юркая волшебница в заплатанной шляпе, оказалась строгой, но справедливой. Она не делала скидок на то, что Изуку – сквиб, но и не придиралась. - Мидория, ваша задача – наблюдать, записывать этапы роста Мандрагоры и отмечать реакцию соседних растений на её крик. Ваши руки пока не готовы к пересадке, но глаза и ум – ваши лучшие инструменты здесь. - Понял, профессор! – Изуку с энтузиазмом взялся за дело. Он зарисовывал крошечные ростки, измерял расстояние между листьями, тщательно записывал время, когда соседняя Жгучая Крапива начинала ерзать перед особенно громким писком младенца-мандрагоры. Его соседом по столу оказался пухлый, робкий мальчик с круглым лицом – Невилл Лонгботтом. Невилл явно нервничал, роняя горшки с землей и роняя инструменты. Изуку невольно ловил себя на мысли, что Невилл напоминает ему его самого, до встречи со Всемогущим. Когда Невилл в очередной раз чуть не уронил горшок с особенно капризной Ветвистой Розой, Изуку инстинктивно подхватил его. - О-ой! С-спасибо, Мидория! – пробормотал Невилл, краснея до корней волос. - П-пожалуйста, Лонгботтом-сан! – ответил Изуку. - Она красивая, но колючая. Как Кацуки, то есть, один мой знакомый. Нужно быть осторожнее и увереннее! Невилл удивленно посмотрел на него. - У-увереннее? У меня никогда не получается... - У меня тоже не всегда получалось! И получается не всегда! – горячо сказал Изуку. - Но нужно пробовать снова! Смотри, вот как я держу горшок – крепче, ближе к центру тяжести. И смотри не на шипы, а на стебель, который нужно поддержать. Он осторожно передал горшок Невиллу, направляя его руки. К удивлению обоих, Невилл на этот раз удержал растение устойчиво. - О... получилось! – прошептал Невилл, и на его лице мелькнула робкая улыбка. - Видишь! – Изуку улыбнулся в ответ. - Ты можешь! Просто нужно найти правильный подход и не бояться! Профессор Стебль, наблюдавшая за этой сценой, одобрительно кивнула. - Хорошая работа, мистер Лонгботтом. И своевременная помощь, мистер Мидория. Пять очков Гриффиндору за командную работу. Обед прошел веселее. К Гарри, Рону, Гермионе и Изуку присоединились Фред и Джордж Уизли. - Так значит, ты наш дальний-предальний кузен-сквиб? – весело спросил Фред, обнимая Изуку за плечи так, что тот чуть не уронил ложку в суп. - П-приятно познакомиться! – Изуку попытался высвободиться, но близнецы были неумолимы. - Слышали, ты подружился с Невиллом! – подмигнул Джордж. - Отличный парень, просто колдовская палочка у него – настоящий бунтарь! - А правда, что в твоем мире люди стреляют лазерами из глаз и летают? – забросали они вопросами. Изуку, немного растерянный от такого напора, но радушный, начал рассказывать про причуды. Он упомянул Урараку и её антигравитацию, Тодороки и его лёд-огонь. Близнецы слушали, раскрыв рты, их глаза горели азартом. - Парень, это же невероятно! – воскликнул Фред. - Представляешь, что можно было бы наколдовать, вдохновившись твоими историями? - Нам нужно с тобой поговорить подробнее! – добавил Джордж. - После уроков? У нас есть кое-какие... эскизы. Изуку, польщенный их интересом и энергией, которая напомнила ему Денки или даже саму Хацуме, с готовностью согласился. - Они изобретатели! Как в отделе поддержки! Позже, в укромном уголке гостиной Гриффиндора, Фред и Джордж разложили перед Изуку пергаменты с набросками "Увеличительных Жвачек" и "Носовых Нюхалок Никчемности". Изуку, забыв о смущении, погрузился в изучение схем. Его аналитический ум сразу уловил слабые места. - Здесь, в механизме расширения, – он ткнул пальцем в схему жвачки, – есть риск резонанса при одновременном активировании двух компонентов. Может вызвать неконтролируемый рост не только жевателя, но и... скажем, его ботинок. Нужен буферный элемент, вроде... вроде демпфера в костюмах поддержки! Близнецы переглянулись, пораженные. - Буферный элемент... Демпфер... – пробормотал Фред. - Джордж, ты понял? - Не совсем, но звучит умно! – признался Джордж. - Объясни поподробнее? Изуку с энтузиазмом начал рисовать на полях схемы, объясняя принципы амортизации и распределения энергии, которые он изучал для своих перчаток. Он говорил о материалах, о точках напряжения, о расчетах нагрузки. Близнецы слушали, зачарованные, их обычная беспечность сменилась сосредоточенностью. - Ты гений, Изуку! – заявил Фред, хлопнув его по спине. - Пусть ты не можешь колдовать, но твоя голова – чистое волшебство! - Мы звали тебя посмеяться над нашими провальными идеями, а ты их починил! – добавил Джордж с искренним восхищением. - Ты должен стать нашим неофициальным консультантом! "Мозгом" Оборотного Подарка! Изуку покраснел от комплиментов, но внутри горел. "Я могу быть полезен! Даже здесь! Мои знания они имеют ценность!" Вечером, когда Изуку сидел у камина, пытаясь разобраться в магических денежных системах по учебнику Гермионы (галлеоны, сикли, кнаты – это было сложнее, чем боевая тактика!), к нему подошел Перси Уизли. Очки, идеально прямой галстук, нагрудный знак старосты – весь его вид излучал ответственность. - Мидория, – начал он строго, но без привычной высокомерности. - Я хотел поговорить с тобой. Как старший Уизли, ну, в некотором роде. - Да, Перси-сан? – Изуку насторожился, готовый к выговору за что угодно. - Я видел, как ты помог Невиллу сегодня на Травологии. И слышал, что ты... консультировал Фреда и Джорджа. – Перси поморщился при упоминании близнецов. - Хочу сказать... это достойно. Не каждый стал бы тратить время на Невилла. И уж точно немногие способны хоть как-то направить энергию моих братьев в конструктивное русло. - Он немного помолчал. - Не обращай внимания на определённые мнения. Сквиб или нет, но то, что ты делаешь – помогаешь, учишься, пытаешься вписаться – это заслуживает уважения. Если тебе нужна помощь с организацией учебного времени или пониманием школьных правил – обращайся. Изуку был тронут. - С-спасибо, Перси-сан! Я очень ценю ваши слова и предложение помощи! Перси кивнул, поправил очки. Хм. Ладно. Не засиживайся допоздна. Завтра у вас Теория Магии, Флитвик требует внимания. - И он удалился, стараясь сохранить важный вид, но Изуку заметил легкую теплоту в его глазах. Перед сном Изуку достал спрятанный под матрасом листок – ответ от Хацуме. На этот раз почерк был еще небрежнее, буквы прыгали, как искры. «Изуку! Прогресс! Кристалл-шмисталл – фигня! Нашла след твоего энерго-отпечатка в квази-эфирном сдвиге! Он стабилен (ты жив – ура!), но привязан к МЕСТУ СИЛЫ (этот твой Хог-что-то?). Внимание! Магия там – это как помехи! Мои сканеры глючат! Ищу способ пробить "мантию" (так ихние умники называют защиту?). Не вздумай пробовать свою перчатку на полную! Может случиться БА-БАХ или привлечь внимание местных "героев" (или злодеев?). Крепись, ботаник! Работаю! Мэй.» Изуку прижал записку к груди. Хацуме искала выход! Она была все еще изобретала! Надежда теплилась ярче. Он посмотрел на свою перчатку "Аир Форс", аккуратно лежащую на тумбочке. «Магия как помехи... Привлечь внимание...» Он сжал кулак. Пока он будет осторожен. Пока он будет учиться, заводить друзей, как Гермиона, Гарри, Рон, Невилл, Фред, Джордж, и даже строгий Перси. Он будет впитывать знания об этом мире, как губка. И когда придет время... он будет готов. Готов вернуться. Готов стать героем. Здесь или там. Его размышления прервал тихий стук в дверь. На пороге стояла миссис Норрис, а за ней – Филч, смотревший на Изуку с привычной подозрительностью. - После отбоя, сквиб? – прошипел он. - Нечего шляться! - Я не шлялся, сэр! Я... я просто читал! – показал Изуку учебник. - Гм. Читай тише. И чтобы я тебя больше не ловил! – Филч буркнул и удалился, уводя мурлыкающую кошку. Изуку вздохнул. Не все здесь были дружелюбны. Но он уже не чувствовал себя таким одиноким. У него были друзья. Настоящие. И это придавало сил. Он погасил свечу и лег в кровать, слушая храп Рона и тихое бормотание во сне Невилла из соседней комнаты. За окном светила огромная луна, озаряя таинственные башни Хогвартса. Чужой мир... но уже не такой враждебный. Мир, где он, Изуку Мидория, Беспричудный сквиб, медленно, но верно находил свое место. И его геройское сердце билось ровно и твердо, готовое к новым испытаниям и новым дружеским рукопожатиям завтрашнего дня. Где-то в темноте промелькнула бледная ухмылка Драко Малфоя, наблюдавшего за гриффиндорской башней, но Изуку уже не боялся. У него была команда.

***

Идиллия первых дней начала меркнуть, как только Изуку глубже погрузился в рутину Хогвартса. Драко Малфой, словно змея, почуявшая легкую добычу, выбрал его своей главной мишенью. Сквиб в Хогвартсе? Для Драко это было хуже, чем маглорожденный. Это был вызов самой природе магического мира, живое напоминание о "недостойных". Насмешки были изощренными и публичными: На Заклинаниях у Флитвика, когда первокурсники пытались заставить перья парить, Изуку сидел за отдельным столом, конспектируя теорию левитации. Малфой громко шептал Краббе и Гойлу: «Смотрите, сквиб пытается взлететь мыслями. Может, ему кирпич на голову положить – глядишь, и поплывет?» Слизеринцы фыркали. В Библиотеке Мадам Пинс, когда Изуку выбился из сил, пытаясь разобраться в основах зельеварения по книге (практику ему запретили, конечно), Малфой "случайно" задел его стол, опрокинув чернильницу. Липкая черная лужа поглотила несколько дней кропотливых записей о свойствах корня мандрагоры. - Ой, извини, бездарь, – фальшиво улыбнулся Драко, даже не замедляя шага. Изуку сжал кулаки, чувствуя, как по щекам ползут предательские слезы гнева и беспомощности. Гермиона тут же бросилась помогать собирать испорченные листы, а Рон побагровел, готовый броситься на Малфоя, но Гарри удержал его за рукав. Даже в Большом Зале за завтраком Малфой не упускал случая. Когда Изуку, увлеченно обсуждавший с Гермионой принципы трансфигурации (чистая теория сложнейших изменений молекулярной структуры!), потянулся за кувшином сока, Драко незаметно шевельнул палочкой под столом. Кувшин подпрыгнул, и сладкая жидкость окатила рукав Изуку и его тетрадь. - Боже, сквиб, даже сок тебе не подчиняется? – язвительно заметил Малфой. - Наверное, он считает тебя не достойным. - Смех со стола Слизерина был особенно громким. Изуку терпел. Он стискивал зубы, глотал комок в горле и повторял про себя слова Всемогущего: «Смелей, юноша!». Он улыбался Гермионе, говорившей, что она сделает для него копию испорченных записей. Кивал Рону, клявшемуся "подстроить что-нибудь эпичное" Малфою. Благодарил Гарри за сдержанность. Но внутри клокотало. Он не хотел быть обузой. Не хотел, чтобы его друзья страдали из-за него. Мысли о Кацчане, его жестоких "уроках", казались теперь не такими уж страшными по сравнению с этой ядовитой, холодной ненавистью Малфоя. Перелом наступил в холодный, промозглый день, когда дождь хлестал по окнам замка. Изуку спешил на Уход за магическими существами к Хагриду. Это был его любимый предмет – здесь он чувствовал себя почти как дома. Животные не спрашивали, маг он или сквиб; они чувствовали его доброту и искренний интерес. Он бежал по мрачному коридору третьего этажа, как вдруг из ниши статуи одноногого колдуна выскользнули трое – Малфой, Крэбб и Гойл, перекрыв ему путь. - Ну куда это ты так спешишь, грязнокровка без магии? – Малфой медленно выдвинулся вперед, играя своей палочкой из черного дерева. Его глаза, холодные и насмешливые, скользнули по простой одежде Изуку и остановились на его правой руке. Там, поверх рукава, виднелась металлическая пластина и ремни его перчатки "Аир Форс". Изуку носил ее скрытно, под одеждой, но сегодня, спеша, небрежно закатал рукав. - Что это у тебя? – Драко изобразил преувеличенное любопытство. - Неужели магловская игрушка, чтобы компенсировать твою... ущербность? Изуку инстинктивно прикрыл руку. - Это просто устройство. Из моего мира. Оно не опасно. - Не опасно? – Малфой фальшиво рассмеялся. - В Хогвартсе? Где все дышит магией? Давай-ка посмотрим на эту железяку поближе, сквиб. Акцио перчатка! Изуку почувствовал, как невидимая сила рванула его руку вперед. Ремни перчатки болезненно впились в запястье. Он вцепился в рукав левой рукой изо всех сил, упираясь ногами в каменный пол. - "Нельзя! Хацуме предупреждала! В магической среде... может быть взрыв! Или привлечет внимание... плохое внимание!" - Крэбб! Гойл! Помогите господину Малфою развлечься! – рявкнул Драко. Два громилы шагнули вперед. Их огромные руки схватили Изуку за плечи, грубо прижав его к холодной стене. Боль пронзила тело. Крэбб вывернул ему руку, а Гойл начал рвать ткань рукава, обнажая перчатку. - Нет! Отстаньте! – закричал Изуку, отчаянно вырываясь. Страх за друзей, за Хогвартс, за себя смешался с яростью от беспомощности. "Почему? За что?! Я просто хочу учиться! Хочу жить!" Внутри него, в самой глубине, где горела Искра Один За Всех, что-то дрогнуло. Как будто спящий гигант потянулся. По его руке, зажатой в кулаке под перчаткой, пробежали крошечные золотистые искры, невидимые под тканью и металлом. Воздух вокруг внезапно сгустился, замер, как перед грозой. - Какое убожество, – фыркнул Малфой, хватая за ремешок перчатки. Он дернул. – Давай сюда, магловский хлам! ЩЕЛЧОК. Металлический зажим на запястье Изуку сработал под давлением. Не громкий выстрел сжатого воздуха, как в его мире, а резкий, искрящийся хлопок. Магическая энергия, пропитывающая стены Хогвартса, вступила в непредсказуемую реакцию с технологией поддержки. Словно маленькая молния ударила из перчатки прямо в руку Малфоя. - АЙ! – Драко вскрикнул от неожиданности и боли, отшвырнув перчатку, как раскаленный уголь. Его пальцы онемели. На ладони остался красный, жгучий след, похожий на ожог от статического разряда, но с легким запахом озона. Крэбб и Гойл отпрянули в замешательстве. Изуку, воспользовавшись моментом, вырвался. Он подхватил упавшую перчатку, прижимая ее к груди, как раненую птицу. Дыхание его сбивалось, в глазах стояли слезы ярости и стыда. Он посмотрел на Малфоя, который тряс обожженную руку, смотря на Изуку с новым, диким выражением – смесью боли, шока и... страха? - Ты... ты что сделал, ублюдок?! – прошипел Драко, его голос дрожал. - Это... это темная магия?! Как ты, сквиб...? - Я ничего не делал! – выкрикнул Изуку, его собственный голос звучал хрипло и громко. - Ты сам полез! Я предупреждал! Это не магия! Это... наука! Технология! И она не для тебя! - В его глазах горел зеленый огонь – огонь загнанного, но не сломленного зверька. Огонь героя. Золотистые искры под кожей погасли, но ощущение странной, пульсирующей силы в кулаке оставалось. Шум привлек внимание. Из-за угла показалась профессор Макгонагалл, ее лицо было суровым, как гранит. - Что здесь происходит?! – ее голос разрезал напряженный воздух, как нож. - Мистер Малфой? Мистер Мидория? Объяснитесь немедленно! Малфой, мгновенно сменив гримасу боли на привычное высокомерие, но с бледным лицом, показал обожженную ладонь. - Профессор! Этот сквиб! Он напал на меня! Использовал какое-то магловское оружие! Посмотрите! Макгонагалл строго взглянула на Изуку. Он стоял, все еще дрожа, с изорванным рукавом и прижатой к груди перчаткой. Его глаза говорили больше, чем слова: боль, несправедливость, но и вызов. - Профессор, – начал Изуку, стараясь говорить четко, хотя голос предательски дрожал, – Мистер Малфой, Крэбб и Гойл остановили меня. Они оскорбляли меня, называли "грязнокровкой" и "сквибом". Потом... потом Мистер Малфой попытался силой отнять мою личную вещь с помощью заклинания "Акцио". Когда я сопротивлялся, они меня схватили. Мистер Малфой дернул за устройство... и оно сработало как защитный механизм. Это не оружие. Это... часть костюма поддержки из моего мира. Я предупреждал, что трогать его опасно без понимания! - Он показал на изорванный рукав и следы синяков от пальцев Краббе и Гойла на своих плечах. Макгонагалл окинула взглядом Малфоя, который пытался спрятать обожженную руку за спину, перевела взгляд на смущенно переминающихся Крэбб и Гойла, потом снова на Изуку. Ее взгляд остановился на перчатке. Он был проницательным, оценивающим. - Магловское устройство, способное причинить вред в стенах Хогвартса... – произнесла она холодно. – Мистер Мидория, вы обязаны были сдать все подобные предметы на хранение директору или мне по прибытии. Это грубое нарушение правил безопасности. - Изуку опустил голову. - "Она права. Я был глуп." - Мистер Малфой, – продолжила Макгонагалл, обращаясь к бледному Драко, – использование заклинаний против другого ученика с целью завладения его личной собственностью, оскорбления на почве происхождения и статуса, а также физическое насилие с помощью сообщников – это целый букет нарушений, достойный месяца отработок со Снеггом. Пятьдесят очков со Слизерина. Каждому. И отработки по субботам – чистить магические котлы без перчаток. А теперь – все в мой кабинет! Немедленно! Лицо Малфоя исказилось от ярости и унижения. Он бросил на Изуку взгляд, полный такой лютой ненависти, что у того похолодело внутри. - Это не кончено, сквиб, – прошипел он так тихо, что услышал только Изуку, прежде чем повернуться и побрести за Макгонагалл, поглаживая обожженную ладонь. Изуку последовал за ними, чувствуя себя разбитым. Он спас перчатку, но вызвал гнев профессора и смертельную вражду Малфоя. И главное – он чуть не навредил школе! - "Я подвел Дамблдора... Я подвел всех..." Наказание было суровым, но справедливым. Изуку получил строгий выговор и обязанность сдать перчатку на хранение в кабинет Дамблдора до выяснения ее безопасности в магической среде. Макгонагалл также назначила ему дополнительные часы помощи профессору Стебль в теплицах. Малфой, Крэбб и Гойл получили свои отработки и потерю очков. Но атмосфера в замке стала напряженной. Слухи о "сквибе с темным магловским оружием" поползли по коридорам. Изуку сидел поздно вечером на холодных ступенях у входа в Замок, кутаясь в слишком большую мантию. Дождь кончился, оставив после себя сырость и холодный лунный свет. Он смотрел на свои пустые руки. Без перчатки... Без ОЗВ... Что он мог сделать? Он чувствовал себя таким... бесполезным. - Негоже тут сидеть, малой. Простудишься, – раздался знакомый бас. Хагрид, вернувшийся с ночного обхода, остановился рядом, его огромная тень накрыла Изуку. Он молча протянул термос с чем-то горячим и пахнущим пряностями. - Пей. Согреешься. Изуку с благодарностью принял термос, чувствуя, как тепло разливается по ладоням. - С-спасибо, мистер Хагрид. - Слышал, что случилось, – Хагрид тяжело вздохнул, присаживаясь рядом с оглушительным скрипом ступенек. - Малфой... гаденыш. Весь в отца. Ты не виноват, малой. Защищался. Любой на твоем месте сделал бы то же. Даже без... этой штуки твоей. - Он кивнул в сторону замка, где теперь хранилась перчатка. - Но я чуть не навредил... – прошептал Изуку. - Ага, искрой чиркнул Малфою по пальчикам, – Хагрид хмыкнул. - Он выживет. А вот если б он отнял у тебя твою вещь – вот это был бы вред. Настоящий. Душевный. - Он положил огромную руку на плечо Изуку. - Ты сильный, малой. Сильнее, чем думаешь. Не магией, нет. А тут. - Хагрид ткнул толстым пальцем ему в грудь, где сердце. - Геройское сердце – его видно без всяких заклинаний. Дамблдор знает. Я знаю. Друзья твои знают. И Малфой... он тоже почувствовал. Потому и злится. Боится. Изуку посмотрел на великана. Его простые слова, как теплая волна, смыли часть горечи и страха. Он вспомнил Гарри, Рона, Гермиону, Невилла, близнецов... Они не отвернулись. Они были рядом. А Хагрид... он был как настоящий герой из его мира – сильный, добрый, защищающий слабых. - С-спасибо, мистер Хагрид, – сказал Изуку, и голос его на этот раз был тверже. - Я постараюсь не забывать. Позже, в гостиной Гриффиндора, его ждал сюрприз. На его кровати лежала новая, теплая толстовка темно-зеленого цвета (чуть великоватая, но это неважно) и записка незнакомым почерком: «Для Сквиба с Геройским Сердцем. Чтобы рукава не рвали. От Пушка (и он говорит, что ты ему нравишься). – Р.Х.» Изуку прижал толстовку к лицу. Она пахла лесом, дымком и... чем-то добрым. Улыбка, первая за этот тяжелый день, тронула его губы. У него не было перчатки. У него не было причуды. Но у него были друзья. Искренние, верные. И это... это было сильнее любой магии Малфоя. Где-то в темноте кабинета директора, Альбус Дамблдор разглядывал лежащую перед ним на столе перчатку "Аир Форс". Крошечные искры, похожие на застывшие молнии, еще мерцали на ее металлических частях. В синих глазах старого волшебника отражался необычный артефакт и мелькало что-то похожее на... глубокое, заинтересованное понимание. - "Искра, ты говоришь, Рубеус? – прошептал он в тишине кабинета. – "Да... Искра. Совсем как у другого юноши, который тоже когда-то казался миру... не достойным." - Он аккуратно накрыл перчатку куском темного шелка. - "Интересно, как твоя искра поведет себя в нашем мире, мистер Мидория? Очень интересно..." Внизу, в подземельях Слизерина, Драко Малфой с ненавистью смотрел на красный след на своей ладони. Боль прошла, но унижение и страх – страх перед этим странным, немым взглядом сквиба в момент "атаки" – остались. - Это не кончено, Мидория, – прошипел он, сжимая кулак так, что ногти впились в кожу. – Я сделаю так, что ты пожалеешь о том дне, когда сюда попал. Сквибам не место в Хогвартсе. Особенно таким... как ты. - Тень от его фигуры на каменной стене казалась особенно длинной и зловещей. Игра только начиналась.

***

Лаборатория Отдела Поддержки, UA, день первый

Дым рассеялся, открыв вид на почерневший пол, исковерканные металлические обломки и... пустоту там, где секунду назад стоял Изуку Мидория. Хацуме Мэй застыла, сжимая в руке пульт от «Прыгунка-3000». Ее защитные очки были сдвинуты на лоб, лицо покрыто сажей, в глазах – не вера в успех, а леденящий ужас. - Деку? – ее голос, обычно такой громкий и уверенный, прозвучал хриплым шепотом. Она шагнула вперед, споткнулась о кусок раскуроченного конденсатора. - ИЗУКУ?! ОТВЕЧАЙ, СЛЫШИШЬ?! Тишина. Лишь потрескивание остывающего металла и противное шипение поврежденной проводки. Мэй подбежала к эпицентру взрыва. Никакого портала. Никакого Изуку. Только вонючий дым и выжженный на полу круг. Она упала на колени, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. - Нет-нет-нет-нет! Не может быть! Расчеты были... почти верны! - ХАЦУМЕ! – дверь лаборатории с грохотом распахнулась. Ворвался Тенери, бледный как полотно, в сопровождении Пуджи и нескольких других студентов поддержки. Они видели дым из окна коридора. - Что случилось ? .. Где Мидория?! Мэй подняла голову. В ее глазах только дикая решимость и паника. - Он... провалился. Прыгунок бахнул не туда. Не в конец цеха... Куда-то вне. Я потеряла его энерго-отпечаток! - Она вскочила, смахнув сажу со лба. - Всем слушать! Срочный карантин лаборатории 3-G! Никто не входит! Тенери, подключай все сканеры дальнего радиуса! Ищем любые аномалии пространства-времени, квази-эфирные разрывы, всё, что похоже на след портала! Пуджи, беги к Роботу! Нужен доступ к спутниковым сенсорам UA и городской сети наблюдения за Ному! Сейчас же! Лаборатория превратилась в центр кризисного управления. Хацуме носилась между компьютерами, подключая «Прыгунок» к диагностическим системам, ее пальцы летали по клавиатуре. На огромных экранах замелькали графики, карты с тепловыми следами, схемы нестабильности. Студенты поддержки, привыкшие к ее безумным идеям, но не к такому уровню ЧП, работали молча, сжав зубы. Пропал Мидория. Тот самый, который всегда первым вызывался испытать их самые опасные прототипы. Который верил в них, даже когда они взрывались ему в лицо.

Класс 1-A, Спустя 3 часа

Айзава Шота вошел в класс, его обычная сонливость сменилась тяжелой, гнетущей серьезностью. За ним шел Незу, маленький директор, чья улыбка отсутствовала. Класс затих мгновенно. Атмосфера и без того была напряженной – все знали, что Хацуме что-то натворила в лаборатории, и Изуку пропустил уже два урока. - Класс, – начал Айзава, его голос был низким и жестким, – произошло... происшествие. Во время испытания нового оборудования в Отделе Поддержки, Изуку Мидория исчез. Тишина повисла гробовая. Потом взорвалась. - ИСЧЕЗ?! – взревел Бакуго, вскакивая так, что стул полетел назад. - Что за идиотская шутка, Сотриголова?! Где Деку?! - Мидория-кун... – Урарака схватилась за грудь, ее лицо побелело. Рядом Тсую Асуи прикусила губу. - Исчез? Как это возможно? – Иида Теня вскочил, его руки отрубали воздух. - Были ли соблюдены все протоколы безопасности?! - Хацуме... – прошептала Джиро Кьека, сжимая руки. Тодороки Шото молча смотрел в окно, его гетерохромичные глаза были темны. Незу поднял лапку. - Пожалуйста, успокойтесь. Мы делаем все возможное. Хацуме-сан и Отдел Поддержки работают над локализацией аномалии. Пока мы можем сказать, что это был непреднамеренный инцидент, связанный с экспериментальным устройством пространственного смещения. Мидория-кун не погиб – его жизненные показатели, зафиксированные его костюмом, стабильны, но... находятся вне зоны досягаемости наших сенсоров. Где-то очень далеко.» - Очень далеко... – прошептал Киршима Эйджиро, сжимая кулаки. - Как далеко? На другой планете? - Пока неизвестно, – честно ответил Незу. – Мы ищем. Просим вас сохранять спокойствие и сосредоточиться на занятиях. Любая информация будет немедленно сообщена. Айзава-сенсей продолжит урок. Но сосредоточиться было невозможно. Бакуго бушевал, требуя пустить его в лабораторию Хацуме. Урарака тихо всхлипывала. Иида сидел неестественно прямо, пытаясь взять себя в руки. Момо Яойорозу пыталась организовать дежурства для поддержки Хацуме информацией. Даже Мина Ашидо не могла поднять настроение. Тодороки встал и молча вышел из класса – Айзава не остановил его.

Коридор, через 15 минут

Тодороки нашел Хацуме в коридоре возле ее лаборатории. Она стояла, прислонившись лбом к холодной стене, ее плечи тряслись. В руке она сжимала обугленный кусок провода – часть «Прыгунка». - Хацуме, – тихо сказал Шото. – Что случилось на самом деле? Мэй вздрогнула, резко обернулась. Ее глаза были красными. - Я... я хотела сделать прорыв, Тодороки! Мгновенная мобильность для героев! Он поверил мне! Он всегда верит! И я его потеряла! - Голос ее сорвался. - Все сканеры молчат! Спутники – ноль! Робот дает только помехи! Как будто его... стерли из реальности! - Но ты говоришь, его жизненные показатели есть, – спокойно заметил Шото. – Значит, он жив. Где-то. Значит, есть связь. Ищи слабый сигнал. Не аномалию... его самого. Хацуме посмотрела на него, потом на обугленный провод в руке. - Его самого... – она прошептала. Вдруг ее глаза расширились. - Костюм! Его костюм! Перчатка "Аир Форс"! Она имеет встроенный маячок обратной связи для калибровки! Примитивный, аналоговый! Но если он активирован... Она рванулась обратно в лабораторию, сметая Тодороки с пути. - ТЕНЕРИ! ПЕРЕПРОГРАММИРУЙ СКАНИРУЮЩИЙ ЛУЧ НА ЧАСТОТУ БЕТА-КОНТРОЛЛЕРА ПЕРЧАТОК ДЕКУ! ИЩИ НЕ ПОРТАЛ, ИЩИ ЕГО ЖЕЛЕЗКУ!

Лаборатория, час спустя

Команда Хацуме работала на износ. Айзава разрешил нескольким студентам 1-A (Урараке, Ииде, по личной просьбе Тодороки) помогать в сортировке данных. Бакуго вломился силой, но вместо криков уселся в угол и стал лихорадочно рыться в схемах поврежденного «Прыгунка», бормоча проклятия под нос. Его знание взрывов и дестабилизации энергии могло быть полезным. - Есть слабый отклик! – вдруг закричал Тенери, тыча пальцем в экран. - Сверхнизкая частота! Но... это не похоже на координаты Земли! И сигнал... он странный. Как будто окутан помехами. Очень мощными, органическими помехами! Все сгрудились у экрана. На карте мира пустота. Но спектрограф показывал слабый, но устойчивый пульсирующий сигнал. Хацуме подлетела, ее глаза горели. - Органические помехи... – пробормотала она. – Как будто магия какая-то... - Она тряхнула головой. - Неважно! Фиксируй вектор! Усиль сигнал всеми антеннами! Пуджи, давай сюда усилитель резонанса! Мы должны... Внезапно центральный экран погас. Потом вспыхнул ослепительно-белым светом. Из динамиков раздалось громкое шипение, переходящее в нарастающий гул. Изображение на экране дрогнуло... и проявилось.

***

Гриффиндорская гостиная, Хогвартс (Параллельно событиям в лаборатории)

Изуку сидел у камина, только что вернувшись после стычки с Малфоем и разговора с Хагридом. Он был в новой толстовке, подаренной Хагридом, и смотрел на огонь, все еще чувствуя горечь и усталость. Он взял в руки старый учебник по зельеварению, пытаясь отвлечься... Внезапно воздух перед ним завибрировал. Над книгой, в нескольких сантиметрах от его носа, возникло маленькое, мерцающее голубоватое окно. Как экран плохой видеосвязи. На нем мелькали искаженные лица, знакомые до боли! - ДЕКУ?! – раздался искаженный, но узнаваемый визгливый голос Хацуме из динамиков лаборатории в UA. - МИДОРИЯ-КУН! – вскрикнула Урарака, ее лицо, полное слез и надежды, заполнило экран на секунду. - ГДЕ ТЫ, Деку?! – рявкнул голос Бакуго, его искаженное яростью лицо мелькнуло и исчезло. Изуку вскрикнул от неожиданности, отпрянув назад, роняя книгу. - Х-Хацуме-чан?! Урарака?! Кац-чан?!» – его голос, полный изумления и невероятной радости, прозвучал четко в лаборатории UA. - Он жив! Он отвечает! - закричал Иида. - Сигнал стабилен! Но очень слаб! – орал Тенери. - ИЗУКУ! ГДЕ ТЫ?! Что за бардак за тобой?! – кричала Хатсуме, пытаясь стабилизировать картинку. На экране позади Изуку мелькали каменные стены, огромный камин, гобелены с львами – явно не UA. - Я... я в школе! Хогвартс! Школа чародейства и волшебства! Я попал в другой мир! С магией! – Изуку говорил быстро, захлебываясь, тыча пальцем за спину. - Здесь есть герои... но они волшебники! И я... я сквиб! Без магии! Но у меня есть друзья! Гарри, Гермиона, Рон... - Школа... магии?! Другой мир?! – голос Момо звучал ошеломленно. - Сквиб?! – переспросил Киршима. - ГАРРИ ПОТТЕР?! – вдруг вскрикнула Мина, вскочив. - ЭТО ЖЕ КНИГИ ТАКИЕ! - Долговязый! Фокусируйся! – рявкнул Бакуго, отталкивая всех. Его лицо заняло весь экран. - Как ты, придурок?! Ранен?! - Я... я в порядке, Кац-чан! – Изуку быстро утер лицо. – Были проблемы... но справился! Хагрид помог! - Он вдруг вспомнил. - Хацуме-чан! Ты права! Магия здесь – это как помехи! Моя перчатка... она сработала странно! Малфой... один злой студент... он обжегся! - Перчатка?! Она сработала?! – голос Хацуме стал резким. – Изуку, слушай! Магия там – активная среда! Любая технология может вести себя непредсказуемо! Не вздумай... Но связь начала рваться. Изображение Изуку дрожало и рассыпалось на пиксели. Его голос стал прерывистым: «...стараюсь... учиться... Хагрид подарил... толстовку... Пушок... нравится... вернусь... обещаю...» - ДЕКУ! ДЕРЖИСЬ! МЫ ИЩЕМ СПОСОБ! – орала Хацуме, бешено крутя ручки на панели. - НЕ ТРОГАЙ КРАСНЫЕ КНОП... ЩЕЛЧОК. ШИПЕНИЕ . Экран погас. Сигнал пропал. В лаборатории воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием и шипением приборов. Хацуме уронила голову на панель управления. Потом резко выпрямилась. Ее глаза горели как угли. - Он жив. Он в каком-то... Хогвартсе. Школе магии. Он "сквиб" – без магии. У него там враг – Малфой. И друг – Хагрид. И какой-то... Пушок. - Она обернулась к потрясенным одноклассникам Изуку и своим помощникам. - Записали ВСЕ? Каждое слово? - Да! – хором ответили несколько голосов. - Отлично, – Мэй стерла сажу со щеки, оставив темную полосу. Теперь она выглядела как воин, вернувшийся с разведки. - Тенери, Пуджи – все данные в работу! Ищем все, что связано с "Хогвартс", "магия", "Малфой", "Хагрид"! Литература, мифы, городские легенды, аномальные зоны – всё! Бакуго, твои мозги еще кипят? Поможешь разобрать «Прыгунок» до винтика! Нам нужно понять, как он пробил дыру между мирами! Урарака, Иида – организуйте дежурство здесь. Если сигнал появится снова, мы должны быть готовы! Она посмотрела на погасший экран, где только что было лицо ее пропавшего тестера, ее друга. - Он обещал вернуться. А я обещаю его вытащить. Сколько бы времени это ни заняло. Изуку Мидория... ты только держись там.

Крыша UA High, Ночь

На крыше, невидимый в темноте, стоял Тошинори Яги, он же Всемогущий. Его худая фигура была обернута в темный плащ. Он смотрел на звезды, но видел не их, а искаженное лицо своего преемника на экране в отчете Незу. - "Другой мир... Магия..." - Он сжал кулак. Искра Один За Всех внутри него, слабая, но все еще живая, отозвалась тупой болью. Она чувствовала другую Искру – ту, что горела в Изуку, за бездной пространства. Она была жива. Сильна. Полна той же непоколебимой воли. - Держись, юноша, – прошептал Всемогущий, и его голос был полон нечеловеческой решимости. – Ты не один. Никогда. Мы найдем тебя. И твое испытание... оно сделает тебя сильнее. Сильнее, чем ты можешь себе представить. - Он знал, что не может действовать открыто. Его время прошло. Но его связи, его знание тайн этого мира... и таинственной силы ОЗВ, способной на большее, чем просто физическая мощь... это могло быть ключом. Он исчез в ночи, как призрак, оставив после себя лишь легкое дуновение ветра и чувство, что за пропавшим героем наблюдает незримая, но могущественная защита. В Хогвартсе Изуку сжимал подаренную Хагридом толстовку, глядя на потухшее место, где была голограмма. На его лице сияла улыбка, а в сердце горела новая, яркая надежда. Они знали! Они искали! Он был не забыт! И он вернется. А пока... пока у него здесь была своя битва. С Мраком. С Малфоем. С самим собой. И он выиграет. Ради них. Ради себя. Ради звания Героя.

***

Прошел месяц. Месяц напряженного ожидания, тихих разговоров с Дамблдором (старый волшебник все глубже погружался в изучение перчатки и редких томов о межмировых барьерах), изматывающей помощи в теплицах Стебль и... постоянной, ядовитой тени Малфоя. Драко не нападал открыто после инцидента с перчаткой и наказания, но его холодные насмешки, шепот за спиной, подстроенные мелкие пакости (исчезнувшие конспекты, испорченные чернила, "случайные" подножки на движущихся лестницах) изматывали Изуку не меньше открытой агрессии. Он научился держать удар, улыбаться в ответ друзьям, но тоска по дому и Юэй грызла его изнутри. Сигнал от Хацуме приходил редко и обрывочно, передаваясь через случайные "пробоины" в магической мантии Хогвартса. Листки с сообщениями материализовались в самых неожиданных местах: в тарелке с кашей, внутри книги по истории магии, даже прилипшими к лапе миссис Норрис (что едва не стоило Изуку новых отработок). Сообщения были полны технического жаргона, ругательств и обрывочных обнадеживающих фраз: «Нашла точку сингулярности! Твой 'Хогсмид' – ключ! Там слабая мантия!» «Собрала 'Бурильщик-7' на остатках Прыгунка! Держись, ботаник!» «Бакуго рвет и мечет. Сломал три тренажера. Скучает по своей 'мишени для взрывов'. Лги, если хочешь жить.» «Урарака плачет. Но верит. Мы все верим. Возвращайся, Деку.» И вот, в холодную, звездную ночь, когда большинство учеников спали, а замок утопал в тишине, Изуку проснулся от жгучего ощущения на запястье. Там, под рукавом пижамы, где раньше была перчатка, а теперь лишь бледный след от ремней, пульсировал странный жар. В голове, как эхо, прозвучал голос Хацуме, но не через бумагу, а прямо: «ИЗУКУ! СИГНАЛ! СЕЙЧАС! ХОГСМИД! ЗАБРОШЕННАЯ ХИЖИНА НА ОКРАИНЕ! БЕГИ, ЕСЛИ МОЖЕШЬ! ПОРТАЛ ОТКРОЕТСЯ НА 5 МИНУТ! МАКСИМУМ! БУРИЛЬЩИК-7 НА ПРЕДЕЛЕ!» Сердце Изуку бешено заколотилось. - "Сейчас! В Хогсмиде!" - Он вскочил с кровати, на ходу натягивая поверх пижамы штаны и теплую толстовку Хагрида. Он должен бежать! Сейчас! Пробраться ночью из замка было смертельно опасным предприятием. Филч и миссис Норрис рыскали по коридорам, Пьюки мог с радостью выдать его, а привидения... Но Изуку двигался с тихой скоростью загнанного зверя, используя все, чему научился за месяц наблюдений: тени говорящих портретов, мертвые зоны лестниц, краткие моменты, когда Филч отвлекался. Его аналитический ум работал на пределе, прокладывая путь сквозь лабиринт спящего замка. Жар на запястье горел, как компас, указывая направление. Выскользнуть через потайной ход за статуей Одноглазой Ведьмы (его расположение он выведал у Добросердечного Брата, призрака Гриффиндора, тронутого его историей) было адреналиновым прыжком в неизвестность. Холод ноябрьской ночи обжег лицо. Он бежал по пустынной дороге в Хогсмид, под светом огромной луны, задыхаясь, ноги подкашивались, но он гнал себя вперед. Дом! Друзья! Юэй! Заброшенная хижина на краю деревни, та самая, где когда-то прятался оборотень Ремус Люпин, стояла, как мрачный силуэт. И тут Изуку почувствовал не только жар, но и вибрацию воздуха. Перед хижиной, в воздухе, зияла трещина. Не стабильный портал, а рваная, пульсирующая рана в реальности. Сквозь нее лился не свет лаборатории UA, а хаос мерцающих энергий и искаженных теней. Рядом с трещиной, едва различимый, стоял маленький, корявый механизм, похожий на нацеленную артиллерийскую установку – «Бурильщик-7». Он гудел и трещал, из его жерла бил концентрированный луч энергии, удерживая трещину открытой. - ХАЦУМЕ! – закричал Изуку, подбегая. - Я ЗДЕСЬ! Из трещины донесся искаженный, но ликующий вопль: «ДЕКУ! ВПЕРЕД! БЫСТРО! УСТРОЙСТВО НЕ ВЫДЕРЖИТ! ПРЫГАЙ В ИСКРЫ!» Изуку сделал глубокий вдох, приготовился к рывку. Он уже видел, как за мерцающей пеленой маячат знакомые очертания лаборатории, силуэты Урараки, Ииды... Кац-чана, толкавшего всех локтями, чтобы быть ближе... - Ну-ну, сквиб, куда это ты собрался? Ледяной голос срезал его порыв. Из тени хижины вышел Драко Малфой. Он был бледен, его глаза горели лихорадочным блеском. В руке он сжимал свою палочку, направленную прямо на Изуку. Рядом, как мрачные глыбы, замерли Крэбб и Гойл. - Малфой! – Изуку замер. – Отойди! Мне нужно... - Нужно? – Драко язвительно рассмеялся. – Тебе ничего не нужно, кроме как исчезнуть навсегда! Но я не могу позволить тебе просто уйти. Не после того унижения! Не после этого! Он показал все еще заметный шрам на ладони. - Ты заплатишь за все, сквиб. Круцио! Боли не последовало. Заклинание, вылетевшее из палочки Малфоя, ударило в пульсирующую трещину портала и... отрикошетило. Хаотическая энергия портала поглотила темную магию, но ударная волна сбила «Бурильщик-7» с ног. Механизм завизжал, луч энергии затрепетал и стал терять фокусировку. Трещина начала сжиматься! - НЕТ! – закричал Изуку и Хацуме одновременно, ее голос исказился от ужаса. - ИДИОТ! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?! – донеслось из портала. - Малфой, ты все разрушил! – зарычал Изуку, впервые обращаясь к Драко с настоящей, неконтролируемой яростью. Его кулаки сжались. Жар на запястье вспыхнул ослепительно. По руке побежали золотые трещинки света – видимые теперь даже сквозь ткань. Малфой отшатнулся, увидев это свечение. - Что... что это?! Темная магия?! Я знал! Я знал, что ты... Но Изуку его не слушал. Он видел, как трещина портала быстро закрывается. Видел отчаянные лица друзей по ту сторону. Дом! Он так близко! Инстинкт кричал: БЕГИ! ПРЫГАЙ СЕЙЧАС! Еще можно успеть! Он сделал шаг вперед... и увидел Малфоя. Драко стоял в нескольких шагах от эпицентра коллапсирующего портала, не понимая, что энергетический вихрь, создаваемый закрывающейся дырой, начинает затягивать все вокруг. Оборванный луч «Бурильщика» зацепил край его мантии. Малфой вскрикнул, потерял равновесие и начал падать вовнутрь бушующей энергетической воронки. Его лицо исказил первобытный ужас. Крэбб и Гойл окаменели в панике. "Спастись самому... или спасти его?" Мысли пронеслись со скоростью молнии. Бакуго, бьющего его в детстве. Малфоя, опрокидывающего чернила. Всемогущего, говорящего: «Герой – это тот, кто преодолевает себя» . Гермиону: «Это ужасно несправедливо!» Хагрида: «Геройское сердце – его видно». Времени на раздумья не было. Изуку Мидория выбрал. - НЕЕЕЕЕТ! – его крик слился с воплем Хацуме из портала. Он не побежал к спасению. Он рванулся вперед, к падающему Малфою. Золотые искры под кожей вспыхнули ярче, Один За Всех, долго дремавшая в чужом мире, отозвалась на его отчаянный порыв, на его выбор. Не удар, а рывок. Не разрушение, а спасение. Он вцепился в руку Драко, который уже наполовину исчез в мерцающем хаосе. Изуку почувствовал невероятный рывок – не его собственный, а силу ОЗВ, мобилизованную не для атаки, а для спасения. Он отшвырнул Малфоя назад, в безопасную зону, прямо на ошеломленных Крэбба и Гойла. Импульс броска отбросил его самого к самому краю коллапсирующей воронки. - ИЗУКУ! – закричали голоса из портала, уже почти неразличимые. - ДЕКУ! РУКУ! – это был Бакуго, его рука протягивалась сквозь сужающуюся щель. Изуку потянулся. Их пальцы почти коснулись сквозь бурлящую энергию... КРАХ! «Бурильщик-7» взорвался окончательно, не выдержав перегрузки. Трещина в реальности схлопнулась, как раненая звезда, с громовым хлопком и ослепительной вспышкой света. Ударная волна отбросила Изуку, Малфоя, Крэбба и Гойла прочь от хижины. Они грузно упали на мерзлую землю. Тишина. Только тяжелое дыхание и вой ветра. Портал исчез. На его месте осталась лишь обугленная воронка на земле и дымящиеся обломки «Бурильщика». Хогсмид спал, не ведая о битве, развернувшейся на его окраине. Изуку поднял голову. Его руки были в ссадинах, губа разбита, а в груди горела пустота. Он почти коснулся руки Кац-чана... Почти был дома. Слезы, горькие и неконтролируемые, потекли по его лицу. Он проиграл. Он остался. Рядом застонал Малфой. Драко поднялся на локти, глядя на Изуку с немым шоком. На него не было и следа высокомерия, только дикий, животный страх и... непонимание. - Ты... ты... – он задыхался. – Почему?! Ты мог... уйти! Почему ты... спас меня?! Изуку медленно поднялся. Он вытер лицо рукавом толстовки Хагрида. В его зеленых глазах горела не злоба, а бесконечная усталость и... что-то незыблемое. - Потому что... – его голос был тихим, но четким, – потому что герой спасает всех. Даже тех, кто этого не заслуживает. Даже тебя, Малфой. - Он повернулся и пошел прочь, обратно к замку, оставив Драко сидеть на земле в грязи, с лицом человека, только что столкнувшегося с чем-то совершенно непостижимым.

Лаборатория Отдела Поддержки, UA High

Тишина была оглушительной. Экран погас. «Бурильщик-7» лежал грудами дымящегося металла. Хацуме стояла на коленях перед обломками, ее руки в порезах и ожогах. Урарака рыдала, уткнувшись лицом в плечо Ииды. Бакуго бил кулаком по стене, сбивая штукатурку, его лицо было искажено немой яростью. Тодороки молча смотрел на место, где секунду назад была рука его одноклассника. - Он... он спас того... Малфоя... – прошептала Момо, ее голос дрожал. - Он выбрал спасти врага... вместо того чтобы прыгнуть... - Идиот! – выкрикнул Бакуго, но в его голосе не было прежней злобы. Было что-то другое. Шок? Уважение? - Полный идиот! Хацуме подняла голову. Ее глаза были сухими и страшно сосредоточенными. Она подошла к обугленному куску металла – последнему фрагменту «Бурильщика». На нем, оплавленная, но все еще различимая, была маленькая лампочка. Она мигнула один раз... слабым, но зеленым светом. Сигнал "жизнеобеспечение стабильно". Хацуме сорвала очки и впилась взглядом в этот зеленый огонек. Потом подняла его, как священную реликвию. - Он жив, – сказала она, и ее голос звучал как натянутая струна, но твердо. – Он там. Он только что использовал силу. Ту самую. На глазах у Малфоя. - Она повернулась к потрясенным одноклассникам Изуку. - Он не сдался. Он сражался. Как герой. И мы... мы не сдадимся. Мы знаем, что он жив. Мы знаем где. И теперь... – она сжала обугленный фрагмент с зеленой лампочкой, – мы знаем, что магия этого мира реагирует на его силу. На Искру Всемогущего. - Ее губы растянулись в оскале, не похожем на улыбку. - Мы не бурим портал. Мы найдем способ усилить его сигнал! Достаточно, чтобы Один За Всех стала ключом! Деку... держись. Мы идем за тобой. И на этот раз... мы возьмем тебя домой.

Хогвартс, Кабинет Директора

Изуку стоял перед Дамблдором, все еще перемазанный грязью, с разбитой губой и пустотой в глазах. Он рассказал все. О портале. О попытке Малфоя остановить его. О своем выборе. О силе, которая проснулась, чтобы спасти врага. Дамблдор слушал молча. Его взгляд скользнул на руку Изуку, где под рукавом виднелись слабые золотые прожилки – следы проявления ОЗВ. Потом он посмотрел на Изуку. В его синих глазах не было осуждения. Была глубокая печаль... и безмерная гордость. - Ты сделал выбор, достойный истинного гриффиндорца, мистер Мидория, – тихо сказал Дамблдор. – Выбор, который дорого вам стоил. Но который изменил гораздо больше, чем вы можете себе представить. - Он подошел к окну. - Мистер Малфой доставлен в лазарет. В шоке, но невредим. Он... неохотно... подтвердил вашу версию событий. Особенно ту часть, где вы спасли ему жизнь ценой своего возвращения. - Дамблдор обернулся. - Вы не только сохранили жизнь молодому человеку, Изуку. Вы, возможно, посеяли семя сомнения в его душе. Семя, которое однажды может прорасти во что-то иное, чем ненависть. - Он вздохнул. - Что касается вашей... Искры. То, что вы описали... это не магия в нашем понимании. Это нечто древнее. Сильнее. Связанное с самой сутью вашего мира. И она ответила на зов вашего героического сердца здесь. Изуку смотрел на свои руки. Он чувствовал слабую пульсацию ОЗВ, успокоившуюся, но не исчезнувшую. - Я... я не смог вернуться, профессор. - Нет, – мягко поправил Дамблдор. – Вы отложили возвращение, чтобы спасти жизнь. Это не поражение, Изуку. Это величайшая победа духа. - Он подошел к столу и накрыл рукой лежащую там перчатку "Аир Форс". - И теперь... теперь я понимаю, почему это устройство вело себя так странно. Оно не просто реагировало на магию. Оно резонировало с вами. С вашей внутренней силой. - Дамблдор улыбнулся, и в его глазах мелькнул знакомый огонек любопытства. - Мистер Мидория. Полагаю, пришло время пересмотреть ваш статус "сквиба". И, возможно... начать совершенно новые уроки. Уроки о том, как ваша "Искра" может взаимодействовать с нашим миром. Ведь ваши друзья не оставили попыток. И мы... мы поможем вам встретиться снова. Обещаю. Изуку посмотрел на директора, потом на свою руку, где теплилась золотая Искра. Путь домой был закрыт. Но ненадолго. Он чувствовал это. Его битва в Хогвартсе не закончилась. Она только входила в новую фазу. И на этот раз... у него была не только воля. У него была Сила. Сила Героя. Сила Один За Всех. И союзники по обе стороны портала. Он кивнул Дамблдору, и в его глазах снова загорелся знакомый огонь решимости. - Я готов, профессор. Учите меня.

***

Зима сменилась весной. В Хогвартсе расцвели магические сады, но Изуку Мидория видел лишь схемы в тетрадях и мерцающий золотой свет под своей кожей. Уроки с Дамблдором были... невероятными. Старый волшебник не учил его заклинаниям. Он учил чувствовать. Чувствовать поток жизни вокруг, ритм камней замка, шепот ветра в ивах у Черного Озера. И главное – чувствовать Искру внутри себя. «Один За Всех – не просто сила, Изуку, – говорил Дамблдор, его голос звучал как шелест древних страниц. – Это воля. Воля к спасению, к защите. И воля... способна резонировать с фундаментальными силами мироздания. Даже с магией.» Они медитировали в Запретном Лесу, где магия была дикой и сильной. Изуку учился направлять крошечные ручейки ОЗВ не в мышцы, а вовне, ощущая отклик деревьев, воды, земли. Иногда золотые прожилки на его руках вспыхивали ярче, и вокруг расцветали несезонные цветы или затихал ветер. Дамблдор называл это «Гармонией Воли».

Тем временем в Юэй...

Хацуме Мэй не спала сутками. Обломок «Бурильщика-7» с зеленой лампочкой стал ее талисманом. Она знала – Изуку использовал ОЗВ! Значит, его сила работала в магическом мире. Значит, она может стать ключом! Вместо того чтобы бурить новый портал (слишком энергозатратно и опасно), она сосредоточилась на усилении сигнала Изуку. На создании "приманки" для Один За Всех. - Проект «Серенада!» – объявила она измученной, но преданной команде поддержки и 1-А. – Мы построим передатчик, который усилит эмоциональный резонанс! Он будет посылать не данные... а чувства. Нашу тоску, нашу веру, наше ожидание! Если его Искра способна чувствовать магию, то она почувствует и это! И ответит! Это была безумная идея. Но кто в Юэй не был безумцем? Урарака принесла старый плюшевого зайца, которого Изуку когда-то подобрал для нее. Иида пожертвовал часы своего деда – символ надежды. Тодороки принес ледяной кристалл, созданный его левой рукой – чистый, как их вера. Бакуго... Бакуго молча швырнул на стол обгоревшую перчатку своего детского костюма. «Чтобы придурок знал – его место тут, а не в какой-то волшебной песочнице!» Хацуме встроила эти «якоря» в сложнейший агрегат, напоминающий гигантский кристаллический цветок. «Серенада» зажглась мягким, пульсирующим светом. Она не гудела, а... пела. Тихой мелодией тоски и надежды.

Хогвартс, Конец Учебного Года.

Изуку стоял на Кубке Огня, где проходил Турнир Трех Волшебников. Он был гостем Дамблдора. Волдеморт был побежден (Гарри вернулся с триумфом, но с новым шрамом – историю меняло лишь присутствие Изуку, его поддержка и анализ тактики). Но мысли Изуку были далеко. Сегодня была ночь, когда Хацуме должна была запустить «Серенаду» на полную мощность. Последнее письмо гласило: «Готовься, ботаник. Оркестр настраивается. Дирижируй своей Искрой.» Он закрыл глаза, отойдя от шумной толпы. Он чувствовал радость друзей, усталость Гарри, злобное любопытство Малфоя (который с тех пор в Хогсмиде избегал Изуку, но уже не смеялся). И он чувствовал... далекий зов. Как эхо знакомых голосов. Урараки. Ииды. Тодороки... Даже Кац-чана. «Серенада» начинала играть. «Сосредоточься, Изуку, – прошептал в его памяти Дамблдор. – Твоя воля – мост. Твоя Искра – ключ. Открой дверь.» Он погрузился вглубь себя. В то море золотой энергии, что было Один За Всех. Не для удара. Для связи. Он представил лица друзей. Лабораторию поддержки. Шум Юэй. Запах тренировочного зала. Он наполнил Искру не силой, а тоской по дому и верой в возвращение. Золотые прожилки на его руках вспыхнули так ярко, что стали видны сквозь одежду. Воздух вокруг него завибрировал. На земле у его ног закрутились опавшие лепестки с магических роз.

UA, Лаборатория Поддержки.

«Серенада» пела на пределе. Кристаллический «цветок» светился ослепительно. На экранах скакали бешеные графики резонанса. - Есть контакт! – закричал Тенери. – Его Искра... она отвечает! Энергия ОЗВ вступает в резонанс с «Серенадой»! - УСИЛИВАЙ! – скомандовала Хатсуме, ее руки летали по панели. - ВСЕМ – ДУМАТЬ О НЕМ! КРИЧАТЬ ВСЛУХ! - ВЕРНИСЬ, ДЕКУ! – закричала Урарака. - МЫ ЖДЕМ, МИДОРИЯ-КУН! – отрубил Иида. - НЕ СМЕЙ СДАВАТЬСЯ! – проревел Бакуго. ПОРА ДОМОЙ, Изуку! – крикнул Тодороки.

Хогвартс.

Изуку услышал их! Ясно! Как будто они стояли рядом! Его Искра ответила мощным золотым всплеском. Воздух перед ним раскололся. Не рваной раной, как в Хогсмиде, а ровным, стабильным овалом. Сквозь него была видна знакомая лаборатория, искаженные слезами радости лица друзей! - ПОРТАЛ! – закричал кто-то из толпы. – СМОТРИТЕ! Гарри, Гермиона и Рон бросились вперед. - ИЗУКУ! ДАВАЙ! Но Изуку не двигался. Он смотрел на портал, потом обернулся. Его взгляд встретился с широко раскрытыми глазами Драко Малфоя. В них не было ненависти. Был шок. Страх. И... что-то новое. Уважение? Раскаяние? «Герой спасает всех...» Изуку улыбнулся. Широко и искренне. Он поднял руку – руку, мерцающую золотом Искры – и помахал не только друзьям по эту сторону, но и Малфою. Потом развернулся и шагнул в сияющий портал.

Лаборатория Поддержки, UA High.

Он вывалился из портала прямо в объятия Урараки и Ииды. За ними стояли Хацуме, залитая слезами и маслом, Бакуго, который первым дел ткнул его кулаком в плечо («ИДИОТ! ЗАДЕРЖАЛСЯ!»), но не отпускал, Тодороки с редкой улыбкой, Киршима, ревущий как белуга, и весь остальной 1-А, оглушающий его криками. Я... я дома. – прошептал Изуку, задыхаясь от слез и смеха, вдыхая знакомый запах масла, озона и... друзей. - ДОМА, ДЕКУ! – завизжала Хацуме, виснув у него на шее. - ПОПАЛСЯ, БОТАНИК! Портал за их спинами медленно погас. Но не исчез. Он схлопнулся в маленькую, стабильную золотую точку, висящую в воздухе. Изуку почувствовал ее теплый пульс в груди, рядом с Искрой ОЗВ. Мост не разрушился. Он остался. Тонкий, как паутинка, но нерушимый. Ключ к другому миру. К друзьям, оставшимся там.

Эпилог.

Изуку Мидория вернулся в Юэй героем. Его история стала легендой. Он нагнал учебу с помощью друзей (и феноменальной памяти, отточенной на лекциях Бинса). Его «магический» опыт и понимание альтернативных энергетических систем сделали его костюм и боевой стиль уникальными. Но самое главное – он не забыл Хогвартс. Золотая точка-портал висела в его комнате в общежитии. Иногда по ночам он подходил к ней, клал руку, и точка расширялась в небольшое окно. Он видел Гарри, Рона и Гермиону, машущих ему из гостиной Гриффиндор; Хагрида, показывающего ему нового питомца; даже Невилла, уверенно пересаживающего мандрагору. Как-то раз он увидел Драко Малфоя. Тот не помахал. Но кивнул. Сдержанно. По-своему. И это был прогресс. А однажды, во время особенно сложной миссии против Ному, Изуку почувствовал незнакомый прилив силы через золотую точку. Он обернулся и увидел в маленьком окне-портале Дамблдора, улыбающегося и поднимающего бокал лимонада в его сторону. Старый волшебник прислал ему «немного магической поддержки». Нома была побеждена с невероятной легкостью. Изуку Мидория научился быть героем в двух мирах. Его сердце было достаточно большим для всех, кого он любил и кого защищал. А его Искра, Один За Всех, горела ярче чем когда-либо, питаемая силой дружбы, верой в добро и неразрушимыми мостами, которые может построить только по-настоящему героическое сердце. Он был дома. И дом был везде, где его ждали.