Искупление

- Джин! Смотри кого я тебе привел Неподдельная радость в голосе Чон Хосока разлетелась по всему заведению. Ким Сокджин увидел как Хосок шел чуть-чуть припрыгивая, радость от встреч с друзьями Чон никогда не умел скрывать. А рядом двигался Мин Юнги - походкой, которую Джин называл «если ты думаешь, что мне все равно, ты прав». После объятий, которые Юнги терпеть не мог, они, наконец, смогли поговорить и выпить. Друзья расспрашивали Мина о Европе, о том, как прошел его тур, что его впечатлило, а что расстроило, какие дальнейшие планы на музыку и что он собирается делать дома в первую очередь. - Хорошо - сказал Юнги, откинувшись на спинку стула - вы весь вечер старались обходить неприятные темы стороной, но мы все равно поговорим об этом. Была бы его воля, Мин не стал бы это обсуждать. Не так он представлял себе возвращение из тура. Во-первых, он хотел вернуться на две недели позже. Во-вторых, встречали бы его трое друзей, а не двое. В-третьих, напряжение и недосказанность не ветали бы в воздухе. В-четвёртых, он был бы здесь, по его правую руку, как и всегда, а Юнги бы пытался сделать вид, что не хочет поцеловать эти пухлые губы. Прямо здесь. Сейчас. - Он знает, что я вернулся сегодня? Джин отвечал, почесав затылок. Он делает так, когда нервничает. - Да, мы говорили ему. - И он не пришел? Полтора года назад Мин Юнги никогда бы не подумал, что будет расстраиваться из-за писателя, который любил носить серёжку в левом ухе и засыпать под утро, выпив чашку пятую кофе. Полтора года назад он его даже не знал. А потом Хосок привел его в их компанию. Юнги часто вспоминал, что первое время на дух его не переносил. Эмоциональный, ранимый, импульсивный, предпочитал прятаться в мире, что выстроил сам, в периоды, когда он писал очередную историю, он пропадал и оказывался вне зоны, а в этапы творческих кризисов становился совершенно невыносим. Для Юнги он был “слишком". Когда он заходил в помещение, то заполнял собой всю комнату. Его было, как принято говорить, много. Если он начинал что-то рассказать, то это могло занять уйму времени. Если он переживал какую-либо утрату, то он этого не скрывал. И если он был безудержно счастлив, об этом тоже знали все. Юнги полтора года назад называл его неуместным. - Я не думал, что все так далеко зашло. Год назад Мин Юнги впервые подумал, что неуместным его не назовешь. При детальном рассмотрении оказалось, что с ним комфортно говорить об искусстве, безопасно поведать о вещах, за которые стыдился, и когда Юнги не хотелось говорить, с ним было удобно, спокойно молчать. Он помнит, как они легли на одну кровать вдвоем и сверлили взглядом потолок, тишину прерывало только их дыхание. Юнги его не просил, он понял сам, интуитивно - не нужно ничего говорить. Этот парень по-прежнему был "слишком", по-прежнему занимал много места и заполнял собой комнату, разница была лишь в том, что без него теперь было до боли пусто. - Не зашло бы, если бы кто-то не тянул эту резину больше года Джин протирал бокалы, когда две темные головы уставились на него. - Джин! - рявкнул Хосок, но Юнги предупреждающе вскинул рукой. - Не надо, Хосок, пусть говорит. Что ещё? Ким Сокджин был своего рода Швейцарией. Сглаживал острые углы шутками и собственным заливистым смехом, никогда не выбирал чью-то сторону, не вступал в конфликты и на любую попытку втянуть его в нечто подобное отвечал, что от этого появляются морщины. Божий одуванчик. Не считая того факта, что он был способен одним ударом подкорректировать тебе нос, лучше любого хирурга. Мало кто знал, но одна из причин, почему он избегал конфликтов, заключалась в том, что у него они все заканчивались дракой. - Мы с Хосоком не слепые, ясно? - продолжал Джин, натирая стаканы все усерднее - Ты шлёшь ему цветы, показываешь ему свои демки, раз пятнадцать предлагал ему записать совместную песню, пропадаешь у него дома. Ты скажи, чью квартиру ты лучше знаешь? Свою или его? Пока Хосок думал о том, что не помешало бы притащить с собой попкорн и молча благодарил друга, что тот, наконец, не отшучивается, Юнги слушал и не пытался спорить. - А он носился к тебе со всеми своими черновыми версиями, чтобы ты прочитал и внёс свои правки, если нужно. Черт, Чимин не переносит, когда кто-то пытается изменить его текст. Мы не слепые, вы - да. Чон Хосок никогда не любил Ким Сокджина так, как сегодня, а Мин Юнги никогда не был так спокоен, пока кто-то читает ему нотации. - Какого хрена, ты тянул? Чего ты ждал? Зачем ты всем своим видом показывал, что кроме карьеры тебе ничего не нужно? Джин бил в десятку. - Мы знали, но ничего ему не говорили. Потому что ты попросил. А нам нужно поменьше слушать вас обоих. Разболтай мы, что ты сохнешь по нему, ты бы уже начал действовать. Или когда он просил не говорить ни слова о Тэхене, Хосоку надо было сказать тебе об этом в первый день! Тогда бы этот ублюдок не воспользовался бы им, и мы бы сейчас это... - Что ты сказал? Юнги прерывал их неожиданно, и если бы в полумраке бара можно было бы увидеть сжатые кулаки Мина ещё на имени Кима, то может Джин бы прекратил обрушать на него свою тираду. - Что значит "воспользовался"? - О, выключай альфу - протянул Джин - неужели ты думаешь, что они по ночам книжки читают? Мин - взрослый мальчик. Конечно, он все понимал, но слушать все равно было неприятно. - Вам нужно будет поговорить. Без нас - вставил Хосок. Поговорить? Юнги так быстро сорвался и прилетел обратно, стоило ему услышать о том, что Ким Тэхен нарушил все правила, но оказавшись дома, он не знал, что ему делать. Если Чимин влюблен в него, и никогда ничего не испытывал к Юнги, то что ему предпринимать? - Согласен - добавил Джин - Совет дать можно? Сегодня Ким Сокджин, видимо, решил до конца вечера перестать быть Швейцарией. - Дерзай - У тебя есть козырь в рукаве, Юнги. Используй его. - Нужно, чтобы об этом рассказал Тэхен, а не я. Никто из нас не знает подробностей, помните? Джин сделал глоток воды, и развел руками - Вы всерьёз такие правильные или вы разыгрываете? Никто не просит тебя всё ему выкладывать. Зная Чимина, он тебе ещё и не поверит. Твоя задача только подтолкнуть - Ким Сокджин многозначительно обвел друзей взглядом и убрал невидимую пылинку с футболки. - И я тебе гарантирую - их отношения посыпятся как карточный домик.