Всё в прошлом

      – Нет! Я не хочу! Отпусти, придурок! – хоть как-то пытался освободиться от столь неприятных ощущений Кэйл.       – Да заткнись ты уже. Можно подумать, будто твои мольбы помогут тебе чем-то, – ответил ему в ответ грубый голос, что принадлежал тому монстру, что мучил его прямо сейчас.       Он трогал его. Даже не трогал, а буквально хватался за его тело, царапая при этом острыми ногтями и оставляя синяки крепкой хваткой пальцев. Его руки, как что-то обжигающее и причиняющее невыносимую боль, одновременно крепко держали его запястья над головой, и в тот же момент разводили его худые ноги в стороны. Как бы Кэйл не пытался выкрутиться или освободиться, все попытки шли крахом. Хватка чужих рук наоборот становилась лишь сильнее. Он помнит то, как Белая Звезда, крепко держал его волосы, даже можно сказать, дёргал, пытаясь доставить себе больше удовольствия с помощью его рта. Ещё Кэйл запомнил то, как, совсем отчаявшись, просто закрыл глаза, в надежде, что потряет сознание, пытался вести себя тише, чтобы из-за лишних звуков не словить на себя ещё больше гнева аппонента. Только вот, это ещё больше раззадорило того. Гадко. Отвратительно. Просто ужасно.       Невозможно забыть всё то, что произошло с его телом тогда, он это знал. Как руки и бёдра ныли в дальнейшем из-за ярких зелёно-фиолетовых пятен. Как он не мог нормально сидеть, ходить, да и вообще как-то двигаться в течение следующего месяца. Как суицидальные мысли захлестнули его с головой и до сих пор не отпускали. Даже присутствие близких ему людей рядом не облегчало ситуации. А ещё он никогда не забудет лицо Наследного принца, что обнаружил его в таком состоянии спустя несколько дней поисков в каком-то заброшенном поместье. Всего в крови, отвратительных телесных жидкостях и безумно слабого. Сломленного. Практически лишившегося жизни. Но, тем не менее, всё ещё живого.       Да уж, Белая Звезда знатно над ним поиздевался тогда. А самое главное – за что? Так никто и не выяснил. Да и выяснять то было уже поздно.       Белая Звезда был мёртв.       Как и при каких обстоятельствах тот умер, было никому не ясно. Единственное, что получилось отыскать, как улику – это, буквально, размазанное по склону скалы тело ублюдка. Скорее всего тот, сойдя с ума окончательно, покончил жизнь самоубийством, сбросившись с горы. Перед этим, конечно, сломав жизнь Кэйла.       "Так ему и надо", – единственное, что проскользнуло в голове красноволосого тогда, перед тем, как вновь впасть в беспамятство от, так любезно предоставленного зелья от Альберу, чтобы хоть немного отдохнуть от бесконечных кошмаров.       Это известие заставило Кэйла, наконец, задышать чуть легче. Он был в безопасности. Как минимум – со своей семьёй, как максимум – после смерти этого ублюдка. Наконец, хоть что-то в его жизни налаживается.

***

      Всё осталось в прошлом. Вся та гордость, что он показывал направо и налево. То неизменное ощущение безопасности, что он ощущал, войдя в свои покои, оставшись совсем одним. Та лёгкость эмоций, их безграничное количество. И даже тот самый фирменный лимонный чай Рона.       Сейчас же, у него появились новые привычки. Когда он оставался в комнате или в каком-либо другом помещении один, чувство безопасности пропадало так быстро, словно его и не было никогда.       Теперь его эмоциями управлял не он, а они им. Гордость пропала, остался лишь страх. Совсем неконтролируемый, появляющийся сам по себе. Он не понимал их. Своих собственных эмоций, своих желаний и прочего. Он просто стал никем в своих же глазах. Душа рассыпалась, устав терпеть так долго, осталось лишь тело, что теперь, будто не пренадлежало ему. Пустая оболочка, не способная на чувства.       А от лимонного чая его теперь бесконтрольно воротило. Как только этот приторный вкус касался языка и начинал чувствоваться, его безостановочно тянуло выплюнуть эту гадость, лишь бы ни капли не попало в организм. А всё почему? Потому что его вкус напоминал отвратительную жидкость, что тогда ему пришлось глотать, стоя на коленях перед Белой Звездой.       Хорошо хоть, что Альберу не остался в стороне, как, в принципе, и его семья. Без их поддержки, он бы уже давно убил себя, не раздумывая ни секунды.

***

      –Угх... – прозвучало от Кэйла, как только тот вновь подскочил на кровать посреди ночи.       – Кэйл... – ответа не последовало, лишь быстрое, загнанное дыхание, – Что случилось? – вновь сказал Альберу, уже вставая со своей кровати, чтобы подойти к названному брату и проверить его самочувствие.       Так как Кэйл боялся остаться один, ему всегда думалось, будто Белая Звезда вернётся, пусть тот и мёртв, Наследному принцу пришлось переехать к Кэйлу в покои. Пусть дети и были всегда рядом, что бы не делал их человек, если у него случался приступ паники или снился кошмар, от которого тот не мог отойти самостоятельно, им приходилось бежать к ближайшим людям, что могли помочь успокоить Кэйла. И, так как спальня Альберу находилась ближе всех, в таких случаях всегда будили его и ему приходилось путешествовать из своей комнаты, в покои названного брата. Именно поэтому он решил просто переехать к нему, чтобы не кочевать из комнаты в комнату.       – Тебе кошмар приснился? – тихо подал голос принц, подойдя близко к кровати. В ответ снова тишина.       В свете луны из окна, Альберу прекрасно видел, что Кэйл сидит на кровати в позе лотоса. Одеяло натянуто до пояса. Он одет в свою любимую до происшествия рубинового оттенка пижаму. Лица в столь плохом освещении практически не видно, но на щеках начинают поблёскивать мокрые капельки. Даже в темноте видно, как тело этого хрупкого человека дрожит. Вроде бы, такой сильный, а в то же время настолько слабый.       Альберу, наученный прошлым опытом, трогать парня не стал. Он лишь опустился на его кровать и начал нежно шептать, пытаясь своим голосом привести того в чувства.

***

      – Кэйл, ты как? Кошмар приснился? – спросил Альберу, подходя ближе к кровати.       Как только он приблизился достаточно близко для физического контакта, присел на край кровати и положил свою руку названному брату на плечо. Тут-то и начались проблемы.       Как только красноволосый почувствовал прикосновение, сразу вздрогнул, пытаясь скинуть с себя чужую руку. Видимо, аппонент это не сразу понял.       В следующий момент на его второе плечо тоже легла рука. Вот и всё. Закрытая поза, из которой сложно будет выбраться. Вот, прямо сейчас перед ним сидит ублюдок с красными волосами и белой маской на своём лице. Прямо сейчас он толкнёт его плечи, чтобы он плюхнулся спиной на кровать, стянет с него штаны, зажимая своими крепкими ладонями его тонкие запястья над головой, раздвинет его ноги и нависнет над ним. А потом снова начнётся...       Его глаза наполняются ещё большим страхом. Он вдыхает воздух всё чащё, пытаясь дышать нормально, но у него не получается. Сердце колотится, словно бешенное, а запястья, бёдра и место между ног начинают буквально гореть от фантомной боли.       Он пытается скинуть с себя руки, начиная брыкаться и плакать. Снова боль, то отчаянние и отвращение к себе терпеть вновь он не намерен.       – Не надо... Пожалуйста... Я не хочу, – шепчет от так сломленно и тихо, повторяет, как мантру, что у Альберу сердце от отчаяния разрывается.       – Кэйл, ты чего? Я сделал что-то не так? – в испуге запричитал принц, убирая руки и отстраняясь достаточно, чтобы личное пространство Хенитьюза вновь стало личным.       Голос Альберу немного отрезвляет его затуманенный страхом рассудок и он, наконец, посмотрев на Наследного принца, начинает осознавать, что находится в безопасности рядом с ним. Это не Белая Звезда. Это Альберу.       – Я... – начинает красноволосый, но тут же прерывается из-за рвущегося из его горла всхлипа.       – Ничего, Кэйл. Всё нормально. Я рядом, тебя никто не тронет. А если и посмеет – сразу получит от Чхве Хана или Рона, да, дорогой? – пытаясь как можно теплее улыбнуться, говорит Альберу, – А теперь, мой хороший, давай выпьем зельеце, которое поможет уснуть, хорошо? – будто говоря с ребенком, продолжил принц, уже передавая в трясущиеся руки скляночку с тёмно-синей жидкостью, что пахла чем-то сладким. Зная, какой Кэйл сладкоежка, принц не мог не добавить в зелье то, что сделает его приятно сладким на вкус и запах.       Уже через несколько минут красноволосый провалился в беспокойный сон. Тогда Альберу понял, что к названному брату лучше не стоит прикасаться.

***

      – Кэйл, это всего-лишь кошмар. В нём, на самом деле, нет ничего страшного. Всё, что там происходит, никогда не повторится в жизни. Понимаешь? И я здесь. И вся твоя большая любящая семья здесь. Мы все тебя поддержим. Даже если ты будешь не прав. Потому что мы все объединены. Тобой. Именно ты нас собрал. И победил всех, кто представлял для нас опасность. Ты молодец. Ты защитил свою семью. Так, дай теперь и нам защитить тебя. От ночных кошмаров и страха перед более сильными людьми. Для нас ты останешься самым сильным навсегда. И... Я не мастер поддержки и, наверное, втираю тебе всякий бред, от которого у тебя ещё больше плывёт голова, но... Всё, что произошло – это прошлое. К нему не надо возвращаться. Было и было. Это всё просто нужно оставить в том временном отрезке, где оно случилось и жить дальше. Позабыв о старых проблемах и заботах. Понимаешь? – по мере того, как принц пытался хоть как-то завоевать внимание своего слушателя, красноволосый практически перестал дрожать и дышал более размеренно.       – Альберу... – тихо прошептал Кэйл.       – Да, мой хороший. Что такое?       – Обними меня, – эта просьба стала настолько неожиданной, что принц на мгновение замер, ожидая подвоха. Но собеседник молчал. Вспомнив свою предыдущую попытку обнять того, Альберу неуверенно вымолвил.       – Но ты же...       – Хочу, чтобы ты меня обнял, – его голос впервые,после случившегося, стал увереннее. Именно в тот момент Альберу понял - ему нужен физический контакт с близким человеком, чтобы замещать негативные воспоминания от прикосновений любимым человеком.       – Понял, – лишь ответил он и потянулся, аккуратно обвивая красноволосого объятиями. Тем не менее не прижимаясь близко к его телу, давая возможность освободили в любой случай.       На удивление блондина, тот не отстранился и не забился в истерике, а лишь прижался сильнее к крепкому телу, при этом немного подрагивая и, закрыв глаза, вдыхал аромат, что всегда исходил от принца из-за его прекрасных духов с ароматом каких-то цветов.       –Я люблю тебя, Кэйл. И всегда буду с тобой, что бы не произошло. И, запомни. Всё, что произошло – в прошлом. Нужно попытаться забыть это, хорошо?       – Хорошо... Я... Тоже тебя люблю, Альберу.       Из-за темноты, что была в комнате даже при лунном свете, оба не узнают, как покраснели одновременно.

***

      – Только попытайся обидеть щенка. Убью и тело спрячу так, что даже поисковая собака не найдёт, понял? – с угрожающей улыбкой проговорил Рон, зайдя утром в покои, чтобы разбудить названных братьев, и увидев, что Кэйл лежит в объятиях Наследного принца.       – Понял... – тяжело сглотнул Альберу. Почему-то именно в этот момент в горле встрял ком.       "Какой жуткий старик. Как Кэйл с ним вообще всю жизнь прожил? Какую же тут крепкую нервную систему надо иметь, чтобы выдержать его компанию больше пяти минут?...", – думал принц, продолжая аккуратно приобнимать всё ещё спящего Кэйла.       "Надеюсь, что он мне всё-же доверится ещё раз. Так его самочувствие улучшится быстрее. Какой же ты всё-таки проблемный, дорогой мой. Даже в таком плачевном состоянии умудряешься сводить меня с ума...", – было последней мыслью Наследного принца, перед тем, как тот заснул вместе с Кэйлом.