Только в нашем 25-ом часу

Тихое утро в студии. 4:17. Сквозь полупрозрачные шторы пробивался первый солнечный свет, окрашивая всё в нежно-голубые тона. В воздухе витал запах кофе и старой виниловой пластинки, тихо играющей на фоне. Канаде сидела за пианино, ее пальцы лениво перебирали клавиши, выписывая нежную мелодию. Она была одна - или так думала. "Опять не спишь?" Эна стояла в дверях, прислонившись к косяку. На ней был слишком большой для нее свитер и растрепанные волосы. Канаде улыбнулась, не переставая играть: "Не могу. Музыка не отпускает." Эна подошла ближе, ее пальцы коснулись клавиш рядом с Канаде, добавив к мелодии неожиданный диссонанс. "Врёшь. Ты боишься спать." Пальцы Канаде замерли. Эна воспользовалась моментом, чтобы закрыть крышку пианино, сесть сверху и взять ее лицо в свои руки. "Я знаю твои кошмары. Но теперь ты не одна." Их лбы соприкоснулись. Канаде закрыла глаза, вдыхая запах акриловых красок и кофе, который всегда витал вокруг Эны. "Сыграй мне что-нибудь,"- прошептала Эна. "Только для меня." Канаде снова открыла пианино. На этот раз ее пальцы выводили совсем другую мелодию - трепетную, нежную, полную чего-то такого, что нельзя выразить словами. Эна улыбнулась и начала напевать. Ее голос был не идеальным, но именно таким, какой нужен был Канаде в этот момент. Когда солнце поднялось выше, они все еще сидели там, теперь уже обнявшись. Пианино молчало, но в воздухе все еще витала их общая мелодия. Мизуки, заглянувшая утром в студию, застала их спящими в обнимку. Она только улыбнулась и оставила на столе два стакана с теплым молоком и записку: "25 часов - только для вас"