Поняшные ОтМетки

      — Не правда ли то, что ты самый забавный друг? — смеясь, спросила Флаттершай Дискорда, когда он снимал с себя одну за другой банановые кожуры, но никак не мог их снять полностью. Как будто на месте предыдущей появлялась новая.       — О, можешь не сомневаться! — воскликнул он и наконец снял последнюю кожуру, и вдруг упал на пол — вместо его привычных разных конечностей появился огромный очищенный банан. Флаттершай вновь залилась смехом.       — Абсолютно точно, ты — самый забавный друг, — пролепетала желтая пегаска между смешками.       Вдруг Дискорд приблизился к ней практически вплотную, заранее став самим собой, а не огромным бананом, и произнес:       — Это вызов?       Флаттершай опешила.       — К-куда?       — На оценку других Дискордов!       Он схватил за копыто пегаску, не дав ей договорить, подарил ей крепкий поцелуй в щеку усадил ее к себе на спину. Он распахнул дверь маленького коттеджика и оказался... Сложно сказать, где он оказался. Это было какое-то абстрактное место, все вокруг переливалось всеми цветами радуги, словно кто-то добавил в банку с водой краски и медленно размешивал. Позади них располагался огромный, бесконечный ряд дверей, который закручивался в огромную спираль. Не смотря на то, что земли, казалось, не было, Дискорд спокойно стоял, поэтому Флаттершай решила довериться его примеру.       — Охохо! Ты же не хочешь застрять на всегда между границами миров? — спросил он, поймав ее за хвост.       Она молча мотнула головой.       — Встречай свою старую подружку! — воскликнул он, щелкнул пальцами и отпустил ее. Она вскрикнула и... обнаружила, что упала на малышку софу. На ней лежали два ремешка, чтобы управлять ей.       — И... Куда мы пойдем? — спросила Флаттершай.       — Туда, куда глаза ведут, — с этими словами оба глаза Дискорда выпали из орбит и покатились вдоль ряда дверей. Они остановились возле другого такого же драконикуса, тоже безглазого, с такой же Флаттершай на такой же малышке софе. Правда, с Дискордом было явно что-то не то, но пегаска не могла понять, что именно. Обе Флаттершай посмотрели вниз и обнаружили, что к ним покатились два желтых глаза.       — О, ты не против, если я воспользуюсь твоими? Нет! Бери, для двойника все, что угодно! — крикнули оба Дискорда одновременно, чтобы они могли друг друга расслышать. С этими словами два ближайших к каждому Дискорду глаза сами прыгнули ему в глазницы.       Флаттершай приблизилась к другой такой же, та, в свою очередь, тоже. Она протянула копыто, и другая пегаска также протянула его. Ощущение было такое, будто она в зеркало смотрелась.       — Что, познакомилась с зеркальщиками? — спросил Дискорд позади нее. Второй спросил свою Флаттершай.       — Как это? — воскликнули обе Флаттершай.       — Они из Зазеркалья. Никогда не слышала? — спросили драконикусы у своих пегасок.       — Не-а.       — Это такой мирок, который тесно связан с нашим. И все, чем он отличается, так это тем, что там все зеркально! А граница проходит между зеркалами. Они являются в каком-то смысле окнами, через которые мы можем смотреть на них, а они могут смотреть на нас. И наш мир тоже для них является Зазеркальем, не находишь это забавным?       Теперь стало понятно, что не так было в другом Дискорде. И теперь стало понятно, почему другая Флаттершай выглядит не странно.       — Это... Странно! А почему мы их видим тут?       — А потому что они тоже вышли! Мы же находимся в одном месте, так ведь? Ладно, пойдем дальше?       Флаттершай взглянулана на свою копию и кивнула, копия, в свою очередь, тоже.       Обе парочки разошлись. Пегаска последний раз взглянула на двойников, чтобы увидеть, что другая желтая пегаска тоже последний раз на нее взглянула.       Затем внимание пегаски привлекла закругленная сверху белая дверка, напоминающая больше изгородь. Она вспорхнула с Софы, направилась к ней и потянула за металлическую ручку с завитками. За ней располагался бесконечный зеленый луг, а на небе сияла радуга. Прямо перед ней сидела желтая земнопони с розовой гривой и с розовыми цветами на боку. И сама она была... странной. Ее легко можно принять за жеребенка, если бы не ее размер. И строение мордахи казалось грубоватым. А еще она собирала васильки.       — Флаттершай, что ты делаешь? — воскликнул Дискорд, схватив пегаску. Он вытащил ее назад, посадил на софу и захлопнул дверь. Краем глаза кобыла заметила удивленный взгляд незнакомки.       — Я увидела эту дверь, мне она показалась милой, и я захотела посмотреть, что за ней находится.       — Рога Тирека, нельзя же открывать каждую понравившуюся дверь! — он подлетел к двери в форме бабочки-монарха, открыл ее, и перед Флаттершай предстало жуткое зрелище: странная огромная разноцветная (преимущественно коричневая) бабочка с крыльями разной формы съела маленькую желто-розовую гусеницу и выжгла глазами другие пять. Дверь захлопнулась, а глаза пегаски по-прежнему выражали полнейший ужас.       — Что... Это... БЫЛО?! — пискнула Флаттершай.       — О, это... Один из немногих мирков, где старине Дискорду удалось захватить Эквестрию. А хочешь, я покажу тебе мой САМЫЙ любимый мир?       — Т-там не будет голодных игр? — спросила Флаттершай.       — Ты что?! Неужели ты считаешь меня жестоким тираном? — рядом с ним появился маленький злой двойник, который жонглировал чем-то, что отдаленно напоминало головы пони.       — Нет, но, насколько я могу судить, такое вполне вероятно, — произнесла пегаска.       — Не глупи! — Дискорд взял софу за два ремешка и потянул вниз к другому ряду дверей.       Он потянул ручку облезлой деревянной двери, которая чудом оставалась целой. На ней была табличка с надписью «собственность Д.М.Д.» За ней находились руины огромных зданий, а на крыше одного из них была перестрелка.       — Ух ты, вот это... не повезло!       — То есть, вид за дверьми каждый раз разный?       — Конечно! — драконикус закрыл дверь и вновь открыл, на этот раз за ней сидела серая синегривая единорожка, произносящая в микрофон мужским голосом «И я всегда говорю вам правду, какой бы горькой она не была». Затем вновь закрыл и открыл, и за дверью оказался скучный серый коридор, по которому прогуливались две кобылки в синих комбинезонах. Еще одно закрытие и открытие — и за дверью появился целый рой зубастых параспрайтов. — Я так могу делать хоть весь день, — хохотнул Дискорд.       Внезапно за дверью появился огромный зал со скорчившейся от боли белой статуей Дискорда. Парящий за дверью драконикус захлопнул дверь, толком не рассмотрев то, что находилось за ней.       — Теперь этот мир мне нравится куда меньше, — пробормотал он, затем как ни в чем не бывало воскликнул: — а теперь оценки для участников!       — Но мы увидели всего одного, — начала Флаттершай, однако не успела договорить, когда вся спираль завертелась, и двери со свистом начали пролетать мимо. — Что происх... — так же внезапно спираль перестала вертеться, и перед ними предстала голубая дверь с изображением герба Эквестрии.       — Тут нельзя находиться слишком долго, иначе это плохо кончится для тебя, — ответил Дискорд, открыв дверь и затолкнув туда Флаттершай. Они оказались в мейнхеттене на вершине Статуи Свободы. — Упс, промахнулись,— он щелкнул пальцами, и парочка переместилась в коттедж пегаски. Она уселась на зеленый диванчик.       — Кого оценивать сначала? — спросила Флаттершай.       Внезапно появились два клона дискорда с барабанами, и как на показе мод раздвинулся появившийся занавес, и из-за него, сопровождаемый криком Дискорда вышел зеркальщик.       — Стильный, модный, не смотря на то, что подражатель. Есть не менее очаровательный друг, — за драконикусом вышла желтая пегаска. — Что ставим, коллега?       — Восемь из десяти, — ответила Флаттершай.       — Так и запишем: восемь маракасов из десяти, — на двойника дискорда упали появившиеся из ниоткуда маракасы.       Он сделал несколько модных поз, и удалился, за ним убежала пегаска.       — Дальше у нас... Хм, у Меган нет знакомого драконикуса. Дисквалификация!       — Кто такая Меган? — спросила Флаттершай.       — А, странное существо без шерсти, в одежде, на двух ногах, а еще, — Дискорд наклонился к Флаттершай и прошептал ей в ухо: — У нее есть руки! У-у-у! Итак дальше у нас... Бабочкорд!       Из-за шторок вылетела огромная бабочка, которая жгла маленьких гусениц огнем.       — Крайне непривлекательна, огнеопасна, плотоядная натура. Один ирис из десяти!       Под бабочкой возник огромный синий цветок, закрывшийся, когда Бабочкорд сел в серединку. Затем он взорвался фейерверком, оставив после себя несколько маленьких тычинок.       — Дальше у нас та статуя?       — А, ну да, да, — Дискорд щелкнул пальцами, все декорации исчезли, и появилась та самая статуя. Он закатил глаза и начал комментировать: — не смог подружиться с пони, за что они его эксплуатируют и выкачивают крайне токсичные вещества. Три бочки флюкса из десяти.       С этими словами над статуей появились три тяженые металлические бочки. Они с грохотом упали сверху, проломили пол, который тут же зарос.       — И кто же у нас выигрывает, коллега? — спросил Дискорд.       — Мой любимый Дискорд, — ответила Флаттершай и обняла его. — Он получает десять огуречных сэндвичей с крыльями бабочки из десяти.       Вокруг них тут же появились такие сэндвичи.       — Всегда знал, что ты так считаешь, — усмехнулся он.