Скажи триста

Августовский день неспешно клонился к закату, окрашивая небо в пастельные тона и предвещая скорый приход осени. Робкая желтизна уже тронула листву деревьев. Пьяный Нам Гю, в компании двух таких же беззаботных друзей, как и он сам, брел по проселочной дороге, ведущей из родной деревни, навстречу неизведанным приключениям и новым авантюрам. Любая, даже самая незначительная мелочь, казалась им поводом для взрыва безудержного хохота, эхом разносящегося по окрестностям. Например, завидев невзрачный пруд, поросший камышом и кувшинками, его приятели, словно дети, тут же кинулись в прохладную воду.  Нам Гю, смеясь над их плесканиями и визгами, остался на берегу. Ещё встретив на пути лениво жующих траву коров, парни, поддавшись внезапному порыву, решили устроить спонтанную фотосессию, пытаясь запечатлеть себя на фоне мирно пасущихся животных. Однако коровы не оценили их бурного энтузиазма и, восприняв их приближение как угрозу, недружелюбно замычали. Парням, спасаясь от разъяренного стада, пришлось пуститься в бег. Когда градус в крови немного спал, а алкоголь все еще бродил по венам, их взору предстал одинокий, ржавый трактор, застывший посреди бескрайнего поля. И тут Нам Гю осенила дерзкая, безумная мысль, способная добавить красок в их и без того яркое приключение. — Спорим, тракторист даст мне порулить? – бросил он, с вызовом глядя на одинокую вдали фигуру, копошащуюся возле машины. В глазах Нама плясали озорные искорки и азарт. — Да он тебя этим трактором переедет, – скептически заметил один из парней, скрестив руки на груди. Он явно не верил в успех авантюры. — Да погоди ты, – остановил его второй, положив руку на плечо, пытаясь унять его пессимизм, а затем повернулся к Нам Гю, с интересом наблюдая за его реакцией. — Спорим. И вот, предвкушая победу и мысленно представляя себя лихим трактористом, Нам Гю, весело ухмыляясь и чувствуя прилив адреналина, двинулся сквозь высокую, колышущуюся на ветру траву, к заветному трактору, словно к трофею, который он обязательно завоюет. Приблизившись к трактору, Нам замер, ошеломленный. Картина, представшая перед его глазами, полностью разбила его ожидания. Он ожидал увидеть сухощавого старика, чье лицо было бы обрамлено глубокими морщинами, обветренного и прожженного беспощадным солнцем. Нам представлял себе человека, закаленного тяжелым трудом и временем. Но вместо этого он встретил… парня. Молодого парня с вызывающе фиолетовыми волосами, которые, казалось, бросали вызов устоявшимся представлениям о сельском труде. Его лицо отличалось точеными чертами, словно высеченными рукой талантливого скульптора, а взгляд, несмотря на молодой возраст, казался проницательным и глубоким. Высокая, подтянутая фигура в простой белой майке демонстрировала рельефные руки, явно говорящие о физической силе. Но больше всего Нама привлекли черные полосы татуировок, густо покрывавшие руки парня и многообещающе уходящие под майку, намекая на сложные узоры, покрывающие его спину. Вся его внешность была словно вызовом, смесью бунтарства и неприкрытой физической силы, никак не вязавшаяся с образом тракториста в представлении Нама. Этот "тракторист" неспешно затягивался сигаретой, и, заметив приближающегося длинноволосого парня, устремил на него вопросительный взгляд. Нам Гю почувствовал, как уверенность куда-то улетучивается, оставляя лишь легкое замешательство. Он откашлялся, пытаясь вернуть себе прежнее веселье. — Привет, — начал он, стараясь говорить непринужденно, — отличный трактор. Не дашь прокатиться?  Парень с фиолетовыми волосами усмехнулся, выпустив тонкую струйку дыма. — С чего бы мне это делать? Нам Гю растерялся. Он не ожидал такого прямого вопроса. — Ну… просто так, не уж то жалко?  Тракторист внимательно оглядел Нама с головы до ног. В его взгляде скользнула тень иронии. — Ты больше похож на завсегдатого клубов, чем на деревенского парня, который умеет водить трактор. Нам Гю нахмурился еще сильнее. — И что с того? Это же не значит, что мне тракторы любить нельзя, — буркнул он, с новым интересом разглядывая парня. — Ты, кстати, тоже на деревенщину не больно-то похож, да и вообще, на тракториста. Фиолетововолосый усмехнулся, откинув голову назад и выпустив еще одно облачко дыма. Его взгляд стал оценивающим, словно он пытался разгадать, что скрывается за напускной бравадой Нам Гю. — Ладно, уговорил, - наконец сказал он, затушив окурок о подошву своего ботинка. — Но с одним условием. Нам Гю насторожился. — С каким?- спросил он, стараясь скрыть свое удивление. Тракторист окинул длинноволосого изучающим взглядом, и без того широкая улыбка расплылась еще больше. Неспешно подняв руку, он маняще пошевелил пальцем, приглашая подойти. Нам Гю, забыв про спор и друзей, завороженно смотрел на этот жест. Внутри что-то екнуло, предчувствуя нечто необычное. Медленно, словно под гипнозом, он сделал шаг вперед, затем еще один. Тракторист продолжал улыбаться, и эта улыбка почему-то не казалась ему злой или насмешливой. Скорее, игривой и заманчивой.  — Скажи триста,— непринужденно бросил парень с фиолетовыми волосами, прислонившись к колесу трактора и скрестив руки на груди. Нам Гю замер в недоумении. – Что… сказать? – переспросил он, ощущая, как краска стыда волной захлестывает щеки. – Эй… друг, я в курсе этой шутки. — Тогда чего же ты ждешь? – отрезал тракторист, не отрывая от него пронзительного, изучающего взгляда и повелительно указал пальцем вниз. Нам Гю почувствовал себя полным идиотом. Он ожидал какого-то сложного задания, но никак не этого. Медленно опускаясь на колени, он с трудом сглотнул, выдавив из себя слова и не отводя взгляда от завораживающих голубых глаз проговорил: – Триста. Фиолетововолосый усмехнулся и, вцепившись парню в волосы, грубо притянул его к своим штанам. — Отсоси у тракториста, — прошипел он с издевкой. — Делов-то, верно? Зато потом покатаешься на тракторе, если хорошо постараешься. Кровь бросилась в лицо, и Нам Гю уже не знал, что чувствует сильнее – унижение, злость или внезапно вспыхнувший интерес. Он ведь просто хотел покататься на тракторе! Да и спор с друзьями… казался сейчас таким далеким и неважным. Но отказаться? Значит, признать себя трусом. Внутри бушевал ураган противоречивых чувств. С одной стороны, от одной мысли о том, что от него требуют, его бросало в жар. С другой, что-то в этом парне, в его наглости и уверенности, необъяснимо притягивало. Он словно бросал ему вызов, предлагая сыграть в какую-то опасную, но чертовски заманчивую игру. Не отрывая взгляда от этих пронзительных голубых глаз, Нам Гю медленно облизнул пересохшие губы. В его голове проносились обрывки фраз, мысли путались, а сердце колотилось, как бешеное. Он вдруг осознал, что хочет. Хочет узнать что из этого выйдет. Адреналин захлестнул его с головой. Он опустил взгляд и, подчиняясь внезапному порыву, потянулся вперед к ширинке джинс. Тракторист усмехнулся, предвкушая продолжение этого неожиданного спектакля.  Дрожащими руками Нам Гю пытался поскорее справиться с ширинкой, но волнение мешало. Не каждый день ведь приходится сосать у незнакомца. И чтобы хоть как-то отвлечься и разрядить обстановку, он выпалил: — Ты, наверное, ради этого в трактористы подался, чтобы эту хрень в реальность воплотить, да? Фиолетововолосый хмыкнул, и не убирая руки из волос длинноволосого, медленно провел пальцами по его затылку. — О да, это была мечта всей жизни, знаешь ли, — с усмешкой ответил он. — И, как видишь, не зря. Наконец, расстегнув, Нам ощутил сквозь ткань горячую плоть. Сердце бешено колотилось, отбивая чечетку в ушах. Набравшись смелости, Нам Гю рывком стянул боксеры, освобождая упругий член. Фиолетововолосый нетерпеливо дернул его за волосы, подгоняя. Не тратя больше ни секунды, Нам Гю обхватил горячую плоть губами. Сначала робко, неуверенно, словно пробуя на вкус неизведанное. Тракторист, не церемонясь, крепче сжал его волосы, задавая ритм. Нам Гю прикрыл глаза, отдаваясь новым ощущениям. С каждой секундой он чувствовал, как напряжение уходит, уступая место нарастающему возбуждению. Алкоголь в крови разгорался с новой силой, притупляя остатки смущения. Член парня напротив набухал и пульсировал в его губах. Нам Гю старался изо всех сил, ловя каждый стон и вздох, вырывавшийся из груди фиолетоволосого. Он старался, как мог, вспоминая все увиденное в фильмах для взрослых. Заглатывал глубже, стараясь доставить удовольствие своему новому знакомому, он уже не думал о споре, о друзьях, о том, что это все неправильно. Сейчас существовал только этот момент, эта дикая, необузданная страсть, захлестнувшая его с головой. Прошло несколько томительных минут, пока тракторист, глухо рыча, не кончил ему прямо в рот. Нам Гю, давясь и кашляя, отстранился. Лицо его горело от стыда и возбуждения. Он вытер рот тыльной стороной ладони и поднял взгляд на тракториста, находясь все еще на коленях перед ним. Фиолетововолосый, тяжело дыша, смотрел на него сверху вниз. В его глазах плясали искорки удовлетворения. Вытерев остатки спермы с подбородка Нам Гю своей же майкой, он отпустил его волосы. — Неплохо, — хмыкнул он, — для клубного мальчика. Нам Гю, все еще немного ошарашенный и недовольный, поднялся на ноги, ощущая себя так, словно его вывернули наизнанку. Смущение, злость и какое-то странное удовлетворение смешались в гремучий коктейль. — И что теперь? — выпалил он, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Покатай меня? Или еще чего-нибудь хочешь? Тракторист рассмеялся, и этот смех эхом разнесся по полю. — Расслабься, — ответил он, — покатаю. Но сначала… – он протянул руку.— Меня зовут Су Бон. А тебя? Длинноволосый немного поколебавшись, пожал ее. — Нам Гю. – Рука Су Бона оказалась сильной и теплой. В этот момент все казалось сюрреалистичным: закат, поле, ржавый трактор и этот странный, фиолетововолосый парень, которому он только что отсосал его… — Пошли, — сказал Су Бон, отпуская его руку, — покажу, как управлять этой штукой. И, может быть, потом придумаем еще что-нибудь интересное.