Белая маска.

От лица Чонгука.

Дождь начался внезапно — тяжёлые капли хлестали по асфальту, разбиваясь о тротуар и оставляя тёмные пятна на одежде прохожих. Сеул, обычно яркий и шумный, в этот вечер казался приглушённым, словно город накрыло влажным одеялом. Улицы блестели под светом фонарей, отражая неоновые вывески баров и магазинов, но людей было мало — лишь те, кто спешил укрыться от непогоды, прячась под зонтами или в дверных проёмах. Чонгук шёл, опустив голову, чувствуя, как холодный ветер пробирается под его тонкую куртку. Он не любил дождь — он напоминал ему о вещах, которые он предпочитал не вспоминать. Но сегодня он не мог остаться дома, не после той ссоры с другом, оставившей горький привкус на языке. "Может, зайти куда-нибудь?" — подумал он, переводя взгляд на бар через дорогу. Окна запотели, но внутри горел тёплый свет, и сквозь стёкла угадывались силуэты людей. Он перебежал улицу, едва не поскользнувшись на мокром асфальте, и резко толкнул дверь. Тёплый воздух, смешанный с запахом алкоголя и жареных закусок, ударил ему в лицо. Бар был полупустым — пара посетителей у стойки, несколько человек в дальнем углу. Чонгук сбросил куртку, отряхнул капли воды с волос и направился к свободному столику у окна. Заказав виски со льдом, он уставился в стекло, за которым дождь продолжал свой бесконечный танец.

***

От лица Тэхена.

Тэхен не планировал здесь оставаться. Он просто шёл — куда угодно, лишь бы подальше от собственных мыслей. Его пальцы непроизвольно сжимались в кулаки, ногти впивались в ладони, но боль не могла заглушить то, что творилось у него внутри. "Опять..." Он ненавидел эти воспоминания. Ненавидел себя за то, что до сих пор не может забыть. Бар встретил его прохладой и приглушённой музыкой. Тэхен даже не посмотрел по сторонам — он просто подошёл к стойке и заказал самый крепкий напиток, который пришёл бармену в голову. Первый глоток обжёг горло, но он даже не поморщился. Второй — тоже. К третьему мир вокруг начал слегка размываться, и это было именно то, чего он хотел. Именно тогда он заметил его. Парень у окна — молодой (может, чуть старше), с тёмными, ещё влажными от дождя волосами, задумчиво смотрел в сторону. Что-то в его позе выдавало одиночество, и Тэхен, сам не понимая почему, почувствовал странное желание подойти. Он взял бокал и двинулся через зал. — Место свободно? — его голос прозвучал хриплее, чем он ожидал. Парень вздрогнул, словно вынырнув из своих мыслей, и кивнул. — Конечно. Тэхен опустился на стул напротив. — Чонгук. — Тэхен. Молчание. Дождь стучал по крыше. — Ты... тоже сбежал от дождя? — Чонгук попытался разрядить обстановку, но вопрос прозвучал глупо даже в его собственных ушах. Тэхен усмехнулся, но в его глазах не было веселья. — Нет. Я сбежал от кое-чего похуже. И тогда Чонгук увидел это — тень в его взгляде. Что-то сломанное, что-то, что не должно было быть там. — Хочешь рассказать? — спросил он осторожно. Тэхен посмотрел на него, будто оценивая. Потом медленно выдохнул. — А ты уверен, что хочешь это услышать? За окном грянул гром.

***

Тишина между ними повисла густая, как предгрозовое небо. Чонгук сделал глоток виски, но вкус вдруг показался ему пресным — всё его внимание теперь было приковано к человеку напротив. Тэхен крутил в пальцах почти пустой бокал, его взгляд был устремлён куда-то сквозь стекло, сквозь дождь, сквозь время. — Ты правда хочешь это услышать? — повторил он, и голос его дрогнул. Чонгук не ответил сразу. Вместо этого он отодвинул свой бокал в сторону, сложил руки на столе и просто кивнул. Тэхен закрыл глаза. — Мы встречались три года. Первая фраза вырвалась, будто против его воли. — Я... я думал, это любовь. Где-то за стойкой звонко упал бокал, кто-то засмеялся, но звуки казались приглушёнными, будто доносящимися из другого мира. — Он был идеальным. Ну, казался таким. — Тэхен сжал кулаки. — Заботился, дарил подарки, говорил правильные слова... А потом началось. Дождь за окном усилился, капли бились в стекло, словно пытались прорваться внутрь. — Сначала это были мелочи. «Ты куда?», «С кем?», «Почему не отвечаешь?». Потом — «Надень это, а не то», «Не крась губы, ты и так привлекаешь ненужное внимание». Чонгук почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не двигался, боясь спугнуть хрупкое доверие, которое Тэхен, казалось, вот-вот разорвёт. — А потом... — голос Тэхена сорвался. — Потом он впервые ударил меня. Гром грянул где-то совсем близко, и свет в баре на секунду погас, оставив их в полумраке. Когда лампы замигали и снова зажглись, Чонгук увидел, что Тэхен дрожит. — Это был «всего лишь шлепок». Потому что я «довёл его». — Он искавил губы в подобии улыбки. — А потом это стало нормой. Тэхен замолчал, его дыхание участилось. Чонгук видел, как его пальцы впиваются в собственные предплечья, оставляя красные полосы. — Я... я не уходил. Думал, исправлю. Думал, если буду лучше, он изменится. Капли дождя за окном смешались со слезами на его щеках, но Тэхен, казалось, не замечал их. — А сегодня... — он резко вдохнул. — Сегодня я застал его с другим. В нашей постели. Картина явно встала перед его глазами — Тэхен задрожал сильнее, его голос превратился в шёпот, полный боли. — Он даже не остановился. Посмотрел на меня и... улыбнулся. Сказал: «Ну что, будешь делать вид, что не видел?». Слёзы текли по его лицу уже беспрерывно. — И я просто... ушёл. Последние слова прозвучали как признание поражения. Тэхен сжался, будто пытаясь стать меньше, незаметнее, и тогда Чонгук не выдержал. Он осторожно протянул руку и накрыл ею дрожащие пальцы Тэхена. Тот вздрогнул, но не отдернул ладонь. — Ты не заслужил этого, — тихо сказал Чонгук. — Ничего из этого. Тэхен поднял на него глаза — красные, мокрые от слёз, полные недоверия и боли. — Почему ты... — Потому что это правда. Чонгук не знал, что ещё сказать. Вместо этого он сжал его руку чуть сильнее, давая понять: Я здесь. Я не уйду. Тэхен закрыл глаза и разрыдался по-настоящему — тихо, беззвучно, но всем телом. А за окном дождь продолжал лить, смывая с города всё, что было до этого момента.

***

Чонгук смотрел на Тэхена и видел маску. Белоснежную, фарфоровую, почти хрупкую — такую, каким, должно быть, Тэхен был когда-то: чистым, открытым, лёгким. Но теперь на ней, будто кровавым отпечатком, лежала тень — след грубых пальцев, вмятина от удара, трещины, едва заметные, но глубокие. «Кто-то разбил его», — подумал Чонгук. И самое страшное было то, что Тэхен, казалось, верил, будто заслужил это.

***

— Тэхен… — начал Чонгук, но имя звучало слишком формально для того, что происходило между ними сейчас. Он поправился. — Тэ. Тот поднял на него глаза — мокрые, растерянные. — Ты… — Ты не виноват. — Чонгук не отпускал его руку. Его голос был твёрдым, но без давления. — Ни в чём. Тэхен сжал его пальцы в ответ, будто боясь, что если отпустит — упадёт. — Но я… я любил его. Как я мог… — Любовь не оправдывает боль, — Чонгук провёл большим пальцем по его костяшкам. — И то, что ты верил в хорошее, говорит только о твоей чистоте. Не о его правоте. За окном дождь начал стихать, но в воздухе всё ещё висела тяжесть — не от непогоды, а от того, что было сказано.

***

— Тебе… нужно куда-то идти? — осторожно спросил Чонгук. Тэхен потупился. — Нет. Там… он ещё может быть. Я не хочу… — Тогда пойдём ко мне. Тэхен взглянул на него с удивлением. — Ты… ты даже не знаешь меня. Чонгук улыбнулся — впервые за этот вечер. — Зато теперь знаю, что ты не умеешь врать. А это уже многое. Он встал, не отпуская его руку. — Мы посмотрим какой-нибудь глупый сериал. Или просто посидим в тишине. Как захочешь. Тэхен колебался секунду… И кивнул.

У Тэхена была белая маска. Как он сам. И тёмно-красный отпечаток ладони, точно кровью нарисованный.

Но теперь, благодаря одному незнакомцу, маска снова засияла белым.

***

Иногда судьба — это не звёзды, не предначертанные линии на ладонях. Иногда это просто дождь. И двое людей, которые вовремя оказались в одном месте.