Эхо проклятия

Вряд ли последнее утро перед началом нового семестра можно назвать добрым. А если тебя будит пятый назойливый телефонный звонок, то и желание прибить кого-то растёт в геометрической прогрессии. Я с трудом разлепила правый глаз, чтобы нащупать орущее устройство на тумбочке. И подняла трубку не глядя. — Если никто не умирает, то я отключаюсь. — И тебе доброе утро, дорогуша, — хмыкнул Кол, явно наслаждаясь доставленным дискомфортом. — Делайла! — Я села на кровати, пытаясь силой мысли дотянуться до раздражающего вампира на другом конце провода и влепить ему астральный подзатыльник. — Меня зовут Делайла. Ни дорогуша, ни куколка, ни ведьмочка. Запомни уже! — Кто-то явно не в духе, — протянул он. — Собственно, я по делу. Оденься сегодня потеплее. Буду ждать тебя через два часа рядом с библиотекой в парке Дискавери. Прежде чем я успела осознать или задать какой-то вопрос, Кол отключился. Вот же засранец! За пару недель плотного общения с Колом я успела понять о нём несколько вещей: он очень любит себя и своё отражение, но ещё сильнее прётся от ощущения контроля. Если что-то идёт вразрез с его мнением, оно становится априори неверным и глупым. Три дня назад я опоздала, так потом двадцать минут выслушивала о «попустительском отношении современного поколения к нормам приличия в культурном обществе». Голова камнем упала на подушку. Мне хотелось завернуться в тяжёлое одеяло и пролежать так минимум до завтрашнего утра. Хотя, когда я вспоминала о том, что последний раз произошло в школе, то идея не покидать кровать вовсе становилась всё более привлекательной. Но злить Кола не хотелось. Поэтому пришлось собираться. Приняв душ и наспех накрасившись, натянула на себя плотные джинсы и дурацкий свитер с оленем. Его мне подарил Джер на это Рождество. Никогда бы сама не надела нечто подобное, но соглашение — это святое. Когда нам было по семь, мама придумала правило, что первый день в году нужно провести в рождественском подарке. Будто бы это укрепляет семейные узы на следующие двенадцать месяцев. Вроде глупость, но напоминает о счастливом времени, когда первого января мы впятером вышагивали по улицам Мистик Фоллс в смешной одежде, играли в снежки и пили горячий какао с маршмеллоу. Я выдавила из себя самую широкую улыбку и сделала снимок, который отправила Елене.

Дел

У нашего брата всегда были проблемы с оригинальностью

Елена Ахахаха. Снова олени? Это уже в четвёртый раз?

Дел

В пятый…

Елена Постоянство — признак мастерства *Фотография* Я тоже решила поддержать традицию. Ещё раз спасибо за подарок!

Дел

А тебе идёт!

Так, ладно, мне нужно бежать. Отключаюсь

До выхода осталось всего пятнадцать минут. Поэтому я пулей сбежала по лестнице и ворвалась в кухню. Тётя Линда как раз раскладывала тосты и разные топпинги, а дядя Питер сидел за столом с газетой, попивая кофе. — Доброе утро, соня, — улыбнулась тётя, вытирая руки о фартук. — Хочешь тостов или овсянки? Завтра ведь уже в школу, нужно набраться сил. — Тостов хватит, — ответила я, наливая себе сок и садясь напротив Джереми. Он ковырялся в телефоне, просматривая видео — что-то про баскетбол, судя по звукам. Я взглянула на него вскользь. Последние дни не могла перестать ловить все его жесты: как он жуёт печенье, хохочет над мемами, болтает по телефону с одноклассниками о предстоящих уроках. Его спокойствие казалось неестественным, лишённым тех острых краёв, что были в нём раньше. После хаоса Мистик Фоллс такое равнодушие к прошлому лишь подтверждало мои подозрения. Если Деймон действительно внушил ему "жить дальше", то это работало идеально. Но мысль об этом жгла — мы оставили Елену в том аду, а сами здесь — притворяемся, что всё в норме. — Дел, передай масло, — сказал Джереми, не отрываясь от экрана. Его голос был таким же лёгким, как всегда в Денвере. Никаких вопросов, никаких подозрений, никаких сожалений. Просто... масло. Я передала, заставляя себя улыбнуться. Повседневность — это хорошо, да? Уборка после праздников, стирка свитера с оленями, планирование ужина. Но на фоне этого мысли не отпускали, напоминая, что наша "нормальность" насквозь фальшивая. Я вздохнула, допивая сок. Нужно сконцентрироваться на предстоящей тренировке. Ведь это первый раз, когда мы встречаемся не в доме Кола, а в общественном месте. Возможно, он решил проверить мою выдержку. О-ох… Порой мне кажется, что он даже слишком верит в меня.

***

Дорога заняла чуть меньше часа. И вот я стою у ледяной тропы в парке Дискавери. На катке разворачивается целое шоу — кто-то падает, кто-то кричит и машет руками, из-за фигур пластиковых пингвинов и медведей высовываются шапки детей. И всё это сопровождается весёлой музыкой и яркими переливами гирлянд. По коже пробежались мурашки, а в голове рождались новые “а что, если?..” А что, если я не смогу сдержать магию? Или оттолкну кого-то силой? В лучшем случае, человек уйдёт с травмами, а в худшем меня сожгут на этом же месте за колдовство… — Я физически ощущаю твою панику, — над ухом раздался знакомый голос, и я обернулась, оказываясь лицом к лицу с Колом. — Расслабься, мы просто прокатимся. — Не уверена, что это хорошая идея, — я бросила взволнованный взгляд через плечо на толпу счастливых семей и компании друзей. — Просто держи контроль — никаких всплесков. В случае необходимости, я подстрахую. Кол подмигнул мне и протянул коньки. Только сейчас разглядела его образ: чёрное пальто, свободный свитшот и брюки. Он выглядел словно модель из журнала. А от взгляда его карих глаз сердце невольно пропустило удар. Я взяла коньки, игнорируя, как его пальцы коснулись моих. — Легко сказать. А если нервы сдадут? Толпа, шум... это не моя стихия. Он рассмеялся, переобуваясь. — Именно. Реальный мир — лучший учитель. Дыши. И не думай о... ну, ты знаешь. О пожаре. О школе. Я кивнула, завязывая шнурки туже, чем нужно. Мы вышли на лёд — я медленно, балансируя, а Кол... он резко ступил на поверхность и тут же покачнулся, как новорождённый оленёнок. Его руки взметнулись, пытаясь удержать равновесие, и он схватился за перила, чтобы не шлёпнуться. Я не смогла сдержать улыбку — этот древний вампир, который пережил века, выглядел до неприличия беспомощным. — Ты... не умеешь кататься? — спросила я, подавляя смех и медленно скользя ближе, чтобы помочь. Кол ухмыльнулся, но в его глазах мелькнуло раздражение — явно не привык быть неуклюжим. — Никогда не разделял любви к подобного рода развлечениям. Несколько сотен лет назад, в Англии, на замёрзшем озере недалеко от поместья я наблюдал за парой детей — брат и сестра, наверное, лет десяти. — Он взял меня за протянутую руку и оттолкнулся от перил, сделал пару неуверенных шагов — коньки скользнули, и он снова покачнулся, но на этот раз поймал баланс. — Они носились по льду, как угорелые, смеялись, падали, вставали. А я стоял в тени деревьев, просто... смотрел. В те времена такие простые радости казались чем-то абсурдным. Теперь, видимо, пора наверстать. Его движения быстро стали увереннее: пара кругов, и он уже скользил ровно, как будто вспомнил забытый навык. Вампирская скорость и координация — несправедливо, но впечатляюще. — У тебя отлично получается, — искренне улыбнулась я. — Такими темпами ты станешь олимпийским чемпионом через пару месяцев. — Быстро учусь. А теперь твоя очередь показать класс. Я отпустила руку Кола и рванула вперёд, выкручивая простые пируэты и лавируя между людьми. Толпа кружила вокруг: дети в ярких куртках визжали, гоняясь друг за другом, парочки держались за руки, медленно плывя под незатейливый попсовый мотив. Смех, вспышки фотоаппаратов, запах жареных каштанов от ларька неподалёку. Я сконцентрировалась на своих ощущениях. Лёд под коньками казался стабильным, никакого желания вспыхнуть или треснуть. Кол скользнул ближе, вновь сплетая наши пальцы — якобы для поддержки. — Видишь? Ты держишься. Толпа не отвлекает. Теперь усложним: представь, что лёд слегка тает под твоими коньками. Маленький импульс. Сделай скольжение плавнее. Его прикосновение обжигало, несмотря на мороз. Я отогнала лишние мысли. Это просто забота о вложении. Если я сверну себе шею или покалечу кого-то, то его ценное время будет уже не вернуть. Да, точно! Я сосредоточилась — послала импульс, и лёд подо мной стал чуть мягче, коньки заскользили ровнее, без рывков. Успех. Я почувствовала прилив — не страх, а уверенность. Контроль работал даже здесь, среди шума и движения. — Хорошо, — похвалил он, сжимая мою руку сильнее. — Ты прогрессируешь. А теперь... не сопротивляйся. Он закружил меня в пируэте, его лицо близко — слишком близко. Сердце забилось чаще, магия дрогнула, как слабое пламя на сквозняке, но я удержала её. Его обаяние... чёрт, оно работало. Я пыталась сопротивляться — он же вампир, со своими мотивами, но тело не слушало. Улыбка, взгляд — и я чувствовала себя как мотыль у лампы. Мы сделали ещё круг, лёд сверкал под огнями гирлянд, музыка пульсировала, и на миг всё показалось... правильным. Как будто мы просто подростки на свидании, а не ведьма и вампир на тренировке. Но вдруг из толпы вылетел парень — подросток, лет шестнадцати, неуклюже размахивая руками, пытаясь затормозить. Он мчался прямо на меня, не успевая свернуть. — Осторожно! — крикнул кто-то, но было поздно. Я инстинктивно напряглась, готовая магией оттолкнуть нарушителя спокойствия, но Кол среагировал быстрее. Он резко дёрнул меня в сторону, обхватив за талию, и оттащил от траектории горе-фигуриста. Парень пролетел мимо, шлёпнувшись на лёд с громким "уф!", но, кажется, не пострадал. Толпа вокруг засмеялась, кто-то помог ему встать. Я стояла, тяжело дыша, чувствуя, как магия постепенно утихает. Кол не спешил менять позу, его руки всё ещё покоились на моей талии. — Всё в порядке? — спросил он тихо, его дыхание коснулось моего уха. — Хорошая работа — ты не сорвалась. — Да... спасибо, — Я кивнула, отстраняясь. — Если бы не ты... — Командная работа, — подмигнул он, и мы продолжили кататься. Теперь он держался ближе. Хотя казалась бы, куда ещё ближе то?! Этот человек — настоящий искуситель. Но сопротивляться с каждым разом всё сложнее. Мы сделали ещё пару кругов, прежде чем сесть на скамейку у края катка, чтобы передохнуть. Я снимала коньки, стараясь не смотреть на него слишком долго. Завтра школа, толпа, уроки. А от одного воспоминания о спортивном зале хотелось выть. Но с Колом... может, будет проще? — Слушай, а ты... вернёшься в школу? — решилась спросить я, завязывая шнурки на своих кожаных ботинках и глядя в сторону. — Ну, после каникул. Может я и не доверяю ему в полной мере, но в его присутствии я чувствую себя более защищённой, что ли. — А ты соскучилась по моим лекциям в библиотеке? — Кол усмехнулся, поправляя пальто. — Конечно, вернусь. Кто-то же должен присматривать за тобой в этом зоопарке. Не волнуйся, Гилберт — я буду рядом. Я закатила глаза, но внутри облегчение разлилось теплом. — Не льсти себе. Просто... любопытно. Он рассмеялся, и мы пошли к выходу, морозный воздух бодрил. Я чувствовала лёгкий подъём, ведь смогла сохранить контроль.

***

Из сна меня вырвала трель будильника. Я глянула на часы, который показывали половину шестого. Ну, здравствуй, новый учебный семестр. В голове засела идея — шикарный образ должен затмить признаки нервозности. Так что я приступила к делу: душ, укладка, макияж, неотразимый образ. Спустя полтора часа на меня из зеркала смотрела бодрая красотка с копной мягких кудрей и в премиленьком зелёном костюме, состоящем из белой рубашки, юбки и жилета. Я схватила рюкзак и поспешила на кухню. Джереми уже сидел за столом, жуя хлопья. — Готова к бою? — спросил он, кивая на мой наряд. — Ага, основательно подошла к новому этапу в жизни, — ответила я, наливая кофе в термос. — Доедай быстрее, а то не успеем на автобус. Он хмыкнул. — А твой парень сегодня решил отгул взять? — хмыкнул он. Я лишь вопросительно подняла бровь, уставившись на брата. — Ну, тот, что каждый день привозит тебя… — Нет у меня парня, — буркнула я. — Как скажешь, — Джереми пожал плечами. — Пошли, а то опоздаем. Удивительно, что за две недели он не узнал Кола за рулём или хотя бы его машину. А может просто не пытался узнать? Запишу эту странность в длиннющий список к остальным. Трясясь в школьном автобусе с толпой шумных и мокрых от снега одноклассников, невольно задумываешься: “А может и правда стоило Кола попросить подбросить до школы?”. Но эта мысль почти сразу отправляется в категорию абсурдных. Я и так позволила подойти вампиру слишком близко, даже не зная толком историю его жизни. На все вопросы он отшучивался или отмахивался, заваливая меня новыми упражнениями, чтобы “не забивала голову ерундой”. И это отрезвляло. Мы не друзья и даже не соратники, просто вынужденные союзники, которые преследуют собственные интересы. Я не имею права думать иначе. Когда автобус проехал мимо спортзала... я замерла у окна. Чёрные стены, заколоченные окна, жёлтая лента "Не входить" — как шрам на здании. Сердце заколотилось, магия зудела под кожей. Воспоминания о том вечере были яркими, но не передавали всего масштаба. Запах горелой проводки, крики сирен всплыли в сознании, но я сдержалась. Закрыла глаза и начала дышать глубже, пытаясь вернуть контроль. И выдохнула лишь тогда, когда разрушенное строение скрылось из виду. Стоило войти в школьный коридор, как Джереми направился к шумной толпе своих друзей. Дальше шумные приветствия и восторженные ахи. Я ловила на себе заинтересованные взгляды. Казалось, будто каждый знает, что я стала причиной того пожара, что я ведьма, что мне здесь не место. — Дорогуша, ты выглядишь сногсшибательно. — Из-за поворота вышел Кол, сверкая улыбкой и излучая бешеную уверенность. — Спасибо, — я неловко отвела глаза, избегая пристального взгляда вампира, закинула вещи в шкафчик и взяла тетрадь по литературе — Решила, что это поможет сместить вектор внимания… — И это определённо сработало. Он кивнул в противоположную сторону, откуда к нам приближались Джереми и Зак. Последний слишком усердно изучал каждый элемент моего наряда. Да уж, план сработал на ура… — Хей, чувак! — Джереми протянул руку Колу для приветствия, приобнимая. — Я уже и не надеялся, что ты вновь тут покажешься. Куда пропал? — Семейные дела, — хмыкнул вампир. — Ничего интересного. — А вы теперь вместе? — подал голос Зак, кивая на меня и Кола. — Нет! — Пока нет, но я работаю над этим, — хмыкнул Кол, окончательно вгоняя меня в краску. — Стоп… так это ты тот таинственный “друг”? — Джереми был похож на взъерошенного котёнка, у которого отобрали вкусняшку. После нескольких секунд размышлений он скривил моську. — Фу! Я могла ожидать чего угодно, но не этого. Что вообще значит это его “фу”?! — Это я то “фу”? Ты чо, берега попутал, мелкий? Но брат проигнорировал мой выпад и снова обратился к Колу. — Друг, мой тебе совет, беги от неё. Я под её тиранией шестнадцать лет и знаю, о чём говорю. Парни разразились смехом. Вот придурки! — Да пошли вы! — обиженно бросила я, а потом гордо направилась в класс “В”, всё ещё кипя от злости на эту троицу. Какофония голосов сменилась тишиной. В аудитории только пара человек рассевшихся по партам, шуршание тетрадей и ленивый гул вентилятора под потолком. Я выбрала место в третьем ряду, плюхнулась на стул и уставилась в окно, где снег лениво кружил над парковкой. — Делайла? — тихий голос за спиной заставил меня вздрогнуть. Я обернулась и увидела Зака, стоявшего в проходе с виноватой улыбкой. Руки в карманах, плечи чуть сгорблены, но глаза светились искренним теплом. — Эм, можно... сесть? До меня не сразу дошло, чего он хочет. Парень не выглядел опасным или подозрительным — скорее, неловким. Я кивнула, указывая на соседний стул. — Ты что-то хотел? Он сел, поправляя рюкзак на коленях, и наклонился ближе, понижая голос, чтобы не привлекать внимание остальных одноклассников, потихоньку заполняющих класс. — Слушай, я хотел извиниться. Не стоило мне лезть, — он потёр рукой шею. — И я уж точно не думал тебя обидеть. В общем, вот… это я и хотел сказать. Ты в порядке? Его слова прозвучали искренне. Зак даже улыбнулся той милой, мальчишеской улыбкой, которая, наверное, сводит с ума половину девчонок в школе. — Да, в полном, — соврала я. — И не ты же начал выводить меня из себя. Так что извиняться не стоило. Но, спасибо. Он потянулся к моей тетради, как будто хотел что-то нарисовать или написать, но вместо этого просто спросил: — Может, после уроков сходим за кофе? Поговорим нормально, без всей этой ерунды. Я открыла рот, чтобы ответить — не то чтобы я была заинтересована, но отказать раскаявшемуся парню казалось грубым, — как вдруг в класс вошёл Кол. Он прошёл мимо доски, окинул взглядом ряды и остановился у нашей парты, его глаза сузились, фиксируясь на Заке. Атмосфера мгновенно изменилась — как будто воздух стал гуще. — Извини, приятель, — сказал Кол ровным, но властным тоном, опуская ладонь на плечо Зака. Его зрачки расширились, и я узнала этот взгляд — внушение. — Пересядь-ка на задний ряд. Там удобнее. И забудь об этом разговоре. Зак моргнул, его выражение лица стало пустым на секунду, а потом он кивнул, как робот. — Конечно, чувак. Я пойду. Он встал, схватил рюкзак и, не глядя на меня, ушёл. Класс начал заполняться, учительница вошла с пачкой бумаг. Кол спокойно занял освободившееся место рядом со мной, разложил свою тетрадь и улыбнулся, как будто ничего не произошло. — Что за чёрт? — прошипела я, когда урок начался и все уткнулись в обсуждение "Грозового перевала". Мои щёки горели от злости. — Ты только что... внушил ему? Зачем?! Кол пожал плечами, не отрываясь от доски, где учительница писала ключевые темы. — Он занял моё место. — Твоё место? — Я сжала ручку до хруста. Удивление сменилось яростью — чистой, кипящей. — Это не смешно, Кол! Ты не имеешь права лезть в чужие головы! Зак просто извинялся, пытался поговорить, а ты... ты его подчинил, как марионетку. Это отвратительно! Он повернулся ко мне, его глаза блеснули лукавством, но под ним скрывалось что-то серьёзное. — Расслабься, дорогуша. Ничего страшного — он даже не вспомнит. Я стиснула зубы, борясь с желанием швырнуть в него тетрадь. Урок тянулся вечность — обсуждение страстей Кэтрин и Хитклиффа, метафоры бури и спокойствия, — а я сидела, закипая внутри. Как только прозвенел звонок, я схватила вещи и вылетела из класса, не дожидаясь Кола. Но он, конечно, догнал меня в коридоре, где толпа учеников спешила на следующий урок. Вампир схватил меня за предплечье, мягко, но настойчиво, и оттащил в нишу у шкафчиков, где было относительно тихо. — Делайла, подожди. Что на тебя нашло? — Его голос был спокойным, но с ноткой раздражения. — Я просто разрешил ситуацию по-своему. Я вырвалась из хватки, скрестив руки на груди, и уставилась на Кола, не скрывая эмоций. — Ты вторгся в его разум! Знаешь, что это значит для меня? Джереми... он уже проходил через это. В Мистик Фоллс Деймон внушал ему кучу дерьма.. И даже сейчас... подозреваю, что он снова под внушением. — я чувствовала, как непрошенные слёзы начинают подступать. И не только из-за Джереми, но и от воспоминаний о собственном бессилии. — Когда Пустая... когда она пыталась взять меня, во время ритуала я лежала там, беспомощная, как кукла. Мои мысли, моя воля — всё это могло исчезнуть. Это боль, Кол. Глубокая, рвущая изнутри. Ты не имеешь права так поступать с людьми! Мои слова вырывались потоком, голос дрожал, и я ощущала, как магия пробуждается под силой чувств, но удержала её. Кол смотрел на меня, его обычная ухмылка сползла, сменившись чем-то редким — пониманием? Он вздохнул, опираясь на шкафчик, и на миг выглядел старше своих "восемнадцати" — древним, уставшим. — Ладно, ладно. Не кипятись. Я... понимаю. Больше, чем ты думаешь. — Он провёл рукой по волосам, его голос стал тише. — Я ведь не хотел быть вампиром, знаешь? Кучу лет назад отец решил сделать “это” с нами. Они влили кровь, убили, и вот — я просыпаюсь монстром, без своей силы. Мой разум, моё тело — всё изменилось против воли. Это... жжёт до сих пор. Так что да, я знаю эту боль. Но со временем научился извлекать из неё пользу. Я моргнула, удивлённая его откровенностью. Кол, делится прошлым? Без шуток? Но он быстро вернул маску, подмигнув. — Я не собираюсь врать, что больше так не буду… Точно буду, — сказал он с привычной игривостью. — Но я могу помочь с твоим братом. Выясним, под внушением ли он. Нужно собрать пару ингредиентов, растереть всё в пасту, нанеси на запястье или лоб, и произнеси "Revela compulsionem". Если есть внушение, кожа покраснеет и появится жжение. Ничего сложного, даже новичок справится. Я стояла, переваривая его слова. Злость утихала, сменяясь осторожным облегчением. — А ты сможешь снять его? — Это так не работает, дорогуша. Если попытаешься вмешаться магией, рискуешь разрушить не только чары, но и часть личности. Джереми может потерять память или стать... овощем, как вы говорите. Лучше всего заставить самого вампира убрать внушение — чисто и без последствий. Будем действовать по ситуации. — Ладно, — вздохнула я наконец. — Но если всё окажется правдой... я не представляю, как заставить Деймона исправить это. Он рассмеялся, но тихо, и кивнул. — Мы разберёмся. А теперь пошли на следующий урок — не стоит опаздывать, мисс Диктатор.

***

Прошли дни, полные напряжённой суеты. Мы с Колом охотились за ингредиентами для ритуала снятия внушения — древний рецепт, который он выудил из своих вековых воспоминаний. Список был не из простых: сушёные корни мандрагоры, которые пришлось добывать у сомнительного травника на окраине города; пепел от сожжённого дубового листа, собранного в полнолуние; эфирное масло вербены; и, конечно, кровь объекта — Джереми. Последнее стало настоящей головной болью. Я не могла просто подойти к брату с ножом и сказать: "Эй, дай-ка мне пару капель для магического эксперимента". Кол предложил "незаметно" укусить его во сне, но я пригрозила превратить его в жабу, если он ещё раз хотя бы подумает об этом. В итоге он использовал свою суперскорость: подкараулил момент, когда Джереми "случайно" порезался на кухне, готовя сэндвич, и оказался рядом, чтобы "помочь" — а на деле собрал кровь с ножа, прежде чем брат заметил. "Видишь? Никакого вреда, только польза", — ухмыльнулся Кол, протягивая мне флакон. Я закатила глаза, но внутри была благодарна: без его способностей мы бы застряли. Мазь требовалось варить под полной луной, чтобы усилить связь с природными силами, — классика ведьмовских ритуалов. Ближайшая полная луна была через неделю, поэтому процесс затянулся. Эти дни я проводила в раздумьях, вынашивая план, как выудить правду у Елены. Она наверняка в курсе, если Деймон снова поиграл с разумом Джереми — они всегда были в сговоре, когда дело касалось "защиты" семьи. Я репетировала разговоры в голове: позвонить под предлогом "скучаю по дому", завести речь о Мистик Фоллс, ненавязчиво спросить о Джереми и его "спокойствии". Может, даже намекнуть на магию, чтобы увидеть её реакцию. Но каждый раз, набирая номер, я трусила. А если Елена сама под внушением? Или хуже — если она одобрила это? Но судьба, как всегда в нашей жизни, решила вмешаться раньше моих замыслов. Я вышла из школы под серым небом. Рюкзак оттягивал плечо, в голове крутились планы на тренировку: сегодня Кол обещал поработать над "невидимыми барьерами" — техникой, которая могла бы скрыть мою магию от посторонних глаз. Я шла к парковке, где он обычно ждал в своём седане, размышляя, как бы не поскользнуться, но вдруг заметила подъезжающий знакомый автомобиль — чёрный Камаро, который я узнала бы из тысячи. Сердце ёкнуло, когда машина резко остановилась у тротуара. Дверца переднего пассажирского сиденья распахнулась, и из неё выглянула Елена — волосы растрёпаны, глаза взволнованные. — Делайла! — крикнула она, оглядываясь по сторонам, будто ждала погони. — Садись в машину! Быстрее! Я замерла, чувствуя, как магия шевельнулась внутри, готовая вспыхнуть искрой. Что происходит? Почему она здесь, в Денвере, без звонка? Я присмотрелась — Джереми уже сидел на заднем сиденье, его лицо было напряжённым, но без паники, как будто он знал больше, чем я. А за рулём... Деймон, с его фирменной ухмылкой, но глаза серьёзные — это пугало ещё больше. — Что случилось? — спросила я, подходя ближе, но не садясь. Снег оседал на моих волосах, холод пробирал сквозь куртку, но я стояла твёрдо. — Елена, зачем вы здесь? Если это из-за пожара в школе... — Пожалуйста, садись, — повторила она, протягивая руку, её пальцы дрожали слегка — от холода или нервов? — Мы объясним по дороге. Это срочно. Прошу, Дел. Я колебалась секунду — Кол ждёт, магия на взводе, а в голове вихрь вопросов: это ловушка? Или реальная угроза из Мистик Фоллс добралась сюда? — но в итоге кивнула и забралась на заднее сиденье рядом с Джереми. Дверь захлопнулась с глухим стуком, Деймон нажал на газ, и машина рванула с места, оставляя школу позади в вихре снежных хлопьев.