МУЖСКОЙ ДОМ

Целуя ее шею страстно и с любовью, Бенджамин не мог забыть все ужасы жизни через которые они прошли вместе, с самого детства, с самых первых начинаний, они шли рука об руку и он всегда любил ее, желал и поддерживал. Воспоминания продолжали атаковать его разум. Во время строя, все мальчики стояли ровно по линейке, выпрямив голову. Строгий учитель держал руках блокнот и отмечал новобранцев, мальчиков 6-лет. Каждый ребенок отличался внешностью и талантами, с самого рождения они имеют невероятную силу и иммунитет. Глафира и Бенджамин стоят рядом, девочка неловко чувствует себя среди остальных, но не подаёт виду, смерть страшнее чем какой-то там дискомфорт, так ведь? Учитель Кайло подошёл к ним обоим и с улыбкой начал ерошить волосы Бенджамина, небрежно приговаривая. — Приятель! Нашел уже себе друзей? — Бенджамин был любимчиком учителя Кайло, так как, Бенджамин и он были тесно связаны с рождения. Кайло обещал покойным родителям мальчика, что приглядит за ним. Мальчик убрал его руку и хмуро сказал. — Не трогай, не люблю когда мои волосы трогают. — Ахх, ты с детства был таким...ох а это у нас...— Кайло смотрит на Глафиру, которая на удивление для ребенка держит планку, она спокойно смотрит вперёд, не подавая виду, что она здесь чужая. — Ты же у нас Логан? — он озадаченно посомтрел на нее. — А? Ага...— пробормотала Глафира. — Хм странно у нас в списке 513 имён, а детей 514. Возможно произошла какая-то ошибка и имя вычеркнули, прости, Логан.— после этих слов мужчина двинулся дальше. Бенджамин и Глафира облегчённо выдохнули. — Он скорее всего умер этот Логан. — Бенджамин заговорила шепотом ей на ухо. Глафира немного поерзала от этого факта, что она будет притворяться другим человеком, но выбора нет, либо остаться мальчиком либо жестокая смерть от злого работорговца извращенца. Все таки вокруг было чисто и стерильно, дети были одеты в чистую белую пижаму: футболка, шорты либо штаны. Высокие потолки и странные рисунки на стенах, минимум мебели и идеально чистый пол— все это казалось раем в глазах ребенка, который вырос в трущобах и в полной антисанитарии. Глафира осмотрела полы в надежде, что не оставила грязные следы от ее грязных ног. После того как все дети были занесены в список, их отпустили на перерыв. Глафира и Бенджамин воспользовались этим шансом, что бы закрыться в комнате. — Ложись на пол. — приказал мальчик, задирая ее рукав. — Что ты собираешься делать, Бенджамин? — У меня нет выбора, но нам нужно обработать твои раны, в них жуки. — прямо сказал мальчик и сделал тяжёлый вздох, готовя себя к моральному испытанию. — Что? Как ты это сделаешь? — Слушай, Кайло всегда был снисходителен ко мне, поэтому дал мне кое-чем поиграться.— Бенджамин начал ковыряться в своем кармане где достал горстку пороха. Глаза Глафиры наполнились недоверием — Глаф...Логан, боль будет недолгой, зато, твоя рука больше не будет болеть, а все жучки умрут, ты же хочешь этого, да? — он пытался как можно отсорожнее подойти к теме, того, что случится через некоторое время. Бенджамин был умён не по годам, он был более рассудителен, чем свои сверстники, но он остаётся ребенком напуганным и отчаявшимся. — Хочу...— Глафира тихо проборомотала, она не знала о чем говорит Бенджамин, но его тон делал ее тревожнее с каждой секундой, но девочка знала, что если жуки не исчезнут, то она умрет. Бенджамин кивнул и открыл ей рот, запихав туда тряпок которые были в комнате. — Будь как можно тише. — мальчик подбежал к шкафу и нашел где то там старую пыльную зажигалку. Он проверил ее прежде, чем начать действовать, огонь был слабым, но было достаточно, чтобы поджечь порох. Потом Бенджамин сел рядом с девочкой, он смотрел на ее непонимающее лицо. Конечно ему тоже было страшно, такая процедура была очень опасна и был шанс убийства девочки, но он не мог так вот её оставить. Дело в том, что когда детей набирали в мужской корпус, был медицинский осмотр и каждый ребенок был чист и здоров, поэтому раны Глафиры вызвали бы подозрения. Нужно было действовать быстро, перерыв маленький, а так же воспитатели могут услышать шум и заподозрить что-то. Бенджамин делает несколько вздохов и сыплет ей на раны порох, потом он зажигает зажигалку. — Мне жаль. — после этих слов раздался щелчок барабана зажигалки и пошел слабый огонь, который хоть и не сразу, но зажёг порох и он загорелся. Девочку сразу охватила жгучая боль, огонь был моментальным, но очень эффективным, моментально все личинки были мертвы. В комнате запахло горелым человеческим мясом, огонь от пороха моментально прозжег кожу, крови не было, а был пар и неприятный запах. Ран было несколько, поэтому мальчик сделал эти манипуляции снова и снова, пока Глафира приглушённо кричала, боль была невыносимой настолько, что ее ноги начало судорожно дрожать, а по лицу литься слезы, это повторялось несколько секунд. Руки Бенджамина дрожали, делая это, но они понимал, что пути назад нет, если его поймают за тем, что привел чужака сюда, умрут они оба, со слезами на глазах он закончил и бросил зажигалку на пол. Пар распростанился по всей комнате и дрожащее дыхание девочки, которой приходится переживать это на себе. Они оба знают, что выбора нет. Бенджамин замер, смотря на ее руки, даже спустя долгие года, он не мог простить себе этот поступок, несмотря на то, что это была необходимость. — Что такое? — произнесла Глафира, теперь её длинные черные волосы были распространены по кровати,пока она медленно дышала, ее грудь то поднималась, то опускалась с каждым вздохом. — Ничего, просто нахлынули воспоминания...—Он сделал тяжёлый вздох и отстранился, сев на край кровати. Глафира села рядышком, смотря на него внимательно. — Ты о желании Ваагнара? — Нет...нет, не только об этом, просто мужской дом был большой частью моей жизни и я вырос там, тяжело вот так вычеркнуть кусок жизни из-за политики. Они оба замолчали, воспоминания теперь нахлынули на них обоих, вспоминая лишь только одного человека перед собой. Ваагнар собрал всех детей в зале. Мальчику было всего 11 лет, а он уже занимает главную позицию и показывает свои лидерские качества ярче, чем другие дети. Желающие мальчики пришли послушать речи Ваагнара, сели в круг, каждый сел так как ему удобно. Кто-то из детей украл почти сломанную лампу, свет которой работал слабо, но главное, что работал. — Дорогие друзья!— мальчик поднял руку вверх, приветствуя сонных зрителей. — сегодня я хотел обсудить важную тему для нас! — Темууу? Я больше хочу спааааать...— проборомотал другой мальчик с необычным именем "Июнь". — Отвали, Июнь , не надо лезть ко мне! Не сейчас! — Не успел Ваагнар опомниться, как другой маленький мальчик накинулся на него с объятием, паралельно слюнявя ему одежду ртом. — фууууу! — Ваагнар отчаянно пытался его оторвать, пока голодный Июнь жевал его кофту. Июня успешно оторвал от Ваагнара другой, взрослый мальчик - Бенджамин. — Я возьму его на себя. — он нежно улыбнулся и прижал мальчика помладше к себе. — можешь продолжить. — Кхм! Так вот...— Ваагнар набрал в лёгкие воздуха и торожевственно начал. — Ребята, все мы, все наши каждодневные труды, не пройдут зря! Возможно в ваши сердца прокладываются сомнения, насчёт того, что мы тут именно делаем! Учителя говорят ,что мы спасение человечества, но говорят ли они нам правду? Если мы действительно спасаем человечество, то почему о нас знают лишь некоторые, а мы хранимся в секрете?! — И зачем им нужно разглашать информацию о нас?...— Мальчик по имени "Солнце" прервал его, скрестив руки у груди. Он был самым рассудителльным среди младших. — По крайней мере, им не обязательно запрещать нам все и связь с нашими родителями в том числе! Все замерли и начали перешёптываться. — К чему ты клонишь, Ваагнар?— обратился к нему Бенджамин держа маленького Июня за руку. — К тому что...— Его глаза сверкнули и он поставил руки в боки. — Нам нужно сбежать, это место выращивает нас всех как скот, а потом отправит на войну, разве этого мы заслуживаем? Все замерли и задумались, некоторым стало немного страшно. — Просто я **хотел бы** видеть вас свободными, чтобы каждый из вас делал то, что должен, а не то, что скажет нудный учитель, я **хочу** чтобы каждый имел право выбора, право свободы, а также я **хочу** чтобы мир был во всем мире! — Он поднял руку, а другие дети внимательно слушали его и внимали его слова, в их глазах появилась искра желания и надежды, ведь до этого момента никто и не задумывался, что мир куда шире чем только холодные стены Мужского дома. Бенджамин замер, смотря на друга, Ваагнар был прав, но разве они могли что-то сделать в своем положении, у них не было ни сил, ни возможностей... Настоящее. Вот прошло уже столько лет, почти все участники Мужского дома погибли, а в живых осталось пять человек, страшная война и катаклизмы упали на нижний мир, в один момент кажется что, все в итоге умрут. Ваагнар не мог допустить этого, он боролся за судьбу человечества ценой своей жизни. После долгой гражданской войны, он помогал нуждающимся, помог Маре и Энею, стал надеждой людей и все верили в него. Может...это конец?