Ты, твой образ, оставшийся в моём сердце.

Чем ближе к месту назначения, тем сильнее Фэй Ду чувствует, как что-то сжимается в груди. Руки леденеют, как и сердце. Ему видится образ человека, который, само собой, уже ищет его повсюду, как обезумевший пёс. Его шисюн уставший, измученный и лишённый сна - от этих мыслей сразу становится хуже. Но ещё больше ранит то, что он не может прямо сейчас оказаться там, с ним, чтобы утешить: не может взять его руки в свои, лишь бы они не были слишком холодными, и нежно гладить; и что, возможно, оставшиеся крохи тепла в сердце Фэй Ду согреют их, принеся человеку рядом с ним, да и ему самому, облегчение. Чем дальше уезжает автомобиль, тем сильнее пустота и холод снедают его сердце. Но он должен сделать это, и тут не о чем жалеть. Это решение было принято им задолго до - таков его план - и назад дороги нет. Фэй Ду не сожалеет и, кажется, даже не боится. Но как тогда понять нерешительность, закравшуюся в самое сердце, и это желание увидеть Ло Вэньчжоу в самый последний раз хотя бы на несколько секунд. Страх ли это? Или что-то другое - возможно, стремление? Незаметно для себя самого Фэй Ду задумывается, сможет ли он когда-нибудь ещё раз поужинать дома, и так же незаметно даёт себе обещание, что в следующий раз обязательно приготовит салат как надо. Если он когда-нибудь вернётся, то будет есть всё, что приготовит его шисюн, напрочь позабыв о своей привередливости. Он просто будет рад, если у него появится ещё один шанс - ещё «один раз». Только чтобы получить этот шанс, необходимо выжить, а он даже представления не имеет, что следует говорить или делать, когда встретится со стремительно приближающейся неизвестностью. Неизвестностью, что маячит перед глазами ближе, чем линзы его собственных очков. На самом деле президент Фэй больше не намерен мучить себя этими мыслями. Если ему суждено сегодня умереть - что вероятнее всего - он должен прекратить думать о подобных мелочах, ведь ни одна из них не принесёт ему пользы. Под звук разбивающихся очков Фэй Ду украдкой улыбается сам себе. Что ж, эффектное начало.

***

Тем временем Ло Вэньчжоу впервые в жизни чувствует, что больше не может держаться на ногах. Они отказываются не то что бежать, даже просто идти, как если бы эти длинные от природы ноги внезапно сморщились, или как если бы их раздробило молотом. Боль - одичавший голодный зверь - вгрызается в самые кости. Что он должен делать? Где искать? Ему так хочется отключиться на несколько минут, чтобы сердце, бьющееся раненой птицей, могло успокоиться. Но он ведь капитан, «Капитан Ло» - он должен оставаться непоколебимым и продолжать координировать свою команду. Кроме того, Фэй Ду ведь оставил ему подсказку, и он должен, несмотря ни на что, найти её за считанные минуты. Если не найдёт, это непомерно дорого ему обойдётся. За эту ошибку он расплатится всем, что у него есть - всем своим миром - Фэй Ду. И речь больше не идёт о доверии или чести. Теперь речь уже о жизни и смерти. Этот парень, что порождает в нём извержение вулкана, заставляя забыть о происходящем вокруг, в том числе и об опасностях, которые могут его запросто сжечь, если он не будет осторожен, оставил ему всего лишь крошечную подсказку, как его найти. Всё это похоже на насмешку судьбы. Где-то в глубине души капитана скрывается злость - злость на Фэй Ду за то, что тот, осознанно идя на смерть, растрачивает не только собственную жизнь, но и его тоже, и что самого Фэй Ду это нисколько не заботит. Но эта злость может подождать - пока что. Сперва Ло Вэньчжоу вернёт его домой, и уж потом точно не станет сдерживаться. Он просто обязан вернуть его домой. А всё остальное… Чтоб тебя! Глаза предательски щиплет и капитан укрывается от взглядов окружающих его людей.

***

«Пуля, что тебя не убивает» также и не делает тебя сильнее. Фэй Ду узнал это давным-давно, но сегодня, как бы ни было иронично, он проживает на собственной шкуре эти мучительные моменты, один за другим. Время словно замирает. Секунды становятся вечностью, а пропасть, что отделяет его от до смерти напуганного Ло Вэньчжоу, становится больше, чем каких-то несколько шагов, отделяющих его от встречи с матерью. Все эти семь лет его мать была его внутренним стержнем, успокаивая сердечные раны и помогая оставаться любящим и надёжным, пусть даже ценой собственной души - но теперь на её месте оказывается другой человек - высокий и привлекательный мужчина с характерным для него запахом табака. Фэй Ду заставляет свой ускользающий, как кислород из лёгких, разум вспоминать каждую ноту этого запаха и каждый сантиметр лица этого мужчины. Возможно так боль утихнет. Возможно так закончатся его мучения. А может это даст ему сил продержаться ещё немного - ровно столько, чтобы сердце смогло представить и поверить, что шисюн рядом. «Ноль… пять… один… два». Раз за разом Фэй Ду прокручивает это в своей голове. Хотя числа ускользают из его сознания, в них всё же угадывается какой-то сокровенный смысл. Он продолжает их повторять. Они о чём-то ему напоминают. Но о чём? «День, когда я встретил тебя». Становится больно. Мама, как же чертовски больно. И эта боль сильнее, чем от пробивших его тело пуль; сильнее, чем удушающая пустота в лёгких, что стали как хрупкие иссушенные бумажные листы и готовы вот-вот рассыпаться. «Ноль… один… два… четыре…». В одночасье боль в груди исчезает… На секунду Фэй Ду даже решает, что его жизнь подошла к своему завершению. Но когда воздух, подобно острому лезвию, врезается в лёгкие, он понимает - ещё не конец. Это шаги… «Два шага… Четыре… бег» Он не поверит самому себе, если решит, что ему знаком этот звук. Но нет в мире звука более знакомого, чем этот. Шисюн…? Ло Вэньчжоу появляется с выражением лица, какого Фэй Ду никогда прежде не видел - суровым и ожесточённым, и вырывает парня из объятий смерти. Фэй Ду хочет протянуть руку и дотронутся до его щеки. Пожалуйста, не смотри так на меня… Ты здесь, чтобы забрать меня домой? Я ждал. Я изо всех сил старался оставаться живым - ради тебя. Теперь мы можем пойти домой? Здесь так холодно. Твои руки тоже холодные. И больше не пахнут любимым табаком… Но для Ло Вэньчжоу всё эти мысли остаются незамеченными, пока он судорожно касается лица Фэй Ду, чтобы убедиться - этот парень всё ещё здесь - с ним. Взглянуть в глаза Фэй Ду, как вскрыть ножом собственное сердце. Почему он плачет? Как он может смотреть на всю эту кровь! Что они сделали с тобой, Фэй Ду, дорогой? Вся эта кровь - твоя? А эти слёзы? Что я наделал? - Я…, - любые слова оказываются тяжелее, чем парень лежащий у него на руках. Он обнимает Фэй Ду, прижимая к груди так крепко, словно пытается передать ему своё сердце, лишь бы тому стало легче. И заберёт он его обратно только если Фэй Ду сам того пожелает. Слова слишком тяжёлые. Но ещё тяжелее злость на самого себя. А Фэй Ду в его руках словно невесомое перо, готовое выскользнуть в любую секунду от малейшего дуновения ветра, если он не будет держать достаточно крепко. - Прости меня… я опоздал. Как ни странно, но заплаканные глаза Фэй Ду были исполнены нежностью. Не было в них ни обвинений, ни упрёка. Только мягкий и невинный взгляд, подписывающий свою безоговорочную капитуляцию. Как будто Капитан Ло обладает суперсилой и может отмотав время назад стереть всю его боль. Как будто только он способен залечить все, даже самые глубокие раны на его прогнившей душе. Как будто мир не сможет причинить ему вреда, пока он спрятан в этих объятьях. И даже мучительная боль, пронизывающая тело насквозь, не в силах убить, потому что прямо сейчас он укрыт от всего на свете спасительными руками капитана. Пусть даже это последние мгновения жизни. Монстр в душе этого парня наконец-то спрятал когти и больше не был способен ранить его. Тогда Фэй Ду понял, чтобы почувствовать себя в безопасности, в которой он так нуждался, но никогда не был, нужно просто быть здесь - рядом с Вэньчжоу. Даже если их обоих поглотит пламя. Но как ему об этом сказать? Что нужно сделать, чтобы слёзы его шисюна перестали литься? Какие подобрать слова, чтобы объяснить, что капитан всегда был с ним и никогда не покидал его? Никогда не опаздывал. - Ты не опоздал… Все чудовища уничтожены. Остался только я. Ты можешь запереть меня у себя дома?