Инфузия чувств

Дождливым осенним ученики сидели в своих гостиных, греясь у камина. На фоне тихо играла музыка, почти заглушённая их разговорами. Всем им так не хватало этой атмосферы тепла и уюта. Но жизнь понемногу возвращалась в прежнее русло, а раны, оставленные войной, потихоньку затягивались.   Гермиона, как и всегда, пожелала друзьям хорошего вечера и пошла в библиотеку. Она шла по коридору, задумчиво скользя взглядом по выцветшим гобеленам, высоким арочным окнам и старинным каменным колоннам. Её волосы были собраны в торопливый, растрёпанный пучок. Под глазами легли тени от бессонных ночей — всё последнее время она засиживалась с книгами до рассвета. Только чтение хоть как-то спасало от тех невыносимых кошмаров, которые не отпускали её после войны. Она зашла в библиотеку, с трепетом вдохнув запах книг, пергаментов и чернил. Здесь ей всегда становилось легче. Никакого хаоса и суматохи. Только порядок, последовательность и спокойствие, которые она так ценила.  Гермиона прошлась вдоль полок, слегка прикрыв глаза и наслаждаясь ощущением шершавых корешков книг под пальцами. Сегодня она не знала точно, что ищет. Просто решила довериться случаю.  Она вытащила старую, тонкую книгу в тисненой кожаной обложке бордового цвета. Прочитав название, Гермиона невольно усмехнулась: «Тонкие Искусства Эмоциональной Алхимии. Гвендолин Прайс.» В последнее время в её голове было много мыслей, и эта книга как будто откликалась на них. — Что такое я вижу? — послышался из-за ее спины голос Малфоя. Он заглянул ей через плечо и с легкой усмешкой прочитал название книги. — Неужели ты решила стать экспертом по сердечным делам, Грейджер?  Тяжело вздохнув, она медленно развернулась и посмотрела на него. Драко стоял, облокотившись о книжные полки, на губах застыла кривая ухмылка. Но в глазах не было ни намека на насмешку, издевательство. В них вообще ничего не было.  — Что тебе надо, Малфой? — устало спросила она.  — Расслабься, Грейнджер. Просто восхищаюсь твоим новым литературным вкусом, — он кивнул на книгу у неё в руках. — Ага, видно, что ты разбираешься в тонкостях, — ответила Гермиона с лёгкой усмешкой. — Или ты пришёл сюда просто ради комментариев? — Нет, я тут по делу. Хотя наблюдать, как ты всерьёз изучаешь “сердечные темы”, — бесценно, — усмехнулся он. — По сравнению с твоей страстью к пассивной агрессии, любое занятие кажется серьёзным, — парировала она. Он чуть склонил голову, будто оценивая её настроение. — Приятно видеть, что война не убила в тебе привычку к колкостям, — заметил он. — А в тебе — любовь к театральным появлениям, — ответила она. — Если закончил, полки вон там, — кивнула в сторону, а затем пошла к ближайшему столу. Еще несколько минут Драко стоял неподвижно, внимательно всматриваясь в то, как Гермиона осторожно отодвигает стул, поправляет мантию, открывает книгу. А затем скрылся во тьме высоких книжных полок.  “Эмоции — не просто тени в душе, но живые сущности, питаемые нашими мыслями и воспоминаниями. Чтобы изменить их природу…” По спине Гермионы пробежали мурашки, она встряхнула головой не в силах сосредоточиться. Она хотела было повернуться и сказать Малфою что-нибудь обязательно саркастичное и ядовитое. Но смогла лишь краем глаза уловить кусочек мантии, который мгновенно скрылся за углом.  “Чтобы изменить их природу, нужно не ломать, а бережно переплавлять, как мастер скульптуры, трогающий каждый изгиб с любовью и терпением.” Проведя пальцем по пожелтевшей странице Гермиона невольно задумалась над тем, насколько мало магия умеет работать с душой. “Инфузия Возврата Чувства” Гермиона свела брови и нахмурилась. Никогда раньше она не слышала подобного названия.  “Это зелье предназначено для тех, кто утратил способность ощущать эмоции — будь то из-за травмы, горя или магических последствий. Его действие мягкое и постепенное: возвращает чувствительность, не нанося вреда и не вызывая резких вспышек.” Магия без жертв и боли? Такое вообще возможно? Гермиона поспешила отмахнуться от этой мысли и убедить себя в том, что это вполне вероятно. Просто в свете последних событий перестаешь задумываться о таком.  — Библиотека закрывается, — оповестила ее мадам Пинс.  Гермиона закрыла книгу и отнесла её на место. Поставив книгу на полку, она прочитала название еще раз, а палец невольно задержался на шершавом корешке.  — Доброй ночи, — пожелала она библиотекарше и направилась в гостиную.  Ночь прошла спокойно, и утро встретило Гермиону тихим светом, пробившимся сквозь занавески. В комнате стояла необычная лёгкость. И мысли, казалось, постепенно приобретали ясность, оставляя место для новых ощущений. Даже завтрак среди взглядов понурых, сонных однокурсников не смог испортить ей настроение. Гермиона сидела за столом и листала учебник по зельеварению, болтая ногой и допивая остывший чай.  — Чего такая довольная? — недовольно протянул Рон. Он с подозрением смотрел на нее и чуть было не воткнул вилку вместо сосиски в стол.  — Просто выспалась, — ответила Гермиона.  Рон удивленно поднял брови, а затем перевел взгляд на Гарри, который уснул прямо за завтраком. Как, впрочем, и большинство тех, кто вчера остался допоздна в гостиной.  Дочитав главу, Гермиона закрыла книгу и огляделась вокруг. На мгновение ее взгляд задержался на Драко. Он смотрел куда-то вдаль пустым взглядом, не обращая внимания на омлет, который ковырял вилкой в тарелке. Ей показалось, что все это неправильно. Не так как должно быть. Она отвела взгляд и пару раз моргнула, восстанавливая в памяти лицо Драко с вечно надменной ухмылкой. Так то лучше.  После завтрака они направились на первый урок, зельеварение.  — Слизнорту совсем нечего делать? Какая контрольная? Если мне понадобится сварить зелье, я просто открою учебник, — недовольно причитал Рон всю дорогу.  — Успокойся, Рональд, — изредка повторяла Гермиона. Класс зельеварения был наполнен ароматом трав и специй. До начала контрольной оставалось всего несколько минут, поэтому почти все ученики уже успели прийти. По всем углам кабинета слышались разговоры, скрип перьев о пергаменты, шелест листьев учебников. Гермиона села за парту и сделала пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.  — О чем ты беспокоишься? — Спросил Гарри, сидевший сзади нее. Все время до урока, которое было выделено на подготовку к контрольной, он пытался справится со своими непослушными волосами, которые лезли ему в глаза. — Ты этот учебник уже до дыр зачитала.  — Правильно, пусть читает, ей еще нам помогать, — сказал Рон, широко зевнув, и поудобнее устроился на парте.  — Думай своей головой, Рон, — цокнула Гермиона и снова погрузилась в чтение учебника.  Профессор Гораций Слизнорт, в своей привычной зелёной мантии с блестящими пуговицами, стоял у доски и спокойно ждал, пока все ученики рассядутся по своим местам.  — Сегодня контрольная по теории, — объявил он. — Знаю, что времена были тяжёлыми, но именно знания дадут нам силу двигаться дальше. Первый вопрос: какие особенности имеет зелье «Успокоительное» и почему важно соблюдать точную температуру при его варке? Тишина царила в классе, лишь звук скрипа пера по пергаменту нарушал спокойствие. Но вдруг неожиданно раздался какой-то странный, шипящий звук, а за ним последовал громкий хлопок. Все мгновенно обернулись к столу, где сидел Невилл. Он держал в руках какой-то сосуд, из которого теперь обильно вытекала белая пена, растекаясь по столу и стекая на пол.  — Я… Я хотел проверить все ли в порядке с моим зельем, которое мы делали на прошлом уроке, — начал оправдываться он, одновременно пытаясь остановить лавину пены.  Громкий хохот пронесся по классу, словно волна. Засмеялся даже профессор Слизнорт.  — Мистер Лонгботтом, — сказал он, — Пожалуйста, аккуратнее с экспериментами во время контрольной. Смех продолжался ещё несколько минут, и напряжение словно растворилось в воздухе. Гермиона посмотрела на друзей и радостно улыбнулась. Сразу вспомнились старые времена. Когда Невилл искал по всему замку потерянную жабу, когда взрывалось все к чему только прикасался Симус, когда они еще не знали, какой путь ждет их впереди.  Написав ответ на последний вопрос, Гермиона еще раз все внимательно перечитала.  — Мисс Грейнджер, я уверен, что у вас все отлично, — вздохнул Слизнорт. Остальные ученики уже все сдали и разошлись по своим делам.  Гермиона в последний раз посмотрела на свою работу и отдала её профессору. Она хотела уже было уйти, но в голове внезапно появился вопрос.  — Профессор, в одной книге, которую я недавно нашла, упоминается «Инфузия Возврата Чувства». Вы что-нибудь знаете об этом зелье?  Гораций на секунду задумался.  — Кажется, слышал про такое. Да точно! Его придумала Гвендолин Прайс, очень талантливая волшебница. — Но если чувства можно вызвать зельем… остаются ли они настоящими? Или это всего лишь иллюзия, созданная химией и магией? — Ах, какой тонкий вопрос, мисс Грейнджер, — Слизнорт одобрительно приподнял брови. — Всё зависит от того, что вы называете иллюзией. Разве чувство, вызванное магией, менее настоящее, чем то, что вызвано словами, музыкой… или, скажем, запахом мандариновой корки? Он сделал паузу, сложив пальцы у подбородка. — Зелье не заставляет вас чувствовать то, чего в вас нет. Оно скорее подсвечивает, высвобождает… как заклинание Люмос в темной комнате. Свет ведь не делает комнату новой — он просто позволяет вам её увидеть. — Никогда не думала об этом с такой стороны, — сказала она. — Спасибо, профессор. Она быстро собрала свои вещи, перекинула сумку через плечо и направилась к двери. Весь оставшийся день зелье не выходило из головы. Интерес и желание узнать все на своем опыте взяли верх над ней. Этим же вечером Гермиона отправилась в библиотеку, чтобы переписать рецепт зелья.  Закончив, Гермиона закрыла книгу и ненадолго задержала взгляд на ней. В глубине сознания возникло чувство, будто эта формула — не просто набор слов и рецептов, а приглашение взглянуть на привычное под другим светом. Может быть, стоит позволить себе этот маленький шаг в неизвестность — не ради победы над тем, что внутри, а ради возможности услышать что-то новое.