Щупальца и Зайка.

Тишина в комнате Куки нарушалась только ритмичным стуком его гирь о пол. Он стоял перед зеркалом, любуясь игрой мышц на своих руках, бицепс напрягался под мягкой розовой шерсткой. 'Ха!' – выдохнул он с довольной ухмылкой, поднимая вес выше головы. – 'Настоящий качок! Сильнее всех в BT21!...' Его пушистый розовый хвост энергично подрагивал от усилия. Куки обожал свою силу, свою крутизну. Конечно, он был добряком для Шуки, Койи, Манга и других, мог расчувствоваться до слез над милым видео, но в глубине души он знал... он боец. Неприступная крепость. Тень в дверном проеме замерла. Тата. Его глаза наблюдали за Куки, за игрой мускулов, за уверенностью, исходившей от розового зайца. Внутри Таты, за маской вечного спокойствия и таинственности, шевелилось что-то иное. Любопытство? Его длинное, гибкое щупальце, обычно безвольно волочившееся за ним, слегка извилось, как будто пробуждаясь. – Эй, Тата! – Куки опустил гирю, повернулся, вытирая пот со лба лапой. – Чего завис? Хочешь потренироваться? Покажу, как настоящие качки качаются! – Он гордо выпятил грудь, похлопал себя по бицепсу. Тата не ответил. Он просто вошел. Его щупальце плавно скользнуло по полу, как живая змея. Куки фыркнул, не видя угрозы в этом странном, но привычно безобидном существе. – Ладно, ладно, – снисходительно протянул Куки, – знаю, ты не для качалки. Может, печеньку? Не Шуки!.. У меня есть… – Он потянулся к полке с припасами. В этот момент щупальце метнулось вперед. Не быстро, а с гипнотической плавностью. Оно обвило лодыжку Куки прохладным, упругим кольцом. – Эй! – Куки вздрогнул от неожиданности и холода прикосновения. – Тата, что за шутки? Отпусти! Это не смешно! Но Тата не отпускал. Его щупальце потянуло. Аккуратно, но неумолимо. Куки, потеряв равновесие, грохнулся на мягкий ковер. Гиря с глухим стуком упала рядом. – Та-Таа!... – зарычал Куки, пытаясь встать. Его мускулы напряглись, он попытался разорвать хватку щупальца руками. – Я же сказал, отпусти! Я не игрушка! – Он бил по щупальцу кулаком, но оно было как резиновый канат, пружинило, поглощая удары, не ослабляя хватки. Другие щупальца Таты поднялись в воздух, медленно приближаясь. Паника, острая и незнакомая, кольнула Куки. Он всегда побеждал! В играх, в спорах о силе! А тут… это щупальце! Оно было сильнее? Невозможно! Он рванулся изо всех сил, пытаясь отползти. – Отстань! Я не хочу!!... – Его голос звучал громко, но уже без прежней уверенности, с ноткой зарождающегося страха. Тата наклонился над ним. Его глаза смотрели без осуждения, но и без колебаний. Они просто… наблюдали. Второе щупальце обвило его вторую лодыжку. Третье охватило запястье. Куки оказался растянут на ковре, беспомощный, как муха в паутине. Его могучие бицепсы и трицепсы дрожали от напряжения, но были бессильны против упругой, внеземной силы щупалец. – Н-нет… – прошептал Куки, его уверенность треснула, как скорлупа. Он видел, как еще одно щупальце, тонкое и цепкое, скользит вверх по его ноге. – Пожалуйста, Тата… не надо так… Я же твой друг… – Голос его дрожал. Он попытался сжать ноги, но щупальца на лодыжках развели их с легкостью. Щупальце поднырнуло под шерстку. Холодное, скользкое прикосновение к самой интимной части его мехового тела заставило Куки вскрикнуть – высоко. – О-Ой! Стой..! – Он забился, но щупальца держали его мертвой хваткой. Холодное прикосновение исследовало, нащупывало вход. Куки чувствовал, как его сердце колотится, как предательски дрожит его белый хвостик, зажатый под ним. Сильный Куки… а он лежит, растянутый, и его… его… – П-прекрати! Это унизительно! – слезы выступили на глазах. Но щупальце не слушало. Оно надавило. Вошло. Медленно, но неумолимо. Куки замер. Боль? Была, но странно притупленная. Шок? Оглушающий. Но главно невероятное чувство… заполненности. И власть Таты. Абсолютная, подавляющая. Его собственная сила испарилась, оставив только слабость и странную, жгучую стыдливость. Он пытался сжать мышцы внутри, вытолкнуть незваного гостя, но они не слушались. Наоборот, они… обхватили?? – М-м… – невольный хрип сорвался с его губ. Не от боли. От неожиданного, глубокого ощущения. Щупальце внутри него двигалось нежно, волнообразно, находя точки, о которых Куки и не подозревал. Волны странного, теплого удовольствия начали подниматься из глубины, смывая остатки сопротивления. Его тело, такое сильное минуту назад, теперь дрожало мелкой дрожью, как у испуганного крольчонка. Его хвостик выбился из-под него и замер, подрагивая кончиком. – Т-Тата… – прошептал он уже совсем иначе. Не с угрозой, а с растерянной мольбой. Его щеки пылали под шерсткой. Он больше не рвался. Его руки ослабли в хватке щупалец. Он просто лежал, позволяя, чувствуя, как его внутренности сжимаются вокруг инородного тела уже не в попытке изгнать, а в странном признании. Щупальце внутри ускорило свои волны. Еще одно щупальце обвилось вокруг основания его дрожащего хвостика, нежно сжимая. – Ай! – Куки вскрикнул, но теперь это был высокий, тонкий звук, полный шока и нарастающего, неконтролимого удовольствия. – С-стой… там ч-чувствительно… – Он закусил губу, пытаясь сдержать стон, но тщетно. Его тело выгнулось дугой, когда щупальце нашло особенно удачную точку. – А-Ах!.. Ой!.. – Он ахнул, осознав, что пискнул, как смущенный Койя. Его хвостик бешено задергался в нежном захвате щупальца. Сильный Куки исчез. Остался только дрожащий, покорный зайка, которого его собственное тело предавало волнами стыдливого наслаждения. Он сжал глаза, его лапки беспомощно сжались в кулачки. Каждое движение щупальца внутри заставляло его издавать тихие, прерывистые звуки: "М-м… ах… Т-Тата… п-плавнее…' Его хвостик вилял, как у щенка, получающего ласку, полностью отдавшись игре щупальца. Он чувствовал, как внутри все сжимается, как нарастает невыносимое напряжение. Щупальце пульсировало, его движения стали интенсивнее, целенаправленнее. Куки не мог сдержаться. Его тело взметнулось в немом крике, когда волна экстаза накрыла его с головой. Он кончил, судорожно сжимаясь вокруг щупальца, его хвостик замер в последнем, отчаянном подрагивании. Звук, вырвавшийся из его груди, был чистым, высоким писком, звуком маленького, беззащитного существа, достигшего предела. Щупальце медленно выскользнуло. Тата отстранился. Его глаза смотрели на Куки, лежащего в лужице собственных выделений, дрожащего, с мокрыми от слез глазами и бешено колотящимся сердцем. В глазах Таты не было злорадства. Только… удовлетворенное любопытство. И тихое обладание. Куки не мог поднять взгляд. Стыд горел щеками сильнее любой тренировки. Он был сильным! Крутым! А теперь… он лежал здесь, размякший, пищавший, с дрожащим хвостиком, разбитый щупальцем инопланетянина. Он попытался сжаться в комок, спрятать лицо, но его тело не слушалось, все еще переживая отголоски конвульсий. Тата аккуратно коснулся щупальцем его плеча. Нежно. Почти ласково. Потом развернулся и бесшумно уплыл из комнаты, оставив Куки наедине с рухнувшей самооценкой, странной теплотой внутри и осознанием, что он больше не Неприступная Крепость. Он был Зайкой. С дрожащим хвостиком. И, возможно, Тата знал это о нем всегда. Куки всхлипнул, прижимая лапки к пылающему лицу. Его хвостик предательски подрагивал еще разок, вспоминая прикосновение. Крутой качок? Теперь это звучало как горькая шутка.