Последнее желание: Другая концовка

Луна сидела в человеческом облике на скамейке, рядом с мистером Вриглерсом и смотрела вместе с ним на его последний в жизни закат. Неужели этот человек правда смог так легко смириться со своей судьбой? Он знал, что его убьют и был к этому готов. Может за этим крылась особая причина? Вполне возможно что он сам мог быть смертельно больным? Было сложно поверить но мужчина сказал, что ему семьдесят четыре года, хотя выглядел он гораздо моложе. Луна весь день чувствовала себя странно и как-то подавленно. Как бы ей самой не хотелось признавать, но ей было жаль этого человека. Возможно впервые в жизни она почувствовала такую сильную эмпатию… К человеку! Да, она уже не раз была на задании именно с Блицем, как ни крути, с тех пор, как Столас стал жить с ними, то и работа секретаря досталась именно ему. А Луна теперь могла отправляться на задания вместе с командой, то чего она давно хотела. И вот теперь она сидит на скамейке в парке земного мира, рядом с человеком и мысленно рассуждает о сложившейся ситуации, вместо того чтобы рвать и метать все вокруг, как она ранее планировала. Но этот день был другим… Она видела досье на этого человека и если честно, то да, с одной стороны было странно то, что он действительно настолько добрые и помог такому большому количеству детей обрести семью и поддержку, но с другой такие люди существовали и это было большой редкостью. Но такое правда возможно. И осознав это все Луна стала смотреть на людей совсем иначе. Не на всех, конечно, ее чутье адской гончей прекрасно работало и она с легкостью могла понять враг перед ней или нет. Если раньше она была агрессивной ко всему живому, то за определенное время она стала меняться и смотреть на жизнь и окружающих ее демонов и людей по-другому. Особенно после того случая, когда она в один день поняла, что могла потерять Блица навсегда в том самом суде Сатаны, где его собирались казнить. Тот самый день навсегда отпечатался в ее жизни… — Красивый закат, не правда-ли? — Спросил мистер Вриглерс, глядя на закат, а затем перевел взгляд на девушку-гота, коей он видел Луну, не зная ее настоящий облик. — Да… Полагаю, — Луна повернула голову назад, увидев сидящего под деревом неподалеку хмурого Блица, который грыз цветной леденец, раздражаясь весь день из-за этого заказа. Тем самым он просто ждал момент, когда можно будет наконец выполнить заказ после «последнего гребаного желания этого уебка», как выразился ранее бес. — Что ж, это был прекрасный последний день в моей жизни, — Вновь заговорил рыжеволосый мужчина, а затем положил руку на плечо Луны, — Надеюсь мы еще увидимся в другом мире. — Сомневаюсь, чувак, — Тяжко вздохнув произнесла девушка, — Я ведь буду в Аду. Но только сомневаюсь, что ты туда попадешь. Ты за жизнь не совершил ни одного греховного поступка и… Я просто не понимаю, почему они заказали тебя… — Не они. Он. Я догадываюсь, кто это мог сделать. И этот кто-то уже давно мертв. Это тот, кто всегда завидовал моим успехам, со школьных лет, но только вот я никогда не желал ему зла в ответ. Я лишь говорил ему, что у него еще все наладится, что не нужно завидовать моим успехам. Но он меня не послушал. Хотя возможно в его смерти есть и моя вина. Я не смог его переубедить. — Не смог его переубедить в чем? — В том, чтобы он не заканчивал эту жизнь. К сожалению я стал свидетелем его смерти, поскольку я видел, как он спрыгнул вниз, проклянув меня напоследок и обвинив в своей смерти. И еще он ведь практически ничего обо мне не знал, но так плевался ядом в мою сторону всегда. И даже перед тем как сделать это он проклял меня, когда я пытался ему помочь. Боюсь у него еще и были проблемы с психикой. — Ох… Вот как… — Ну, а еще недавно у меня диагностировали смертельную болезнь и бессимптомно протекающую, так что… Полагаю этот день настал, когда я должен покинуть этот мир. Я ведь не просто так прощался со всеми своими детьми, которым помог наладить их жизнь, смог поставить их на ноги и сделал так чтобы они стали счастливыми и забыли о тех ужасах, что пережили в прошлом. Надеюсь они меня не забудут за все, что я для них сделал. Луна стиснула зубы. Перед ее глазами промелькнула вся ее жизнь, начиная с приюта, где у нее была ужасная жизнь, где ее буллили, считали ее безнадежной, обращались с ней, как с тупой бесполезной шавкой, внушая ей что она никому не будет нужна и никто ее не полюбит никогда и не примет и заканчивая не совершившейся, к счастью, казни Блица в суде и прочие моменты по сей день. Все это промелькнуло у нее перед глазами. Она быстро и незаметно стерла рукой выступившую слезинку с уголка глаз, и вновь посмотрела на собеседника — Что ж, полагаю, как у сироты у тебя тоже была тяжелая жизнь не так ли? — Да… Это так. Со мной обращались ужасно в приюте, называли безнадежной и бесполезной, внушали, что я никому не понравлюсь за свою агрессивную натуру, не зная что это была лишь моя защита, ведь меня били и издевались надо мной и… Внезапно девушка почувствовала чужую руку на своем плече. Она посмотрела на рыжеволосого, который успокаивающе сжал ее плечо слегка, поглаживая. — А что у тебя сейчас, милая? У тебя ведь есть теперь семья, верно? — Ну… Да. Она есть. Приемная, но есть и это… — Луна вновь посмотрела назад на бесконечно ворчащего под деревом Блица и слегка улыбнулась, — У меня есть приемный отец. Он тот еще чудик рогатый и у нас поначалу были трудные отношения и по большей части это было с моей стороны. Я считала его странным из-за излишней доброты ко мне, учитывая какой страшный абьюз я пережила. Для меня такое поведение было не нормой и чем-то ненастоящим. Фальшивым. Я просто не могла поверить в то, что… Меня могут принять. А недавно случилось страшное и… Я его могла потерять навсегда. Тот день навсегда отпечатался в моей памяти. Тогда я поняла насколько он мне важен, не смотря на то какой он порой придурок, но… Он хоть и мой приемный отец, но он моя семья. И он смог подарить мне вторую жизнь. Я ему благодарна за это. В этот момент Блиц перестал ворчать, прислушавшись наконец к диалогу Луны с тем человеком. Бес уставился на свою приемную дочь, будучи шокированным, услышать от нее такое. Внутренне он был очень горд, ведь наконец и Луна приняла его таким балбесом, коим он и являлся. Особенно после того самого судного дня, когда Блиц переосмыслил всю свою жизнь и был готов отдать ее, лишь бы были живы его близкие… Лишь бы все было в порядке с Луной. Он даже дал поручение Мокси заботиться о ней, когда его не станет. И в конце концов в момент серьезной опасности он спас Столаса в ледяном замке Андреальфуса. Бес осознал многое и он менялся в лучшую сторону, хотя придурком по-прежнему являлся. Но это было его неотъемлемой частью к которой все привыкли. В том числе и Луна. Похоже Блиц заинтересовался диалогом Луны и Вриглерса больше, чем желанием выполнить заказ. Пока что. — Ну что ж. Ты знаешь, кто я. И я уверен, ты еще покажешь этому миру свое истинное «я» — Я… Я не думаю, что миру это понравится… — Мне бы понравилось — Рыжеволосый перевел на нее спокойный взгляд и слегка улыбался Луна задумчиво посмотрела на собеседника, потом посмотрела вниз, словно обдумывая что-то. А затем она закрыла глаза, улыбнувшись. Ее окружил магический звездно-космический вихрь и рядом с человеком сидела уже не девушка, а крупная антропоморфная волчица, она же адская гончая. — Та-дааа~ — Луна все еще слегка улыбалась и посмотрела теперь на человека, находясь в своем истинном облике. Вриглерс смотрел на нее спокойным взглядом, но через секунду его спокойное выражение сменилось на удивленное, — Ох, блин… Я… Я знаю, как это выглядит, просто… — Это… И правда неожиданно — Я же говорила, что я из Ада… Адская гончая. — Но тем не менее я же говорил, что мне понравится твое истинное «я». — Слышь, надеюсь ты не из этих! Фурриебов! — Резко высказался Блиц, находясь неподалеку, но затем его саркастичный вид сменился на откровенное охуевание, — ЛУНИ, ТЫ ЧТО?! Зачем ты убрала маскировку??? — Я… Я просто… — Не нужно ее ругать. Ей нужно было, чтобы кто-то принял ее такой какая она есть, — Заступился Вриглерс. Блиц удивленно поочередно моргнул сначала одним, затем другим глазом, скорчив охреневающую гримасу — Эй! Поучи меня еще, папаша! Я практически никогда не ругаюсь на свою дочь! — Дочь? — Удивленно спросил рыжеволосый, затем перевел взгляд на гончую. Та кивнула, — Ох, так вот почему «рогатый чудик» — Э! За выражениями следи, спермобак ты майонезный! И вообще! Я сразу принял Луни! Такой какая она есть! Потому что она идеальна! — Черт, пап… — Тихо фыркнула Луна, покачав головой, немного смущаясь. — Я рад слышать, что в вашей семье все хорошо, правда. — Ага, да, — Блиц отмахнулся рукой, подойдя ближе, — Ты не забыл, что нам тебя убить нужно? Твое последнее желание исполнено, чувак, так что время умирать! — Блиц достал из-за пазухи пистолет, целясь в рыжеволосого. — Пап, стой! — Что.? Луна, да что такое?! Уже второй раз ты меня останавливаешь! В чем причина?! — Я не понимаю за что его убивать… — Да он же… он же… — Он помог стольким детям обрести счастье и семью, неужели ты не понял?! Он не совершил ни единого греха! И он не виноват в смерти того… заказчика! Тот сам суициднулся! — Чт… Так… — Блиц выдохнул, потерев глаза пальцами, — Луна, ты ведь понимаешь, что это наша работа, окей? — Ты думаешь я не помню тот момент, когда ты сам не захотел убивать ту семью? — Я… Это… — Блиц начинал теряться в своих же мысленных противоречиях, — Ну, да но… Луна слегка нахмурилась, выхватив у него пистолет из рук. Бес косо посмотрел на нее — Но, слушай, если мы так каждого жалеть будем, то совсем без денег останемся! Нам же необходимо выполнять заказы, Луна! Нам еще Столаса содержать в конце концов, он же все потерял… Он теперь работает на твоем месте секретаря. И ему и нам необходимы деньги… — Луна, он прав. Если это обеспечит счастье вашей семье, то не теряй времени, милая. Просто сделай это. Гончая перевела ошарашенный взгляд на Вриглерса, отказываясь слышать такое. — Но… Но если… Я… Я не могу… Рыжеволосый подошел ближе к ней, направив дуло пистолета в ее руке на себя — Давай. Ты же помнишь, что мне самому не так уж и долго жить осталось. Эта жертва ради того, чтобы сделать твою семью счастливой, стоит того. — Бля, ты получается первый человек, что так легко отнесся к существованию. Демонов? — Спросил Блиц, неверяще глядя на человека, — Что ж может ты и не такой мудак, каким я тебя видел изначально. Ладно, Луни, думаю стоит дать шанс тебе сделать это самостоятельно. — Я… — Руки гончей предательски дрожали, едва держа пистолет, — Я не… — Ты просто делаешь свою работу. Как и я просто делал свою работу. Все в порядке, правда. Блиц заметил, как нервничала гончая. Он не стал уходить далеко, решив тем самым попытаться поддержать свою дочь. — Прости, чувак… Мне правда жаль, что придется это сделать… — Луна попыталась взять себя в руки. Она уже более уверенно держала пистолет в руках, хотя выступающие на глазах слезы уже мешали ей целиться и сосредоточиться, — Спасибо тебе… Что помог мне переосмыслить многое и… и помог мне принять себя… Надеюсь ты попадешь в рай… Ты заслужил это. — Пожалуйста. Был рад тебе помочь. Прощай, Луна. Доля секунды. Выстрел. В самый лоб, чтобы смерть была мгновенной и чтобы их жертва не испытывала мучений. Несколько минут Луна смотрела на лежащий у ее ног труп своего собеседника, из ее глаз предательски полились слезы и она по собачьи заскулила. Блиц сочувственно посмотрел на нее, а затем аккуратно обнял. — Ты все сделала правильно, Луни. Ну, а он… Он попадет туда, куда ему и положено. Полагаю, что в Аду ему точно не место. Я ошибался на счет него. Но он узнал слишком много, так что боюсь нам пришлось бы в любом случае его уничтожить — Да… Думаю ты прав… Полагаю он должен попасть в Рай… За все свои заслуги — Ой, блять! Луна, пора валить! На нас уже пялится слишком много людей! — Блиц быстро открыл портал и вместе с Луной запрыгнул в него, через долю секунды исчезнув вместе с порталом. Они переместились в свою квартиру. Оба ужасно устали. — Что ж… Пап, я хотела сказать тебе… — Тссс… Луни, я слышал почти все о чем вы говорили с ним. Я рад, что ты правда ценишь меня, как и я тебя. Гончая обняла приемного отца, сев на корточки перед ним. Это был трудный день для них обоих, особенно для Луны, но они оба справились. И Луна смогла принять себя такой какая она есть. Ну а Блиц… просто Блиц. Балбес коим все его привыкли видеть. Особенно Луна.