В ритме танца

      — Что ж, на этом наше собрание окончено, всем спасибо и до встречи! — отчеканил Михаил Юрьевич, вставая со своего места.       Столицы округов последовали примеру Москвы. Выйдя из конференц-зала, они направились к выходу, делая вид, что идут в разные стороны. Но, оказавшись на улице, вновь собрались вместе. У них была очень ответственная миссия сегодня.       — Так, ребята, все здесь? У нас сегодня первая репетиция, помните? — напомнил Володя. — Гош, ты принёс колонки?       — Так точно! — кивнул Бештау.       — Насколько у них хороший звук?       — Настолько, что к Асаду приходили жаловаться соседи, — похвастался Бештау. А что, имеет право, он эти колонки еле как на поезде увёз. А мог бы с комфортом лететь в самолёте «Минеральные воды — Москва». Чего не сделаешь для любимой столицы.       — Отлично!       — А вы у нас, Александр Петрович, до сих пор в группе риска между прочим, — с усмешкой сказал Лёша.       — Да не расскажу я ничего Михаилу Юрьевичу! — слегка раздражённо ответил Саша. — Алексей, вас нисколько не смущает тот факт, что если бы не я, мы бы этим вообще сейчас не занимались?       И как ни крути, Романов был прав. Ведь именно он напомнил, что у их любимейшей столицы скоро день города и хорошо бы к этой дате что-нибудь подготовить. А если будут задействованы все округа, то Мише станет вдвойне приятнее. Высказав это предложение, Саша создал беседу с красноречивым названием «ФОБМЮ», что значило «Федеральные Округа Без Михаила Юрьевича». Просто, да и Миша, если бы случайно увидел, не догадался.       Были разные предложения: разрисовать стены офиса портретами Михаила Юрьевича (правда, вопрос о том, кто их будет потом отмывать, остался открытым), запустить в небо большое количество шаров в число возраста Московского — получалось слишком много. В конце концов, Володя предложил поставить танец, записать его на видео и придумать какую-нибудь трогательную подпись. Сначала к идее отнеслись с долей скепсиса, но потом признали: из всех ранее озвученных она была самой адекватной. Поэтому на Вову легла важная задача — поставить танец. Саша же арендовал студию для репетиций.       — Но всё равно, может, вас на всякий случай удалить из беседы, а? — настаивал Донской, потешаясь.       — Ещё одно слово, Алексей, и я вас оттуда удалю. Не забывайте, кто там админ, — строго напомнил Саша, поправляя очки.       Студия была большая по размеру: Романов предвидел, что их затее потребуется масштаб. А для начала надо было размяться. И пока все делали растяжку, Приморский справился с этим быстрее всех и отправился тестировать колонки. Гоша не обманул — звук был что надо!       — Так, всё! — Володя к этому времени уже подключил колонку к телефону. — Значит так, сейчас попробуем прогнать, посмотрим, что вообще получится. Все смотрели обучающие ролики по танцам, которые я скинул? — столицы дружно кивнули. — Отлично! Тогда поехали!       Они прогнали несколько раз. Сам танец был довольно непростой. Он включал в себя самые разные элементы: сначала шёл небольшой вальс с воображаемыми дамами, после этого шла короткая лезгинка, затем что-то между якутским осуохаем и эвенкийский дэрёдэ, заканчивалось всё казачьим плясками с шашкой и русско-народными танцами. Володя предлагал добавить что-то из корейской хореографии, но большинство отказалось, аргументируя тем, что они такое точно не потянут.       Это оказалось сложнее, чем все думали. Выдержать темп танцев с разной стилистикой не представлялось возможным. Если Александр Петрович прекрасно справлялся с вальсом, то на лезгинке его ноги путались между собой. Лёша отлично орудовал своей шашкой в танце (которую убедительно попросили заменить на декоративную), но во время вальса не мог уловить счёт и наступал на ноги тем, кто был рядом (из-за этого они с Костей почти подрались). Гоше не составляло никакого труда исполнить лезгинку, но когда они становились в круг для осуохая, сбивался и шёл не в ту сторону, путая в итоге всех. Кроме того, во время казачьей партии, когда Лёша и Гоша перекидывались шашками, одна из них чуть не прилетела в Святослава.       — Вы мне хотите второй шрам, что ли, сделать? — спокойно, но с явной претензией спросил тогда Свят.       Вова, по счастливой случайности, умел танцевать всё. Опыт был. Жизненный.       После нескольких таких попыток сил не было ни у кого. Кто-то лежал прямо на деревянном полу студии и восстанавливал силы, другие же облокачивались об стену, переводя дыхание.       Энергия, кажется, осталась только у Приморского.       — Коля, блин! — Володя поставил музыку на «стоп» и подошёл к Новосибирску, хватая его за плечи и встряхивая. — Ты деревянный! Раскрепостись! Ты будто бы весь зажат, кого ты стесняешься?       — Ну, просто, я ни разу ни перед кем не танцевал… — Сибиряков немного смутился. — Да и на видео как-то…       — Коля, — глаза Володи смотрели непривычно серьёзно, — это ради Москвы. Ради Михаила Юрьевича!       — … который даже не посмотрит это видео, — хмыкнул рядом Костя.       — Посмотрит, — возразил Саша, разминая поясницу. — Я уж прослежу за этим, вы не переживайте.       — Хорошо, — вздохнул Вова, переводя взгляд на Романова. — Александр Петрович, вы… Как бы так сказать… — Саша внимательно посмотрел на Володю из-под очков. Это усложнило ситуацию, Вова ещё больше растерялся. — Нет, всё хорошо! Просто вы…       — Он пытается сказать, что вы тоже деревянный, — закончил фразу лежащий на полу Гоша.       — Но я, в отличие от некоторых, не теряю координацию во время хоровода, — парировал Саша.       — А я не представляю, как можно путать такие простые элементы в лезгинке, — не остался в долгу Бештау, за что был вознаграждён испепеляющим взглядом Романова.       — Нет, мы Михаила Юрьевича, безусловно, любим и уважаем, но даже он не заслуживает таких мучений, — заявил Костя, с трудом разгибая спину.       — Ребят, ну пожалуйста, — взмолился Володя. — Это только первая репетиция. Потом будет легче.       Но легче почему-то не стало. Наоборот, ситуация принимала критические обороты.       — Слушай, ты широкий, что ли?! — не выдержал Уралов, когда Лёша опять наступил ему на ногу.       — А ты чего такой нервный?! — тут же ответил Донской.       — А как тут не быть нервным, если ты мне уже раз пятый мою ногу задеваешь?!       — Если Гоша опять собьётся на круге, я его уже покусаю! — не выдержал всегда спокойный Коля. Но эта ситуация уже даже его выбивала из колеи. У него в голове не укладывалось, как можно сбиваться в таком простом движении, как хоровод.       — А почему каждый просто не может станцевать то, что у него лучше всего получается? — вдруг предложил Свят, и все удивились тому, что он тоже здесь, а не ушёл ещё давно от этой неразберихи.       — Я же объяснял, — вздохнул Володя. — В этом смысл, что мы единая страна и перенимаем традиции и обычаи друг у друга.       — Пока мы перенимаем только синяки друг у друга, — с горькой усмешкой заметил Костя.       — Вы сами выбрали этот вариант из всех возможных, — как можно вежливее пояснил Володя. — Я же устраивал голосование в группе.       — Потому что в теории это звучало намного легче, — вырвался вздох отчаяния у Коли.       — Ладно, — вздохнул Володя. — Перерыв.       Вова вышел на улицу. Ему был просто необходим свежий воздух. Кроме того, он чувствовал себя абсолютно беспомощным. Собрать команду у него так и не получилось, а без полного взаимопонимания у них ничего не выйдет. Может, это потому что он, Володя, плохой лидер?       — Алексей, если вы ещё раз задените меня своей шашкой, я за себя не отвечаю!       Приморский узнал голос Саши. Александр Петрович, видимо, устав от общества коллег, тоже решил выйти подышать.       — Это бесполезно, — Володя уронил голову на руки.       — Согласен, с этими людьми невозможно работать, — фыркнул Романов и вдруг заметил настроение Приморского. — Владимир, только не говорите, что вы сильно расстроились из-за этого.       — Не скажу.       Саша покачал головой и подошёл чуть ближе.       — Знаете, когда покойный император Пётр Алексеевич сделал меня столицей, я был ещё более юным, чем вы. А мне предстояло, как выражался Михаил Юрьевич, вести за собой народ. Это было страшно, но я справился. И вы тоже справитесь. Вы ведь тоже столица. Только не страны, а округа. Но всё равно такой же лидер. Главное, вовремя собраться и отложить упаднические настроения в сторону.       — Вы так думаете? — Володя посмотрел на Сашу.       — Я это знаю, — на губах Романова появилась улыбка. — У тебя всё получится, — почти шёпотом добавил он и зашёл обратно.       Этот резкий переход на «ты» взбодрил Володю. Александр Петрович верит в него, а значит, он не должен никого подвести! С этим боевым настроением Вова вернулся.       — Всё, меняем рисунок! — резко заявил Володя. — Итак, кто лучше всего уже освоил лезгинку? — Гоша, Лёша и Костя подняли руки. — Отлично! Тогда мы с вами вчетвером выходим в центр и танцуем, остальные в это время становятся около нас полукругом и хлопают. Таким образом, вы тоже будете включены в танец. Хоровод. Мы делаем несколько кругов, и когда наши казаки выходят с шашками — не останавливаемся, а отходим чуть назад, продолжая держаться за руки и поднимать их вверх-вниз. А вы, Александр Петрович, незаметно толкайте Гошу в нужном направлении, когда начнётся хоровод.       — С превеликим удовольствием, — ответил Саша, коварно посмотрев на Бештау.       — Так, если все запомнили, давайте попробуем!       — Извините! — в дверях образовалась фигура Донского, в руках у него была самса с сыром. — А можно вот то, что сейчас Вова объяснял, ещё раз повторить? Простите, но если бы я не поел, я бы сдох.       — Алексей, мы бессмертные, — как бы между прочим, сказал Коля.       — Ой, ну давайте вот без этих формальностей, — проглотив последний кусок, ответил Лёша. — Вы меня поняли.       — Хорошо, ещё раз… — и Володя с поистине ангельским терпением рассказал всё с самого начала.       — А можно ещё одну корректировку? — вдруг спросил Сибиряков.       — Какую? — поинтересовался Вова.       — Я не буду танцевать.       — Как это? — удивился Приморский, а за ним все остальные. — Коль, ты чего?       — Ну не привык я танцевать на камеру, мне и без камеры неловко, а как представлю, что на это ещё и смотреть будут… Да ещё и Михаил Юрьевич…       — Николай, ты это брось! — сказал Донской. — Россия без Сибири, как казак без верного коня. Ну, или как шашлык без соуса — пресный.       — Да, Коль, как мы будем без тебя-то, — расстроенно спросил Вова.       — Николай, я уверен, ваше стеснение возможно побороть, — присоединился к всеобщей поддержке Александр Петрович.       — Просто представь, что мы тут все голые! — выдал вдруг Гоша, чем приковал к себе недоумевающие взгляды. — Что? Рабочая схема, между прочим!       — Да я даже танцевать не умею! — привёл последний аргумент Сибиряков.       — Николай, — вдруг сказал Свят, подойдя ближе, — у нас тут все не прирождённые танцоры. Но от нас никто и не требует безупречного исполнения. Для Михаила Юрьевича важно, в первую очередь, внимание.       — … которого у него и так дофига, — добавил Уралов.       — Костя!       — Ладно, молчу.       — Но Святослав прав, — поддержал Вова, вновь беря Сибирякова за плечи, — мы тут все не то, чтобы очень умеем танцевать. Ты сам видел наши недочёты. Но вместе мы справимся, и у нас получится если не идеально, то хотя бы хорошо. Так что, отбрось лишнюю застенчивость и просто повторяй за остальными.       Коля очень неуверенно, но кивнул.       С какой именно попытки у них получилось, никто точно ответить не сможет. Но, скорее всего, число явно будет двузначное. Целую неделю столицы собирались в назначенной студии и репетировали по много часов, пока все не выдыхались. Кто-то (вроде Костя) от отчаяния уже просто предложил коллективно скинуться и купить Михаилу Юрьевичу огромный торт, но большинство отвергло этот вариант, сославшись на то, что и так много работы уже проделано, да и тогда деньги за аренду студии уйдут впустую.       — Итак, — объявил Володя на финальной репетиции, — мы хорошо с вами потрудились. Завтра все приходим красивые и нарядные, записываем видео и радуемся успеху.       — И да, — добавил Саша, — на день города никаких сообщений в беседу ФО не пишем. Никаких открыток с котятами и вырвиглазных гифок. Надеюсь, Георгий меня услышал.       — А с чего это вдруг? — сразу же возмутился Георгий.       — Чтобы не засорять чат. За этими сообщениями Михаил Юрьевич точно наше видео не увидит. Присылаем только его и всё. Но если очень хотите, то пришлёте открытку, когда он уже посмотрит его.       Гоше ничего не оставалось, как смириться.       — Так Москву в этот день все будут поздравлять, — сказал Коля. — Он просто не увидит наш чат за этими поздравлениями.       — Не переживайте, Николай, — спокойно пояснил Саша. — Наш чат у него в закрепе.

***

      У Миши на день города были довольно типичные для этого времени планы: проснуться, ответить всем в чатах на поздравления (ну, по крайней мере, большей части) и быть на всех мероприятиях, которые устраивались по случаю. Видео, снятое с десятого дубля, было уже отправлено в беседу ФО. Но Александр Петрович на всякий случай даже позвонил. И прозрачно намекнул:       — Беседу ФО проверь. Сейчас же.       Московский пожал плечами, но послушал. Видео его позабавило. Посмотрев его от начала до конца, он отправил в чат короткое:

«Спасибо»

      Этот ответ вызвал неоднозначную реакцию в чате ФОБМЮ. Екатеринбург: он серьёзно?! Мы почти сдохли, пока записывали, а в ответ простое «спасибо»?! Пятигорск: даже без смайлика =( Ростов-на-Дону: не, ну это не по-человечески! Новосибирск: ну, возможно, Михаил Юрьевич просто не очень эмоциональный человек… Владивосток: да ладно вам, мне кажется, ему всё равно приятно было.       Володя был прав. Его правоту подтверждало то, что на открытой странице Московского через минут десять появился пост с тем самым видео и подписью:

«Такой подарок мне приготовили любимые подчинённые. Здорово, когда у столицы России такие яркие и подвижные столицы Федеральных округов. Спасибо! 🔥»

***

      — Гляньте-ка, наш казак ещё шашками не разучился пользоваться! — усмехнулся Дарен, лёжа на диване и смотря видео.       — О, ничего себе, Михаил Юрьич где-то разместил? — спросил проходящий мимо с Лёша, неся тарелку с шашлыком.       — Ага, у себя на на странице. Вы теперь местные знаменитости, — подтвердил Кубанов.

***

      — Вы всё-таки дагестанскую лезгинку взяли? — обрадовался Асад, глядя ролик в своём телефоне.       — Естественно, — кивнул подошедший с мороженым Гоша. — Даже Александр Петрович потом проникся, почти без побоев!       — Моё уважение, брат! — Бештау был вознаграждён хлопком по плечу.

***

      — Какая красота, — улыбнулся Матвей. — Не знал, что ты умеешь танцевать, Коль.       — Я тебя умоляю, выключи это, — проворчал Сибиряков, делая вид, что загрузка посуды в посудомоечную машину — самое интересное занятие в его жизни.       — Да ладно, — вдруг присоединился Руслан. — Ты у нас, оказывается, теперь и танцор! А неплохо так двигаешься.       — Я в лабораторию, — Николай повесил кухонное полотенце и ушёл. Однако его бледная от природы кожа не смогла скрыть густой румянец.

***

      — Всё, теряем Костяна, он поддался в танцоры, — Татищев посмеялся, валяясь на диване с Камской.       — Перестань, Юр, — отмахнулась Аня. — Между прочим, у Кости хорошо получилось. Кость, а где ты научился лезгинку танцевать? Или, подожди, ты поэтому по ночам гремел последние дни перед собранием? Тренировался?       — Просто привык ответственно подходить к делу, — ответил Уралов, подсаживаясь к ним.

***

      — А я не знала, что ты так здорово умеешь танцевать! — с восторгом сказала Камалия, сидя на кухне за столом.       — Весьма посредственно, — бесцветно ответил Свят, наливая себе чай.       — Может… Станцуешь как-нибудь для меня? — Камалия подошла ближе, обнимая Святослава со спины.       — Я подумаю, — уголки его губ приподнялись в лёгкой улыбке.

***

      — И всё-таки без тебя у них и не было бы шанса, — сделал вывод Лёня, который был свидетелем того, как это видео монтировалось.       — Ну, возможно, если бы я был более собранным, мы бы закончили быстрее, — скромно улыбнулся Вова.       — А ну отставить самобичевание! — Леонид неожиданно схватил Приморского за шею и слегка потряс. — Я же видел, как ты ночами не спал, создавал этот микс, а потом репетировал перед зеркалом. Ничего бы они без тебя не сделали!       И Володе ничего не оставалось, как согласиться с другом и поставить их ролику уже сотый лайк.

***

      — Признай, это лучший подарок в твоей жизни.       Был уже вечер. Все официальные части мероприятий закончились. Миша наконец сбежал от всех громких поздравлений и шумных концертов, и сейчас они с Сашей сидели в довольно тихом, но уютном кафе.       — А у меня есть выбор? — по-доброму усмехнулся Михаил Юрьевич.       — Разумеется, нет, — тоже с усмешкой ответил Романов.       — Как ты вообще их всех собрал, да и заставил танцевать на камеру?       — Ну, здесь заслуга не только моя, но и Владимира. Думаю, тебе стоит посмотреть в сторону Дальнего Востока.       Миша задумался. На Вову Приморского он ещё обратит внимание. Но, главное, потом будет день города в Санкт-Петербурга. И после такого Московский точно не должен остаться в долгу.