Все дороги ведут к истокам

      Провести выходной день за перебиранием вещей в старой кладовой казалось не самым интересным занятием, но выбора не было. Нужно срочно решать, что отправится в коробки для переезда, а что — на свалку истории. Дети становились всё старше и уже не хотели делить друг с другом одну комнату, а тут подвернулся вариант с более просторным домом, где у каждого будет своё пространство. Продавец очень хотел, чтобы сделка состоялась как можно скорее, поэтому надо было поторопиться и подготовиться к переезду в ближайшее время.       — Папуля, давай мы тебе поможем!       Мальчик в старой потрёпанной футболке с Микки Маусом и девочка в платьице в горошек носились по дому, скорее создавая беспорядок, чем на самом деле помогая. В ходе этой уборки разбилось несколько чашек, но мужчина совсем не ругался. Меньше вещей перевозить придётся. А ещё говорят, что посуда бьётся к счастью. Но вот на одной из дальних полок отец семейства обнаружил фотоальбом в потёртой обложке и понял: пришёл тот самый момент, когда ему нужно остаться наедине с прошлым… Такое случалось нечасто, ведь дома всегда было шумно и весело, а если вдруг становилось тихо, то нужно проверять, в порядке ли маленькие сорванцы.       — Дальше я сам, можете взять мороженое и поесть, только, прошу, не перепачкайте вещи! Стирка была буквально вчера…       Стоило только юным помощникам услышать о сладком лакомстве, как из кладовой их и след простыл.       Первые страницы фотоальбома были наполнены детскими снимками — некоторые ещё чёрно-белые, с загнутыми уголками, без подписи и даты. Кажется, это всё было совсем недавно, а вот уже скоро и владелец альбома поведёт детей в школу и будет заставлять их делать уроки по вечерам. Страница за страницей длилась эта экскурсия в прошлое. Можно было рассматривать бесконечно каждый кадр и вспоминать забавные ситуации, что происходили дома, на школьных экскурсиях, в театральном кружке. Но вдруг одна маленькая фотография, не спрятанная под плёнку, а просто лежавшая между страниц, чуть не выпала из альбома, будто бы желая быть увиденной…       Может ли фото хранить в себе нечто большее, чем просто один фрагмент из жизненной хроники? На этом кадре было запечатлено морское побережье и отдыхающие. Первый — стройный парнишка в забавных полосатых шортах, бледный, ещё не успевший загореть. В его длинные волосы, небрежно спадавшие на плечи, были вплетены цветы. Второй — мужчина постарше в плавках. Он точно совсем недавно вышел из воды: его волосы были влажными после купания, а капли на теле ещё не успели высохнуть и переливались на солнце. Вдалеке виднелась пара пролетавших по небу чаек. Далеко за горизонт простиралось лазурное море. Не было бушующих волн. Другие люди, случайно попавшие в кадр, были словно размыты и рассмотреть их лица было невозможно. Но это фото и не было о них. Оно было о тех двоих, что стояли, обнявшись, и слегка щурились. Безмятежность и спокойствие читались в их улыбках. Как будто есть только этот момент и ничего больше…       На обратной стороне написано размашистым почерком: «B. K. & D. J. На память о нашем прекрасном лете — 2007». Лишь четыре буквы с инициалами, а как много они могут сказать тому, кто пережил этот момент.       Билл давно уже не выглядел как тот безмятежный юноша с фотографии. Он часто хмурился, и на лбу у него уже успели появиться морщинки, которые он всей душой ненавидел и старался от них избавиться. Но остановить время было невозможно.       Да и буква K. давно уже не его: после свадьбы Билл взял фамилию мужа и стал подписываться другими инициалами. В окружении со временем не осталось никого, кто знал бы его прежним. Тогда он был совсем другим и дело даже не во внешности — цвет волос и форма причёски менялась десятки раз, хоть сейчас он и остановился на относительно короткой длине. Внутри изменилось слишком многое.       В тот самый год, указанный в подписи, Билл впервые увидел море. Родители в награду за завершение учебного года с хорошими отметками подарили ему путёвку на курорт. Парень должен был провести там целых три недели, вернуться домой отдохнувшим и готовиться к выпускному классу. Семья очень хотела, чтобы сын связал свою жизнь с серьёзной профессией и подошёл к выбору основательно. Но мысли Билла тогда занимали куда более простые радости жизни в виде вечерних пляжных дискотек, коктейлей в баре и новых знакомств.       Там, под палящим солнцем, они и увидели друг друга. Билл не очень хорошо плавал и в основном болтался около берега. Он быстро приметил, что за ним наблюдает спасатель на пляже. А вечером они пересеклись в небольшом баре на набережной. Так, за горячительными напитками и произошло их знакомство.       Дэвид был старше больше чем на десяток лет, но Билла это совсем не смутило, а даже напротив — ещё больше привлекло. О чём вообще ему болтать с ровесниками? Они же все одинаковые как на подбор: слушают одну и ту же музыку, курят одни и те же дешёвые сигареты, потому что на другие просто не хватает. Ни одного по-настоящему интересного парня в своей школе он не встретил. Симпатичные преподаватели иногда появлялись, хоть и надолго не задерживались. Да и о чём-то, выходящем за рамки, нельзя было и помыслить. Сразу бы исключили. И тогда родители бы обо всём узнали, а этого допускать никак нельзя. А здесь… Двадцать один день полной свободы, которую они сами ему и подарили. И Билл решил взять от этих каникул всё, что мог.       Удивительным образом желания нового знакомого идеально совпадали с его собственными, и очень скоро они сблизились. Встречались по ночам, тайком, чтобы никто не увидел. Говорили обо всём и словно ни о чём одновременно. Танцевали под пальмами и целовались украдкой, смеялись над глупыми шутками, словно среди них не было ни одного по-настоящему взрослого. Билл показывал Дэвиду наброски своих коротких рассказов, что когда-то записывал в конце школьной тетради. Дэвид советовал ему обязательно что-то с этим сделать. Но парнишка лишь отмахивался, говоря, что ему было просто скучно и что его ждёт серьёзное будущее. Когда-нибудь, через много лет. Это самое будущее было настолько далёким и необозримым, что тогда казалось, что оно никогда не наступит. Будет только лето, волны, жаркие поцелуи и умелые ласки, от которых каждая клеточка тела трепетала в наслаждении. Никаких запретов. И никаких мыслей — а что будет завтра? Было только сегодня. И их первое и последнее лето вместе. Всё, что осталось — лишь фотография с инициалами. Ни телефона, ни адреса.       — Я не люблю пользоваться мобильником. Живу моментом, — говорил тогда Дэвид. — Попробуй и ты. Вы, молодое, поколение, слишком много времени проводите за написанием «эсэмэсок» друг другу…       И Билл жил моментом. Ровно двадцать один день. Говорят, что именно столько нужно, чтобы выработать привычку. А сколько дней нужно, чтобы забыть?..       Устало потерев висок, Билл убрал фотографию обратно в альбом, найдя ей место на одной из страниц с пустым «кармашком». Это место не вписывалось в хронологию, но перестановка всех фото заняла бы слишком много времени. А дело уже и так близилось к вечеру. Скоро дети попросят ужин, и раз уж у Билла сегодня выходной, то он посвятит вечер семье.       Закрыв альбом, Билл положил его в одну из коробок, приготовленных для переезда. Когда-нибудь он снова откроет его и вспомнит ещё многое… Выпускной вечер, на котором напивались до беспамятства даже самые скромные отличники, а Билл проявлял талант сохранения ясного сознания и — что было совсем неожиданно — талант фотографа. Поступление в университет (пусть и больше для родителей, чем для самого себя), первые подработки, а меж тем — короткие и несерьёзные романы бурной молодости… А потом перевернувшая всё встреча с будущим супругом…       Когда-то Том жил неподалёку, но тогда Билл совсем его не замечал, а столкнувшись с ним случайно по пути в фотостудию, вдруг взглянул по-новому на того, кто никогда не был в центре его внимания. И так всё и закрутилось: пара быстро начала жить вместе, несмотря на осуждение со стороны их семей, а вскоре в их доме зазвучали детские голоса. Сначала Билл и Том хотели взять из приюта одну девочку, но когда узнали, что у неё есть брат, то приняли решение не разделять их. Они полюбили их как родных, окружили заботой и теплом.

***

      — Ну что вы там, всё сегодня разобрали? — поинтересовался Том, с удовольствием пробуя «фирменную» пасту Билла. — Скоро уже переедем. Отец даже согласился помочь с перевозом коробок, представляешь! До сих пор не верится, что он всё-таки принял нас. Спустя столько лет…       — Я верил, что у него сердце не каменное! Это мои вот не поддаются… Ну ничего, всё равно позовём на новоселье. Мы почти всё сложили. Я немного увлёкся, рассматривая старые фото, — признался Билл. — Было… много чего вспомнить.       В подробности вдаваться не стал.       — А давай завтра устроим семейную фотосессию? — предложил Том. — Давно мы не добавляли в альбомы новых снимков. Последние кадры в старом доме, а потом уже будут после переезда. Возьмём совместный отпуск и сделаем там ремонт…       — Да, это хорошая идея, — согласился Билл. — И с фото, и с ремонтом тоже. Только чур, дизайн спальни буду выбирать я, — игривая улыбка появилась на его губах, но тут же стихла.       — Ура! Мы будем фоткаться-я-я! — наперебой закричали дети, хлопая в ладоши.       Всё шло своим чередом и должно идти дальше.