Солнечные блики на талой воде

      Как же Вэнь Баовей раздражало всё вокруг… Постоянные нападки окружающих людей, что вообще ничего не смыслили в заклинательстве. Родственников, что видели в ней лишь обузу, неспособную ничего сделать. Чужое неуёмное любопытство посторонних и жажда лезть в чужую жизнь…       Конечно, им же лучше всех знать, каково это — стараться изо всех сил и получать в ответ… ничего.       — Раздражает… — тихо пробубнила себе под нос девушка, собирая свои скромные пожитки в кучу.       Строго говоря, она могла бы совершить задуманное, не тратя времени на сборы. Но к некоторым вещам девушка, вопреки своему желанию, привязалась. Ценнее всего для неё были записи о создании Золотого Ядра, но… Какой теперь в этом смысл, когда она всё-таки достигла желаемого, но результат оказался более чем плачевным?.. Сколько суток она просидела в бессмысленных медитациях, накапливая духовную энергию?.. Сколько лет потратила на то, чтобы взрастить в себе маленький шарик?       Конечно же, в какой-то момент она всё-таки смогла сформировать это чёртово Золотое Ядро. В тот момент, когда все вокруг уже махнули на неё рукой и практически вычеркнули из списка возможных заклинателей.       Но, когда у неё всё же вышло, слабое мерцание внутри не принесло должного облегчения. Столько сил было потрачено на… вот это?! На то, чтобы накопить достаточное количество энергии у неё ушли все годы, что она помнила! А получившийся, еле заметный шарик едва ли можно было назвать «Золотым Ядром». Так ей казалось.       Девушка скрежетнула зубами, стискивая ладонь на маленьком тонком трактате. Её собственные записи теперь не имеют ни малейшего смысла. Если кто-нибудь прознает о результате долгих и упорных тренировок и медитаций, её до конца жизни будут гнобить за этот неудавшийся результат. И родственники, которые «приглядывают» за ней с момента смерти родителей. И этот чёртов двоюродный брат, которому она желала сдохнуть с момента появления в её жизни.       — Раздражает!.. — гневно воскликнула Вэнь Баовей, сжимая в руке несчастную тетрадь.       Но спустя секунду всё же сунула её в свой рукав. Подслушай кто-либо её мысли в данный момент, и тот час бы удивился той ярости, что клубилась внутри неё. Ярости, что копилась все эти годы и не находила выхода. Потому что Вэнь Баовей не могла спорить с теми, кто был сильнее.       Да, как и все младшие адепты она прилежно училась. Медитировала. Оттачивала силу духа и крепость тела. И что в итоге? Взрастила этот постыдный маленький золотой шарик, о котором и скажи кому — засмеют.       Вот если бы… если бы был шанс обрести желанную силу чуть быстрее… О, она бы с удовольствием им воспользовалась. Не раздумывая. Ей уже осточертело видеть эти косые взгляды со всех сторон. Даже её двоюродные брат и сестра видели в ней неумёху. Опекали с детства, словно она была им родная. Словно бы без них не смогла бы справиться даже с малейшей напастью. Выделили ей комнату в своём доме, будто беспризорной собаке.       Чёртов Вэнь Нин, только и делающий, что пытающийся помочь, когда его не просят. Чёртова Вэнь Цин, свысока смотрящая на неё, словно на таракана под ногами. Чёртов Вэнь Жохань, что, не моргнув и глазом, забыл, что она вообще существует. Его чёртовы щенки, то и дело снующие вокруг и возомнившие себя выше всех и каждого. Все они заслуживали того, чтобы сгореть до тла в её ярости.       Вэнь Баовей долго не могла решиться уйти, но всё, что она видела рядом, только подогревало её злобу. На самом деле, она и сама не помнила, когда именно её душу захватило это чувство. Тогда ли, когда она с таким упоением следила за достижениями других, мечтая и сама когда-нибудь стать такой же? Или тогда, когда её практически выгнали из числа обучающихся за то, что она — единственная из всех — не сформировала Золотое Ядро вовремя? Или прямо сейчас, когда она открыла дверь в твёрдом намерении уйти, а на пороге увидела Вэнь Нина, удивлённо смотрящего на неё.       Он даже не посторонился — просто стоял столбом, преграждая ей путь. Вэнь Баовей до того сильно сжала челюсти, что раздался отчётливый скрип зубов. Прежде, чем Вэнь Нин успел сказать ей хоть слово, девушка грубо оттолкнула его, выходя на улицу.       — Т-ты… к-куда?.. — слабо пролепетал брат.       Девушка глянула на него через плечо. Жалкая попытка задержать её, лишь показывающая его раздражающее любопытство.       — Отвали. — слово вырвалось изо рта до того, как она сумела удержать его за зубами.       К чёрту. Она и так слишком долго терпела их рядом с собой. Теперь она сама по себе, и не обязана отчитываться о каждом своём шаге.       На лице Вэнь Нина промелькнуло болезненное выражение, легонько уколов Вэнь Баовей. Но это только ещё больше разожгло в ней гнев. Да как он смеет надеяться, что его умоляющее лицо остановит её от ухода? Она что, ничего не смыслящая малышка? Неужели, он так хочет лично услышать, что они с сестрой не имеют права влезать в её жизнь?!       — Немыслимо… — выдохнула девушка, а затем чуть наклонилась к нему, едко чеканя каждое слово: — Пожалуйста, забудь, что я вообще жила когда-либо в этом доме.       Она резко развернулась и зашагала прочь. Куда-нибудь, не важно куда. Куда-то, где найдётся способ поквитаться со всеми, кто смотрит на неё свысока. С каждым из них.       Вэнь Баовей не собиралась вообще говорить кому-либо, что теперь в её теле теперь есть Золотое Ядро. Какая разница, если всё, что она услышит в ответ — это смех. Но, когда она всё-таки найдёт решение своей маленькой проблемы, она сможет вернуться с гордо поднятой головой.       Сейчас же… её душой владело только желание о мести, а сама Вэнь Баовей не видела смысла ему противиться.       Одни Небеса знают, сколько времени она шаталась по Ордену Цишань Вэнь и, постоянно прикрываясь громким именем Вэнь Цин, искала информацию. В конце концов ей пришлось прийти к неутешительному выводу — способа усилить своё Золотое Ядро и развить его в считанные минуты, часы, да хотя бы дни до нужного состояния… попросту не существует.       — Как же раздражает… — тихо выдохнула Вэнь Баовей, уходя всё дальше и дальше от родного Ордена.       Скитаться вот так — от одного места к другому, было не так полезно, как она решила изначально. И не настолько весело, как могло показаться. Белоснежные сапожки уже давно не были такими чистыми — пыльные дороги делали своё дело, марая ткань. И всё чаще и чаще приходилось делать привал в совершенно неожиданных местах, что вовсе не добавляло ей радости.       И эта «правильная» дорожка, по которой она следовала, не приносила ни малейшего результата. А значит… значит ей нужно пройтись по скользким тропам, лишь бы достичь желаемого. Но что вообще неправильного может быть в том, чтобы искать могущество из любого источника?       Конечно, она знала, что тёмный путь разрушает и тело и душу, но её душа и так уже пребывала в разрухе. Поначалу она думала — вот создам Золотое Ядро, и тогда увижу, как все вокруг восторженно трепещат. Но теперь у неё просто не остаётся другого выбора, кроме как встать на тёмный путь.       Однако, ей вовсе не хотелось использовать всякую мертвецкую гадость, что наполняла весь мир. Хотелось всего и сразу, но чтобы не марать руки. Было бы идеально, найди она какого-нибудь тёмного заклинателя, что смыслил бы в этом больше других, но в мире таких не осталось. Живых, во всяком случае.

∆∆∆∆∆

      Окружающий воздух оседал тяжёлыми хлопьями в лёгких. Тёплый вечер не приносил долгожданной прохлады, лишь намекал, что не всякое путешествие так далеко от дома может закончиться благополучно. Вэнь Баовей, крепко сжав зубы, пыталась остановить текущую из длинного, рваного пореза кровь. Алые капли стекали на землю, мгновенно впитываясь в неё.       Юноша, что сидел рядом с ней, просто смотрел некоторое время на её потуги, а затем одним движением оторвал полоску ткани от собственного рукава. Прежде, чем она успела возмутиться, он перехватил её ладонь, обматывая порез. Вэнь Баовей слабо фыркнула, но не стала сопротивляться. Всяко лучше, чем рвать собственную одежду.       Какое-то время они молчали. Он задумчиво перевязывал её запястье, не обращая внимание на то, что она вздрагивает каждый раз, когда новый виток ложится поверх старого. Где-то вдалеке затихал людской шум: вечер спешно вступал в свои права. Первой не выдержала Вэнь Баовей. Она нахмурилась, заранее ища в этом парне такую же надменность, что видела во всех остальных, и ядовито спросила:       — Ты кто такой?       — Просто живу неподалёку, — почти рассеянно отозвался он, едва приподнимая уголки губ.       У Вэнь Баовей не осталось причин грубить, и она немного расслабилась. Просто какой-то слуга, вероятно не смог пройти мимо девушки попавшей в беду. Она чуть закатила глаза, вновь чувствуя злость: даже слуга жалеет её, вот насколько она бесполезна.       — Как тебя зовут? — словно бы между делом спросил юноша.       — Что даст тебе моё имя? — по привычке огрызнулась девушка.       Он чуть склонил голову, казалось просто сосредоточившись на том, чтобы быстрее закончить перевязку, и она ощутила слабый укол совести. Не дав себе время погрузиться в это ощущение, она быстро добавила:       — Вэнь Баовей.       Парень поднял на неё глаза. Спокойный, вежливый взгляд и лёгкая улыбка, таящаяся в уголках губ. Именно из-за этой улыбки Вэнь Баовей показалось, что он сейчас, подобно всем прочим её знакомым, начнёт насмехаться над ней. Она нахмурилась, и резко добавила:       — Только не подумай, что я какая-то мелкая сошка. Я в родстве с Вэнь Жоханем. Надеюсь, ты знаешь кто это?       Вопреки её ожиданиям юноша тихо и открыто рассмеялся на заданный вопрос, слегка качнув головой.       — Конечно, знаю, — спокойно откликнулся он.       Во взгляде его промелькнуло что-то такое, до боли знакомое самой девушке, и она окончательно расслабилась, так и не увидев в свою сторону ни капли насмешки.       — Что Вэнь делает так далеко от дома? — чуть помолчав, спросил он.       — Всего лишь ищу способ обрести силу, — почему-то честно призналась Вэнь Баовей, внимательно наблюдая за тем, как он неторопливо загибает край лоскута.       — В Ордене Цишань Вэнь перестали обучать заклинателей? — едва заметно фыркнул юноша.       Он отпустил её руку и чуть склонил голову на бок. Улыбка на его лице была всё такая же мягкая, но теперь в ней таилось что-то непонятное для Вэнь Баовей. Словно он внезапно понял нечто крайне занимательное для себя.       — Ты не всегда можешь стать достаточно сильным, — хмуро ответила девушка. — Даже если у тебя есть Золотое Ядро.       — Важно лишь то, как ты сам себя ощущаешь, — спокойно произнёс он. — Всегда найдутся способы стать сильным, или влиятельным… Или и то, и другое.       — И какими же способами можно добиться и силы, и влиятельности? Неужели предлагаешь всю жизнь трудиться в надежде на то, что когда-нибудь что-то получится? — фыркнула Вэнь Баовей. — Ты сам, почему продолжаешь прозябать в этой дыре, если знаешь столь действенный способ?       Юноша лишь улыбнулся, ничего не отвечая на это. В душе девушки закралось подозрение, что он не просто так затеял этот разговор. Словно бы целенаправленно подвёл всё к тому, чтобы она задавала нужные вопросы. Хотя это казалось глупым.       — В записях упоминается один… артефакт, — небрежно начал юноша, лениво обводя взглядом небо, словно выискивая что-то среди облаков, — что, якобы, находится где-то на территории Ордена Цишань Вэнь.       Вэнь Баовей напряглась. Зачем он говорит это ей? Неужели думает, что она не перерыла многочисленные трактаты в поисках подобного? Какой артефакт она могла упустить из виду? Юноша обернулся к ней, и она увидела в его глазах едва заметный огонёк предвкушения.       — И что, твой артефакт способен дать и силу, и власть? Или, быть может, и то и другое? — сощурилась в ответ девушка.       — Нет, что ты! — рассмеялся он. — Но, мне бы хотелось взглянуть на этот артефакт собственными глазами из-за… личных причин. — улыбка, казалось, вообще никогда не сползала с его лица. — А потом я мог бы рассказать тебе о том способе, который знаю.       Вэнь Баовей поняла. Он всего лишь зацепился за возможность воспользоваться ею, чтобы достать эту вещь, но на самом деле не имеет ни малейшего понятия о том, как достичь того, чего она в действительности хочет.       — И ты хочешь, чтобы я достала тебе этот артефакт? И что, ты предлагаешь мне искать «то, не знаю что»? — ядовито усмехнулась она.       Юноша вновь рассмеялся — коротко, хрипловато.       — Вовсе нет.       А следом парень произнёс имя, которое заставило сердце Вэнь Баовей подпрыгнуть. Имя обладателя этого артефакта, и имя её предка.       «Никогда не трогай это! Ни за что. Поняла?» — слова матери из такого далёкого детства вспомнились внезапно, навеянные разговором. Вэнь Баовей не могла вспомнить точно, что тогда происходило, но помнила перекошенное от волнения и гнева женское лицо. Да нет… глупость. Не может всё быть настолько просто. Как не может быть и такого, что тем, что ищет юноша и тем, что она увидела тогда — далеко в детстве — была одна и та же вещь.       Тем не менее девушка видела насколько сильно загорелись глаза у собеседника, когда он говорил об этом. Хоть он и старательно делал вид, что это не так, но этот артефакт был ему нужен. Но она, чем бы это ни было, могла бы найти этому лучшее применение.       Возможно она и правда только что нашла способ стать сильнее. Хорошо если так, но даже если это просто бесполезная вещь, Вэнь Баовей уже не могла отделаться от мысли, что ей просто необходимо разыскать эту вещь.       В тот момент она конечно пообещала незнакомому парню отдать ему вещь, если она её найдёт, но понимала, что скорее воспользуется этим сама. Всё таки не было смысла отдавать простому слуге что-то, что может оказаться ценным.       Возвращение домой заняло у неё не один день, но возвращалась Вэнь Баовей уже с конкретной целью, а не как человек, проигравший эту битву окончательно. Она долго перебирала в голове всё то, что сказал ей юноша, как перебирала и свои собственные воспоминания.       Она так и не вернулась в дом сестры и брата. Зато наведалась в родной дом своих родителей. Перерыв всё, до чего добрались её руки, она не нашла ровным счётом ничего: деревянные доски не хранили воспоминаний о её детстве, как не хранили и чудесное спасение от бессилия. Её родной дом вместе с её родителями был погребён под грузом минувших лет.       Девушка задумчиво хмурилась и теребила край своего рукава, смотря на очередной закат, что не принёс ей ни спокойствия, ни удовлетворения.       Если бы это была она… Куда бы она спрятала что-то важное?       Она криво ухмыльнулась. Конечно, если бы это была она, то единственное, что она бы сделала — похоронила бы подобную вещь вместе с собой. Внезапно возникшая идея захлестнула её своей правильностью. Каковы бы ни были шансы на то, что её родители поступили бы так же, а она просто обязана была проверить.       Кладбище встретило её тишиной и прохладой. Вокруг доносился тихий шелест ветра, сквозившего меж деревьями. Вэнь Баовей ощущала лёгкий азарт, слушая, как гулко колотится сердце в её груди. Она, наверное, должна была бы чувствовать страх перед тем, что собиралась сделать, но в душе таилось только воодушевление. Если её затея действительно обернётся чем-то стоящим, то, как же ей раньше не пришло в голову покопаться в собственных воспоминаниях? А если не стоящее… Что-ж, у неё уже имелся запасной план.       Вэнь Баовей ухмыльнулась, вставая на колени перед захоронением. Не потому что ощущала почтение к предкам, которых даже не помнила, а потому что так было удобнее совершить задуманное.       Мягкий свет луны достаточно освещал землю, чтобы она понимала, где именно нужно начинать копать. И, чем дольше она ковырялась в земле, тем больше адреналин захватывал тело. Она уже не заботилась о том, что запачкается, как не заботилась и о том, что влажные мягкие комья земли забиваются под ногти.       Ей показалось, что она занимается этим уже целые сутки, хотя прошло от силы несколько часов, пока пальцы её наконец не нащупали гладкую поверхность костей, а следом и крепко зажатую в костлявых ладонях, ледяную округлую металлическую поверхность.