У всего есть конец

Лини любит сладкое и все, что связанно с киничем. Лини любит, когда ему делают внезапные комплименты, не то что бы он напрашивался на них, но слушать лесть было очень приятно от чего по всему телу ходили мурашки, а его белокурые ушки краснели наклоняясь назад, выдавая смущение. Каждый комментарий, сказанный шёпотом в подрагивающие уши, был его самой обсуждаемой темой весь следующий день с сестрицей. Лини любит подарки и цветы. Особенно если их отправитель некто иной как кинич. Лини любит и будет любить то, с какой нежностью кинич касается его щеки после долгой разлуки. Лини, кажется, плавится, как под палящим солнцем, когда кинич рядом. Кинич его солнце, его надежда, которая не потухнет пока не настанет конец всему тейвату. Лини любит, когда его обнимают со спины, прижимая ближе, что кинич часто делал, когда у него не было сил говорить, когда хотелось простой ласки и человеческого понимания. Лини любит кинича, а кинич любит лини. Или... Любил.. Кинич не любит сладкое и, кажется, разлюбил лини. Кинич забыл, как любил, целовал, обнимал беззаботного и такого красивого человека, как лини. В один миг пламя в глазах погасло, как и его любовь к лини. Он хочет умереть. Умереть и покончить со всем, что разрушает его душу. Кинич не любит когда ему указывают, но он готов слушать любое слово лини, чувство вины сжигает его изнутри. Он не может бросить человека который его искренне любит и которого он так страстно желал раньше. Кинич не любит боль и уж тем более никогда не сделает больно лини. Кинич так думал. Думал, пока в один момент его голова не помутнела и он не накинулся на лини. Кинич пришел в себя только тогда, когда на лице иллюзиониста уже было множество покраснений от ударов. Глаза лини блестели от слёз, губы были сжаты в прямую полоску, из края которой текла стуйка крови. Челка, уже мокрая от слез и, кажется, крови, спадала на глаза лини. Его очи были бездушны и смотрели в пустоту. В тот момент в груди кинича что-то осело, такое лёгкое, но заполняющее пустоту дикой тревожностью. Лини любит встречать закат на балконе и не любит когда от него что-то скрывают. Лини помнит боль от ударов, он помнит как ужасающе смотрел на него кинич. Лини кричал, пытался отбиваться, но был слабее чем его возлюбленный. Лини помнит как кинич бормотал безсвязные слова, словно бредил. Лини было страшно, страшно за свою жизнь. Счет времени был потерян, он просто ждал, ждал когда боль прекратится и он сможет уйти в объятия своей сестры. В тот вечер лини не вернулся домой, заснув в руках Линетт. Лини любил объятия, но боится когда кинич подходит к нему. Он видит в глазах кинича боль и разочарование а так же искренние сочувствие. Но Лини боится, он не хочет получить новую боль. Лини кажется, что все эти годы были напрасны. Вся любовь которую он уделял киничу, их совсемные вечера и прогулки. Казалось, что всего этого не было вовсе. Они чужие люди. Теперь. Лини был сильным человеком снаружи и разбитым внутри. Он не хотел признавать, что боится человека которого любил годами. Он не хотел думать что когда то он причинил ему боль. Лини вообще не хотел думать и кажется что он смирился с этим чувством. Лини жил в страхе, сторонясь кинича и не разговаривая с ним, что бы не вызвать ненужной агрессии. Любовь что пылала на протяжении 4 лет угасла и казалось что в этом больше нет смысла. Но оба парня продолжали быть вместе, но не как возлюбленные, а как чужие друг другу люди. Лини любил получать поцелуи вместо "доброе утро". Любил но больше не получит. Никогда. Сегодняшнее утро было ничем не отличающимся, как обычно: серым и одиноким. Кинича нигде не было. Лини скучал, но это чувствуо было на стольком невзрачным на фоне всех его психологических страхов, что это звучало до боли смешно. Кинич любил.... Но больше не полюбит. Он был разбит, отстранённость лини била по всем фронтам, но он понимал почему тот поступал так. Однако легче не становилось. Ночью, заливаясь слезами, он искал в себе силы не разрыдаться при виде такого же разбитого лини как и сам кинич. Они убивали друг друга морально. Все конченно. Лини не был глупым человеком, жизнь с человеком который его не любит была истощающей. Он хотела закончить это что бы прервать из совместное страдание. Но было уже поздно. Его нет.