Теркель

Длинные пальцы, перевязанные пластырем, неловко подхватили край упаковки сухого кофе, разрывая её с тихим звуком. Сукеши сидел на краю каменных перил, ограждающих нерадивых посетителей от падения вниз. Подземелье в этой части замка радовало лишь тусклым коричневатым светом, погружая мир в сумрачную тьму. Чон, наконец раскрыв пакетик, надавил пальцами на грани упаковки, раскрывая её, приподнимая с усталым вздохом. Когда пакетик коснулся его нижней губы, горьковатый порошок, смешанный с сахаром, упал на его язык. Сукеши нужно было хоть как-то восполнить силы перед предстоящей битвой. Сзади послышались тихие шаги. Ван всегда ходил так — тихо, едва слышно человеческому уху, привыкший работать по ночам. Чон улыбнулся, ощущая странное тепло в груди: -- Ты решил посидеть со мной? Гомибан хмыкнул, фыркая, и ловко перекидывая ногу, уселся на перила рядом. -- Да. Вдвоём легче, разве нет? Сукеши вздохнул с улыбкой и протянул полупустой пакетик кофе другу. Ван взял его с благодарным кивком и поднёс к губам, прикладывая. И Чон, неясно почему, ощутил, как сердце его забилось чаще. Его губы касались помятой упаковки в этом же месте. Сукеши отвернулся, пытаясь скрыть своё смущение. Он не знал, что на него нашло. Сзади их спин послышался старческий голос: -- Чего вы там расселись, голубки? У нас что, по-вашему, много времени? Чон, вздрогнув от её слов, обернулся, пытаясь как-то оправдаться: -- Да мы просто... -- Просто что? Дырки в штанах притираете, засранцы? -- Бабка поправила свои тёмные очки и плотно сжала губы так, что чёрная помада стала почти не видна, -- Встали и пошли сюда! Быстро! Она развернулась, видимо, собираясь донимать уборщиц. Сукеши неловко посмеялся, оборачиваясь на друга: -- Как всегда она... Замер, потому что Гомибан смотрел прямо на него. Между ними повисло странное молчание. В конце концов, Чон, не выдержав этого напряжения, прокашлялся, отворачиваясь, и почесал красный от смущения затылок: -- Л-ладно. Пошли, и вправду засиделись. Он развернулся, спрыгивая с перил, и взял свой вантуз, прислонённый к стене. Обернулся на друга: -- Пошли? Ван помолчал несколько секунд, затем тоже спрыгнул с перил: -- Да. Пошли. ㅤ