Незнакомец с горы

Тьма отступала медленно, как густой туман, рассеивающийся под утренним солнцем. Но солнца здесь не было — только тусклый свет лампы, дрожащий в стеклянных колбах, наполненных жидкостью то ли красной, то ли черной — в этом свете трудно было разобрать. Она моргнула, пытаясь прогнать остатки тяжести в веках. Голова гудела, а в висках пульсировала глухая боль. Последнее, что она помнила — скользкие камни под ногами, порыв ветра, сбивающий с узкой горной тропы, и стремительное падение вниз, в чернеющую расщелину. Артефакт… Да, именно за ним она и пришла сюда. Слухи о древнем кристалле, способном усиливать алхимические реакции, манили не только ученых, но и таких, как она — искательниц приключений, готовых ради хорошей награды залезть куда угодно. Но вместо сокровища — вот это: холодный каменный пол, запах трав и чего-то металлического, а еще… — А, наконец-то. Я уже начал волноваться, что переборщил с седативным, - раздалось сбоку. Голос был спокойный, слегка насмешливый, словно его владелец разговаривал с капризным ребенком, а не с незнакомкой, найденной без сознания. Она резко приподнялась на локтях, и тут же застонала, схватившись за бок. — Советую не торопиться, — продолжил тот же голос. — Переломов нет, но ушибы весьма впечатляющие. Перед ней стоял мужчина. Высокий, бледный, в темном одеянии, больше подходящем для аристократического салона, чем для горной пещеры. Его золотистые глаза изучали её с любопытством, но без особого волнения, будто она была просто очередным интересным образцом в его коллекции. — Кто вы? — хрипло прошептала девушка, сжимая кулаки, нащупывая пояс — но ножа там не было. — Альбедо, — ответил он, слегка склонив голову в подобии поклона. — Алхимик, исследователь, а на сегодня ещё и ваш невольный спаситель. — Где мои вещи? — В целости и сохранности, — он ленивым жестом указал на стол у дальней стены, где аккуратно лежал её рюкзак и оружие. — Хотя, если вы планируете воткнуть в меня тот нож, предупреждаю — это будет неэффективно. Она нахмурилась, но не ответила, вместо этого оглядывая помещение. Пещера оказалась… лабораторией? Полки, заставленные фолиантами, столы, уставленные ретортами и странными механизмами, а на стенах — десятки рисунков. Пейзажи, детальные анатомические зарисовки, лица людей — некоторые красивые, другие искаженные в гримасе. — Вы… рисуете? — Иногда, — он подошел к одному из набросков, слегка провел пальцем по линии. — Наука требует точности, но искусство… оно позволяет запечатлеть то, что формулы не объяснят. Его взгляд скользнул по её фигуре, и она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Не страх… но что-то близкое к предвкушению. — Вы всё ещё не сказали, как вас зовут, — заметил он, уголок губ приподнялся. Она колебалась секунду, но что-то в его тоне заставило ответить: — Лейла. — Лейла… — он произнес её имя так, будто пробовал на вкус. — Ну что ж, Лейла, раз уж вы в моей… гостеприимной лаборатории, может, расскажете, что искали на склонах в одиночку? Она сжала зубы. — Это не ваше дело. — О, но теперь это вполне моё дело, — он рассмеялся, и в этом смехе было что-то… неестественное. Слишком идеальное, слишком отточенное. — Ведь если бы не я, вас бы сейчас разыскивали уже в качестве неотъемлемого элемента в местной пищевой цепочке. Лейла хотела огрызнуться, но её взгляд упал на ближайший стол — среди пробирок и инструментов стояло несколько стеклянных сосудов, наполненных темно-красной жидкостью. Кровь?! Она замерла, и Альбедо заметил её взгляд. — Ах, это… — он сделал шаг ближе, и свет лампы упал на его лицо, подчеркнув неестественную белизну кожи. — Не волнуйтесь. Это всего лишь… эксперименты. Но его улыбка стала чуть шире, и чуть более острой. Лейла осторожно поднялась с каменного ложа, всё ещё чувствуя тяжесть в теле. Внутри пещеры было прохладно, но не сыро — странно уютно для места, явно не предназначенного для жизни. Она сделала шаг к столу, где лежали её вещи, но что-то другое привлекло её внимание. На небольшом мольберте, стоявшем в углу, лежали листы бумаги. А на них — она. Не просто зарисовки, а детальные портреты. Её лицо в профиль, с полуприкрытыми глазами, будто во сне. Её рука, бессильно упавшая на камень. Её шея, с прядью волос, скользящей по коже… Лейла резко обернулась. Альбедо стоял у полки с книгами, спокойно перелистывая страницы, будто не замечая её взгляда. — Это… вы рисовали меня? — голос дрогнул, несмотря на попытку звучать твёрдо. Он поднял глаза, золотистые зрачки сузились в свете лампы. — А, вы нашли. Да, это мои наброски. — Он отложил книгу и подошёл ближе. — Надеюсь, вы не против. Вы были слишком… живописны в своём бессознательном состоянии. — Это жутко, - поёжилась она. — Жутко? — Он приподнял бровь, затем рассмеялся, это был лёгкий, почти музыкальный звук. — Возможно. Но разве искусство не должно будоражить? Она хотела ответить что-то резкое, но в этот момент снаружи донёсся вой ветра. Лейла вздрогнула и подошла к узкому проходу, ведущему наружу. За снежной пеленой не было видно ничего, кроме белой мглы. — Метель, — прокомментировал Альбедо, наблюдая за её реакцией. — И довольно сильная. Даже если бы вы были в идеальном состоянии, уйти сейчас — самоубийство. Она сжала кулаки. — Значит, я заперта здесь. — О, не говорите так драматично, — он махнул рукой. — У меня есть вино, книги, огонь… и, конечно, моё очаровательное общество. Лейла фыркнула, но напряжение немного спало. Дружелюбие хозяина пещеры не могло оставить равнодушной даже её, не в меру мнительную и подозрительную личность. — Ладно. А что насчёт еды? — Еды? — Он замер на секунду, затем развёл руками. — Увы, я не запасался. Она уставилась на него. — Вы живёте здесь и у вас нет еды? — Я… своеобразно питаюсь, — он улыбнулся, но в этот раз улыбка казалась натянутой. Лейла почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она вспомнила склянки с кровью. Вспомнила его слишком бледную кожу... и мотнула головой, отгоняя непрошенные мысли. Позже они сидели у небольшого подобия камина, и Альбедо рассказывал о своих экспериментах. — Я ищу способ синтезировать вещество, устойчивое к солнечному свету, — говорил он, вращая в пальцах пустую колбу. — Представьте — материал, который не выцветает, не разрушается… — Зачем вам это? — Лейла пристально смотрела на него. — Разве не очевидно? — Он улыбнулся. — Чтобы создать что-то вечное. Его глаза в свете пламени казались почти янтарно-красными. И, к своему удивлению, Лейла поймала себя на мысли, что он… красивый. Странный. Пугающий. Но чертовски притягательный. Метель выла за стенами пещеры, но здесь, у потрескивающего огня, было почти уютно. Лейла подтянула колени к груди, обхватив их руками, и внимательно смотрела на Альбедо. — Расскажите ещё, — попросила она неожиданно для себя. Он поднял брови, явно удивлённый. — Ещё? О чём именно? — О ваших исследованиях. О том, как вы здесь оказались. О чём угодно, — она слегка улыбнулась. — Признаюсь, я не ожидала, что в заброшенной горной пещере найду столь… интересного собеседника. Альбедо рассмеялся — мягко, почти тепло. — Комплимент? От вас я такого не ожидал. — Не зазнавайтесь, — фыркнула Лейла, но в её глазах светилось любопытство. Он откинулся назад, опираясь на локоть, и его взгляд стал задумчивым. — Хорошо. Допустим, я расскажу вам о своих экспериментах. Но только если вы ответите мне тем же. — То есть? — Один мой рассказ — один ваш. Справедливо? Лейла задумалась на секунду, затем кивнула. — Договорились. — Отлично, — его губы растянулись в улыбке, и в этот момент клыки показались чуть острее, чем должны быть. — Тогда начну я. Он провёл пальцем по краю колбы, стоящей рядом. — Я изучаю природу жизни и смерти. Вернее, то, что находится между ними. — Между? — Да. Например, вампиризм, это ведь не совсем жизнь, но и не совсем смерть, верно? — он посмотрел на неё, будто проверяя реакцию. Лейла не дрогнула, хотя сердце её забилось чуть быстрее. — Вы говорите так, будто знаете это наверняка. — Теоретизирую, — он сделал лёгкий жест рукой, но в его глазах мелькнула тень. — Впрочем, если вампиры и существуют, они, несомненно, были бы идеальными алхимиками. — Почему? — Потому что они понимают кровь. А кровь — это основа всего. Лейла почувствовала, как по её шее пробежал лёгкий холодок. — Теперь твоя очередь, — напомнил он, незаметно переходя на "ты". Она вздохнула, собираясь с мыслями. — Ладно. Я… искала артефакт, который, по слухам, может усиливать магические способности. — А зачем он тебе? — Деньги, — призналась она просто. — Я наёмница. Вернее... была. Пока не нарвалась на не тех людей. Теперь у меня долги, а кредиторы не любят ждать. Альбедо кивнул, как будто её история его ничуть не удивила. — Значит, ты рисковала жизнью ради золота? - он поднял бровь с плохо скрытым осуждением. — А ты живёшь в пещере и рисуешь портреты людей без сознания, — парировала Лейла. Он рассмеялся. — Кажется, мы оба странные. — Согласна. Огонь потрескивал, отбрасывая длинные тени на стены пещеры. Лейла неожиданно почувствовала… спокойствие. Как будто этот разговор был самым нормальным моментом за последние месяцы. — Теперь снова ты, — сказала она. — Расскажи, почему ты здесь один? Альбедо замер на мгновение, его лицо стало серьёзным. — Потому что людям не стоит доверять то, что они не смогут понять. — Это звучит очень одиноко. — Одиночество это не всегда плохо, — он улыбнулся, но на этот раз улыбка была грустной. — Иногда оно… необходимо. Лейла хотела что-то ответить, но в этот момент порыв ветра снаружи завыл так сильно, что даже каменные стены дрогнули. — Кажется, нам предстоит провести вместе ещё немало времени, — прошептал Альбедо, и его голос прозвучал почти как предвкушение. Лейла посмотрела на него — на его бледное лицо, на тени, скользящие по его чертам, на странный блеск в глазах. И поняла, что, несмотря на все его тайны, ей нравится быть рядом с ним. Даже если это может быть опасно.

***

Метель не утихала. Ветер выл между скал, как голодный зверь, а снег плотной пеленой затягивал вход в пещеру. Лейла сидела у огня, завернувшись в плащ, который дал ей Альбедо — слишком большой, пахнущий старыми книгами и чем-то ещё… металлическим, едва уловимым. Она наблюдала, как он перебирает склянки на полке, его движения точные, почти изящные. — Ты так и не объяснил, почему у тебя нет еды, — произнесла она наконец, ухватившись за мысль, давно не дающую покоя. Он замер, затем медленно повернулся. — Я же говорил — я своеобразно питаюсь. — Да, но это ничего не объясняет. Альбедо вздохнул, словно уступая её настойчивости, и подошёл к столу. Взял одну из колб, ту, что была наполнена тёмно-красной жидкостью. — Вот мой ужин. Лейла почувствовала, как у неё похолодели пальцы. — Это… кровь? — Да. Он не стал ничего отрицать. Просто смотрел на неё, ожидая реакции. Лейла медленно вдохнула. — Ты - вампир. — Браво, — он слегка улыбнулся, но в глазах не было насмешки. Только лёгкая усталость, будто он уже тысячу раз проходил через этот разговор. Она должна была испугаться. Должна была схватиться за нож, отпрянуть, закричать. Но вместо этого… — Почему ты не убил меня, пока я была без сознания? Альбедо нахмурился, будто вопрос был для него странным. — Зачем? — Ну… потому что ты вампир. А я — еда. Он рассмеялся — сухо, беззвучно, даже не считая нужным отвечать. Лейла сжала кулаки. — Чего ты хочешь? — Компании, — он пожал плечами. — Разговора. Возможно, даже… доверия. Он произнёс это последнее слово так тихо, что она едва расслышала. Лейла смотрела на него — на его бледное лицо, на тени под глазами, на тонкие, кажущиеся прозрачными пальцы, сжимающие колбу. И вдруг поняла: он одинок. Так же, как и она. — Ладно, — выдохнула она. — Допустим, я верю тебе. — Неужели? — в его голосе прозвучало искреннее удивление. — Думаю, если бы ты хотел мне навредить, у тебя было полно возможностей, когда я была без сознания. Но ты этого не сделал. Альбедо молчал, и в его глазах что-то промелькнуло — что-то тёплое, почти человеческое. — Спасибо, — наконец сказал он. Лейла кивнула, затем неожиданно зевнула. — Кажется, я устала. — Тогда тебе стоит отдохнуть. Метель, скорее всего, продлится до утра. Она посмотрела на каменное ложе, затем на него. — А ты? — Я не сплю. — Ах, да… — она усмехнулась. — Вампир. — Именно, — он поклонился с театральной торжественностью, и она рассмеялась. Лейла легла, завернувшись в его плащ, и закрыла глаза. Но перед тем как погрузиться в сон, она услышала его голос: — Лейла? — М-м? — Ты… необыкновенная. Она не ответила, но улыбнулась в темноте. И впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности.