pumpkin head guy

— Сладость или гадость?! — Ты нахуя тыкву на бошку напялил? — Илья стоит в дверном проёме оперевшись на косяк и смотрит на Даню, который пытается стащить с себя овощ. — Да ты не понимаешь, — освободившись из оков он обратно взъерошивает волосы с которых слетает пара семечек. — Так на Хэллоуин в Америке наряжаются, шаришь? — В Америке еще в жопу ебутся, шаришь? — Заканчивай со своими шутками, не смешно, — наперекор словам чужие губы расплылись в тупой полуулыбке, на которую Илья только усмехнулся. Он знает, что ему нравится. И Даня знает, что брюнет знает, что ему нравится, но продолжает затыкать Корякова каждый раз, когда тот открывает рот в попытках спиздануть что-то смешное по его мнению. — Так зачем пришёл? — Что значит «зачем»? Хэллоуин же! Праздновать надо, пойдем у малолеток конфеты выпрашивать, круто будет, — парень крутит в руках тыкву и смотрит на неё как будто вспоминая о существовании необычного головного убора. — Я зачем тыкву чистил, м?! — тычет ею в лицо Илье, но тот спокойно отодвигает её подальше. — Так костюм же нужен, мне во что одеваться? — Блин, — Даня выглядит явно поникшим и Корякову даже жалко становится. Он же целенаправленно шёл именно к нему, надеялся круто провести время, вот даже костюм сделал! Хоть и дурацкий, но к такому Илья привык. Сдавшись жалкому виду парня, брюнет выдохнул и кивнул. — Ладно, пойдём, — чужие глаза напротив загорелись и Корякова сразу сжали в крепких объятьях не дав даже сориентироваться и приподняв над землей закружили. — Сука, отпусти! — Спасибо-спасибо-спасибо, — парня поставили на прежнее место напоследок мазнув губами по щеке и оставив невесомый поцелуй там же. Тот слегка покачиваясь облокотился обратно на дверной косяк, потирая влажную кожу. — Так чего пошли? — Кашин взял с газона свою тыкву отряхивая (там она оказалась, когда тот Илью обнимал). — Щас я ребятам скажу, что ухожу, а то я их без ритма оставил и простыню возьму для костюма — буду привидением. Скоро вернусь, жди, — прикрыв входную дверь, оставив воодушевленного Даню на пороге, Коряков отправился на чердак, где собралась их компания. Типичная музыкальная группа, как в любимых Американских фильмах Кашина, может он из-за этого с ним встречается? Круто, когда твой парень — гитарист в нн группе, которая записывает свои песни на пердящий микрофон и выкладывает их в саундклаунде, набирая максимум лайков десять и пару комментов от школьников, которым только дефолтный рэп и подавай, а на настоящую музыку они дизы ставят и какашки шлют! Но Даня даже больше самих музыкантов верит в их будущий успех и остервенело срётся с хейтерами контря их типичным «а маме твоей понравилось под эту музыку трахаться со мной:Р». Поднявшись на чердак, перед Ильей открылась очередная сцена недопонимая или даже ссоры. — Блять откуда у тебя там минор взялся?! — Ты тупой какой минор? Я все с листа читаю идеально! — Тогда какого хрена у тебя до бемоль вылез? — Ребят я морж, зырьте! — Ты знаешь, где эти палочки были? Хули ты их в рот суешь, дурень! — О, Илья, ты че так долго? Парень застыл в дверном проёме, когда на него направились три пары глаз, барабанные палочки из рта Макса упали на деревянный пол и покатились куда-то под стол, разбавляя резкую тишину. — Э-э-э, я это… хотел сказать, что уйду щас, вы ведь сможете репетировать без меня? — Да, конечно, ты тогда вторые ключи оставишь чтоб мы закрылись, когда уйдем? — Антон пожал плечами и поймал ключи, которые резко кинул Илья. — Ага, спасибо. — А почему уходишь? — Макс шарился где-то под столом, роясь в куче грязи, пытаясь найти палочки. Вытащив их и отряхнув от пыли, он поднялся с колен, но резко стукнулся о край стола затылком вскрикивая. — Да я твой рот-! — выпрямившись, он устремил свой взгляд на Илью, прищурившись. — Тупоголовый приходил, что ли? — Я же просил так не называть его, это неприятно… — Коряков уже хотел начать урок вежливости для Шабанова, но его прервал смех Дениса, который уже валялся на полу. — Он теперь не тупоголовый, а тыквоголовый! — смахнув слезы с глаз он поднялся на ноги и вернулся опять к окну. — Ты посмотри че напялил! Антон с Максимом тут же подошли к Денису и выглянув во двор тоже разразились громким смехом, который точно было слышно на улице. Пока друзья катались по полу, пытаясь прийти в себя Илья у двери сгорал от стыда покрываясь румянцем с ног до головы. За что, за что ему все это?! — Ешь меня, Илюша, только косточку выплюнь! — Шабанов писклявым голосом передразнил слова из рекламы, вызывая новый поток смеха у друзей. — Вот ты себе пятиклассника ухватил, молодец Илья, горжусь, — Тоха хлопнул того по плечу и активно потряс выводя из себя еще больше. — А я и не знал, что ты фудфетишист, — Денис еле отходил от прекраснейшего и умопомрачительного Даниного костюма на Хэллоуин, по мнению Ильи сейчас, и вытирал глаза от влаги. Смотря на краснеющее и злое лицо друга, его рот опять расплылся в тупой улыбке и он прикрыл его рукой пытаясь не смеяться опять в голос. — Да пошли вы в пизду… — брюнет скинул руку Антона с плеча и развернувшись пошел к лестнице с чердака. Когда он спустился к своей комнате сверху был слышен топот шагов, а потом дом опять наполнился орами парней. Стараясь не обращать внимания на громкие восклики Илья стащил простыню с матраса и направился на кухню, чтоб взять от туда ножницы. С их помощью он сделал две рваные дырки для глаз и, выкинув ошметки в урну, направился к выходу. На пороге стоял все такой же радостный Даня. Хотя Илья не мог сказать точно какое было у него выражение лица, оно было скрыто тыквой, но Коряков надеялся, что тот не услышал издевательств его друзей и они не испортили парню настроение. Кашин никогда не был обидчивым, когда они собирались все вместе на чердаке и друзья Ильи подшучивали над ним из-за увлечений или внешнего вида, то тот не менее колко отвечал — с самоиронией у него все было отлично. Но Корякову самому стало стыдно, что в тот момент он стал стесниться внешнего вида своего парня. И что в нем такого плохого? Очень необычный наряд на Хэллоуин, красивый и самое главное сделан собственными руками. Это не типичный костюм человека паука или супермена, в котором ходит каждый второй на улице и который продается в каждом супермаркете за копейки. Даня, видимо, сам это придумал, ходил и выбирал тыкву. Он снимал мерки с головы или прям в магазине сравнивал размер? Дома вычищал мякоть из нее, потом вырезал отверстия для глаз, смешно высунув кончик языка от усердия и сощурившись, сморщив нос. Впоследствии он точно пару раз порезался и теперь ходит с красными пальцами. Илья мнет свой псевдонаряд приведения в руках и последний раз коротко глянув на парня, который балансировал на бордюре, видимо, даже не заметив появления Корякова, напяливает простыню на себя. Закрепив ткань так, чтобы она не скатывалась на глаза и закрыв за собой входную дверь брюнет направляется к Дане и хлопает того по плечу. — Ну… я что-то сварганил, как тебе? — Илья хлопает глазами и раскидывая руки в стороны чуть крутится, показывая костюм со всех сторон, хотя по его мнению смотреть не на что. Но у Кашина, конечно же, другая реакция и он чуть не запрыгивает на брюнета с радостными криками. — Круто! Тебе очень идет быть привидением! Пошли быстрее уже чтоб нам хоть кто-то открыл, а то наткнемся только на дедов разгневанных, — схватив парня за ладонь под складками простыни он резво тащит того по тротуару в сторону других домов. Многие участки на их улице украшены разными скелетами, паутиной или просто гирляндами. Выглядит несомненно красиво и иногда даже довольно жутко.

***

Спустя пару часов беготни по району и десятка пройденных домов, криков «Сладость или гадость?!», двух полных ведерок сладостей и даже парочку тех самых разгневанных дедов, которые с пыльным веником выгоняли парней с порога, крича им вслед чтоб езжали в свою Америку за сладостями, они уже гуляли по большому бульвару города, который был украшен не менее ярко, чем жилые дома. Тыкву с головы Даня уже снял, ведь с той уже начал капать сок, да и появлялся специфичный запах, который был не очень приятен. Илья тоже снял с себя простынь и просто накинул ткань на плечи, было не слишком удобно ходить в таком балахоне, но что поделать, к тому же начало стремительно темнеть и температура стала опускаться. На улице было все меньше детей, выходили взрослые и иногда подростки, те шли в клубы на тематические вечеринки. И вот очередной праздник превращается в повод выпить и потусить под музыку, прыгая в толпе потных людей, которые только для вида оделись в какой-то тупой костюм кошечки, лисички или оленя. Илья фыркнул своим мыслям и подняв взгляд уставился на парня, который с детским восторгом в глазах рассматривал украшения на зданиях. От такого вида у брюнета чуть челюсть не свело, настолько Даня выглядел радостным, милым и попросту хорошим. Тот светился не менее ярко чем гирлянды на вывесках баров и клубов. — Красиво, правда? — Тихо прошептал Кашин, видимо потеряв дар речи от красоты украшений. — Ага. — Я даже не ожидал, что тут будет так ярко, — мотая головой и осматривая всё вокруг он встречается с неморгающим взглядом Ильи устремленным на него. — Чего? У меня мякоть на лице, что ли? — Тот начал тереть ладонями мягкую кожу щек, пытаясь найти возможный кусок тыквы, но Коряков, мягко ухватив Даню за запястья, отводит его руки от лица. — Не, все нормально… я просто… — он опускает взгляд на асфальт и даже начинает слегка нервничать. Стоит ли вообще признаваться, что в первые пару минут ему было стыдно за внешний вид парня? Что он посчитал это слишком детским и шутки друзей его задели по правде говоря. Коряков вздыхает и отпускает чужие запястья, хрустит пальцами и трет глаза. — Ничего. Забей. Даня чуть потупив все-таки хмыкает и старается перевести тему, ведь Илья выглядит слегка поникшим, а сейчас такое настроение ни к чему. — Пойдем может в кафе? Или на рельсы, м? — Второе место было их личным уголком и не важно, что раз в час там проезжал поезд и ходили какие-то собачники, которые уже не раз прерывали интимные моменты. Не очень удобно сидеть с чужой рукой в трусах, когда где-то недалеко снуют незнакомцы, они ведь могут и полицию вызвать! — Пошли на рельсы, только если там никого не будет… — произнеся только первое слово Илью уже потащили в сторону окраины города. Идти было не так долго, но дорога уже ближе к поездам превратилась просто в россыпь гальки и Корякову пришлось снять свой костюм и скомкать в руках, чтоб было удобнее идти. Оказавшись на пустой тихой поляне парни оглянулись. Удостоверившись в том, что хотя бы в первые полчаса им никто не помешает, они уселись около кучи больших камней разложив под собой одеяние Ильи-переведения. Как только Кашин опустился на землю, он стал рыться в своем ведре со сладостями, выкидывая на простынь те, которые больше понравились. — Блять, половина ведра тупо стэп. — А че ты хотел? Бонпари кошмарики? — Илья глянув на свой улов тоже не увидел ничего экзотического. Наверху лежали самые простые мятные леденцы, но уже где-то глубже можно и найти что-то стоящее, хотя Корякову было на это наплевать, все равно сладкое нельзя из-за брекетов. — Ну хотя бы кислинку… ну же… Перерыв всю кучу конфет и даже выпросив у Ильи его ведро, ведь «Ты же все равно их есть не будешь!» Даня любуется горсткой сладостей. Вперемешку с самыми обычными конфетами лежал и какой-то иностранный эксклюзив. Но самой выделяющийся была длинная палочка, либо тупо соломинка для напитков склеенная два раза. — Кстати, пикси стикс у тебя была! Тебе везет дохуя, — Кашин поднимает ту самую трубочку и легонько тыкает кончиком в щеку Ильи. — Хочешь попробовать? — Что это блять вообще? — под смешок Корякова рыжий резко вскакивает и возмущенно размахивает руками, пока палочка сжатая в ладонях жалко колышется норовя поломаться. — Ты совсем?! Это вообще самое лучшее, что может попасться! Щас я тебе намучу, оторваться не сможешь, — Даня шуршит пакетами и выуживает пачку мармелада. Может все-таки получил бонпари кошмарики? Он вскрывает пачку и достает пару сладостей, откинув остальное обратно на простынь, он так же вскрывает палочку и высыпает оттуда какой-то порошок на мармеладки. Илья недоверчиво смотрит на «повара» и кривится. — Меня потом не придется откачивать? — Только если ты получишь сильнейший гастрономический оргазм! На пробуй, — опустившись обратно на простынь Даня протягивает ладонь с мармеладками в порошке и сам берет парочку моментально отправляя их себе в рот и чуть морщась от кислоты. — Это божественно! Брюнет бегая глазами с лица на руку парня чуть стремается, но под умоляющим взглядом Кашина ему не устоять и он все-таки забирает оставшиеся сладости. Илья скептически осматривает мармеладную кока-колу и стряхивает лишний порошок. — Ну че ты ее рассматриваешь? Просто ешь или хочешь чтоб я сам тебе в глотку это запихал? — Спасибо, откажусь, — кончиком языка облизнув конфету Коряков кривится еще сильнее. Даже ненавистный лимон не такой кислый! — Это ужасно! Сладости должны быть сладкими! — Ты только порошок облизнул, — проглотив целиком мармелад Даня пододвигается ближе к парню и забирает у того конфеты из рук. — Мне этого уже с головой хватило, на, жри свою кислинку — Илья обижено морщится, но Кашин даже и минуты не дал подумать над новой колкостью сжимая его щеки одной ладонью и открывая рот, а второй закидывая на язык мармелад и ей же сжимает чужую челюсть не давая возможности выплюнуть еду. Коряков хватается за чужое запястье пытаясь оттащить ладонь и мычит. Во рту ужасно кисло, челюсть от нее сводит, а в брекетах уже застряла половина мармелада. — Жуй давай! — МФФФФФФ! — Илья трясет головой как будто из него выходит демон на сеансе экзорцизма и Кашин ржет с его эмоциональности, прикрываясь рукавом. Удостоверившись что брюнет проглотил все Даня отсаживается назад и дальше смеется с лица Ильи, который к тому же пытается выковырять кусочки мармелада из железок. — Ты настоящий садист, — откинув мусор куда-то в сторону рельс, он облокачивается на булыжник и обиженно смотрит на парня. — Ты бы так никогда их не попробовал! Это должен сделать каждый иначе жизнь прожита зря! — уже не смотря на Илью Кашин роется в ведре с остальными конфетами и достает оттуда пачку сока. — Отстой… сок без трубочки, как игра без модов. — положив упаковку обратно он слегка разочаровано выдыхает и краем глаза посматривает на Корякова, который слишком задумчиво роется в гальке. — Не говори, что тебе не понравилось. — Мне не понравилось. — Сволочь. Они тихо смеются и у Ильи даже получается слегка расслабиться, он берет какую-то рандомную сосательную конфету из горки (которую Даня прокомментировал как: «Не, это полный отстой. Вкусняшки из СССР») и выбросив фантик куда-то к мармеладу закидывает карамель в рот, загоняя за щеку. — Значит сосать тебе больше нравится? — ТЫ ЕБЛАН?! — Как жаль, что у тебя брекеты… Мой чле- — ЗАВАЛИ ЕБЛЕТ ТУТ ЛЮДИ! — теперь уже Илья тянется ладонью к чужому рту и сжимает его не давая Дане наговорить разных пошлостей, но тот мажет языком по коже и Коряков сразу же одергивает руку, начиная яростно вытирать ее об штаны. — Я тебя ненавижу… — Чистейший пиздеж, — Кашин берет очередную пикси стикс из кучи «крутых» сладостей и оторвав кончик зубами высыпает чуть ли не весь порошок на язык. Морщится от кислоты и даже закашливается, веселя этим Илью. — Ха, получай карму! — Брюнет смешно скалится наблюдая за тем, как Даня пытается откашлять порошок из горла. — Это все из-за тебя рядом, ты распыляешь неудачу! — Ах так это я неудачник?! — А какой везунчик будет встречаться со мной? — он проглатывает остатки порошка и вытирает губы рукавом кофты. — Какому везунчику нужен тыквоголовый парень? Илья резко замер, подавившись смехом. Блять. Все-таки слышал. — Дань, ты не… — Ой, да ладно, че ты! Не оправдывайся, мне это не нужно, — Он фыркает и наблюдает за проезжающим перед ними поездом. Шум колес разбавляет неуютную тишину и Коряков громко сглатывает скопившееся напряжение, которое встало комом поперек горла. Он ведь правда не оправдывается? Просто хочет подбодрить и все! Или он сам хочет убедить себя, что его парень не странный и ему не становится стыдно, когда про него шутят его друзья? Да, он посылает их, когда те очевидно перегибают палку, да и Даня не остается в стороне в такие моменты. Но вдруг тогда ему было обидно не за своего партнера, которого хоть и довольно мягко, но обзывают, а за самого себя? Что начал встречаться с очевидно странным парнем и теперь получает насмешки… Нет. Это полнейший бред. Он любит этого придурка и не важно, что тот по ночам на фурри дрочит! — Да, я правда неудачник… — Илья коротко кивает и хватает Кашина за ладонь переплетая пальцы. — Да, я не могу нормально постоять ни за себя, ни за своего партнера… Мне иногда становится стыдно, неловко, я думаю «а что другие подумают»? Но понимаешь… стыдно становится за себя. Что я не могу быть собой, не могу быть таким открытым и настоящим. А у тебя это получается просто потому что ты такой и есть. Как прописанный характер у перса в днд, м? Может тебя кто-то и называет странным, тупоголовым, тыквоголовым… но… блять. Это же намного круче чем быть обычным и без головы? Поезд скрывается за горизонтом, и Илья поворачивает голову к Дане. Тот мягко улыбается и берет вторую руку Корякова в свою, легонько сжимая пытаясь подбодрить. — Ты хочешь быть странным тоже? — Ну… нет. Но мне нравится твоя странность. — Ты тоже странный. Ты слишком нормальный для странных, но слишком странный для нормальных, понимаешь? — Мне кажется я потерял смысл слова «странный», — Илья улыбается тоже и по телу разливается тепло от легкости момента. Ранняя тревожность, которая преследовала его последние пару часов наконец отступает и он облегченно выдыхает. — Пойдем к тебе? — Даня встает стряхивая с футболки порошок на простынь и потягивается. Уже довольно поздно и начинает клонить в сон, так и еще после такого диалога хочется просто улечься, укрывшись вдвоем одним одеялом и засыпать в обнимку. Потом конечно проснувшись из-за того, что один из них упал, а второй забрал все одеяло себе и распластался на кровати в форме звезды. — Там могут быть они… если ты не хочешь… ну пересекаться с ними, то лучше не идти, — Илья встает следом и вместе с Даней складывает оставшиеся сладости в ведро, поднимая простынь с земли отряхивая ее. — Так круто же! Пусть познакомятся поближе с тыквоголовым, — он напяливает тыкву обратно и поправляет ее на плечах, чтоб не сильно пачкала одежду. — Хах, ну как скажешь. Я буду вести запись ваших переговоров, — отряхнув простынь Илья кутается в нее опять становясь приведением. — Тогда вперед! Взяв ведра со сладостями в одну руку, Кашин свободной подхватывает Корякова за предплечье и они направляются к дому брюнета. Может правда они встретят друзей Ильи и парень будет сидеть как на рэп баттле, наблюдая за перепалкой оппонентов, попутно записывая самые смешные шутки в заметки, катаясь по полу от смеха. Может никого дома не окажется и тогда Даня будет очень сильно упрашивать Илью показать ему новые демки его группы (он, конечно же, покажет). А может… впрочем, Корякову уже не важно что будет, главное что его ладонь сейчас сжимает любимый человек. И все равно что у него тыквоголовый парень, зато он самый лучший для него. И для его мамы, разумеется.